Под снегом

Вино делало Даню раскованнее — слова с его губ львались мягко и нежно, словно струи тёплого весеннего дождя.

— Знаешь, солнышко... — начал он, слегка улыбаясь и покачиваясь, — мой нежный котик, мой любимый... мой зайчик...

Алексей рассмеялся, гладя Данию по голове, наслаждаясь каждым ласковым прозвищем, что вырывалось из его пьяного языка.

— Ты — мой светик, мой пушистик, мой родной... — Даня говорил всё быстрее, чуть сбиваясь, но глаза его сияли искренностью и теплом.

Лёша обнял его крепче, чувствуя, как даже в таких маленьких словах прячется огромная любовь.