Кукла

Какаши смотрел в зелёные глаза, не веря в происходящее. Это всё продолжало вызывать противоречивые чувства, однако... он уже сдался. И что, что Сакура была младше? Что такого, когда она сама всё это начала и явно не желает заканчивать? Какаши решил просто следовать их правилам: подчиняться. Это приятное чувство, когда вся ответственность за их взаимоотношения ложится на эти хрупкие плечи, хотя, на самом деле, внутри скрывается настоящая змея.

Сакура действительно чем-то была похожа на Орочимару.

Её руки ласково проводили по волосам, а после хватали их и тянули, причиняя некоторую боль. Она что-то шептала, что-то развратное, что-то действительно смущающее...

- Ты стал бы прекрасной шлюхой, - отпуская волосы одной рукой, а после проводя пальцем по губам, которые были окрашены в алый цвет. - Может стоит посмотреть, как ты бы работал, м?

Харуно нанесла на лицо мужчины яркий макияж, сделав его слишком уж похожим на тот, который используют распутные девицы. Его лицо теперь было не только мило, но и даже забавно. Румянец на щеках вызывал лишь насмешку и желание больше задеть его. Сначала укусить, а потом погладить. Хороший пёс, который подчиняется и не хочет идти против правил. Это временами даже вызывало раздражение, но Сакура продолжала наслаждаться происходящим.

Его мускулистое тело притягивало взгляд, а надписи чёрным маркером вызывали очередные смешки и повод, чтобы произнести какое-нибудь оскорбление. На нём всё ещё оставались трусы, от которых Сакура планировала вскоре избавиться, ведь это не давало ей полностью оценить эту картину распутной псины.

Сакура сидела на диване, а Какаши был на коленях перед ней. Она подняла одну ногу, направляя её к паху Хатаке и, сначала аккуратно, даже несколько нежно, совсем немного касаясь выпирающей части тела, которую часто прятал от неё джонин. Он был смущён собственным возбуждением, и это заставляло сердце Харуно трепетать.

Девочка уже намного меньше церемонилась с Какаши, предпочитая больше играть и давать ему возможность адаптироваться к неожиданности. На самом деле, этому развратному мужчине уже не нужна была какая-либо моральная подготовка. Видя его реакцию и взгляд, Сакура смело могла сказать, что Хатаке желал уже более серьёзных действий от неё, в таком случае... Зачем терзать себя и его? Проще делать то, что ей нравится.

- Смотри Какаши-чан, - касаясь уже большей части полового органа, скрытого тканью нижнего белья, произнесла с насмешкой Харуно, прищуриваясь, - ты уже так возбудился, - эти слова заставили Хатаке ещё сильнее смутиться и неосознанно постараться скрыть свою «слабость», - тебе нравится, когда тебя оскорбляют? - усмешка растянулась по симпатичному лицу, ядовитые глаза будто прожигали своим взглядом и заставляли дрожать.

Сакура усмехнулась, видя, как ещё сильнее краснеет лицо Какаши. Он всегда выглядел очень мило в такие моменты, что хотелось его то ли поцеловать, то ли укусить. Сложно было удержаться. Харуно убрала ногу, наклоняясь к, чуть опущенному, лицу мужчины, целуя того в щёку и продолжая усмехаться.

- А теперь, - Какаши еле сосредоточился на её тихом голосе, в котором скрывалось предвкушение и интерес, - если снимешь, то игра продолжится, - Сакура будто бы была мастером гендзюцу, умело используя навыки в повседневной жизни, - если нет, то мы заканчиваем, - временами Сакуре нравилось вот так дразнить мужчину, чтобы не дать ему возможности расслабиться слишком сильно, чтобы он напрягся и много думал, чтобы однажды начал умолять её остаться.

Какаши замер, брови чуть сошлись к переносице, выдавая его напряжение, которое появилось с некоторой задержкой. Он громко сглотнул слюну, поднимая взгляд на Сакуру. Она смотрела властно, с интересом и ожиданием. Конечно, Хатаке знал, что эта девочка не собиралась долго ждать, лишь делала вид, что даст ему предостаточно времени для решения.

Его растрёпанные волосы придавали более раскованный и соблазнительный образ, что заставляло Сакуру наслаждаться видом, который сейчас предоставил ей Какаши. Он вполне мог стать искусным соблазнителем.

Пока девочка старалась запечатлеть в памяти этот образ Какаши, мужчина старался сосредоточиться на выборе и отреагировать, хотя сознание было настолько мутным и непонятным, что Хатаке всё ещё не мог контролировать себя и то, что творилось внутри него. Эти игры с его ученицей вызывали привыкание. Это всё очень нравилось Какаши, что тому временами приходили мысли закрыть её где-нибудь и продолжить играть.

Когда его взгляд уловил движение, то он сильнее нахмурился. Сакура медленно поднималась с дивана, продолжая с усмешкой смотреть на него и явно говоря глазами, что время почти закончилось. Хатаке неосознанно схватил её за ногу, не давая уйти. Его мозолистая ладонь хорошо ощущалась и вызывала довольно много мыслей в голове девочки.

Сакура с усмешкой наблюдала за тем, как обдумываем всё Какаши.

- Хороший пёсик, - она погладила его по волосам, с улыбкой прищуриваясь, - я разрешаю тебе посетить дом распутных девиц, - прошептала Харуно, зная, что ему будет полезно выплеснуть это возбуждение на ком-то, да и скоро у неё встреча с Наруто.

Во взгляде Какаши мелькнуло что-то жуткое, нечто, что наполнило Сакуре о Тоби. Это даже несколько напрягло её и почти заставило изменить манеру поведения, но она вовремя вспомнила, что перед ней её послушный пёсик. Какаши опустил голову, скрывая свой несколько жёсткий взгляд, в котором скользило недовольство и раздражение. Каждый раз эта девчонка не доводила дело до конца, оставляла его и будто наслаждалась его мучениями. Каждый раз она давала ему выбор: ублажать себя самостоятельно или идти в «красный» дом.

Это уже помаленьку начинало вызывать новые эмоции внутри мужчины.

***

Небольшая комната, оформленная довольно просто и, несколько даже, пусто. Кровать, да тумба - минимум комфорта. Маленькое окно было закрыто старой шторой, которую украшали узоры ветвей цветущей сакуры.

Мужчине временами хотелось смеяться, находясь в столь простых и безвкусных местах. Они вызывали в нём лишь какую-то усмешку и раздражение. Мистер К. - такое прозвище использовал этот человек, чтобы не шибко выделяться в этом мире и продолжить деятельность их команды.

Волосы, что чем-то напоминали солнце, имели довольно тусклый оттенок, не ярко выраженный жёлтый цвет. Они были растрёпаны и даже придавали какой-то приятный образ для мистера К., который обладал несколько острыми чертами лица, но очень красивыми. Однако, для местных, мистер К. мог показаться иностранцем... Что довольно тяжело, ведь люди из этого мира обладали даже чем-то схожими чертами лица.

В любом случае, мужчина имел возможность не привлекать к себе внимание и скрываться до тех пор, пока ему это необходимо. Он был прекрасным шпионом и манипулятором, потому использовал достаточно схем для скрытия и получения необходимой информации.

Единственное, что было крайне сложно скрыть, - это глаза.

Цвет его глаз временами мог ассоциироваться с шаринганом, который в этом мире был очень популярен и занимал довольно весомую позицию в играх генов. Конечно, у него не было шарингана - это всего лишь столь выраженный цвет глаз, который ценился многими людьми.

Эти глаза были и проклятием, и его собственным везением. Они подарили ему то, что сейчас стало смыслом жизни и дарило множество приятных эмоций, помимо этого, эти глаза вызывали негативные эмоции, а где-то и помешанные, у некоторых людей.

Мистер К. хмыкнул, доставая пару бумажек из карманов своего плаща бежевого цвета. Эту одежду ему предоставила дорогая подруга, дорогая сестра, напарница, любовь... Самый близкий человек и незаменимый во всех мирах и жизнях.

Две бумажки представляли собой печати. Одна активировала барьер, который лишал посторонних возможности услышать, что происходило внутри. Вторая связывала двух людей - это было довольно средством общения на расстоянии, что не тратило слишком много времени. Эту печать создала та незаменимая девушка, которой очень не повезло в этом мире, потому мистер К. очень переживал за неё и не желал надолго оставлять в одиночестве.

Мужчина положил на тумбу первую печать, активируя барьер, а после вторую. Небольшой серый цвет появился вокруг второй печати, она загорелась оранжевым цветом, что означало успешную связь с другой стороной.

- Ты снова так сидишь? - с недовольством пробурчал мужчина, прищуриваясь и смотря на печать, будто бы желая увидеть лицо того, кто ответил.

- Я тренировалась.

Слабый девичий голос, который был даже несколько детским на первый взгляд, послышался в комнате с некоторым искажением. Мистер К. недовольно хмыкнул, прекрасно зная, что перенапрягаться этой девушке нельзя было.

- Я немного задержусь, - его голос скрывал раздражение и недовольство, - тут кое-что странное нашёл.

Мужчина в подробностях описал один момент из своего короткого путешествия, где ему необходимо было получить информацию о ситуации внутри Конохи. Этим моментом оказалась встреча с маленькой девочкой лет тринадцати, аура которой была нестабильна. Она вполне могла быть заселённой душой.

- Думаю, что она является подделкой, - мужчина скрестил руки на груди, прикрывая глаза и задумываясь о происходящем, уж больно всё крутилось вокруг этого ребёнка, и всё это было ему на руку, особых проблем в жизни не замечалось, судя отчётам, которые он нашёл. А ведь даже верхушка заинтересовалась этой девочкой.

- Каэль, ты убьёшь её?

- Позже скажу точнее, - слабо усмехаясь, спокойно произнёс мужчина, слыша своё имя и чувствуя себя лучше. - Лучше скажи, сколько ты спала и тренировалась? Что ты ела? - голос наполнился строгостью и серьёзностью, которая до этого не была столь заметна. - Я недавно узнал, что ты упала в обморок...

***

Ичираку Рамен - это довольно уютное место, где подавался действительно вкусный рамен. Сакура не раз отмечала, что Наруто разбирался во вкусе данного блюда очень хорошо. Возможно, именно потому мальчишка всегда приглашал её сначала сюда, чтобы покушать, а уже после они искали место для диалога, где могли обсудить что-либо.

Сакура хмыкнула, садясь на свободное место. К её удивлению, в этом небольшом заведении было не так уж много людей, хотя временами тут собирались большие компании. Сегодня же было не особо людно, будто Наруто уже знал, когда тут было особенно шумно, ведь всегда приглашал её в не такие активные для заведения дни.

- Здравствуй, Сакура, - вежливо поприветствовал её хозяин Ичираку, улыбаясь. - Что будешь?

- Как обычно, пожалуйста, - она заказывала тоже, что и Наруто, потому и говорила так. Теучи же знал всё о предпочтениях Наруто в еде.

Сам Узумаки немного задерживался, что было нормально для него, ведь у них даже учитель часто опаздывал. Это уже нечто, что связывало их команду. Это даже вызывало иронию, ведь их связывало нечто столь глупое и раздражающее, как опоздания.

- Прости за задержку! - ураганом пронёсся рядом тот, о ком только что думала девочка.

- Всё в порядке, Наруто, - прикрывая глаза, совершенно спокойно произнесла Сакура, привыкнув к такому. Будь это кто-то другой, то она бы уже ушла.

- Привет, Сакура-чан, - ярко улыбнулся мальчик, его щёки немного покраснели, что даже вызывали интерес Харуно, откуда же он бежал?

- Привет, Наруто, - с таким же спокойствием ответила ему девочка. Она, как обычно, особо не выражала эмоций, выглядя очаровательно со своим таким спокойно-безразличным поведением. - Я себе уже заказала, - предугадывая дальнейшие действия товарища, сразу произнесла она.

- А, хе-хе, хорошо, - почесав затылок, неловко пробормотал Узумаки. - Теучи-сан, мне...

- Вот, - хозяин Ичираку поставил две порции, удивляя даже Сакуру, ведь Теучи уже предугадал появление Наруто и сделал порцию на него.

- Ого! Спасибо за еду, тебайо! - блондин засветился от радости и счастья, что вызывало добрый хмык со стороны Сакуры, которая также поблагодарила за еду.

Покушав, они оба отправились на небольшую прогулку, чтобы обсудить главную причину их встречи. Погода сегодня была хорошей, небо чистым, а слабый ветер немного освежал.

Наруто выглядел задумчивым и погружённым в свои мысли. Редко можно было застать его в таком состоянии, да и ещё в столь открытом месте. Он не начинал диалог, а Сакура не торопила своего друга, считая, что ему стоило дать время собрать мысли и рассказать всё ей.

В последнее время Узумаки часто проводил время с Саске. Да, они ругались, спорили и даже дрались, но что-то в этом было своё, какая-то искра. Сакура часто наблюдала за ними, когда они всей командой ждали появления Какаши, который любил опаздывать на встречи их команды, да и вообще в любой встрече. Однако, он редко опаздывал на их игры.

Вскоре Наруто тяжело вздохнул, прикрывая глаза и останавливаясь. Сакура обернулась к нему в тот момент, когда Узумаки открыл глаза, полные печали.

- Что мне делать, Сакура-чан? - Наруто выглядел брошенным щенком, которого нужно было пожалеть.

- А что случилось? - наклонив голову в бок, спросила Харуно, не реагируя на печальный вид друга.

- Саске... он... - мальчик сжал руки в кулаки, прикусывая губу и сильно хмурясь, - ему ведь плохо, так почему он не принимает моей помощи, даттебайо? - этот вопрос был наполнен беспомощностью и подавленностью. - Я... я могу понять его, но в тоже время не могу... Он... Он просто теме!

Сакура молчала, давая Наруто выговорить всё.

Оказалось, что мальчики обсуждали их жизни и узнали многое друг о друге. Это помогло им понять, что их судьбы чем-то похожи и боль тоже. Наруто хотел сблизиться с Саске, но из-за его поведения это приводило лишь к очередным спорам и дракам. Наруто говорил о том, что действительно хотел понять ещё лучше этого теме, но тот вдруг стал отталкивать его. Узумаки не понимал причин этого поведения. Это всё заставляло его чувствовать себя странно.

Сакура понимала, что Наруто чувствовал себя беспомощно в этой ситуации, ведь не мог ничего изменить. Её друг привык бороться со всем, что ему было не по душе и что не шло в соответствии с его планами, а тут он не мог никак сломать, неожиданно возникшую между ними, стену.

- Я ведь просто... просто волнуюсь, тебайо... - губы мальчика дрожали, а взгляд наполнялся слезами. - Почему он не может этого понять? - взгляд голубых глаз устремился в спокойные очи Харуно, которые почему-то вызывали у него близкие чувства, какие-то... семейные? - Я просто уже устал от всего этого, Сакура-чан!

Сакура вздохнула, прикрывая глаза и обнимая друга, давая тому возможность побыть слабым.

Эмоции не были слабостью, но часто их принимали таковыми. Люди считали свои сокровенные чувства слабостью и переживали их в одиночестве. А ведь это тяжело... каждому нужна поддержка. И Сакура знала это на собственном опыте, не желая, чтобы её друг держал в себе всё это и скрывал свою боль под маской улыбки, к которой так привык.

Эта молчаливая поддержка казалась Наруто именно чем-то тем, что должно быть в семье, которой у него не было. Узумаки был признателен Сакуре, что та позволяла ему побыть настоящим собой рядом с ней. Не всегда удавалось высказать свои настоящие мысли и показать свои слёзы, но Сакура всегда спокойно принимала всё, что он делал и даже поддерживала его. Наруто ценил их дружбу.