Сломленные крылья души [18+]

В салоне новенького автомобиля пахло чем-то цитрусовым; все было настолько чисто и аккуратно, что я невольно ущипнула себя незаметно за коленку и убедилась, что действительно нахожусь в машине, владельцем которой является молодой парень. Из динамиков приглушенно доносилась какая-то известная попса, а за окном мелькали пейзажи оживленного, ночного города. Я уселась на переднее сидение, возомнив себя чересчур взрослой и самостоятельной, а самое главное привлекательной особой. Кровь с невероятной скоростью неслась по разгоряченным алкоголем венам, а сердце билось, как птица в клетке, готовое вот-вот выпрыгнуть, упорхнуть и оставить меня наедине с этим парнем. Легкие по-прежнему горели, несмотря на то, что я покинула задымленное кальянами и сигаретами помещение. Парень сосредоточенно смотрел вперед, лишь изредка поворачиваясь в мою сторону, чтобы оглядеть с ног до головы, и одарить улыбкой, от которой ноги потрясывает, а во рту пересыхает. От его взгляда становилось не по себе; ткань на груди натянулась еще больше. Да от меня разило возбуждением за десятки метров!

Очень надеюсь, что это не так.

Квартира была слегка больше, чем я смогла себе представить. Никаких намеков на холостяка: блеск, все как-то слишком аккуратно. Придерживаясь за стены и на ходу сбрасывая пальто, я дошла до дивана в гостиной, с грохотом опустившись на него. Легкая ткань платья на доли секунды взмыла вверх и так же быстро приземлилась обратно. Парень ускользнул куда-то на кухню, а может и в ванную, оставив меня совершенно одну.

На стене висели картины, много картин; прямо передо мной на каких-то черных креплениях новенькая плазма, а под ней дорогущая стереосистема. Не будь человек любителем хорошего звука, то не стал бы покупать эту штуковину. Повернув голову чуть правее к окну, я с восторгом подскочила с места и направилась прямо туда, напрочь забыв о своем опьянении. Огромный стеллаж был полностью заставлен различными книгами, начиная с классики и заканчивая современными романами. Пальцы руки по инерции коснулись каждой, они двигались медленно, как бы поглаживая и изучая каждую из них; сердце стучало еще быстрее, мне уже нравился этот парень. У каждой книги была своя обложка: одна имела слегка бархатный переплет, другая абсолютно гладкая.

- Ты увлекаешься книгами? – в тишине раздался хриплый голос, от чего я даже вздрогнула.

- Ты напугал меня, - ответила я. – Да, я люблю читать, но не все жанры. По большей части это все, кроме классики, детективов, фантастики и научной литературы. А я, как посмотрю, ты ценитель хорошего звука?

Богдан с интересом смотрел на меня, улыбаясь одним уголком губ. Он закинул руки за голову, потянулся, открывая темную полоску волос, скрывающихся за черными джинсами, и направился ко мне.

- Интересно, а ты очень внимательная. Не всем дано замечать несущественные детали, - прошептал он. Мой взгляд был прикован к голому участку кожи, я буквально со стороны видела, как мои щеки покрываются румянцем. Он надвигался на меня медленно, с невероятной грацией; пальцы болели от моих истязаний, а губа вот-вот начнет кровоточить, если я не перестану ее кусать.

- Хм, а что ты думаешь о взрослой литературе? – соблазнительный шепот щекотал ухо. Его удивительно длинные пальцы зацепились за края ткани и скользнули вверх по коже. Мной овладели неведомые мне ранее чувства. Он поцеловал меня легко и непринужденно в сонную артерию, где бился пульс. Ноги едва ли не подкосились от таких действий. – Ну, так что? Уверен, что ты хоть раз проявляла интерес к такому жанру.

Слова заглушал шум собственного сердцебиения.

- Да, - проскулила я. Ладони вцепились в его бицепсы, умоляя не останавливаться.

- Что «да»? Читала? – я коротко кивнула. – Не удивлен, - с насмешкой ответил он и резким движением, обхватил меня за талию и слегка подтолкнул назад, к окну. Холодное стекло большого балкона приклеило меня к себе, остужая разгоряченную кожу. Его пальцы плавно передвигались с моих бедер на грудь, обводя пальцем маленькие кнопочки, откровенно выпирающие из ткани, на шею.

Между нашими лицами оставались жалкие сантиметры до соприкосновения губами, я чувствовала его мятный запах. Я облизнула губы, осмеливаясь поднять глаза на его лицо. Черные омуты смотрели жадно, его глаза напоминали мне самые чертоги ада, где резвятся черти - довольные черти. Трезвая я давненько бы возразила и хоть как-то попробовала бы сопротивляться, но я пьяна, и прямо сейчас готова утонуть, сгинуть в чертогах ада этого парня. С каждым прикосновением мне хотелось все больше и больше, тело требовало прикосновений, поцелуев, оно жаждало внимания. Хоть я и девственница, но не тупая, и прекрасно понимаю, что прямо сейчас хочу этого парня, целиком и полностью. Там внизу, все щекотало, трепетало и неприятно ныло.

В глазах все поплыло, когда его пальцы скользнули по бедрам, чуть выше. Я едва сдерживала стон; слишком приятно и стыдно одновременно. Губы раскрывались все чаще и чаще от ощущений, а грудь поднималась выше, вплотную прижимаясь к его, такой твердой и мускулистой. Богдан подхватил меня за бедра, придерживая одной рукой за поясницу. Слегка коснулся моих высохших губ и понес меня в темноту соседней комнаты. От легкого поцелуя вскружилась голова, я протяжно промычала, когда он отстранился, укладывая меня на безумно мягкий матрас.

Мои ноги были по-прежнему широко раскрыты, только так я могла наблюдать за моим искусителем, дьяволом воплоти. Словно прожигая меня немигающим взглядом, он медленно принялся расстегивать пуговицы черной, как и его глаза, рубашки. Это длилось бесконечно долго; и вот когда наконец показалась та самая полоска черных волос, я восторженно вздохнула и свела бедра как можно плотнее.

Он медленно стянул со своих плеч ткань, обнажая тело.

Вау!

В сумерках комнаты, под сиянием луны, мне открылась его грудь. Большая татуировка птицы или что-то похожее на нее начиналась прямо под его ключицами, там распростились широкие крылья, а заканчивалась чуточку выше солнечного сплетения. На руках тоже что-то виднелось, но это было слишком не примечательным, чтобы обратить больше внимания на маленькие детали.

Парень всем своим телом навис надо мной, заставляя вновь раскрыть ноги и подпустить его еще ближе. Выпуклая часть в области его ширинки давила мне на низ живота, вызывая бурю приятных мурашек. Крепкие руки стояли по обе стороны от моих плечей. Черные, как ночь, глаза пристально осматривали меня; сначала они исследовали мои глаза, а потом плавно перешли на губы. Стоило мне их облизнуть, как послышалось довольное урчание, и мои губы накрыли беспощадным поцелуем, заставляя забыться и упасть в пропасть, как будто во сне, мне уже хотелось достигнуть дна. Он настойчиво, но нежно сминал мои губы, совсем не давая глотнуть воздуха. Я старалась не оплошать и в точности повторять все, что он делал.

- Твои губы слаще, чем выглядят, - прошептал он, на миг разрывая поцелуй. Я хватала воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Меня моментально бросило в жар, горело абсолютно все; каждая клеточка тела трепетала и одновременно сгорала в адском пламени его чертогов - черных глаз. Нервные окончания будто оголились, и теперь беспощадно ныли и просили огня, жаркого пламени, из самых недр ада.

Оставляя в покое мои истерзанные пару секунд назад губы, парень уверенно скатился вниз, оставляя влажную дорожку из поцелуев сквозь едва ощутимую белую ткань. Он схватился за подол платья и потянул его вверх; я инстинктивно приподнялась, тем самым облегчая ему задачу. Приятный холодок коснулся голой груди и края кружевных, белых трусиков.

Он нервно сглотнул, облизнул припухшие губы, наклонился и вновь захватил мои губы. Пальцы аккуратно шастали по моей груди, сжимая ее и покручивая возбужденные, розовые соски. Не было сил себя больше сдерживать, я громко простонала в его рот, приподнимая бедра выше, так, чтобы коснуться его.

Богдан отстранился и погрозил мне пальчиком, положил на живот свою горящую ладонь и слегка надавил, чтобы я обратно легла на матрас. Нежно поцеловал над пупком и устремился вниз, рассматривая полупрозрачную кружевную ткань.

- Ммм,я же тебе тогда говорил, как сильно меня возбудил твой танец у шеста? - слова тянулись, как мед, сладкими и хриплыми отрывками всплывая в голове. Я вкусила сладость и уже не могла остановиться – мне требовалось больше, чем обычные прикосновения. – Позволь отблагодарить и слегка наказать за те немалые мучения после того, как подоспел тот тип и все испортил. А так все хорошо начиналось, - он что-то невнятно бормотал, слова сливались в целые предложения и я уже ничего не понимала.

Я потянулась своей ладошкой вниз и едва коснулась себя там, чтобы хоть как-то избавиться от ноющей боли, но меня опередили; ткань трусиков легко отодвинули в сторону, его горячее дыхание коснулось меня там. Я начала плавиться. От наслаждения глаза закрылись сами собой, а когда его язык коснулся меня, то мне снесло крышу. Тело вспорхнуло вверх, извиваясь дугой.

Каждое его действие подталкивало меня к краю пропасти, еще чуть-чуть и я упаду. Грудь ныла, стоны с моих губ срывались все чаще, бедра приподнимались в такт его прикосновениям. Еще чуть-чуть и я сойду с ума.

Пот маленькими бусинками проступил на теле, поблескивая в лунном сиянии. Парень довольно урчал, ладонью поглаживая мою грудь. Он как будто высасывал из меня жизнь, по правде говоря: слишком странным способом, но сейчас это волновало меньше всего. Доля секунд до того, как адский огонь всей его сущности вот-вот поглотит меня целиком и полностью.

Одно уверенное нажатие на какую-то точку и последнее движение языком заставило мое тело судорожно дрожать. Я вцепилась в простыни, изо всех сил сжимая их в кулак, чтобы не взмыть к небесам, оставляя свою душу этому дьяволу в человеческом обличии. Я не могла дышать, собственный стон оглушил меня, внутри меня что-то взорвалось, как фейерверк в новогоднюю ночь, только в десятки раз мощнее, словно атомная бомба. Сладостная и тягучая истома наполнила меня от кончиков пальцев на ногах, до самых потайных уголков мозга. Тело онемело, превратилось в одну большую вату. Ноги безжизненно опустились на мягкий матрас, утопая в простынях, и я буквально отключилась. Вот оно, я достигла дна пропасти, я в самом низу. Мне удалось познать лишь частичку пламени огня его чертогов, лишь частичку...

Перед тем, как я окончательно отключилась, что-то теплое и мокрое коснулось моего виска, тишину прервал тихий шепот:

- Сладких снов, мой ангел.