25 часть
Девочка-целочка
– Он крутейший дайвер. Я много слышала о нем. У него немерено всяких наград. По-моему, я его даже в какой-то научно-исследовательской передаче видела – он там с командой дайверов исследовал затонувший лайнер...
– Вы о ком? – спросила я, усаживаясь за один столик с Адель, Брианной, Патриком и Дарреном. Мы по утрам после первой лекции обычно шли в кафе университета. Ребята сметали с прилавка сэндвичи и газировку, а я сидела с ними за компанию, ковыряясь вилкой в контейнере с домашней едой.
– О нем, – кивнула Адель и указала глазами в другой конец зала, где обычно тусили старшекурсники. – Вон тот, с темно-русыми волосами и шикарным телом. Кажется, он норвежец.
Я поперхнулась зеленым горошком, который успела сунуть в рот. Взгляд метнулся к дальней стене и – да, там, за крайним столом, сидел он. Джейдан Хосслер собственной персоной в компании сочных девиц и возмужалых парней.
– Тело шикарное, согласен, – заметил Даррен, и все невольно расхохотались. – У него такие дельты и широчайшие мышцы спины, я просто отчаялся такие накачать. Это, наверное, от плавания. Но я не умею плавать.
– Даррен, зая, все у тебя нормально с мышцами, расслабься, – заметила Брианна.
– Я бы не прочь потрогать эти... как ты там сказал? Дельты и широчайшие? – хихикнула Адель, подводя губы алой помадой.
– Его девушка сделает тебе харакири, – предупредила Брианна.
– Харакири можно сделать только самому себе, сечете? – проснулся Патрик. – Это ритуальное самоубийство. Если вспороть живот кому-то – это уже убийство, а значит, не харакири... Да-да, я много чего знаю о самоубийствах. Кстати, его девушка выглядит не очень, заплаканная какая-то. Уж не случилось ли чего.
– Ой, да что с ней может случиться, Патрик? С такими, как Мэдс , случаются только успех, популярность и всеобщая зависть... Хотя ей бы не мешало набрать пару килограмм, штанам не на чем держаться, – покачала головой Брианна.
– Я слышала, что она фотограф и уже довольно известный. Это правда? – спросила Адель, откладывая помаду и вынимая из сумочки маленькое зеркальце. – Фотографирует моделей и даже открыла выставку в Национальной галерее.
– Я тоже слышала, что она не промах, – кивнула Брианна. – Красивая пара.
Я положила в рот ложку горошка и отвернулась. Что-то ныло внутри. Ныло, и всхлипывало, и сморкалось в маленький платочек.
– Кстати, вы видели тачку Джейдана ? Черт, я бы отдался за такую, – хохотнул Даррен.
– А меня тошнит от этих понтов, – заметила Адель. – Вот когда ты сам себе на нее заработал – тогда нет вопросов, молодец. Но когда тебе родаки ее дарят – отстой.
«Та-ак, мне стоит припрятать свою «S7» на неопределенное время», – подумала я, полностью разделяя взгляды друзей о том, что машина, купленная на деньги предков, – это не круто. И подаренная бабушкой – тоже как-то не очень...
– Похоже, он сам на нее заработал. Знаете центр дайвинга на мысе Форти-Фут? Так вот, говорят, что он его выкупил.
– Кстати, Мэдс растрепала всему университету, что его родители – какие-то шишки в министерстве внутренних дел Норвегии. Удивительно, что сыночка не отправили в какое-то специализированное высшее заведение в Осло, а сослали в другую страну. То ли он бунтарь, то ли у него проблемы с законом в Норвегии, то ли ему нравятся ирландские девчонки.
– Норвежки тоже ничего. Посмотрите на его сестренку. Вот это задница...
– Русские – самые красивые, – со знанием дела проворчала Адель.
– Никто не спорит, – приобнял ее Даррен.
– Я больше поверю в проблемы с законом, – заметил Патрик. – Вы видели его левую руку?
– Патрик, прекрати, – сказала Брианна. – Все что угодно могло случиться. Ноготь, например, врос – и привет заражение крови. А еще бывают травмы, петарды, бешеные собаки... А вообще мне нравятся парни, у которых есть какие-то физические недостатки. Потому что у них есть особенная история. И сила, чтобы преодолеть свое несовершенство. И уж наверняка характер бойца.
– Согласна, – кивнула Адель. – Помню моего дедушку, который вернулся с войны без ног, а все равно все бабы из села за ним увивались! Смотрели на лицо, и улыбку, и плечи и забывали, что там, внизу! А закончилось все тем, что он, безногий, дочку председателя колхоза у жениха увел!
– Дедуля огонь! Дед жжет! Старик не промах! – загалдели хором Патрик, Даррен и Брианна.
– Ладно, валим на лекцию? Лори, ты с нами?
Кажется, я и двух слов не сказала за весь завтрак. Горошек не лез в горло. Тушеная курица тоже.
– Бегите, я догоню! – сказала я, сосредоточенно гоняя кусочек грудинки по тарелке.
У Джейдана не было проблем с законом или заражения крови, когда он потерял два пальца. Он всего лишь имел несчастье встретить меня.
Я еще чуть-чуть понаблюдала за ним – до чего же впечатляюще он выглядел: широкоплечий, в белой рубашке и черной кожаной куртке. Я не разбирала слов, но слышала звучание его голоса и смех. Живое украшение всего кафе и, скорей всего, целого универа.
Я поглазела на его друзей, многих из которых видела на вечеринке. На задорную Эдисон , которая сидела там же и весело хохотала над чьими-то шутками. На шумных Дженни и Ричи. На роскошную мэдс , закинувшую руку на плечо Джейдана .
«У тебя бывало так, что ты встречаешь человека один раз, второй, и вдруг понимаешь, что если встретишь его в третий раз, то втрескаешься по уши?» – почему-то вспомнилось мне. Уж не потому ли, что я видела его именно в третий раз...
Наверное, я уставилась на него так пристально, что взгляд прожег невидимым лучом воздух и коснулся его лица. Потому что джейдан вдруг поднял глаза и обнаружил, что я таращусь на него в упор. Наши взгляды соединились, но он посмотрел на меня без всякого интереса, как на предмет интерьера, которого здесь раньше не было, а теперь вдруг появился. Посмотрел с таким равнодушием, что я почти почувствовала себя стулом или кофейником – чем-то до ужаса банальным и несущественным.
Я спрятала еду в рюкзак, встала и направилась к выходу. К сожалению, мой путь лежал мимо стола всей этой компании.
– О, да это же наша девочка-целочка, – пропела мне вслед Мэдс .
Я не стала оборачиваться, чтобы узнать, как отреагировал на это Джейдан : улыбнулся, рассмеялся или сделал вид, что ему пофиг, – хотя мне очень хотелось узнать. Реакция всех других меня не интересовала: пусть думают, что хотят. Всего год – и эта компания покинет университет.
* * *
На следующий день, сразу после лекций, на выходе из корпуса ветеринарии я встретила Ричи, который одарил меня улыбкой на сто киловатт.
– Оу, ты, кажется, Лори, да? – кивнул он, подходя ко мне ближе. – Привет... Надеюсь, ты не обижаешься на то, что было на вечеринке? Ну я про вопросы и тэ дэ. Некоторые были слишком откровенные...
– Все нормально, ты что-то хотел?
– Да.
– Говори, – я направлялась к выходу с территории университета, и Ричи зашагал рядом. Он был такой же высокий, как Джейдан , но Хосслер был все таки выше Рича , ужасно симпатичный и, не будь у меня аллергии на людей, я бы сейчас не шла, а порхала по воздуху, сияя от счастья и молчаливо вопя: «Ко мне подкатил старшекурсник!»
– Так чего ты хотел?
– Сходишь со мной на свидание?
Я резко остановилась, вытаращив на него глаза.
– Я все думаю о тебе с той самой вечеринки...
– Прости, я не могу. У меня уже есть...
– Парень? Тот регбист, про которого Джейдан говорил?
– Да.
– С третьего курса?
– Да.
– Уж не Оуэн ли? Тот, который жуткий задира?
– Да-да! Он! – кивнула я.
– Понятно. Вот только у нас в команде нет никакого Оуэна с третьего курса, – очаровательно улыбнулся Ричи. – Я играю в университетской команде и всех знаю.
Меня вывели на чистую воду так неожиданно, что я даже не смогла придумать убедительную отговорку. Просто стояла и хлопала глазами.
– Ты избегаешь парней по другой причине, так? – упорствовал Ричи.
– О'кей, – сдалась я. – Только это между нами, хорошо?
– Конечно!
– Я прихожанка церкви мормонов. И мы ни с кем не... кхм... встречаемся до брака, – прошептала я, мысленно торжествуя. Ох, да это же просто гениальная выдумка!
– Серьезно? – воскликнул Ричи, закусывая губу и поедая меня глазами. – Теперь я хочу тебя еще больше. Я еще никогда не делал это с... мормонками.
Я выкатила глаза, едва сдерживая истерический смех.
– А со всеми остальными, я так понимаю, уже делал?
– Ну да... с католичками и протестантками, с двумя буддистками и даже мусульманкой... О, еще была атеистка, такая горячая! И китаянка! А что там в Китае?
– Коммунизм.
– Значит, с коммунисткой... Ой, но это же не религия!
К этому моменту я уже мысленно валялась на земле, умирая от смеха.
– Ричи, ты очень веселый парень, но... я не могу сходить с тобой на свидание. Я верна своей вере и Иисусу.
– Спорим, у меня член больше. Можешь проверить.
Самообладание покинуло меня. Я нервно расхохоталась и прибавила шаг.
– И я не имею ничего против молитв! Девушка на коленях – это просто восхитительно!
– Прости, Ричи, мне пора идти!
– Тебя подвезти домой?
– Нет, мне надо... воздухом подышать, спасибо!
– Ну тогда до завтра, малышка, – ответил Ричи голосом профессионального искусителя (наверно, репетирует его перед зеркалом, уж больно хорошо получилось).
«Скажи, что ты пошутил!»
* * *
Он не пошутил. Ричи ходил за мной по пятам весь следующий день. Мне снова пришлось напомнить о моей вере и даже прочитать мини-проповедь о пользе воздержания и духовной чистоты, только бы он отстал.
А уже во время обеда наступил час расплаты за мои выдумки.
Я сидела за столом, ждала друзей и наслаждалась чудесным маминым десертом, который принесла с собой. Малиновый мусс с блестящей, как стекло, шоколадной глазурью, м-м...
И тут рядом снова возник Ричи и спросил:
– Ну почему же только после алтаря, Лори, почему?! – он сказал это так громко, что услышали все. Абсолютно все посетители университетского кафе. Они начали оборачиваться и хихикать.
– Ричи, что ты творишь?! – поперхнулась я.
– Просто говорю с тобой. Господи, меня еще никто никогда не отшивал. Можно мне твое фото на память? – спросил он, вытаскивая свою мобилку.
– Нет!
И в эту секунду на меня сверху свалился какой-то предмет, и что-то потекло по голове, а потом и по лицу ручьями. Я съежилась. Жидкость была холодной и мутно-белой – тяжелые капли упали на стол.
– Ой, извини! – воскликнула за моей спиной какая-то девчонка. – Я нечаянно!
Я вскочила и оглянулась, панически схватившись за голову. Передо мной стояла Дженни – та самая Дженни из компании Мэдс и Джейдана – с подносом в руках, с которого только что соскользнул стакан.
– Это просто молоко! Прости! Я такая растяпа! Сейчас все вытру!
– Не надо, – пробормотала я, быстро запихивая свои вещи в рюкзак и прикидывая, смогу ли помыть голову в раковине уборной или стоит сразу отправиться домой.
– Боже, ты такая фотогеничная! – воскликнул Ричи, пялясь в свой телефон. – Только глянь!
Он развернул экран своего телефона, и я застыла от шока: на экране была запечатлена я, закрывшая глаза и широко раскрывшая рот, а по лицу густо текла белая жидкость...
– Сотри сейчас же...
– А то что? Твой парень расстроится? – рассмеялся Ричи. – Как там его? Ах да, Иисус!
Дженни поспешила прочь с места происшествия, и я тут же поняла, что к чему. Это все подстроено, черт возьми...
– Сотри это фото, Ричи, по-хорошему прошу!
– Упс! Уже улетело в Инстаграм! Никак не вернуть!
– Подонок, – сказала я и бросилась к выходу из кафе, глотая слезы.
И в дверях налетела на Джейдана . Врезалась прямо в его грудь и уронила сумку. Тот машинально поднял ее и вернул мне, глядя на залитое молоком лицо. Я молча обошла его, проскользнула мимо Мэдс , стоящей за его спиной и победно улыбающейся, и бросилась прочь.
Мне удалось вымыть голову в раковине в женском туалете и даже кое-как высушить волосы, перебирая их под струей воздуха из сушилки для рук. Потом я отыскала друзей и отправилась с ними на лекцию.
– Ты плакала? – просил Патрик, заглядывая мне в лицо. – Ничего не случилось?
«Случилось всего лишь фото, где у меня закрыты глаза и открыт рот, а по лицу течет что-то белое. Над которым сегодня будет угорать вся компания Мэдс и Джейдана ...»
– Все в порядке, Патрик. Спасибо, что спросил.
– Мы не нашли тебя в кафе, когда пришли туда. Где ты была? – спросила Брианна, выкладывая перед собой айпад с планом лекции.
– Заблудилась... я же ничего не пропустила?
– Да ничего. Только старшекурсники сидели и ржали, как кони, над какими-то фотками. И еще какой-то свинтус разлил молоко на нашем столе, пришлось искать другое место...
Дыши, Лори, дыши.
* * *
После пар зарядил кошмарный ливень. Я редко болела и легко переносила холод, так что не побоялась отправиться домой пешком. Хотя мой энтузиазм быстро сошел на нет: одежда вымокла насквозь, в туфлях хлюпала вода, библиотечные книги в рюкзаке наверняка уже отсырели. Черт.
Я сняла рюкзак и решила надеть его под куртку, чтобы спасти хотя бы его – и в этот момент рядом притормозила черная «Тесла», и пассажирская дверь распахнулась.
– Залезай, – сказал мне Джейдан .
Я молча сняла рюкзак и куртку. Потом хладнокровно надела их в обратном порядке и пошла дальше, хлюпая водой в туфлях.
Джейдан захлопнул дверь, но не уехал, а медленно двинулся за мной, подстраиваясь под скорость моего шага.
– Я затащу тебя в машину силой, если не сядешь.
– Только попробуй, – ответила я, ускоряя шаг, – и тебя завтра же выпрут из Ирландии за попытку похищения.
– Не смеши, – бросил он.
Машины, следующие за джейданом по его полосе, начали мигать ему и сигналить.
– Я не сажусь в машины тех, кто испытывает ко мне ненависть.
– Я не испытываю к тебе ненависть.
– Но ты не принял мои извинения. И твоя компания издевается надо мной! Неужели ты думаешь, что я поверю, что в этой машине меня не ожидает очередной розыгрыш?!
Джейдан выгнул бровь и посмотрел, как на говорящего комарика: вроде разумное существо, а все равно хочется убить.
– Долорес, черт возьми, сядь, пожалуйста, в машину! – повторил он.
Его угрозы не впечатлили, а вот сказанное вслух «пожалуйста» – очень даже. Ну и нарушение правил дорожного движения и блокирование полосы – это тоже выглядело впечатляюще. Машины начали объезжать Джейдана по встречной полосе, а водители не стеснялись в выражениях.
– Да чтоб тебя, козел! – рявкнул Джейдану какой-то мужик, который еле-еле объехал его.
Джейдан даже ухом не повел, только хмуро смотрел перед собой и медленно катил рядом. Следующий следом мерс засигналил так громко, что я чуть не оглохла...
И тогда я сдалась и села в «Теслу». Джейдан тут же прижал педаль газа, и машина рванула вперед. Он заговорил первым:
– Ричи удалил то фото.
– Разве это была не твоя с Мэдс идея?
– Поверь, у меня есть дела поважнее, чем ты и все, что с тобой связано, – фыркнул он. – Но твоя реакция на вечеринке до сих не дает всем покоя. Лучше бы ты поцеловала Ричи, и на этом бы все успокоились. Почему ты так отпрянула? Это же всего лишь игра. Теперь они делают ставки.
– Что? – сглотнула я.
– Ставят на тебя. Тот, кто первым затащит в койку, – получит кучу зелени. Многие из нашей компании скинулись и...
– Пожалуйста, не продолжай. – Голос предал меня. Я отвернулась к окну и попыталась не разреветься.
– Не ведись на знаки внимания старшекурсников. Особенно тех, кто был на вечеринке. Не садись ни к кому в машину. У тебя своя есть?
– Есть, разберусь.
Джейдан загнал «Теслу» на подземную парковку нашего жилого комплекса, пронзая полумрак ослепительным светом фар.
– Ну и зачем тебе спасать маленького перепуганного зверька? – с горькой усмешкой спросила я.
– Только ради Эдисон . Ей нравится опекать всех подряд, и на этот раз она выбрала тебя. Но лучше уж ты, чем какая-нибудь бездомная собака у меня в квартире.
В этой реплике было столько холода и презрения, что я не смогла выдавить ни одного слова в ответ. Я просто молча вышла из машины и пошла к лифту. Ноги едва держали.
Наверное, я должна была поблагодарить Джейдана за бесценное предупреждение, но не стала. Я злилась. За то, что он часть такой дебильной компании. За то, что он встречается с девушкой, которой доставляет удовольствие унижать меня. За то, что он вытер ноги о мое чистосердечное раскаяние. За то, что сравнил меня с бездомной собакой. И за то, что, несмотря на все это, он не вызывал у меня чувство отвращения. Наоборот, совсем наоборот. Он нравился мне. Вот такая нелепость.
Вечером ко мне снова заглянула Эдисон . Подтвердила все, что сказал Джейдан . Материлась на двух языках. Больше всего досталось джейдану и мэдс :
– Мэдс совсем с катушек слетела. Она знает, что ты приехала с Джейданом вчера утром. Кто-то сказал ей. Устроила скандал. Затея с молоком – ее рук дело. А он, как дурак, влюблен и не замечает, что они... что вообще-то они совершенно не походят друг другу.
– Почему ты так думаешь?
– Она... вредит ему, Долорес. Она очень сильно ему вредит.
– В смысле?
– Пока больше ничего не могу объяснить. Еще не довел он меня до ручки, но очень скоро это случится... И тогда я не буду держать язык за зубами.