Под снегом

Алексей продолжал осторожно обнимать Дани, его руки скользили по спине, мягко касаясь кожи через тёплую ткань кофты. Каждый его жест был полон заботы и бережности, словно боясь причинить хоть малейшую боль.

Даня дрожал, но уже не от страха — это была дрожь от волнения и нового, тонкого ощущения тепла. Когда Алексей провёл пальцами вдоль шеи, Даня тихо застонал, почти не осознавая этого звука.

Алексей улыбнулся, опуская взгляд на его дрожащие губы:
— Ты здесь, со мной. Всё хорошо.

Тот нежный, тихий стон стал для них обоих тихим признанием — постепенно стены вокруг Дани рушились, уступая место доверию и любви.