Эпилог. После
Прошёл месяц.
Тихий городок у моря. Южная Корея, южнее, чем они когда-либо были. Здесь никто не знает их имен. Здесь нет камер. Нет надзирателей. Нет кровавой игры.
На Гён просыпается первой. Утренний свет касается её лица мягко. Она переворачивается — и видит его.
Намгю спит спокойно. Без тревожных подёргиваний. Без снов, полных боли. Его рука лежит на её талии — как якорь, как обещание.
Она улыбается. Осторожно встаёт и выходит на балкон.
Море шумит ровно. Птицы пролетают над горизонтом. Где-то вдалеке — детский смех. Настоящая жизнь, которую они думали, никогда не увидят.
Он выходит следом. Обнимает её сзади, прижимая к себе.
— «Мне всё ещё кажется, что это сон…» — шепчет он.
— «Если сон, пусть никогда не заканчивается,» — отвечает она.
🎗 Они поселились в доме, который когда-то принадлежал пожилой женщине, бежавшей от войны. Она ушла, а ключ оставила знакомому — тому самому человеку, что помог им сбежать. Его имя они до сих пор не знают. Только письмо: «Живите. За всех нас.»
Намгю устроился работать на рыбный рынок. Тяжело, но честно. Он говорит, что впервые чувствует себя нужным.
На Гён — помогает в приюте для бездомных. Молчаливые подростки смотрят на неё, как на сестру. Она не рассказывает, через что прошла. Но они чувствуют: она выжила — и значит, могут и они.
Они не ищут мести.
Они просто живут.
Иногда, по ночам, они садятся у костра, пьют чай с имбирём и вспоминают тех, кто не выбрался. Кто остался в игре. У каждого было имя. История. Мечта.
— «Мы живём и за них тоже,» — говорит Намгю, глядя в пламя.
Она берёт его за руку:
— «Теперь у нас есть право на будущее.»
И они знают — где бы ни были организаторы, как бы ни скрывались… их игра без правил закончилась.
Но их жизнь без страха — только начинается.