Сломанные

После школы он предложил поехать в небольшой уютный ресторан, чтобы отпраздновать этот день только вдвоём. Я сначала немного удивилась после всего дня, полного суеты, улыбок и поздравлений, хотелось просто отдохнуть, не выходя из дома. Но Гриша настоял, сказал, что нам нужно именно такспокойное место, где мы сможем быть вдвоём, без посторонних глаз.

За столом мы говорили о будущем, смеялись и иногда задумывались о том, как всё изменится. Вокруг мягко играла музыка, официанты приносили блюда, а за окном уже начинал садиться солнце, заливая помещение золотистым светом.

Гриша смотрел на меня с таким обожанием, что каждый раз от этого взгляда внутри словно что-то таяло. Его глаза обещали быть рядом всегда, несмотря ни на что.

— Помнишь, как мы мечтали после 11 класса сбежать куда-нибудь далеко? — спросил он, улыбаясь.

— Да, — ответила я, — только теперь я знаю, что не хочу никуда уезжать одна. С тобой да. Вместе.

Он кивнул и взял мою руку в свои.

— Вместе — это самое главное.

Мы говорили о том, куда пойдём учиться, кто из нас что хочет делать, какие планы строить. Гриша рассказывал о своих идеях, а я слушала, пытаясь представить наше общее будущее, где он часть моей жизни, и я часть его.

В этот выпускной вечер я поняла, что главное не торжество и не цветы, а любовь. Настоящая, искренняя, которая живёт в каждом взгляде и в каждом жесте.

И Гриша мой самый верный поклонник, мой обожаемый, мой навсегда.

Но когда я уже полностью расслабилась, в ресторан вошла она подруга Гриши с детства. Лиза. Светлая, улыбающаяся, с глазами, которые знали его с самых первых дней. Она была словно солнечный луч, который всегда освещал их совместные моменты.

Она подошла к нашему столику, не стесняясь, и с лёгкой шутливой интонацией начала вспоминать разные школьные истории, смешные и нелепые, в которых Гриша неизменно становился главным героем.

— Помнишь, как ты однажды решил перепрыгнуть через забор школы и застрял? — рассмеялась она, глядя на Гришу.

— Ага, — ответил он, смеясь, — и ты меня спасала от охранника.

Я слушала, улыбаясь, но внутри что-то начинало щемить. Что-то такое, что я не могла назвать сразу, но что сильно ощущалось ревность. Лиза была близка с ним с самого детства, знала его лучше всех, и я видела, как он невольно задерживает взгляд на ней дольше, чем обычно.

Меня охватывала тревога, которую я старалась скрыть.

— Милана, — Лиза вдруг посмотрела на меня, — приятно познакомиться. Гриша много о тебе рассказывал.

— Мне тоже приятно, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие.

Но внутри я уже размышляла: почему это меня так задело? В конце концов, Лиза как сестра для Гриши, их связь искренняя и давняя. Но ревность странная штука, она часто не слушает логику.

Гриша, заметив моё напряжение, тихо сжал мою руку.

— Всё в порядке, — прошептал он. — Я с тобой.

Этот простой жест словно заземлил меня. Его уверенность, его нежность они рассеивали мои сомнения, и я понимала, что для него я важнее всего.

Тем не менее, ревность не отступала сразу. Она сидела внутри меня тихим шёпотом, напоминающим о том, что чувства это не только светлое и приятное, но и порой болезненное переживание.

После того, как Лиза ушла за столик к своим друзьям, мы остались вдвоём. Гриша взял меня за подбородок и нежно посмотрел в глаза.

— Ты хочешь поговорить? — спросил он.

— Я... не знаю, — ответила я, — просто иногда мне кажется, что я недостаточно для тебя. Что у тебя есть кто-то ещё.

Он засмеялся, качая головой.

— Милана, ты моя единственная. Никого кроме тебя нет и не будет. Те девочки вокруг бля просто тень реально. Я их не замечаю. Ты моя реальность.

Его слова были как спасательный круг, и я обняла его крепче.

— Ты правда меня обожаешь?

— Безмерно, — ответил он, — и ничего не изменится.

Тёплый вечер, звуки тихой музыки и наши сердца, бьющиеся в одном ритме всё это стало для меня символом того, что любовь это не только страсть, но и доверие, и верность, и нежность.

И даже ревность она лишь напоминание о том, насколько мы дороги друг другу