Глава 158 - «По глазам»
— Мне нужен перерыв, Даня.
Слова звучали тихо. Почти шёпотом. Но от них будто сорвало воздух с лёгких. Даня смотрел на Алексея, не веря. Он не кричал, не умолял, не устраивал сцены. Просто кивнул.
И только потом, уже ночью, в пустой квартире, когда эхо слов всё ещё звучало в голове, он впервые за долгое время снова достал старую коробку с таблетками. Снотворное. Успокоительное. Лекарства, от которых хотелось исчезнуть. Хоть на несколько часов. Хоть как-то забыться.
Он ложился спать с болью в груди и просыпался с ней же.
Время шло. Прошёл год, потом два, потом восемь. Алексей не писал. Не звонил. Где-то по слухам — через знакомых — Даня слышал, что у него теперь девушка. Эля. Кажется, они вместе живут. Кто-то даже говорил о свадьбе.
Он пытался не думать. Работал. Читал. Снова бросал и начинал курить вейп. Иногда плакал в ванной. Иногда просто смотрел в стену и думал, что больше никогда не позволит себе верить.
Прошло тридцать лет. Мир стал другим. Он тоже. Волосы чуть поседели у висков, пальцы стали дрожать только в холод. Даня научился жить. Один. Без ожиданий. Без мечт.
Он сидел в очереди в старом здании почты, облокотившись на свою любимую потёртую сумку, с которой ходил ещё в молодости. В холле пахло старой бумагой и мокрым снегом. Очередь двигалась медленно.
Он не заметил, как рядом остановился мужчина — высокий, чуть сутулый, в длинном пальто.
— ...Даня?
Голос будто вырвал воздух из помещения. Даня повернулся. Медленно. И сразу замер.
Глаза. Те самые. Чуть уставшие, но всё такие же глубокие. Он бы узнал их в любой толпе. Даже во сне. Даже сквозь годы.
— Алексей? — спросил он одними губами.
Тот кивнул. Смотрел, не дыша. На сумку. На лицо. На губы. И снова в глаза.
— Я узнал тебя... по глазам. И по этой... сумке. Ты её всё ещё носишь.
Даня хотел сказать что-то лёгкое, шутливое. Но вместо этого просто кивнул. Потому что голос предательски дрожал.
И всё, что смог выдавить:
— А я... тебя по голосу.
Молчание между ними было тёплым. Медленным. Наполненным годами, которые они потеряли. Но в нём было место и для надежды.