Глава 2. Бедоноска
После выступления Идоксия позвала Фиру за кулисы, дабы там переговорить с глазу на глаз. Девчонка, конечно, почуяла, что сейчас ей не поздоровится, но она всë-таки нашла в себе смелость и скрылась за шторами. Там еë поджидали три недовольные ведьмы.
— Ничего нам объяснить не хочешь? — выгнула бровь гегемонша.
— Вы сами всë видели, так что считаю, что лишние изъяснения здесь ни к чему, — спокойно ответила белобрысая, хотя сделала это зря.
— Ага, вот значит как... — недобро ухмыльнулась брюнетка, а потом взяла в руки меч, что был тут как реквизит. — А ну, иди сюда, изъяснительница хренова!..
Гриммилин разнесло не на шутку, и она начала гоняться за Ксуфирией вокруг стола, махаясь мечом, как мухобойкой. Эль и Идоксия не решались вмешаться в эти «игры на смерть», поэтому смотрели на зрелище со стороны.
— Какого Лешего на тебя уже «жирафы» охотятся, а?! Чë ты опять натворила, бедоноска лëгкого поведения?!
— Я за такие упрëки ваще ничего тебе говорить не буду!
— Ой, вы только гляньте-ка на неë...! Какие мы неженки!
— Знаешь, обычно такие вот скандалы закатывает Сия. Или ты просто встала не с той ноги?
— Так, всë, хорош чудить! Не хватало нам ещë чë-нибудь тут поломать! — вмешалась вдруг Франгельс, забирая холодное оружие из рук Франч. — Фиру, скажи уже наконец правду и не заставляй Гримми на тебя лишние нервы затрачивать, а то она и так на сцене голос успела подорвать.
— Да нечего рассказывать и не моя это вина вовсе! — выпалила жумчужновласая, готовясь сказать истину. — На улице я случайно в «бегемота с кошелëчком» врезалась, а он мне давай угрожать, трясти до потери сознания, вот я и дала ему по яйцам, и он свою слугу позвал, сказал: «Поймай еë!». Я и давай ноги уносить от него, а потом, когда в кафе я забежала, он меня из виду потерял и... короче, далее вы знаете, чë было.
— Ох, ну точно бедоноска, — подтвердила слова брюнетки Доси, приложив пальцы к переносице.
— Вот и давай тебе после этого разрешение одной выступать, — заключила Гримм.
— Да ладно вам, девочки! Не поймали же и ладно, — заступилась за девчонку Рекидзоко, обнимая еë со спины.
— Из любой задницы выход найдëт, — усмехнулась Франч.
— Сколь хоть заработала, а? — переключилась на другую особо важную тему Сия.
— Доси, ну ты как всегда!
— Да она еврей поди! — рассмеялись две другие наставницы.
— Можно без прилюдий, а? — надулась на них Идоксия.
— Я не считала, — ответила на еë вопрос Фири, кладя чехол на стол. — Решила предоставить это тебе.
— Что ж, это благоразумно, ибо никто из вас больше тысячи считать не умеет.
— Зачем нам это уметь, если никогда не заработаем за всю жизнь столько? — вопросила Гримм.
— Всë в жизни пригодится, — мудро ответила Доси, уже во всю считая деньги.
— А у вас сколько?
— Наверно, 50 рублей насчитается, — предположила Франч. — И вообще, я что-то проголодалась. Не сходить ли нам в кафе?
— Поддерживаю! А то мне совершенно не охото готовить, — обрадовалась Эль.
— Доси, ты с нами?
— А как же? Я ведь тоже человек, — усмехнулась Франгельс, слаживая деньги обратно в чехол. — Еди́м на наши деньги, а эти на чëрный день.
— У нас все дни такого цвета, — подчеркнула Гриммилин, и четвëрка ведьм отправилась в соседнее кафе.
Идти далеко не пришлось, ибо заведение для утоления голода находилось прямо через дорогу. Зайдя в него, девицы оказались в уютном и просторном кафе, в котором было не так много народа. А обычно в таких местах не протолкнëшься. Итак, наша четвëрка заняла первый попавшийся свободный столик и стала изучать меню. Из предложенных блюд они выбрали четыре порции картофельного пюре, компот и три чашки кофе, салат и, конечно же, хлебушек. Гегемонша пошла к стойке делать заказ, а оставшаяся троица молча сидела, и каждая думала о своëм.
— Почему мы не поели в том кафе? Чем оно вам не угодило? Вас бы там наоборот накормили за счёт заведения, как артистов, — вдруг спросила юная целительница, нарушая тишину.
— Там бы нам мешали, — нашла отмазку Сия.
— Чем же?
— Гриммилин тебе объяснит, — отмахнулась шатенка, вновь уставившись в окно.
Ксуфирия осталась в недоумении. Неужели они неспроста выбрали более тихое место с меньшим числом народа? «Ну да, гениально! Более подходящего места для переговоров не сыскать!» — подумала про себя она, вслух фыркнув. Никто не любит быть в неведении, и Ксуфирия – не исключение. Что же задумала эта «святая тройка», что даже они в самую последнюю очередь свою ученицу в свои планы посвящают? Пойди и разбери этих ведьм.
— Я сделала заказ. Скоро его приготовят, — явилась и не запылилась брюнетка, садясь рядом с Франгельс, напротив Фири.
— Гриммилин, что происходит? — обратилась к ней жемчужновласая.
— Ты о чëм? — будто бы не понимала она, пока Сия не ткнула еë в локоть. — Ааа, вы уже ей рассказали! Ну, тогда дело за мной, — осенило еë, и она уселась поудобнее, дабы во время разговора не чувствовать себя неудобно во всех смыслах. — В общем, Фиру, мы решили устроить тебя на работу в императорском дворце.
— Блин! Вечно вы мне самое сложное поручаете! — обозлëнно прокомментировала Неакриде данную новость.
— Ну, а что поделать, если ты больше всего на эту миссию подходишь?
— Да ладно?! В объявлении прям так и сказано: «Принимаем только беловолосых двенадцатилеток с красными глазами»?
— Ты разве забыла, что отныне перед тем, как принять кого-то на работу во дворец, их окатывают святой водой?
— Чëрт, точно же! — обречëнно стукнула себя по лбу юная алоглазка.
— А так как ты полукровка, на тебе эффект святой воды не отразится, — напомнила Сия.
— Это я знаю, но скажите мне, что я должна буду делать, когда стану прислуживать императорской семье?
— Перво-наперво, ты должна будешь выполнять свои обязанности, втераясь в доверие блеузе, а потом мы перейдëм ко второй фазе операции.
— И в чëм она состоит?
— Нагнись-ка, — сказала Гримм и шепнула ей на ухо, чтобы никто не услышал. — Ты подмешаешь яду в еду, из-за которого все члены семейки Паланшель умрут.
— А почему бы не сделать это, не устраиваясь к ним на работу? — вопросила девчонка, выдыхая этот вопрос прямо в лицо гегемонше.
— Ингредиенты для этого яда не сыщешь в нашей стране, их нужно заказывать из Кийцейского княжества, — объяснила брюнетка.
— И сколько же лет они будут добираться до нашего болота?
— Не драматизируй, — сказала она на данный вопрос. — Месяца два-три, не больше.
— Может, мне сразу замуж выходить за кронпринца, чтобы не работать и так прописаться во дворце? — усмехнулась Ксуфири.
— Хорошая идея, но вряд ли он на тебя хотя бы взглянет. У него же уже невестушка имеется.
— Ну, почему же? Фири даже очень симпатичная, — добродушно сказала Эль, на что две еë подруги воздухом подавились, заплевав стол.
— Да пусть ржут, ведь редко кому удаëтся посмеяться над правдой, — пофигично отреагировала на это Неакриде.
— Ха-ха...! Ну, в общем, ты поняла суть разговора, — просмеялась Франч.
— Гриммилин Франч, подойдите к стойке и заберите свой заказ, пожалуйста! — крикнула повариха, и Гримм поспешила забрать подносы с едой.
— Но, Фири, ты уж постарайся не втюриться в принца, а то ты не сможешь убить его, — заикнулась вновь на эту тему Франгельс.
— Сплюнь лучше, а то сбудется, — хмыкнула на это Фиру, покачав головой. Тут пришла и гегемонша с едой, кое-как дойдя до стола с тремя подносами.
— Налетайте, голодовки! — объявила в своей манере Франч, усаживаясь на место. Запах горячей еды дурманил разум, и ведьмы буквально исполнили то, о чëм просила Гримми.
— Так, а кем я работать буду? — вдруг осенило Ксуфирию.
— Уборщицей, — ответила нескрываемо брюнетка. — Ты как раз умеешь только полы мыть.
— Не смешно, — нахмурилась она. — Когда я приступлю к работе?
— Завтра.
— Завтра?!
— Ну, да. А есть возражения?
— Нет, просто как-то всë слишком неожиданно, да и я не готова...
— Об этом давай поговорим дома, хорошо? А теперь давай ешь, пока не остыло, — улыбнулась старшая алоглазка, приободрив ученицу хлопком по плечу.
Терпеливо вздохнув, Ксуфирия приступила к трапезе, хотя есть вовсе не хотела. В голове начали вертеться ненужные мысли, касаемые работы во дворце. Примут ли еë? спалят? а может вовсе пальцы отрубят за кое-что? Да, вы правильно поняли, если подумали про разбойничьий инстинкт, который был заложен в девочке ещё с самого детства. Это всë из-за чувства нищеты и зависти, которое проявляется у ребëнка в последствии такой жизни, которую перетерпела Фиру. Ей не доставало родительской заботы и любви, вещей, которые должен иметь каждый ребëнок, внимания и вообще всего того, чего она сама желала бы иметь. Попробуйте-ка после такого воровать не начать! Да и вообще, наверно, каждый из нас хоть когда-то брал деньги без спроса из маминого кошелька, тырил какие-нибудь мелочи у своих сверстников, на которые свои бы родители денег не дали, и ходил без разрешения ночевать к друзьям, действуя на нервы своим близким. Хорошо, воруйте дальше, но свои ценности оберегайте и не продавайте, которым нет возрата.