Воспоминания
Отрицание — один из самых действенных защитных механизмов, ограждающих сознание от болезненной информации. Недостаток отрицания в том, что оно скрывает от нас реальность, которую видят другие
* * *
Известие о смерти близкого, любимого человека оказывается сильным ударом, который «оглушает» потерпевшего утрату. Этот этап психологи называют стадией шока и отрицания. Сила психологического воздействия потери зависит от многих факторов, в частности, от степени неожиданности случившегося.
Первая реакция на известие может быть самой разнообразной: крик, двигательное возбуждение или оцепенение. Затем наступает этап психологического шока, для которого характерно отсутствие контакта с окружающим миром и самим собой. Человек делает все автоматически, на автомате. Временами ему кажется, что все происходящее вокруг всего лишь страшный сон, который рано или поздно закончится. При этом все чувства исчезают и появляется застывшее выражение лица.
* * *
Тот момент, который увидела девочка, глубоко отпечатается в ее памяти и сердце. Память будет помнить до конца, а сердце не позволит забыть...
FlashBack
С самого раннего утра Селин покинула дом и направилась к бабушке и дедушке готовить матери сюрприз. Он обещал быть самым грандиозным на свете и они были уверены, Кейко точно будет счастлива!
Мелкие лучи солнца проникали внутрь комнаты сквозь плотно завешанные шторы. Помещение было освещено лучами солнца, раскрывая его чистоту. Больше всего выделялся небольшой комод кремового цвета, на котором стояли рамки с фотографиями.
В первой фоторамке были изображены бабушка с дедушкой и их две прекрасные дочери. Анил обвил рукой талию своей жены, ласково поцеловав в висок. Майто счастливо улыбалась, положив теплую ладонь на родную щеку. Одна из красноволосых бестий сидела на земле, счастливо улыбаясь рядом со своим отцом. Ее серые глазки светились счастьем и радостью, безграничной любовью к своим родителям. Уже с детства маленькая Кейко ослепляла прохожих своей белоснежной улыбкой. А стеснительная голубоглазая маленькая леди сидела на коленях у матери, тянувшись руками к ее шее, чтобы обнять, прижаться к источнику счастья и любви. Ее крохотная ладошка касалась гладкой и нежной руки матери. Две маленькие принцессы своих родителей. Очень гармонично они смотрелись все вместе, а особенно цвет их глаз. Зеленые глубокие глаза Анила напоминали свежую траву, бездонные синие очи Майто напоминали море, яркие голубые глазки Кушины напоминали чистые блакиты неба, а серые выразительные глазницы Кейко напоминали капельки ядовитой ртути.
Во второй фоторамке были изображены только Кушина и Кейко, будучи в академии шиноби. Две сестры попали в одну команду, а их сенсеем был Орочимару, который на тот момент еще не покинул Коноху, не став отступником. Они были очень счастливы, что попали в одну команду, а не в разные, как обычно делали с родственниками. Протекторы символа листа показывали, что они принадлежат этой скрытой деревне и будут ее частью. Они будущие шиноби Конохи и им это нравилось. Две красноволосые сестры, которые уже с детства получили свои «клички», но это помогло им стать сильнее!
На третьей фотографии были Минато Намикадзе, Кушина и Кейко Узумаки, когда те получили звание Джоунина в свои 16 лет. Зеленые жилетки с символом клана Узумаки указывали на то, что те являются шиноби высокого ранга. Минато обнимал одной рукой Кушину, а другой Кейко. Все они были безумно счастливы, широко улыбаясь.
На четвертой фотографии была беременная Кейко, рядом с которой стояла Микото Учиха, тоже в положении. Госпоже Учиха надо было на днях рожать, когда Кейко увидит свое чадо только через два месяца. Они была безмерно рада за Микото, ведь иметь собственного ребенка в мире шиноби – ответственность и безграничная любовь и защита. Не каждая женщина шиноби решится иметь ребенка, когда та росла на битвах и войнах. Ее будет тянуть в гущу событий, где могут погибнуть и мать, и ребенок. Микото знала, как назовет своего ребенка. Итачи...
* * *
Кейко проснулась от надоедливых лучей солнца, которые усердно светили ей в глаза. Откинув тонкое одеяло, ее взгляд зацепился за календарь. 23 июня. Ее день рождения. Кейко легонько улыбнулась и прошла в ванную, где начала приводить себя в порядок. Сделав небрежный пучок на голове, надев домашнюю одежду, состоящую из тоненькой маечки на бретельках и шорты с носками до колена. Женщина не сразу заметила, что в доме было подозрительно тихо. Обычно в это время Рей и Селин бурно что-то обсуждают и спорят о чем-то, а сейчас было просто невероятно тихо. Кейко сразу же насторожилась и стала спускаться на первый этаж. Не обнаружив никого дома, она направилась в дом к своим родителям. Как только они зашла в помещение, свет резко включился. От увиденного у нее заслезились глаза, она прижала руку к губам. От стены висел плакат со словами «С днём рождения, дорогая». А под ним находились самые дорогие в мире ей люди. Ее любимые родители и прелестная дочь. А ведь только шесть лет назад Кейко вернулась на родину вместе с новорожденной дочерью, которая сейчас выросла в красавицу. Глаза – печать души. Селин счастливо улыбалась и держала в руках маленькую коробочку, а глаза серебряные глаза наполнены любовью. Ее родители держались за руки, а другой рукой держали среднюю по величине коробку. Кейко сразу же кинулась обнимать и целовать своих родственников, понимая, что никого дороже их нет.
* * *
— Мама, — тихо произнесла Селин, сжимая в руках маленькую коробочку, — Я хочу подарить тебе это.
Селин медленно подошла к маме и вложила ей в руку коробочку, сжав ее в маминых руках. Она отошла на несколько шагов назад, глядя на удивленное лицо матери. Кейко дрожащими пальцами открыла маленький ларец и от шока он выпал у нее из рук. Рука в кулаке сжалась на шее, сжимая что-то невидимое и родной. Такое любимое и счастливое, то, чем она очень сильно дорожила. Селин сразу же кинулась поднимать содержимое коробочки. Как только они прикоснулась к коробке, на ее спине сжались руки матери.
— Спасибо, спасибо, — судорожно шептала Кейко, уткнувшись в плечо дочери. Селин мягко погладила мать по голове и улыбнулась. Ее мама плакала от счастья. Этот предмет был очень дорог ей. Она берегла его как зеницу ока, но в итоге все равно потеряла. Эта драгоценность досталась от дорого человека на их вторую годовщину. Серебряный кулон с кобальтом, обрамленным в окаемке. Кейко до сих пор любит этого человека и не может забыть. Как можно забыть того, кого ты так сильно любишь? Того, кто сделал тебя счастливой? Того, кто стал для тебя всем миром? Того, кто был твоим мужем и подарил тебе свою частичку, их дочь?
End Flashback
Неделю спустя:
Свернувшись калачиком на смятой постели, Селин обхватила колени руками, уткнувшись в колени. В ее голове творился полный хаос, противостояние сердца и разума. Сердце разрывалось от боли и горечи, от страха и ужаса, от тоски и невыносимого чувства – опустошенности. Девочка медленно привстала, опершись спиной о стену, сжав в руках совсем тоненькое одеяльце слегка влажное от слез. Её взгляд цеплялся за броский рисунок на большой кружке, величину тарелки, в которой лежала остывшая еда — девочка не разу не притронулась к еде — неровные, где-то впалые, бледно красные стены давили на нее своим видом, высотой, от чего они были ей противны. Резко подорвавшись с кровати, она с размаху кинула кружку в стену, врезавшись в острый угол стола животом. Будь он еще острее, проткнул бы ей в живот. Она закричала, громко и душераздирающе, как раненый зверь, который потерял самое дорогое – свою семью, а с ней – самого себя. Частицу своего сердца, своей души. За окном шел сильный ливень, а капли дождя сильно тарабанили по стеклу окна. Девочка упала от боли на колени, вцепившись своими руками волосы, с силой оттягивая. Она пыталась заглушить моральную боль физической... Она рыдала навзрыд, она истошно кричала, словно раненый зверь. А погода за окном вместе с ней. Безутешно плакала, а раскаты грома изображали ее крик полный печали. Вместе они образовывали альянс боли, горечи и скорби. Она кричала. Она рыдала. Она вырывала волосы клочьями. Настолько ей было больно...
Селин не может поверить, что больше никогда не увидит свою маму рядом с собой, не почувствовать теплых и успокаивающих объятий, в которых ты чувствуешь себя защищенным. Не будет того человека, который прижмет тебя к своему сердцу и будет говорить утешающие слова, а от них на сердце разливается тепло. Не будет той родной бабули, которая всегда относилась к тебе с добром и пониманием, даже когда вытворял всякие шалости. Не будет близкого дедули, который будет стоять за тебя горой, который будет показывать и рассказывать тебе про мир. Мама. Бабушка. Дедушка. Они покинули жизнь, а Селин не смогла их защитить...
* * *
Flashback
Сегодня у Рейны Узумаки был знаменательный праздник, точнее, даже, для всех представителей прекрасного, сильного женского пола. 8 марта – это традиционный женский день, когда женщинам уделяется больше внимания и все мужчины бегут на рынок или магазин за цветами. Ведь цветы – это символ праздника, которые должны в обязательном порядке присутствовать на столь значимом празднике. 8 марта- также символизирует приход весны и тепла, что часто сравнивают с женским теплом и началом. А сильная половина в такой день, старается больше всего порадовать свою женщину, уделяя ей время и одаривая подарками.
Для начала маленький Рей решил приготовить своей матери завтрак в постель. Он хотел ей сделать что-то приятное, чтобы это порадовало ее. Тихо пробравшись на кухню, чтобы не разбудить маму, он стал тихо доставать все необходимое. Бежевую мисочку с замысловатыми узорами, мамину любимую сковородку, молоко, 2 яйца, сахар и муку. Попутно он пытался вспомнить рецепт блинчиков, которые ему когда-то делала мама. Они были очень вкусными, что пальчики оближешь. Разбив яйца в миску, он добавил туда молоко и стал перемешивать вилкой до однородности. А потом стал добавлять постепенно сахар, щепотку соли, порционно по стакану муки, пытаясь достичь вязкой, но жидкой консистенции. Он боялся нашуметь или что-то испортить. Рей очень хотел порадовать свою маму...
Попытавшись разложить красиво блинчики, он взял черничный джем и пытался аккуратно нарисовать ровное сердечко. Поставив тарелку на поднос к зеленому чаю, он подхватил поднос и медленно пошел будить свою маму. Тихо приоткрыв дверь, красная макушка просунулась в дверной проем, чтобы проверить, спит ли мама или нет. Увидев, что она до сих пор спит, он подошел и поставил поднос на прикроватную тумбочку, а затем стал будить любимую маму.
—Мамочка, просыпайся! — Рей сел на краюшек кровати, а улыбка сама появлялась на его личике, образовывая маленькие впадины.
Рейна, не открывая глаз, сладко потянулась, а затем привстала на кровати. Зазевавшись, она не сразу заметила, что перед ней сидит ее сынок, который успел взять в руки поднос с завтраком.
— Мамочка, поздравляю тебя с праздником! Это тебе, — ребенок смущенно протянул маме поднос, а затем счастливо просиял, — Я люблю тебя, мамочка!
End Flashback
Маленький мальчик, вжавшись в угол комнаты, смотрел лишь в одну точку. В его руках находился маленький мешочек, который когда-то подарила ему мать. «Запомни, Рей, это сильный оберег, который поможет тебе в трудную минуту. Прошу, пожалуйста, всегда носи его с собой и не снимай» - так говорила Рейна, сжимая в его крошечных ручках маленький мешочек лазурного цвета с рыжей лисой.
Еще с давних времен лисы считались хранителями этих святых земель и людей, которые на ней жили. Клан Узумаки славился своей живучестью и силой запечатывания, а также необычных цветом волос. Узумаки были хитры, осторожны, но в то же время сильны, что отдаленно показывало их сходство с лисами. Сам цвет волос – рыжий или огненно-красный напоминал шерстку этого животного. Во время сражения, мимика лица Узумаки были схожи с лисой. Хитрые, непоколебимые, независимые...
Рей смотрел на оберег и вспоминал, как мама читала ему сказки на ночь о лисах. О их повадках, взаимоотношениях, качествах. Мать часто восхваляла этих существ словно бога, всевысшего существа. Он крепко сжал в руках оберег, а хрустальные капельки скатывались по щекам на руки. Они не останавливались, а катились все сильнее и сильнее, пока плач не превратился в истерику. Он закусывал до крови губы, стараясь не кричать, но все равно кричал. Громко и душераздирающе. Боль грызла его всего и без остатка...
* * *
Девочка будет до конца помнить, как впервые увидела свою мать, своих бабушку и дедушку, как только она родилась. Они казались ей такими большими, но она уже полюбила их всем сердцем. Селин росла без отца, и ей было завидно, когда отцы катали своих детей на шее. Но несмотря на это, она не унывала, ведь у нее была прекрасная и любящая мать, чудесные бабушка и дедушка. Со временем, ей стало этого хватать. Она любила их, любит, и будет любить всегда!
Flashback
Солнце медленно заходило за горизонт, уступая свое главенствующее место. Луна медленно восходила из-за высоких макушек деревьев, принимая свой пост. Свет дня медленно отступал и катился в небытие, когда тьма начинала наступать. Небо постепенно окрашивалось в темно синий оттенок, до этого образуя красочные градиенты. Голубое ясное небо постепенно впускало в себя желтые и красные оттенки, смешиваясь в едино, что образовывало сначала рьяно-красный цвет, а затем он постепенно тускнел. В бледно-алую смесь поступали новые цвета, образовывая светло фиолетовый оттенок. Выше к солнцу сохранились светлые, предыдущие цвета, а ближе к горизонту появлялись новые. Это невероятное чувство наблюдать, как на небе играют столько разных красок: голубые, желтые, оранжевые, красные, светло-пурпурные, фиолетовый. Это картину добавляли маленькие, белые, блестящие точки на небе. Хоть они и были совсем маленькие, но эти небесные тела приковывали к себе взгляд. А когда падает одна из этих звезд в сторону горизонта? Ходит поверье, что надо загадывать желание в этот момент, и оно обязательно сбудется!
А знаете как прекрасно, когда в этот момент еще идет дождь?
Нет, это не был ливень, просто обычный, прохладный летний дождик. Он бодрил как никогда, придавал сил, заставлял задуматься, любоваться. Дождь – одно из лучших явлений природы, которое может зацепить взгляд. Конечно, не каждый человек видит в дожде прекрасное, что-то успокаивающее. Для них это просто сырость и слякоть, может даже и причина плохого настроения.
Маленькая девочка не обращала внимания, что кричат ей соседи и прохожие. Она просто сидела на крыше высокого дома и любовалась небом и дождем. Капельки стекали по ее красным волосам, покрасневшему лицу от зябкого холода, по ее худому телу, незакрытым коленным чашечкам. Для такой погода Селин была одета явно не по погоде, тоненькая туника и шорты до середины бедра никак не подходили для данной посиделки. Девочка промокла до нитки, ее тело медленно подрагивало, но она этого не замечала. Она была в блаженном состоянии и ее ничего не волновали. Из ее мыслей вырвал громкий раскат грома и начавшийся ливень.
Селин слегка улыбнулась, глядя как люди спасаются от дождя под козырьками магазинов или спешат домой, стараясь чем-нибудь прикрыться. Медленно встав, девочка размяла конечности и мелким шагом направилась домой, не глядя на то, что ноги вступают в лужу, а одежда насквозь мокрая.
Девочка решила не идти домой, а к бабушке с дедушкой. Она около недели их уже не видела, потому что или они постоянно заняты, или Селин на каком-нибудь мелком задании, но не менее важном, как другие. Просто одно легче, другое труднее.
Как только она переступила порог дома, ее сразу пробил озноб, тело заколотило в мелкой дрожжи, а конечности окоченели напрочь.
— Селин, дорогая, скорее проходи! — бабушка, не скрывая ужаса, силком втащила девочку в дом, но ходу срывая с нее мокрую одежду. — Анил! Принеси полотенце!
Громкий, серьезный голос Миссис Узумаки разносился по дому, словно гром. Где-то на втором этаже на нос с глаз упали очки, а документы огромной стопкой ударились о твердую поверхность стола, создав звук чего-то упавшего.
Взяв в руки большое махровое полотенце, он передал его жене, которая быстро несла Селин в ванную. Майто терла до сухости тело внучки, пытаясь его как-то отогреть. Когда тело девочки перестало дрожать, Майто всучила ей в руки пижаму: длинные бриджи и кофту с длинныит руками – а также теплые носочки. Вытерев голову досуха, завернула ее в теплый плед, любезно принесенный Анилом.
Пока женщины занимались своими делами, Анил разжег огонь в камине и стал заваривать теплый шоколад на троих. Помимо горячего шоколада, на подносе также было печенье с глазурью. Его просто обожали Селин и Анил, и всегда просили еще, ну, или пытались урвать несколько штучек во время их приготовления. Майто готовила замечательное печенье, которым часто баловала детей.
Анил подал Селин кружку в руки, чтобы та грелась, а затем подоткнул одеяло, чтобы она быстрее согрелась. Девочка расположилась на ближестоящем кресле, а Майто с Анилом на таких же креслах напротив нее.
— Селин, ну так же нельзя, — бабуля удручающе покивала головой и притронулась губами ко лбу девочки, проверяя наличие температуры, — Ками, хорошо, что у тебя нет температуры!
— Внучка, а что ты делала так поздно на улице? — Анил всегда был добрым и снисходительным ко своей единственной внучке, которая у него осталось. Моментами он был строг, но всегда понимал ее поступки. Он был для нее как отец, и как дедушка.
До сих пор в сердце хранится боль от той ужасной трагедии, которая произошла в селении скрытого Листа четыре года назад. Тогда погибла его старшая дочь, а с ней ее муж и новорожденный сын. Девятихвостый убил их. Когда он это узнал, то долгое время не мог это принять. Он был как бомба замедленного действия. Потом вмиг его эмоции и чувства усилились, возросли многократно, также как и боль в сердце. Сильная и необъятная, которая сжигала все на своем пути. Остальные чувства притуплялись, когда боль и скорбь росла сильнее.
— Гуляла, — Селин улыбнулась лишь одними уголками губ, отпив немного горячего шоколада. Горячий напиток приводил ее в чувства, согревая тело. — Бабушка, дедушка, а расскажите мне что-нибудь про мою маму?
— О, — задорно протянул Анил, а губы вытянулись в веселую ухмылку, — а что ты хочешь узнать?
Когда разговор заходил о семье, глава семьи был готов говорить вечно о родственниках. И его любви к ним, о взаимоотношениях. Словами просто не описать, как он любит свою семью. Любящую жену, которая всегда любила только его и поддерживала в трудных моментах, это та женщина, которая украла его сердце, ворвалась в его жизнь также быстро, как и поселилась в ней. Свою старшую дочь, которая похожа на Майто в молодости, такая же энергичная и боевая, не терпящая, когда ее унижают. Кушина была светлым комочком в его сердце, которое радовало его каждый день.
Конечно же свою младшую дочь, которая во многом пошла в его самого. Та же рассудительность и привычки, некие странные повадки, которые проявляются в кругу близких людей, черты характера, который считали несносным. Если она что-то задумала, то обязательно дойдет до конца. Кейко, как и Кушина, была частичкой его сердца, к которому он прислушивался.
Своих внуков. Пусть сын Кушины и Минато считался мертвым, то он успел вмиг его полюбить всем сердцем. Этот маленький комочек чьей-то любви. Также он винил себя, что не смог защитить семью своей дочери: ее саму, мужа и сына. Хотя, как бы он им помог? Как бы он остановил демона?
Селин является дочерью некогда великих шиноби. Про ее отца ходят славные легенды и поверья, что он был Великим шиноби, прошел две войны и вышел из них героем для деревни. Анил видел его лишь однажды, на его свадьбе с дочерью, но он отчетливо запомнил его ониксовые глаза. Его ни капельки не смутила их огромная разница в возрасте, потому что у него самого была та же ситуация. Анил был старше Майто на добрых лет так 20, но любви все возрасты покорны! Кейко была одной из лучших бойцов Конохи, в раннем возрасте стала Джоунином, являлась членом Анбу, имела свой собственный отряд. Селин – воплощение своих родителей. От отца ей достались отдельные черты характера, мягкие волосы, острый взгляд. От матери длинные алые волосы, черты лица и милая улыбка. Цвет глаз родителей смешался и появился новый, оттенок темной стали.
— Ну, расскажите мне про детство моей мамы и тети, — на миг ее взгляд потускнел, а губы сомкнулись в одну линию, но никто этого не заметил. — Я хочу знать, какими были моя мать и тетя Кушина в детстве!
— Ну что ж, — женщина улыбнулась, заметно оживилась и начала свой рассказ, — Твоя мать была достаточно спокойным ребенком, пока Кушина не начинала втягивать во всякие аферу. Больше всего Кейко любила свою сестру и всегда ее поддерживала во всех начинаниях. Твой дедушка души не чаял в этих двух ангелочках, даже когда они шкодничали. Я точно помню, что они как-то умудрились с соседскими детишками сломать забор, из-за чего все животные убежали, за исключением некоторых. А как Кушина изрисовала стену медкорпуса, когда лежала с травмой, а как Кейко умудрились напугать весь медперсонал, когда давала шанс сестре сбежать от врачей. Они вдвоем ой как не любили врачей, а особенно мужчин. Затем они отправились в Коноху, где их приключения явно не закончились. Они вдвоем довели одного из преподавателей Академии до больничной койки. Их часто дразнили из-за их цвета волос, но Кейко это не волновало, в отличии от Кушины. Когда Кейко узнала, что сестру обижают, то довела ее обидчиков до опасного для здоровья состояния. Со временем их стал уважать, они подружились с милым мальчиком – Минато Намикадзе, который стал мужем моей дочери, — Майто сжала в руках уже остывшую кружку, прикусив губу. Видя состояние жены, Анил стал говорить вместо неё, — Жаль, что их раскинули в разные команды. Но самое забавное было то, что и у Минато, и у девочек в команде был член клана Учиха. Они стали дружить командами, а там уже и начались развиваться больше, чем дружеские отношения. Минато в глазах Кушины был героем, и она не раз ревновала его к своей сестре, которая хорошо с ним общалась. Но их пути разошлись, Кейко стала дальше служить деревне, когда Кушина решила отдаться взаимному зову сердца. Мы не раз видели по сообщениям твоей матери, что ей очень одиноко, завидно собственной сестре, но в тоже время она была очень рада за нее. Твоя мать, Селин, была сильной девушкой, которая шла до конца, но одинокой, пока не встретила твоего отца...
End Flashback
"Это так непривычно, не слышать голоса мамы, которая отчитывает тебя за поведение. Не слышать голоса бабушки и дедушки, которые поддерживали ее. Не видеть их, не слышать..."
* * *
Рэй видит, как Селин с каждым шагом отходит от него всё дальше, как стройная фигура останавливается в нескольких метрах от него, спиной, и смотрит вдаль. Вокруг иссохшая трава, полуголые деревья и туманное утро без лучей долгожданного солнца.
Он всматривается и не может убрать из своей головы образ родной матери. Когда-то эта поляна была его теплым местом, где мальчик мог гулять днями напролет и собирать цветы. Теперь здешний пейзаж навевает лишь отчаяние и тоску.
У девочки впереди развиваются алые пряди, худое тело слегка шатается, отдаваясь собственным воспоминаниям, но Рей, как бы ни пытался, не мог избежать картины в своём разуме.
Маленький мальчик с сочно-красными волосами радостно носился по просторной поляне, улыбаясь так ярко, что, казалось, он без труда затмит солнце. Теплый ветерок ласкал его пухлые щечки, разметал и без того лохматые волосы.
Вскоре Рэй присел на корточки и сорвал несколько цветов, чтобы вплести их в свой прекрасный, по его мнению, венок. Он аккуратно связывал между собой стебельки цветков, боясь повредить и всё испортить; убирал некрасивые листья и выбирал самые симпатичные лепестки. Наконец, его крошечные пальчики справились с поставленной задачей.
— Рэй, — мягкий, воздушный и такой приятный голос прозвучал за его спиной, в следующую секунду уносясь дальше ветром.
Рей резко обернулся и увидел стоящую в нескольких метрах обаятельную женщину. Аловолосый подорвался с места и рванул к ней, не заботясь об окружающем мире, но не для венка, которого он держал крепко, сжимая пухленькие пальчики.
— Мама, мама! — радостно пролепетал мальчик и остановился в метре от своей матери. — Закрой глаза! — настойчиво произнес Рей. Женщина улыбнулась и, повинуясь приказу своего сына, прикрыла веки.
Мальчик со всей осторожностью поднес венок к голове Рейны, его матери, и ровно поместил его на волосах.
— Можешь открыть! — Рейна открыла свои большие глаза и с любовью посмотрела на сына.
Её белокурые волосы до плеч развивались на ветру, веселые лучики солнца скакали по её прядям и миловидному лицу, делая её внешний вид ещё более теплым и домашним. Таким родным.
Венок состоял из разных цветов, но петунии идеально сочетались с сиреневыми глазами Рейны, сверкающие не меньше своего сына.
— Спасибо больше, Рей, — мягко сказала блондинка и заключила мальчика в крепкие объятья.
Он был горд, что его матери понравилось. Все труды стоили того. Рей приобнял мать в ответ и зарылся в её шею, пытаясь убрать мешающие светлые пряди, которые щекотали лицо.
В объятьях матери было так хорошо, так тепло, так приятно. Она была его домом и семьей. Ему ничего не нужно, только, чтобы Рейна стояла рядом и держала его за руку до конца их дней.
Но всё это разрушилось. Улыбка матери раскололась надвое, а тепло исчезло, заменив комфорт опустошающим холодом внутри.
* * *
Какого это осознавать, что ты потерял все, что имел в один миг?
Какого это видеть, как страдают дорогие тебе люди?
Какого это, больше не слышать родных голосов?
Какого это не видеть перед глазами маму, бабушку, дедушку, друзей?
Какого чувство, когда внутри все обрывается, а сердце рвется на части?
Какого оно, чувство потери?...