Глава 60
Месяц спустя. Империя. Дом.
Они больше не жили на базе. И не в лесу. Они жили в империи — в доме, который Катя построила для себя. Большом, светлом, с видом на горы. А Пик стал уж очень часто приезжать из своей империи к Кате.
— Тут хорошо, — сказал Пик, сидя на веранде.
— Тут наше, — ответила Катя.
Вару носился по двору с Байкалом(зелёнка приехал по имперским делам и просто позаебывать Катю). Они играли в догонялки — пёс выигрывал, потому что Вару спотыкался.
— Нечестно, — кричал Вару. — У тебя четыре лапы!
— Гав, — отвечал Байкал.
— Это не оправдание!
— Гав.
Вару падал в траву, смеялся и лежал, глядя в небо.
— Я счастлив, — сказал он.
Катя и Пик переглянулись.
— Он редко такое говорит, — заметил Пик.
— Значит, правда.
Катя улыбнулась и откинулась в кресле.
Всё было хорошо.
Приезжие
Через неделю приехали гости. Все. Даже те, кого не ждали.
— Мы соскучились, — сказала Мира, обнимая Катю.
— Я тоже, — ответила та.
Феликс привёз торт. Вовка — рыбу. Юлька — аптечку («на всякий случай»). Мстислав — книги. Данте и Габриэль — вино. Зонтик — рисунки. Куромаку — хорошее настроение.
— А я привёз себя, — сказал Вару.
— Ты и так здесь живёшь, — напомнил Пик.
— А я привёз себя в подарок.
— Себе?
— Всем.
Вару был доволен.
Устроили пир на весь двор. Жарили мясо, пели песни, вспоминали прошлое.
— А помнишь, как Катя в первый раз превратилась? — спросил Вовка.
— Это было страшно, — сказал Пик.
— А мне понравилось, — ответила Катя. — Я почувствовала свободу.
— Ты всех напугала.
— Это их проблемы.
Вару, который слушал, поднял руку:
— А я не боялся. Я был в восторге.
— Ты был в столовой.
— Я был в восторге от еды. Это тоже считается.
Все засмеялись.
Прогулка в горы
На следующий день пошли в горы. Вару обернулся ворона и летал над скалами, выкрикивая:
— ТАМ ОБРЫВ! ТАМ КРАСИВО! ТАМ ОРЁЛ! ОРЁЛ, ПРИВЕТ!
— Орёл не ответил, — заметил Пик.
— Он невежливый.
— Или умный.
— Одно и то же.
Катя шла впереди, Байкал — рядом. Она смотрела на горы и думала о том, что всё это — её. И не только горы, а жизнь, которую она построила.
— Ты счастлива? — спросил Пик, догоняя.
— Да, — ответила Катя. — А ты?
— Да.
Они поцеловались.
Вару сверху заорал:
— А Я ТОЖЕ СЧАСТЛИВ!
— Слезай! — крикнул Пик.
— НЕ ХОЧУ!
— Тогда летай.
Вару полетел дальше.
Байкал побежал за ним — на всякий случай.
Вечер. Костер.
Снова костёр. Все вместе. Мира играла на гитаре, Мстислав подпевал. Вовка с Феликсом спорили, кто лучше жарит шашлык.
— Я лучше, — сказал Вовка.
— Нет, я, — ответил Феликс.
— Проверим?
— Давай.
Они жарили, спорили и в итоге сожгли мясо.
— Вы не умеете, — сказала Юлька. — Давайте я.
Испекла заново. Все похвалили.
Вару съел половину.
— Ты быстрый, — заметил Данте.
— Я голодный.
— Это заметно.
Вару не обиделся. У него был шашлык — и это главное.
Катя сидела у костра, обнимала Байкала. Пик гладил её по плечу.
— Ты устала? — спросил он.
— Нет. Я счастлива.
— Это пройдёт?
— Не знаю. Но сейчас — да.
Он поцеловал её в макушку.
Байкал вздохнул — от умиления.
Ночь. Палатка.
Катя и Пик лежали в палатке, смотрели в открытый верх на звёзды.
— Знаешь, — сказала она, — я боялась, что после войны станет пусто.
— И что?
— А стало тепло.
— Это хорошо.
— Да.
Она повернулась к нему.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— И ты меня?
— Да.
Они поцеловались.
Байкал, который лежал у входа, сделал вид, что спит.
Вару за соседней палаткой громко сказал во сне: «Я не спал, я медитировал».
— Он даже во сне врёт, — прошептал Пик.
— Это его суперсила.
Катя засмеялась и закрыла глаза.
Утро. Возвращение.
Собрались домой. Гости уезжали — кто в свои миры, кто в свои дела.
— Мы ещё приедем, — пообещала Мира.
— Ждём, — ответила Катя.
Вару махал рукой и спорил с Байкалом, кто первый добежит до машины.
— Ты жульничаешь!
— Гав!
— Нечестно!
Пёс выиграл.
Вару пришёл вторым, но радостным — потому что всё равно проиграть собаке почётно.
— Ты лучший, — сказал он Байкалу.
— Гав, — ответил пёс.
Что означало: «Я знаю».
Тишина
Остались втроём — Катя, Пик, Вару и Байкал.
— И что теперь? — спросил Вару.
— Жить, — ответила Катя.
— Просто жить?
— Просто.
— А как это?
— Не знаю. Научимся.
Вару кивнул.
— Я согласен.
Они сидели на веранде, пили чай, смотрели на закат.
Байкал дремал у ног.
— Хорошо, — сказал Пик.
— Да, — ответила Катя.
— Я тоже так думаю, — добавил Вару. — И не потому, что есть еда. А потому, что мы вместе.
Они замолчали.
Лес шумел.
Горы темнели.
Дом стоял.
Жизнь продолжалась.
Разговор в тайне
— Кать, есть разговор, — голос Лилит прозвучал в голове тихо, без обычной насмешки.
Катя поднялась с бревна, отряхнула колени.
— Парни, я в лес. Меня не ждать.
Пик поднял голову от бумаг — настороженно.
— Хорошо, — сказал он. — А мы пока документы помучаем. Без тебя они как-то быстрее мучаются.
Вару хмыкнул и углубился в очередной отчёт Курилке и Кате по государству.
Катя ушла в лес. Остановилась на опушке — там, где старые сосны расступались, открывая небо. Тишина. Только ветер шевелит траву.
— Да, Лилит, слушаю тебя.
Лилит материализовалась из воздуха — полупрозрачная, золотистая, с усталыми глазами. Села на пенёк, как на трон.
— Только прими это серьёзно, — сказала она. — Без шуток. Без «отъебись».
Катя прищурилась.
— Когда я шутила с тобой в последний раз?
— Ты всегда шутишь. Это твоя защита.
— Ладно. Хорошо.
Катя села на траву, скрестив ноги. Байкал, который пришёл следом, улёгся рядом, положил голову ей на колени.
Лилит помолчала секунду — собиралась с мыслями. Или с силами.
— Ты не просто глава над мастью, — начала она. — Ты можешь контролировать своего брата и близнецов. Через меня.
Катя замерла.
— В каком смысле — контролировать? Приказывать? Заставлять?
— Не заставлять. Влиять. Чувствовать их. Знать, живы ли они, где находятся, что с ними. А в крайнем случае — подчинить. Чтобы спасти, например. Или чтобы они не сделали глупость.
— Ты серьёзно? — тихо сказала Катя.
— Я же говорила.
Лилит вздохнула — по-человечески, с усталостью, которая копилась веками.
— Слушай дальше. Каждому человеку при рождении даётся покровитель. Не все его чувствуют, не все с ним взаимодействуют — но он есть. Ты выбрала демона. Меня. Твой брат… выбрал ангела.
— Ангела? — Катя не скрыла удивления. — Вовка? Серьёзно?
— Серьёзно. Он был светлым, этот ангел. Крылатый, правильный, с противной улыбкой. Мы с ним не дружили. Скажем так — нейтралитет с элементами неприязни. Но на вас двоих мы старались это не проецировать. Делили обязанности, как могли.
— И что случилось?
Лилит отвела взгляд.
— Когда произошла та авария… автокатастрофа, где погибли ваши родители, — она помолчала. — Ангел отказался спасать твоего брата.
Катя побледнела.
— Отказался?
— Сказал, что «не его судьба». Что есть план, и Владимир должен умереть. А ты — выжить. Чтобы стать сильнее через боль.
— И что ты?
— А что я? — Лилит усмехнулась, но безрадостно. — Я не спрашивала. Взяла и спасла. Обоих. Только тебя — своей силой. А его — чужой, потому что моя не подходила. Но я справилась.
— А ангел?
— Ангела изгнали. Лишили права возвращаться. Суд, приговор, всё по правилам. А меня… меня поставили хранителем над вами обоими. А когда позже привезли близнецов — Миру и Мстислава — их ангелов уже не было. Их убили. Зверски, с самого начала. Я даже не знаю, кто это сделал. Но место покровителей опустело, и их тоже отдали мне.
— То есть… — Катя медленно переваривала информацию. — Ты сейчас покровитель над нами четырьмя?
— Да, — кивнула Лилит. — Над тобой, твоим братом, эльфами. Но поскольку изначально я была только твоим демоном — у тебя есть доступ. Через меня. Ты можешь их контролировать. Чувствовать. Защищать. А если надо — и наказать.
Она замолчала.
— Надеюсь, ты всё поняла. Потому что объяснять второй раз я не буду. И не потому, что не могу — просто не хочу. Я устала, Кать. Войны, смерти, перерождения, кома… Я за вами слежу уже столько, что сама скоро стану ангелом.
Катя посмотрела на неё — на уставшую, полупрозрачную, золотую.
— Спасибо, — сказала она. — За брата. За близнецов. За то, что не бросила.
— Не благодари, — Лилит встала. — Ты моя носительница. Вы — моя ответственность. Я не бросаю своих.
— Даже если они идиоты?
— Даже если они идиоты. Особенно если они идиоты.
Катя усмехнулась.
— Ладно. Я поняла. Значит вот откуда у нас эта связь.А как этим пользоваться? Контролем, чувствованием? Чтоб проще было. А то непонятно всё.
— Само придёт. Когда понадобится. Не пытайся специально — мозг сломаешь. Просто знай, что это есть.
Лилит начала таять в воздухе.
— Лилит, — окликнула её Катя.
— Что ещё?
— Ты хороший демон.
— Я — лучший демон, — ответила та, усмехнулась и исчезла.
Катя осталась сидеть на траве. Байкал ткнулся носом в её ладонь.
— Всё нормально, старина, — сказала она. — Просто жизнь преподносит сюрпризы.
— Гав, — ответил Байкал.
Что означало: «Я рядом».
Катя погладила его, встала и пошла обратно — к Пику, к Вару, к куче бумаг и к новой правде, с которой теперь предстояло жить.
Конец первой части.
Продолжение следует... когда-нибудь. Но это будет уже другая история.