The neigbour | Bill Skarsgård [редактируется]

Когда парни зашли в квартиру, Билл, закрывая дверь, машинально провёл рукой по деревянной поверхности, будто пытаясь успокоиться. Он глубоко вздохнул, погружаясь в свои мысли, и медленно прошёл в комнату, стараясь не встретиться взглядом с другом. Арон, сняв свои пыльные кроссовки, аккуратно оставил их у двери и молча последовал за Биллом. Он бросил взгляд на обстановку: просторная комната, минималистичный дизайн, большая кровать у окна, а посреди стоял диван, обитый мягким зелёным материалом, слегка потрёпанный, но всё ещё уютный.

Арон уселся на диван, лениво раскинувшись. Он облокотился на спинку, скрестив ноги, и с ухмылкой посмотрел на Билла, который, всё ещё погружённый в свои мысли, прошёл мимо него и сел на самый край дивана, словно не хотел полностью присоединяться к разговору.

— Ну давай, рассказывай, — наконец, нарушил тишину Арон, слегка покачиваясь и явно намереваясь вытянуть из друга подробности. В его тоне слышалась насмешливая нотка, а взгляд говорил: «Я всё знаю».

— Что рассказывать? — Билл поднял на него глаза, делая вид, будто действительно не понимает, о чём речь. Он сунул руки в карманы, пытаясь скрыть лёгкое напряжение, и продолжал сидеть на краю дивана, сохраняя дистанцию — и физическую, и эмоциональную.

Арон хмыкнул, замечая, как друг пытается улизнуть от разговора. Он хитро прищурился и, наконец, улыбнулся с лёгкой издёвкой.

— О том, что ты делал у Эмили, да ещё и вышел от неё в одних джинсах, — ухмыльнулся Арон, подмигнув, его глаза светились игривостью. Он продолжал наблюдать за Биллом, будто наслаждаясь его смущением.

Билл скользнул взглядом к окну, словно ища там спасение, и задумчиво провёл рукой по затылку. В комнате стало на мгновение тихо, как будто его мысли начали звучать громче.

— Эм... нуу... — протянул он, делая паузу, пытаясь собрать мысли в кучу. — Завтракал, — наконец, ответил он, с некоторой небрежностью, но в голосе явно проскользнул намёк на то, что дело было не только в завтраке.

Арон не мог удержаться от смеха.

— Завтракал, говоришь? — его голос наполнился откровенным недоверием, и он снова развалился на диване, явно не удовлетворённый столь простым ответом.

— А откуда ты знаешь её имя? — неожиданно сменил тему Билл, резко подняв брови. Его взгляд стал серьёзным, даже немного настороженным, словно он не хотел, чтобы Арон знал слишком много о его отношениях с Эмили.

Арон развёл руками с невинным выражением лица, будто это было что-то само собой разумеющееся, не стоящее обсуждения.

— Скажем так, она мне помогла, — произнёс он с такой лёгкостью, будто это было частью повседневной рутины.

Билл нахмурился, прищурив глаза. Он откинулся на спинку дивана, продолжая внимательно смотреть на друга.

— С чем интересно? — его голос был спокойным, но в нём сквозила лёгкая подозрительность.

Арон театрально закатил глаза и, снова ухмыльнувшись, вздохнул, как будто собирался рассказать что-то незначительное, хотя прекрасно знал, что его слова заденут друга.

— Помогла остановить кровь и обработать раны, когда ты меня избил, — шутливо скривился Арон, воспроизводя на лице гримасу боли, словно снова переживая те события.

— Мог бы и сам это сделать, — буркнул Билл, потянувшись к столу и доставая из пачки сигарету. Он машинально щёлкнул зажигалкой, прикуривая, и затянулся, пытаясь таким образом уйти от неприятных воспоминаний. Разговоры о прошлом, особенно об их драке, вызывали в нём противоречивые чувства — от вины до раздражения.

— Ревнуешь? — Арон хихикнул, наклоняя голову вбок и пристально глядя на Билла. В его тоне явно слышалось поддразнивание. Он наслаждался моментом, как будто это было единственным очевидным выводом из всего происходящего.

Билл бросил на него короткий взгляд, задерживая дыхание после очередной затяжки, а затем медленно выдохнул дым, создавая перед собой небольшое облако. Его взгляд стал холоднее, но уголки губ невольно дрогнули, выдавая легкую усмешку.

— Ага, конечно, — Билл наконец расслабился и слегка улыбнулся. — Как будто был повод.

Билл молча достал сигарету, прикурил и, глубоко затянувшись, с силой выдохнул клуб дыма, который постепенно окутал его лицо. Казалось, дым был не просто воздухом — он словно отгораживал его от внешнего мира, помогая уйти в собственные мысли. Его глаза были задумчиво направлены в одну точку, но внутри него всё кипело от противоречивых чувств. Он нашёл в этом процессе спокойствие, но также ощущал, как внутри разгораются неясные страхи и тревоги, которые так трудно было выразить словами.

Арон, со своей характерной жизнерадостностью, не собирался оставлять друга в покое. Он резко повернулся к Биллу, скрестив руки на груди, с нарочито серьёзным выражением лица, которое сразу выдавало его намерения.

— Так давай, рассказывай, у вас было? — спросил он, пытаясь придать голосу драматичную интонацию, словно это был какой-то важнейший поворотный момент.

Билл, всё ещё держа сигарету между пальцами, бросил на него короткий взгляд, и уголки его губ слегка дрогнули в невольной улыбке. Ему стало легче. Несмотря на всё, что терзало его изнутри, лёгкость в общении с Ароном вернулась.

— А сам как думаешь? — с усмешкой ответил он, выпуская дым через нос и заметив, как слова друга пытались выбить его из этого состояния. В его голове проносились воспоминания о той ночи — сладкие и мучительные одновременно.

Арон громко захохотал, запрокинув голову назад. Его смех был заразительным, искренним, будто он только что услышал величайшую шутку в мире.

— Я так и знал! — его глаза светились весельем, и он, словно ребёнок, радовался тому, что «разгадал тайну». — Ну, прими мои поздравления, тебе теперь не хватает только обручального кольца!

Билл фыркнул, отмахнувшись от его слов с презрительно-дружеской ухмылкой. В ответ на шутку он толкнул друга в плечо, при этом ощущая, как внутри него разливается тепло. Воспоминания о той ночи действительно вызывали в нём чувство счастья, хотя он старался не показывать этого открыто. Но мгновения радости, которые проскальзывали в сердце, были слишком очевидны для такого наблюдательного человека, как Арон.

— Ой, да заткнись, — произнёс он, пытаясь скрыть подрастающую улыбку, но предательская искра в глазах всё выдавала.

Арон, не отпуская ситуацию, вглядывался в друга с едва сдерживаемым хихиканьем. Он прекрасно знал, что попал в точку, и его очередная шутка была неизбежной.

— Знаешь, если ты не расскажешь мне все детали, — начал он, нарочито серьёзным тоном, — я начну думать, что ты просто хочешь скрыть от меня свою ужасно скучную историю!

Его голос прозвучал как гром среди тишины, и Билл, не удержавшись, наконец рассмеялся в ответ. Он знал, что всё это была лишь игра, дружеское поддразнивание, но именно в такие моменты он ощущал, что их связь с Ароном крепче всего. Они могли смеяться над тем, что обычно таилось в недрах их мыслей, и это придавало общению особую искренность.

Билл затушил сигарету в пепельнице на столе, его взгляд был уже гораздо более расслабленным. Улыбка на его лице стала шире, а в сердце появилось лёгкое чувство свободы.

— Ладно, ладно... может, расскажу как-нибудь, — сдавшись, произнёс он, потянувшись к другой сигарете, но уже с не такой тяжестью, как вначале.

Теперь между ними не осталось тех острых углов, которые были вначале. Лёгкость этого разговора сблизила их ещё больше. Они были не просто друзьями — они стали соучастниками в собственных переживаниях, которые постепенно превращались в историю их жизни, где смех и поддержка становились фундаментом в этом непростом мире.

*Тем временем в квартире Эмили*

Эмили закрыла дверь за спиной и почувствовала, как тишина наполнила её квартиру. Напряжение, висевшее в воздухе после встречи с Биллом, словно растворилось в этой тишине, но мысли о нём продолжали крутиться в голове, как плёнка старого фильма, который она уже видела не раз.

Она прошла на кухню, где стол ещё хранил следы недавнего завтрака. Остатки яиц и несколько крошек омлета напоминали о быстром, но нервном утре. Эмили привычно взялась за тряпку, стирая со стола эти напоминания, словно пытаясь вычеркнуть из памяти остатки того чувства, которое её сейчас тяготило. Когда её взгляд упал на маленькую каплю молока на краю кухонной раковины, она остановилась. Какая мелочь, подумала она, но как много она отражает. Эмили вздохнула, утирая каплю, чувствуя, как эта незначительная деталь почему-то придавала вес её внутреннему беспорядку.

Закончив с кухней, Эмили прошла в спальню. Она начала стягивать постельное бельё — аккуратные движения, одно за другим, помогали ей сосредоточиться на чем-то простом. Внезапно её внимание привлёк слабый звук, словно что-то упало на пол. Она остановилась, оглядываясь вокруг, и заметила блеск на ковре. Сперва не сразу поняла, что это, но, подняв предмет с пола, сердце пропустило удар.

Наручные часы. Билл.

Её мысли мгновенно заполнились воспоминаниями о последней встрече — об их случайных прикосновениях, о том, как он смотрел на неё с лёгкой полуулыбкой, которая всегда заставляла её чувствовать нечто большее. Эти часы явно выпали из его кармана или соскользнули с запястья, когда он был у неё. Эмили медленно провела пальцами по металлическому ремешку, ощущая его прохладу. "Нужно вернуть", — подумала она, кладя часы на прикроватную тумбочку.

Она быстро закончила уборку, загрузила бельё в стиральную машину, и, почувствовав, что волнение не даёт ей покоя, решила, что пора выйти из дома и развеяться. Часы Билла были хорошей причиной, чтобы найти его.

Эмили бросила взгляд в зеркало в прихожей, проверяя, как она выглядит. Она не знала, зачем делает это — может, из-за того, что встреча с ним всегда оставляла после себя легкую дрожь. Собравшись с мыслями, она взяла его часы и вышла из квартиры.

Она уже собиралась направиться к Биллу, как вдруг, практически на пороге, наткнулась на Арона, выходящего из квартиры её соседа. Его лицо озарилось привычной улыбкой, весёлой и лёгкой, которая всегда была уместна. Но что действительно её удивило — это стоявший позади него Билл, с сигаретой, зажатой в зубах, и мягкой, почти нежной улыбкой. Он выглядел расслабленно, будто все волнения остались где-то позади.

Эмили замялась на мгновение. Она не ожидала увидеть его так скоро, и её сердце слегка замедлило ход, будто дразня её тем, как она должна реагировать. Но Эмили не могла позволить себе колебаться. Она сделала шаг вперёд, сжав в руке его часы, и с лёгким смущением подошла к ним.

— Билл, — произнесла она, в её голосе звучала нотка неловкости. — Ты оставил свои часы у меня.

Билл приподнял бровь, слегка удивившись, но затем с мягкой улыбкой потянулся за своей вещью.

— О, спасибо, Эмили, — сказал он, встречаясь с её взглядом. На мгновение между ними повисло странное молчание, но оно было каким-то тёплым, словно оба понимали что-то большее, чем могли сказать словами.

Арон, стоящий рядом, наблюдал за ними с хитрой усмешкой, которая говорила о том, что он прекрасно понимает, что происходит. С его типичной прямолинейностью он не мог удержаться от комментария.

— Слушайте, может, вам стоит чаще терять вещи друг у друга? Это, похоже, работает как отличный способ встречаться! — подмигнул он, нарочито театрально разводя руками.

Эмили рассмеялась, не смогла сдержаться. Билл, закатив глаза, фыркнул, но внутри был благодарен другу за разрядку атмосферы. Он взглянул на Эмили, снова улыбнувшись, на этот раз чуть увереннее.

— Похоже, так и есть, — тихо добавил он, всё ещё глядя ей в глаза, и оба вдруг поняли, что между ними стало меньше той невидимой преграды, что была раньше.

— Что, прости? - Эмили непонимающе посмотрела на парня.

— А? Все ок, я пошёл. Не буду вам, голубки мешать. - он поднял руки в знак капитуляции и сделал несколько шагов назад, смеясь и подмигивая. Он явно наслаждался тем, как неловкость переполняла их с Биллом. Эмили почувствовала, что его уход был долгожданным, но всё равно бросил её в ещё большее смущение.

— Иди, иди, — Билл усмехнулся, но его взгляд остался прикован к Эмили. В его глазах промелькнуло что-то теплое и глубокое, от чего у Эмили неожиданно закололо в сердце. Её дыхание стало чуть глубже, а взгляд — напряжённым, будто она боялась, что он сможет прочесть её мысли.

Арон, всё ещё смеясь, показал средний палец другу и спустился по лестнице, оставив их вдвоём. На мгновение повисло молчание, словно никто не знал, как его заполнить. Эмили сделала шаг вперёд, чувствуя, как её неловкость снова охватывает её, но, несмотря на это, она решительно протянула Биллу его часы.

— Кажется, это твоё, — её голос слегка дрожал, прозвучав чуть выше обычного. Она боялась, что он заметит это волнение, которое отразилось в её тоне.

Билл осторожно взял часы из её рук, его пальцы на миг коснулись её, оставляя едва уловимое тепло на её коже. Его прикосновение было нежным, но уверенным. Он посмотрел на часы и улыбнулся, тепло и благодарно, его глаза снова встретились с её.

— Ой, да. Спасибо, я думал, что потерял их, — сказал он, положив их в карман джинсов. Он почувствовал лёгкую радость от этой случайной встречи, от того, что их пути снова пересеклись. Ему нравилась такая мелкая причина для того, чтобы видеть её.

Эмили улыбнулась, но её взгляд сместился вниз, к земле. Она попыталась пошутить, чтобы избавиться от напряжённости.

— Ты проверь, работают они или нет. А то я их уронила... Прости за это, — её голос звучал извиняющимся, хотя она знала, что в этом нет ничего серьёзного. Она снова подняла взгляд, но в нём сквозило лёгкое смущение.

— Всё в порядке, ничего страшного, — ответил Билл, его голос был тёплым и спокойным. Он осторожно приобнял её за плечи, будто хотел успокоить её. Эмили почувствовала, как это прикосновение растопило её тревогу, разливаясь по телу приятным теплом. Но вместе с этим пришло неожиданное осознание их близости — ей стало неловко, словно их дружба превратилась во что-то большее, что они оба ещё не могли осознать.

— Ну ладно, а то я уже подумала, что прибьёшь меня за это, — Эмили попыталась вернуть лёгкость в их общение, поёжилась, но её напряжение взяло верх, и она слегка отстранилась от него, как бы отгораживая себя от возможных сложных эмоций. Её смех прозвучал неестественно.

Билл нахмурился, уловив перемену в её настроении. Он не хотел её смущать, но не мог понять, что именно изменилось. Её отстранённость заставила его почувствовать себя немного растерянным.

— Ты чего? — спросил он, его голос был слегка озадачен. Он внимательно наблюдал за её выражением лица, пытаясь прочитать, что скрывалось за её смущением.

Эмили попыталась улыбнуться, но вместо этого её охватило желание уйти, спрятаться от своих эмоций.

— Мне пора, — резко сказала она, не глядя ему в глаза. Она сделала шаг назад, собираясь уйти, но Билл, обеспокоенный её внезапным уходом, протянул руку и мягко схватил её за запястье. Его прикосновение было осторожным, но решительным, как будто он не хотел её отпустить.

— Всё в порядке? — его голос был тихим, но в нём слышалась искренняя забота. Он не хотел давить, но чувствовал, что что-то её тревожит. Его слова проникли глубоко в её сознание, вызывая волнение и смятение.

Эмили остановилась, не в силах сразу ответить. Она чувствовала, что её слова запутываются в её голове. Наконец, она выдохнула:

— Да... — она запнулась, её голос дрожал. — Мне просто пора идти, — добавила она, не находя подходящих слов, чтобы объяснить свои чувства.

Билл, тяжело вздохнув, отпустил её руку, чувствуя, как она ускользает от него, не только физически, но и эмоционально. Он хотел что-то сказать, что-то сделать, но не знал как.

Эмили быстро скрылась за дверью своей квартиры, закрыв её за собой, оставив Билла стоять в тишине на лестничной клетке. Он всё ещё ощущал её тепло, а её образ продолжал оставаться перед его мысленным взором. Секунды тянулись, и он, стоя на месте, вдруг понял, как много всего он хотел бы сказать ей, но не успел.

Вздохнув, он достал часы из кармана, разглядывая их. Они, к его облегчению, работали. Надев их на запястье, он усмехнулся, но эта улыбка быстро растаяла, уступив место тяжёлым раздумьям. Билл повернулся и медленно направился к себе домой, чувствуя странную пустоту. Он закрыл за собой дверь и облокотился на неё, задаваясь вопросом: что именно он чувствует к Эмили? И что он должен сделать дальше?