•|29 глава|•
***
Мы ещё долго сидели там. Он придумывал глупые планы, как мы сбежим завтра и никогда не уедем из Тюмени. Я смеялась и отвечала, что он не выдержит без Москвы и студии больше недели
- может и так, — сказал он, заглядывая в глаза. — Но я точно не выдержу без тебя
И от этих слов всё внутри перевернулось
***
Когда мы возвращались домой, чемоданы всё так же стояли у стены. Но теперь я знала: какой бы город нас ни ждал, мы будем ехать туда вместе
Мы вернулись домой уже поздно. Дом был тихий: свет в окнах погас, родители спали, чемоданы по-прежнему стояли в коридоре, словно напоминание о том, что завтра всё изменится
Я прошла в комнату и хотела лечь спать, но Гриша остановил меня у двери
- Лер, — сказал он тихо. — Давай ещё чуть-чуть… не будем спать
Мы прошли на кухню. Там пахло мятным чаем и свежим хлебом, как будто мама только что прибиралась. Я села на стул, он напротив, и какое-то время мы просто молчали, держась за руки
Эта тишина была такой густой, что я даже слышала, как тикают часы. И в то же время — самой уютной тишиной в моей жизни
- страшно, что завтра всё будет по-другому, — призналась я
- будет, — кивнул он. — Но одно точно останется, мы будем рядом
Я прижалась к его плечу и закрыла глаза. Мы так и просидели — пока не начало светать. И когда он всё-таки увёл меня в комнату, мы легли в кровать, не раздеваясь, просто взявшись за руки. Засыпать было страшно — как будто сон украдёт наш последний вечер
***
Утро снова встретило нас запахом блинов. На кухне уже хлопотали обе мамы, папа Леры в спортивных штанах тащил сумку с фруктами: «В дорогу, чтоб не голодали». Атмосфера напоминала сборы в лагерь, только куда серьёзнее
Мама Леры крепко обняла дочь, приговаривая:
- ты смотри там, не замёрзни, ешь нормально. И не теряйся, Леряшка, я тебя знаю!
Грише она вручила контейнер с пирогами
- передайте Кариночке тоже, давно ее не видела
Он только смущённо улыбался, и сказал что обязательно передадим
Папа Леры хлопнул Гришу по плечу так, что тот едва не качнулся:
- береги её. И себя тоже. А если что — звони, хоть среди ночи
Две мамы загалдели в унисон:
- звоните нам обеим, понятно? И фотки присылайте!
Мы переглянулись с Гришей и рассмеялись
Когда подошло время выходить, вся семья спустилась к подъезду. Солнце ярко светило, но в воздухе было ощущение прощания
Мама Леры ещё раз обняла нас обоих
- главное, берегите друг друга. Всё остальное — ерунда
Папа махнул рукой, скрывая влажные глаза
- давайте, езжайте уже. Пока я не передумал и не спрятал чемоданы в гараж
Мы сели в такси. Я смотрела в окно, а родители махали нам, пока машина не свернула за угол
Я тихо выдохнула, ощущая, как внутри всё сжимается. Гриша взял меня за руку, сжал крепко и сказал:
- это только начало, Лер. Мы возвращаемся в Москву уже не такими, как были
И я поверила ему
***
Возле входа в аэропорт всегда шумно. Люди тащат чемоданы, кто-то нервно проверяет билеты, дети кричат и плачут. Но весь этот хаос будто растворялся для нас двоих. Мы стояли чуть в стороне, рядом с урной, и прикуривали по сигарете — как всегда
Этот маленький ритуал, почти тайный, начался между нами случайно, в ту ночь, когда мы впервые оказались вместе в постели. Тогда всё было смято, слишком быстро и страшно. Но именно этот общий дым, эта тишина между затяжками стали для нас якорем. И теперь — перед самым отъездом — он казался чем-то больше, чем просто привычкой
Гриша выпустил тонкую струйку дыма в холодный утренний воздух и сказал:
- забавно, да? Мы начинали с этого, и этим заканчиваем
Я усмехнулась, поправляя волосы, которые теперь чуть светились блондом благодаря Карине:
- не заканчиваем. Просто закрепляем
Он посмотрел на меня так, что я едва не отвела взгляд. В его глазах было что-то слишком честное, слишком прямое. Словно все его тексты, все слова, что он когда-то прятал в рифмах, вдруг собрались и сказались в одном взгляде
- ты же понимаешь, что я тебя люблю? — тихо спросил он
Я замерла, сигарета дрогнула в пальцах. Эти слова я ждала, боялась, отталкивала и одновременно жаждала услышать. Они прозвучали просто, без пафоса, без фоновой музыки или идеального момента. Но именно поэтому я знала — он сказал их по-настоящему
- понимаю, — ответила я. Голос предательски дрожал. — А ты понимаешь, что я тебя тоже люблю?
Он усмехнулся. Лёгкая, почти мальчишеская улыбка
- всегда знал. Ещё когда ты была Леряшкой, которая умудрялась потеряться даже во дворе
Я расхохоталась, закрывая лицо рукой, чтобы не расплакаться
- не напоминай!
- почему? — он сделал ещё одну затяжку. — Это и было лучшее. Тогда я понял: если я не буду тебя искать, то никто не будет. А я хотел быть тем, кто найдёт
Я смотрела на него и понимала — вот оно, то, чего я так боялась все эти дни. Не страсть, не опасность, не то, что «слишком быстро». А наоборот — слишком по-настоящему
Мы докурили молча. Он выбросил окурок, потом взял мой, будто даже это хотел разделить со мной. И вдруг просто притянул меня к себе. Прямо там, перед дверями аэропорта, среди чемоданов и чужих голосов, он обнял так крепко, что я перестала слышать всё остальное
- Лер, — сказал он мне в волосы. — Смотри. Мы могли бы потеряться тысячу раз. Но мы всё равно пришли сюда вместе. Значит, и дальше будет так
Я закрыла глаза. Уткнулась в его куртку и впервые за всё время поняла: да, можно перестать бояться. С ним — можно.
***
Внутри аэропорта было суетно и ярко. Мы прошли регистрацию, сдали багаж, и чемоданы, в которых были собраны все наши «тюменские воспоминания», скрылись на конвейере
Я поймала себя на мысли, что не хочу отпускать это — запах маминого дома, смех папы, ночи на кухне, шутки, которые мы понимали только вдвоём. Но в то же время — я чувствовала: именно этот багаж мы забираем с собой, он всегда будет с нами
Мы сели в зале ожидания у окна. На взлётной полосе катались самолёты, и я вдруг вспомнила: раньше я ненавидела перелёты. Всегда казалось, что это огромный риск, что всё может закончиться в один миг. А сейчас… сейчас я впервые смотрела на крылья самолёта и не чувствовала паники
- ты заметила? — Гриша наклонился ко мне. — Мы больше не молчим о том, что чувствуем
- заметила, — я улыбнулась. — И знаешь, это куда страшнее, чем молчать
Он взял меня за руку
- но зато честнее.
Мы сидели так, пока объявляли посадку. И когда очередь дошла до нас, я вдруг поняла: да, это и есть перелом. Я ухожу в самолёт не одна, и всё, что меня ждёт в Москве, — работа, люди, новые страхи — уже не выглядит непосильным. Потому что рядом он.
***
Взлёт был плавным. Мы сидели бок о бок, и его плечо было моим подголовником. Я смотрела в окно на ускользающую землю, на крошечные крыши домов, на тонкую полоску реки — и у меня защипало глаза
Гриша заметил
- эй, — он слегка толкнул меня плечом. — Только не плачь, ладно? Мы же договорились: это не прощание, а начало
- я знаю, — прошептала я. — Просто… слишком много всего
Он снова усмехнулся, и в его усмешке было всё: и спокойствие, и вера, и эта его особая, почти детская уверенность в том, что если он сказал — так и будет
- тогда запомни, Леряшка. Даже если снова потеряешься — я найду
И в этот момент я поняла: да, можно лететь куда угодно, в любую Москву, в любую неизвестность. Потому что этот человек рядом — и это уже навсегда.
***
Когда мы приземлились, Москва встретила нас серым небом и влажным воздухом. Но это было неважно.
Мы снова вышли из аэропорта и по привычке достали сигареты. Снова затянулись вместе, снова выдохнули дым в холодный воздух. Это был наш знак, наш код, наша маленькая тайна. Наш Дым Детства..
И именно в этой паузе, в этом общем ритуале я поняла: мы теперь не просто Лера и Гриша из Тюмени. Мы — «мы»
И с этим «мы» я готова была идти куда угодно
---------------------------------------------------------
Очень жду вас в своем тгк, буду рада вашей подписке!
Chanel: t.me/repvattpad