Страстно желая тебя

Майкл

В колледже было просто учиться: можно было прогуливать, домашнее задание не делать, долги потом досдавать. Поэтому я часто пропускал занятия. Да и впоследствии руководство вошло в моё положение. Я сначала походил на пары, а потом стал забивать. Главное — это потом как-то экзамены сдать.

Попал на программу по машиностроению. Из всех предложенных она была мне ближе всего. Ну не быть мне однозначно биологом или философом, так что устроюсь потом на какой-нибудь завод, и жизнь заиграет новыми красками. Наверное. По крайней мере, мама верила, что образование очень поможет мне в жизни.

А пока я ходил по объявлениям. В Редхилле и то легче на работу брали. Ну хоть удалось устроиться в шиномонтаж за гроши, и на том спасибо. Фрэнк предлагал подогнать работу, но я отблагодарил и сказал, что лучше сам найду. А то опять какие-нибудь грузы везти, и не пойми что там. Всё бы хорошо, но загреметь в тюрьму не было желания. Я мельком слышал, что друзья Фрэнка в Балтиморе нечисты на руку, и решил себя обезопасить.

Сидя на парах, я обычно играл в телефон (не лекции же слушать), а одногруппники гоготали. Девочки так вообще странно развлекались: в этот раз одна другой в рот линейку засовывала, отмеряя. Я сдвинул брови, на что одна из девушек расхохоталась.

— Чего уставился, Уокер?

— Да так. — Я встряхнул головой. Наверняка там присутствовало какое-то непошлое объяснение.

— Ника хочет узнать, какая длина в горло войдёт. — Она вынула линейку, а я шире распахнул глаза, не веря услышанному.

— Тренировки по глубокому горлу. — Ника подмигнула мне. Казалось, я начинал краснеть. — Тебе минет не делали, что ли?

— Какая разница?!

Девушки переглянулись, хихикая. Куда я попал?! Дно пробито! Думал, что Редхилл — дыра, а оказалось, что вполне на уровне! Если делала минет, то хоть не ори об этом на каждом шагу. Да и у мужчин складывается определённое мнение о тех, кто делает минет кому попало.

Вдруг вспомнил Анабель. Где она сейчас, что с ней? Она мне ни разу не писала — это странно. И я с ней не связывался. Надеялся, что с ней всё в порядке. По крайней мере, в социальной сети сохранялась картинка её идеальной жизни.

— Уокер — невинность. Он к нам ни разу не приходил. — Блондинка вдруг тыкнула меня в бок этой же линейкой.

— Некогда. Я работаю, — честно высказал я. Да и хватило мне пьянок в Редхилле, если честно.

— Да-да. Приходи на вечеринку-то! — Ника широко улыбнулась мне. Имя её подруги всё не мог запомнить. — Хочешь глубокое горло?

Они вновь захохотали, а я уже закипал.

— Вместо членов в горло, лучше бы себе мозги в черепную коробку попытались запихнуть!

— Какой ты грубый! — Ника надула губы. — Теперь мы тебе не рады.

— Зато я рад, — прошипел я и уткнулся в тетрадь. И что я так разозлился? Сам не знал. Кстати, да, на вписки я очень давно не ходил.

Ещё и сосед по комнате «подходящий» оказался. У него была развязная девушка, с которой они постоянно трахались. Когда они практически занимались сексом у меня на глазах, то я уходил из комнаты в коридор, а затем и в другое крыло, чтобы не слышать, как кровать скрипела.

Дэн всё звал меня на вписки, при отказах приговаривая, что я скучный. Однако я понял одну вещь: мне больше ничего никому не нужно было доказывать. Огромным плюсом было то, что в Балтиморе никто не знал, каким я был. В Редхилле чувствовал огромное давление — мне необходимо было подняться в чужих глазах: вот я больше не тот никчёмный мальчик, которому бы никто не дал или который пить не умел. Я подстраивался под окружающих и их модель поведения, чтобы выжить. А теперь решил, что больше так не могу. Мне не нравились вписки, и я туда ходить не буду. Да, мне нравилось выпить, чтобы расслабиться, но не каждый же вечер! И мне по душе абсолютно другой тип девушек — и обычно они на вписки не приходили.

Секса не хватало, конечно, но что ж теперь. Со случайным я завязал, оставив его в прошлом. Мне нужно было что-то большее, но к этому я не был готов. Отношений мне совсем не хотелось. Забот выше крыши. Я, правда, много работал, стараясь накопить хотя бы на съёмное жильё. Мне очень хотелось жить отдельно.

В общежитии часто что-то ломалось, и меня просили починить, прослышав про то, что я вполне сносно могу это сделать. Один раз меня позвала девочка из соседнего общежития. Я починил кран, за что получил шоколадку. Ну хоть что-то, я не требовательный. Так и побирался, как придурок. И потом эта девочка меня задёргала. У неё там постоянно что-то ломалось. Как я понял, она вызвалась быть старостой и помогала следить за порядком. В общем, очень активная девушка.

Один раз мы остались наедине, и она ко мне пристала. Просто сюжет порно, так сказать, поблагодарить захотела. Я порывался сблагородничать, а потом подумал — зачем? Так и переспали.

Оказалось, что я ей давно сильно нравился, она за мной ходила хвостом, а я не замечал, и потом стала намеренно звать меня к себе.

У нас случилось ещё пару раз, Дэн радовался за мою сексуальную жизнь — казалось бы, какое ему дело? Кэрол была довольно симпатичной девушкой. Но её портил нос с большой горбинкой и тонкие губы. Порой я вспоминал лицо Эмбер — оно у неё идеальное, и нос с небольшой горбиной только добавлял изюминку.

Я бы хотел сказать, что вот всё и наладилось в личной жизни, но нет. Я слишком сильно помнил Эмбер. Из всех девушек, что у меня были, я любил именно её. Добивался её. Анабель и Кэрол за меня всё сделали, и это было неинтересно.

Как-то раз достал обручальное кольцо, и сердце болезненно сжалось. Я бы мог на Эмбер жениться. И эта мысль не покидала меня, изводя. Я ведь сам отказался от Эмбер! Думал, что смогу без неё! Что девушек вокруг полно! Но почему же я тогда её никак из головы не мог выкинуть? Не видел её, не общался с ней уже долгое время, но она сидела в моих мыслях. Говорят, что мужчина выбирает ту девушку, что рядом, и мне была приятна забота Кэрол, но выветрить воспоминания о Эмбер не удавалось.

Я противен Эмбер — она сама мне сказала, поэтому я заглушал мысли о возможном возобновлении отношений. Как мне было после такого ей писать? А вдруг у неё новый парень? Свадьба какая-нибудь? А ведь это вполне вероятно, учитывая, какая она прекрасная девушка! Днём с огнём не сыщешь. Я схватился за голову, потому что она раскалывалась.

С Кэрол я, короче, расстался, рассказав, что не смог забыть бывшую. Так и было. Я скучал по Эмбер. Страшно скучал. Просто хотел её увидеть, услышать от неё, прочитать смс, но это было нереально. Жаждал узнать, что и как у неё в жизни.

С Кэрол я пытался строить отношения — даже дарил ей цветы. Видел, что ей интересна романтика, дальнейшее развитие, а мне это не надо было. Секс мне нравился, но за него оказалась дорога плата. И чтобы не увязнуть в том, что мне не надо было, оборвал всё.

Слухи о моих руках разнеслись, и один раз молодой преподаватель в колледже спросил, где я работаю. Ответил, что в шиномонтаже, а преподаватель предложил мне подработку за деньги получше. Пара его знакомых нуждались в мастере по дому. Я постепенно научился всему, что требовалось. Зарплата была вполне сносная, единственный минус — это наработка клиентуры и репутации, а ещё непостоянный заработок.

В свободное время почитывал обучающие издания, стараясь заполнить пробелы в знаниях. Один раз душ сказали проверить, а я почему-то не понимал, в чём проблема, — и это побудило меня вникнуть. Мне нравилось копаться в технике. Работа всё больше становилась смыслом существования.

Однако насовсем не смогла меня отвлечь. Всё-таки я не выдержал и написал Лоре — подруге Эмбер. Миссис Уинтер тогда при разговоре мне сказала, что Эмбер ей открывается. Я правда хотел слышать, что у Эмбер всё было в порядке: что она не в больнице, не в депрессии, что спокойно училась, наслаждалась жизнью. Лора меня отбрила в начале, что было ожидаемо, но свой ответ я получил.

И даже не понял, как получилось, что я стабильно раз в месяц писал Лоре, потому что скучал по Эмбер. Но вспоминал о ней явно не раз в месяц... Казалось, что хоть так я «соприкоснусь» с миром Эмбер — узнаю, как она живёт. Это был такой суррогат общения с ней. Боялся думать о том, чтобы написать непосредственно ей. Наверняка она там меня проклинала. И даже перспектива того, что Лора расскажет Эмбер о моих смс, не столько пугала, как мысль, что Эмбер меня пошлёт раз и навсегда.

Судьба подкинула мне случайную встречу с Кэти — мы столкнулись с ней в супермаркете. И она была с огромным животом. Я выпучил глаза, а затем попытался сделать безразличное лицо. Беременность — ничего сверхъестественного.

Она вдруг мне улыбнулась. Давненько такого не было. Раньше всё злилась, что я мешал им с Нейтаном. Я поздоровался с ней и спросил, как жизнь, а она рассмеялась.

— Ты наверняка хочешь спросить про мой живот.

— Ну... И про это тоже. Кто папа? Нейтан?

Кэти тяжело вздохнула. Я понял, что ковырнул больную тему.

— Стоило этого ожидать, учитывая, как он ненавидел пользоваться резинкой. От него уже три месяца никаких вестей. Ты был прав во всём, Майкл. Мне жаль, что я была такой глупой. Сама виновата.

Я с сочувствием посмотрел на её усталое лицо.

— Мама запретила делать аборт — религия не позволяет. Сказала, раз уж Бог послал ребёнка, то буду рожать. Нейтан не дал денег на аборт. Сказал, что на мели.

— Тяжко... Может, это и к лучшему? — пытался я её поддержать, но совершенно не знал, как это сделать.

— Может. В последний год мы с ним страшно ругались. Я уходила во все тяжкие, с другом ему немного отомстила, и он этого не простил. А мне какого было видеть его похождения! На постоянной основе! А потом вот залетела, и пришлось уже по-другому себя вести. Завязала с курением, травкой и прочим. Теперь вот мамочка-одиночка. Такие дела. Мать сказала — Бог вернул меня на путь истинный. А я просто проклинаю свою жизнь.

Вот это новости. Не знал, что говорить. Явно не ожидал такого. Я, конечно, предсказывал, что Нейтан её кинет, но... Жестоко как-то. Кэти предстояло рожать через месяц. Я спросил, почему она не вернётся в Редхилл — там ведь и не надо будет платить за жильё, и мама поддержит. Кэти рассказала, что папа вообще слышать о ней не хочет и они сильно разругались. Так что некоторое время она желает пожить сама, а мама будет приезжать помогать. А потом уже папа остынет, пожалеет её и разрешит жить вместе.

Я забрал её с роддома, потому что её мама слегла с температурой не вовремя, а ещё Кэти плакалась — вот даже встретить некому! Ну, её можно понять — вокруг радостные женщины, мужья которых очень ждали ребёнка....

— Спасибо, Майкл, — застенчиво проговорила она. — Никогда бы не подумала, что жизнь обернётся вот так! И ладно ещё ребёнок в двадцать лет, но из всех людей помогаешь по итогу именно ты!

Я и сам усмехнулся на это — вот так жизненный твист. Помог с вещами, пока Кэти укладывала дочь спать. Но это явно было ненадолго — девочка была слишком орущая.

— Остаться не хочешь? Как тебя отблагодарить-то? Может, заплатить?

— Ой нет, никак не надо, — отмахнулся я. — Знаешь, ты мне когда-то нравилась. А теперь...

— А теперь я совсем скатилась. Да-да, — невесело усмехнулась она.

— Я не то хотел сказать.

— Майкл, ты своим благородством меня всегда раздражал, скажу честно. Выглядишь слишком хорошим. Я сама хотела быть такой, но ничего не вышло. Не оправдала ожидания родителей. Испортила себе всё будущее. Вдобавок брошенка. Теперь с прицепом.

— Ну, ты сама видела, что я не совсем хороший, — сдавленно произнёс я, вспоминая всё, что было. А потом вспомнил, что она уже закончила школу, когда я пошёл вразнос.

— О да, даже дрался из-за того, что кто-то кого-то обидел. — Кэти расплылась в улыбке. — Знаешь, Майкл, извини, что я тогда так к тебе отнеслась. Не оценила твоей помощи. И теперь жизнь надо мной так посмеялась. Мне приходится принимать твою помощь, потому что больше не от кого... Даже с роддома было некому забрать. Мама сильно заболела, а папа и знать меня не желает теперь. Нейтан... сам понимаешь — ему на хрен ребёнок не сдался.

Не знал, как её утешить — она заплакала. Мы с ней никогда не были близки. Общались, потому что наши матери дружили.

— Я хотел сказать, что люблю другую девушку, и всё, — попытался я как-то всё сгладить. — А насчёт помощи: ты ещё звони, если вдруг нужно что-то привезти или с Роуз посидеть. Я, конечно, сомневаюсь, что из меня выйдет нянька, но могу попытаться. Я знаю, каково это — когда некому помочь.

Кэти ещё больше разрыдалась, хотя я ожидал другой реакции.

— Я так виновата перед тобой!

Надо было как-то уходить, а то неловко.

— Всё в порядке, ты ничего плохого мне не сделала. Меня Нейтан прессовал, а не ты. Кэти, всё хорошо.

У меня не было злорадства по поводу того, что я оказался прав и Нейтан правда её бросил, как я и думал. И на ребёнке отыгрываться не было желания. Малышка-то вообще ни в чём не виновата. Ну да, батя у неё мудак редкостный, но Кэти, хоть ненадолго и свернула не туда, вполне нормальная. Может, было и неправильно так рассуждать, но, возможно, ребёнок — это единственное, что могло бы спасти Кэти. Как сказала бы мама: пути Господни неисповедимы.

Ребёнок в раннем возрасте — не такая уж трагедия. У Кэти живы родителей, которые смогут ей помочь, когда она вернётся в Редхилл. Она молода, ребёнок подрастёт немного, и Кэти сможет снова строить личную жизнь. Сколько историй слышал, когда девушки потом выходили замуж уже с детьми.

— Той девушке очень повезло! — сквозь слёзы продолжала Кэти.

— Что?

— Той девушке, которую ты любишь. Ты бы её не бросил беременную!

С тяжестью на сердце вспомнил Эмбер. Интересно, считала ли она, что ей «повезло»? Да вряд ли. С каждым днём я только больше убеждался в том, что ошибся. Нельзя было рвать с Эмбер. Если бы она встретилась чуть позже, когда я не был столь сильно ущемлён своим жалким существованием, то всё было бы по-другому!

— Нейтан поступил подло с тобой. Я пойду. Если нужна помощь, то пиши.

Я быстро свернул разговор и вышел на улицу. Гадко на душе стало от всего этого. От Нейтана я другого и не ожидал: заделал ребёнка — и в кусты.

Я пару раз отвозил Кэти продукты, когда она не могла выйти из дома, и ещё пару раз сидел с её дочкой — то ещё приключение было, конечно. У меня болели уши после ора, мне пришлось стирать футболки, потому что Роуз рвало прямо на меня. Паниковал, не зная, как успокаивать такого маленького ребёнка, и проблема была в том, что Кэти тоже не знала. Поэтому приходилось звонить маме и расспрашивать. Но отвращения к ребёнку не чувствовал, хоть и дико уставал. Пелёнки я менял только один раз, к большому счастью, в остальные случаи успевала вернуться Кэти и сделать это сама.

Вскоре она переехала в Редхилл к родителям, потому что самой справляться с младенцем — кошмар. И я долго не мог сидеть с Роуз. Моя мама приняла эстафету и стала помогать Кэти в Редхилле.

Я, конечно, не сдержался от едкого замечания о том, что они-то не помогали нам, когда мама лежала с тяжёлой депрессией. Не желал вслух произносить, но это сидело в моих мыслях. Мама напомнила, что у них тогда был второй ребёнок-инвалид и потом он умер. Я сразу же заткнулся. М-да, та ещё судьба у мамы Кэти — один ребёнок умер, а старшая дочь залетела.

Признался маме, что совершенно не таил обиду на их семью, наоборот, мне Кэти очень жаль. Она сказала, что чувствовала то же самое. И, пока могли, решили поддерживать их. Стала расспрашивать, как я согласился сидеть с младенцем. Сам в шоке. Похвалила меня, что мне было очень приятно, и в очередной раз спросила, с кем я встречался. И я прекрасно знал, на что она намекала, но напрямую не решилась заговорить: а ты с Эмбер не связывался?

Тем временем я всё больше думал над тем, что было бы, если бы я на Эмбер женился. Шёл как-то мимо детской площадки, а там ребёнок играл с родителями рядом. Девушка — красивая, счастливая, на Эмбер похожа. У меня тотчас сердце сжалось. Я тоже такого хотел. Да, в девятнадцать лет ребёнок — не лучшая идея, да и через год-два тоже, но потом-то... Потом вполне можно. Я остановился и смотрел, как молодой парень поднимал малышку на руках и смеялся.

Брак меня не пугал, как раньше. Из Эмбер вышла бы отличная жена. Верная, преданная... Я тяжело выдохнул. И вот что я всё испортил? Почесал в затылке. Что ж я мучился-то сколько месяцев без неё!

«Только не боишься, что взвоешь без неё однажды?»

Разозлился, вспомнив слова мамы. И вновь она была права. С каждым днём тоска всё больше овладевала сердцем, а должно было быть наоборот! Я несколько раз за день заходил к Эмбер на страницы в социальных сетях — фотки она выкладывала редко, но на них была довольная, и это главное. Каждый раз боялся зайти и увидеть какого-нибудь упыря рядом с ней.

«Знаешь, если вам суждено быть вместе, то значит, так и будет. Либо ты, наконец, будешь уверен, что хочешь именно с ней быть и даже жениться, либо она...»

В обычный августовский день я пришёл с работы, Дэн где-то шлялся со своей подружкой, я же вытащил коробочку из ящика стола — специально запихнул её подальше. Сверлил взглядом кольцо, и оно меня в ответ, как в ковбойских фильмах перед схваткой.

Я был уверен. Уверен, что хотел этого! Хотел быть с Эмбер! Написал Лоре, и надежда во мне не угасала. Я оживился, поверил в чудо. И когда увидел Эмбер, то сразу же испугался. Она выглядела совсем незаинтересованной. Коробочка в кармане словно жгла мне бедро, и с каждой секундой всё больше осознавал, что Эмбер я больше на хрен не нужен. Что я ошибся. Да с какого фига я вообще думал, что она разделяла мои чувства?!

Весь озлобленный вышел от неё. Я ведь даже курить бросил! Пару месяцев назад обдумал, что на сигареты много трачусь, да и обещал когда-то бросить, вот и взялся. Тем более, что стаж у меня всего четыре года — а это немного. Пока не поздно. Постоянно леденцы сосал, чтобы как-то ослабить тягу, но она становилась лишь больше. Ходил злой как собака из-за этого. Вот думал, Эмбер меня похвалит, что я смог бросить, а ей вообще пофиг!

Порывался сначала кольцо в урну кинуть, заходясь в гневе, но потом чуть успокоился. Кольцо продам. Сегодня же и продам. По хрен, что фамильное, мне есть нужно было и из общаги однажды выбраться, снять жильё.

Я уже ехал в метро, когда пришло сообщение от Эмбер. Она серьёзно? Какая встреча? С чего? Стал перебирать варианты. Может, ей Лора всё-таки сказала, что я каждый месяц писал? Только жалости мне не надо, обойдусь! Эмбер, иди-ка ты лесом!

Приехал к ломбарду, а Эмбер написала, что передаст мне кое-что. Я закатил глаза. Да хватит сердце рвать уже! Сил моих не осталось уже. Ломбард оказался сегодня закрыт. Я плюнул в урну от злости и ответил Эмбер, что встречусь с ней, перед этим выдержав паузу — не хотелось какую-нибудь гадость ей настроить.

Намеренно опоздал к ней на встречу. Она передала мне письма — удивительно. Почерк было не всегда удобно считывать. Я сел на кровати в общаге и взял первое. Дэн говорил какую-то ерунду, мешая мне. Я на него сорвался и вышел на улицу. Кто-то курил, а я стоял рядом, вдыхая знакомый запах, что немного меня успокаивал.

Оказывается, Эмбер меня любила и скучала всё это время. Прочитал письма залпом в тот же день и места себе не мог найти. Почувствовал себя жутко виноватым перед ней. Дэн неудачно шутил, часы громко тикали, девочки неуместно ржали — меня всё бесило. Я себя ненавидел, что так больно Эмбер сделал. И этот бывший урод ещё.... Мудак, который потрепал Эмбер нервы и мне вдобавок. Приставал к ней бухой, а я, со своими неуместными пошлыми замечаниями, наверное, ещё больше пугал Эмбер.

Рад был, что она всё-таки нашла различия между мной и ним. Я не хотел быть плохим.

И теперь не знал, что делать. Нужно было как-то маякнуть Эмбер, что я всё прочитал, но трусил. Наверное, нужно было извиниться, что я тогда так оборвал с ней, что сделал больно своими случайными связями... Но как это можно было сделать?!

Она мне сама написала пару дней спустя и предложила встретиться. Чувствовал себя жутко неуютно, но и извиниться не мог. Тупо не мог. Просто извиняться в мелочах, но в таком.... Невозможно. Но обнадёживало то, что Эмбер сама делала шаги к нашему воссоединению.

Она затащила меня домой, ещё и на секс стала намекать, а я впал в ступор. Понял, что так сильно возбуждён, что сейчас же и кончу. Эмбер наверняка в шоке будет. Нет, не лучшая идея. Да и тем более — я правда не брал презервативы! Они мне уже более полгода не нужны! Я же ни с кем не спал после Кэрол. Да я даже не думал о сексе с Эмбер! А она не поверила... Нет, конечно, можно было бы старым добрым способом предохраниться, но в эти мгновения я бы вряд ли себя достаточно контролировал. Я совсем запутался, хотела ли Эмбер на самом деле или просто проверяла меня, но это и неважно было.

У меня снесло крышу, когда узнал, что Эмбер до сих пор девственница и ни с кем не была. В отличие от меня ни с кем не успела сойтись за то время, пока мы не были вместе. Захотелось сделать ей сильно приятно и так, как я ещё никому не делал.

В те моменты остро осознавал, что жаждал быть только с ней. За эти годы мне вполне хватило случайных девушек, пьянок и прочего. Раньше то казалось запретным плодом, а потом наскучило. Мама была права, когда выбрала тактику вседозволенности: делай что хочешь. И я делал, но оказалось, что случайные связи были для меня больше как способ самоутвердиться, а теперь необходимость в этом пропала. Не о чем было жалеть, потому что попробовал то, что мог.

Эмбер лучшее, что со мной случилось за это время. И я желал, чтобы она была только моей! Однозначно только моей! И никто её больше не тронет, и буду с ней только я!

Предложение я собирался делать, как все нормальные люди. Но плана не было. Не знал, как это сделать, чтобы красиво было. Я вспомнил ту зачёркнутую строчку в письме, которую еле разобрал. Конечно же Эмбер хотела за меня замуж! Осталось решиться позвать её!

Видел Эмбер, изнывающую от желания, всю слишком чувствительную, ласковую и мою, и просто не смог удержаться, чтобы не сделать ей приятно. Заметил, как она вдруг замерла и протяжно выдохнула, расслабив бёдра. Голова загудела от того, как она меня сжала сейчас. Ну и хватка у неё.

Знаешь, Эмбер, после того, что я сейчас сделал, ты обязана за меня выйти!

***

После выкладывания совместной фотографии, я поменял статус в социальной сети на «женат». Офигеть. Звучало страшно. На следующий день я получил неприятный звонок, что пошатнул мир. Я с силой сжимал смартфон, и при этом в висках пульсировало.

— Майкл, что с тобой? — Эмбер провела по моим волосам. — Кстати, Анабель не проявляла себя? Ну, отреагировала как-нибудь на то, что мы вместе?

— Плохо отреагировала. — Я потёр переносицу, тяжело дыша. — Мне Карл позвонил. Её положили в больницу после того, как откачали. Теперь предстоит долгое восстановление. Съезжу к ней разок.

Эмбер приоткрыла рот, а я вспомнил слова Карла несколько минут назад:

«— Да чтобы ты в аду сгорел, чёртов Уокер! Довёл Анабель до такого! Ублюдок конченый!»

А ведь он был сам мистер интеллигентность... Видимо, накипело. Когда перед палатой я встретился с Карлом, то он желал испепелить меня взглядом, но сдержался. Сказал лишь, что Анабель пожелала меня видеть. Я отворил дверь и прошёл вперёд — в идеально чистую и аккуратную комнату, с кучей цветов в вазах, плюшевых игрушек, воздушных шаров и плакатов «Выздоравливай, Анабель». Я неловко переступил с ноги на ногу и положил на тумбочку рядом с постелью букет из орхидей. Анабель их обожала, и стоили они прилично. Я ей никогда их не покупал.

— Хах. — Она ухмыльнулась, переводя взгляд с букета на меня. — Неужели?

Я мог додумать продолжение фразы: «Неужели стоило попасть в больницу, чтобы ты хоть раз в жизни подарил мне любимые цветы?..»

— Анабель. — Я потупил взгляд. Не знал вообще, что говорить и делать. Подняв глаза, всё-таки понял, куда она смотрела — на мою левую руку с кольцом.

— Ты и правда на ней женился... — безразлично проговорила Анабель. — С самой первой встречи я не могла понять, чем же меня так бесит эта Эмбер. Но я чувствовала — всё-таки у меня хорошая интуиция.

— Анабель, почему ты это сделала? Мы же не общались, причём тут я?

Я вспомнил наезд Карла — он утверждал, что сестра оказалась в больнице из-за меня.

— Ты причём?! Увидела, что вы поженились, и у меня истерика случилась. Я рыдала, себя не помнила, — шептала она. — Даже не помню, как вколола себе...

— Анабель, — прервал я её. — Неужели ты стала колоться? Я же просил тебя, твою же мать, Анабель! Я просил тебя не принимать даже экстази!

Меня трясло от негодования. Я вспомнил, как убеждал её не пробовать, не покупать травку... Делал всё, чтобы она не подсела!

— Ты переживаешь за меня. — Анабель довольно улыбнулась. — Это всё ещё приятно. Нет, Майкл, это были не наркотики. Дело в том, что в последнее время мне стали колоть успокоительное, и вот недавно я сама ввела слишком много...

У меня от сердца отлегло. Нет, это ужасно, конечно, что она намеренно решила отравить себя большой дозой успокоительного, но хотя бы не наркотики!

— Не переживай, Майкл. Знаю, о чём ты думаешь. Я буду жить дальше. Меня уже немного отпустило за этот год. Просто срыв произошёл. Не буду больше вам мешать. Я тебя люблю, Майкл, — произнесла она после большой паузы.

— Я ценю, что ты была рядом со мной. — Сжал её бледную слабую руку с покусанными ногтями. Было так странно, что от Анабель теперь пахло не сладкими духами, а лекарствами. — Анабель, мне жаль. То, что было между нами, — больше похоже на зависимость. Я тогда был болен после смерти отца. Но ты помогла мне это пережить. — Я поглаживал её пальцы, при этом испытывая острую боль в груди. Не смогу себе простить, если Анабель загубит свою жизнь из-за меня. Из-за моих подростковых ошибок. — Лисёнок, не убивай себя. Мне будет очень больно, если ты что-то с собой сделаешь.

— Уходи, Майкл, — вдруг проговорила Анабель со слезами на глазах. — Прошу тебя.

Я кивнул, затем вышел из палаты и тотчас наткнулся на Фрэнка. Несколько секунд хватило для осознания — я внезапно вспомнил моменты в прошлом, которым не придавал значения. Вспомнил, как Фрэнк назвал Эмбер моей девушкой, когда я ещё встречался с Анабель (тогда Эмбер наткнулась на нас в лесу); как смотрел на неё, как часто при разговоре забывал, что она — моя.

Я не замечал, что она нравилась Фрэнку. Похоже, что сильно.

— Помоги ей выздороветь, — на выходе произнёс я. В груди было так тесно. — Она талантливая и целеустремлённая девушка. И у неё всё ещё будет хорошо.

Получил кивок в ответ и отправился домой. Там Эмбер уже ждала меня с расспросами. Моя любимая жена.

Анабель наконец осталась лишь в прошлом. Она не та, кого я любил, просто стала близким человеком в определённый период времени. А Эмбер я сильно любил. И рад, что у Анабель хватило сил принять это. Пускай даже временно.