Том 1: Глава 8. Спортивный Фестиваль
Юэй был таким ярким. Толпы людей, шум, смех, волнение. Все вокруг казалось живым, как океан эмоций. Изуку и Кейго наблюдали за фестивалем из зоны для профессиональных героев. Комиссия отправила их для анализа потенциальных кадров, но Изуку чувствовал, что на самом деле они хотят показать всем, что их «крылатый птенец» всегда находится под присмотром, в поле их зрения, даже среди толпы. Он решил спуститься в низ конечно же с Ястребом, ведь ему нельзя было уходить с его поля зрения если это не задания, где обычно выходят ученики, ведь в там в коридорах лабиринта есть туалеты, в который он и направлялся. Его взгляд бегал по лицам когда они спускались, пытаясь удержать фокус на людях, но что-то не давало ему покоя. В голове все время всплывали мысли о том, что он не может быть свободным. Он ведь уже не тот мальчик, который когда-то верил в светлое будущее. Это было несколько лет назад, и вот он снова на фестивале, но в другом статусе, с теми же вопросами, которые не давали ему покоя. Вдруг идя по коридору, его взгляд наткнулся на знакомое лицо. Всё вокруг на мгновение замерло, и сердце пропустило удар.
Кацуки Бакуго.
В глазах Бакуго пылал тот же огонь, что и в детстве, яркий, неистовый. Он был таким же, но одновременно чужим. Как будто время прошедшее не оставило между ними ничего, кроме пепла. И когда их взгляды встретились, что-то древнее, неразрешенное, пробудилось между ними. Это было не просто недоразумение - это было нечто большее, что оставалось без ответа, и теперь снова вспыхнуло, как искра в темноте.
- ДЕКУ?! - Грохот его голоса был как удар молнии. Он застыл, а затем, стиснув кулаки, направился прямо к нему. - Что, черт возьми, ты здесь делаешь?!
Изуку почувствовал, как его дыхание перехватило, как грудь сжалась, а горло стало каменным. В этот момент все вокруг как будто исчезло - остался только Бакуго. Задержав дыхание, Изуку изо всех сил попытался совладать с собой. Первой мыслью это было «проигнорируй его, ты не тот Мидория Изуку, ты Турако, никто не должен знать твоего имени и прошлого, ты просто инструмент», но после вспоминая на секунду те беззаботные дни опонммал что Каччан не отстанет. Он принял опрометчивое решение заговорить с ним, зная что позже будет выговор и наказание.
- Это не твоё дело, Бакуго, - ответил он, его голос звучал сдержанно, но в нем таился страх и неловкость. Не так, как он хотел бы звучать, но так, как мог.
- Не мое?! - Бакуго схватил его за воротник, как раньше, как будто это было естественным. Он снова стал тем же человеком, с тем же ярким гневом, без всякого колебания. - Ты просто исчез! Ты бросил всё, как трус!
Изуку ощутил, как его плечи сжались, как то, что когда-то было знакомым, сейчас стало болезненно тяжелым. Его внутренний мир сотрясался, и он никак не мог вернуть контроль. Каждое слово Бакуго как нож, вонзающийся в самое сердце. Как он мог иметь право обвинять его в этом, если даже не знает всей ситуации, и то что у него не было и нет выбора? Это было не просто обвинение, это была неизбывная тень их прошлого. Кейго шагнул вперед, готовый вмешаться, но Изуку поднял руку, останавливая его. Он знал, что Кейго всегда был рядом, но сейчас это было не нужно. Он сам должен был разобраться, сам должен был встретиться лицом к лицу с этим чувством.
- Не все так просто, как ты думаешь... - его слова были едва слышны, как шепот, который едва прорвался сквозь панический мрак в голове. Он смотрел прямо в глаза Бакуго, и впервые за долгое время почувствовал, как рвется та тонкая нить между их прошлым и настоящим. Больше не было того Изуку, которым он был когда-то. Он уже не был тем мальчиком, что искал признания. Но он и не был готов к такому встречному удару.
- Ты сдался, Деку. Ты просто сдался, как и всегда сдавался, чертов трус, - прошипел Бакуго, его слова были как остриё, и когда он отпустил его с резким движением, Изуку почувствовал, как часть его самого тоже отрывается. - Держись подальше от меня.
Когда Бакуго ушел, шаги его становились всё тише, но боль в груди не утихала. Изуку остался стоять, ощущая, как внутри что-то ломается. Он пытался дышать, но воздух был тяжёлым. Всё было в тумане.
- Птенчик, - мягко сказал Кейго, его голос был успокаивающим, но в нем было что-то, что напоминало осторожность, как если бы он знал, что произошло нечто важное. - Ты ведь знал, что это когда-нибудь да произойдет.
Изуку молчал, не знал, что ответить. Он просто стоял, его крылья чувствовали себя слишком тяжёлыми, словно каждый их перо было приковано к земле. В глазах стояли слёзы, которые не хотели выпадать.
- Я просто не думал... не думал, что это будет так больно, - его слова звучали, как признание, скорее себе самому, чем кому-либо. Боль не уходила, она как будто поглощала его изнутри, и он не знал, как с этим справиться.