11
Оливер отстранился на меня, и не поворачивая головы быстро встал с дивана. Со скоростью пули он вылетел из моего дома, оставив после себя лишь сильный звук хлопающейся двери, и запах одиколона. В комнате была полная, угнетающая тишина, казалось, что всё давило на меня. Слёзы ручьями текли из глаз, и тут я дала полную волю эмоциям. Встав с дивана я на ватных ногах поплелась в ванную комнату, что бы привести себя в порядок. Взглянув в веркало я увидела ужастно бледную и худую девушку, с заплканными глазами, и размазанной тушью. Эмоции взяли верх надо мной, и я в истерике рухнула на пол. Взяв с уголка раковины лезвие, я безжалостно начала терзать свою кожу везде, где только потом будет не заметно. В этот раз порезы были глубже, кровь маленькими струйками стекала по ногам, и капала но пол, образовывая красную лужицу. Истерика полностью поглатила меня, мне было так плохо, что я думала уже не оклимаюсь. Сколько мыслей было в голове не сощитать, зачем он это сделал? Это была попытка насилия? Для чего он говорил мне эти слова о любви? Каждая мысль, каждый вопрос о нём, отображался новым порезам но моём хрупком теле. Я сидела облоконившись о стену, мои руки и ноги были в крови , как и пол из белой плитки на котором я сидела. Отвращение к кровопролитию нужно иметь в крови. Не знаю сколько времени прошло, час, или два, но моя истерика утихла, заглушение душевной боли физической, давало результат, и я по тихоньку успокаивалась.