Крестраж

Обе, сидящие напротив, волшебницы, несомненно, внушали. Понятно, что возраст накладывает свой отпечаток, не только опыт, но и количество магической силы тоже играет немаловажную роль. И даже не столько в мощности заклинаний или в искусстве тонкого плетения чар, сколько во влиянии и значимости личности в магическом обществе. Нашу МакГонагалл я изучил не сказать, чтобы хорошо, так как она, до сих пор, иногда, подкидывала неожиданные сюрпризы в своих поступках и демонстрировала нешаблонное поведение. Но наша декан была наиболее понятна и привычна, ведь мы все видели её очень часто и не только на уроках. Могло конечно показаться, что МакГонагалл задвинула болт на ситуацию на факультете, но это только казалось. Как я понял, это у неё такой стиль воспитания, вроде как кинуть в воду и выплывайте как хотите. Поэтому, самая её раздражающая черта, на мой взгляд - это отсутствие нашего декана, тогда когда она нужна и появление в те моменты, когда она нахрен не упёрлась. Просто дико бесила такая её абилка! Про Спраут я вообще, практически, ничего сказать не мог. Занятия на её уроках, которые велись три раза в неделю и всегда проходили наиболее спокойно, даже если были совмещены со слизеринцами. Спраут везде создавала атмосферу покоя и доброжелательности, если даже обычно робкий на всех других уроках Лонгботтом у неё блистал. Однако, с недавних пор она и мне подкидывала мыслей на размышление, особенно после того случая в купе, где я подшутил над Гермионой с "ритуалом" причёсывания. Ощущалась тогда декан барсуков... странно и тревожно. Нет, ничего такого - опасности я не чуял, но вот насторожиться меня, профессор Спраут заставила. Очень непростая тётенька, хоть и выглядящая до невозможности мирно и неопасно. После того, как два декана разогнали молчаливую и настороженную толпу учеников, нас с Гермионой привели в школьное жилище МакГонагалл, которое находилось недалеко от ее же кабинета на нашем факультетском этаже и занимало отдельную навесную башенку-машикули в замке. Осторожный допрос замаскированный под непринуждённую беседу они подвели под предоставление неопровержимых доказательств в том, что, гражданин-подозреваемый Поттер, не занимался противоправными действиями, будь то - запрещённая магия крови или тёмная ритуалистика с жертвоприношениями. Я в это время вяло отбрыкивался от любых обвинений и настаивал на презумпции невиновности. Совсем не хотелось демонстрировать свои знания, но и так, я уже ими тут засветился так, что никакого двойного толкования и не придумаешь. Так хоть немного поиметь выгоды с этой ситуации и ещё раз подсмотреть неизвестные мне чары в исполнении декана Спраут. - Вы можете сами посмотреть, профессор Спраут, как тогда, летом, в купе,- продолжал отбрехиваться я. - Хорошо,- нахмурились она. - Мисс Грейнджер, положите своего... питомца на стол. Сложный жест палочкой и... даже не луч, а бледно-зелёная волна конусом сорвавшаяся с кончика концентратора и это всё, блин, без словесной формы! Моя давешняя печать, вокруг сидящего на столе и недовольно зыркающего Живоглота, вспыхнула как свежесотворённая. В это время я, подключив всю свою чувствительность анализировал заклинание. Разобрался только в том, что это было очень похоже на сильно переработанный "Приори Инкантатем", только кастуемый не на палочку, а на объект приложения чар. Чертовски полезное заклинание и очень годное в артефакторике, но отчего-то мне неизвестное. Похоже, конечно, на диагност, но совсем не оно и функции выполняет другие, как я и предполагал, скорее криминалистические, чем диагностические. - Помона?- вопросительно вздёрнув бровь спросила МакГонагалл. - Интересные у тебя ученики, Минерва,- задумчиво сказала она и продолжила: - Печать друидов, для манипуляций с животными-питомцами. Форма свидетельствует о том, что была создана для существа Хаоса. Работа хоть и грубоватая, но качественная, наполнение мне неизвестно, валлийский знаю плохо. Цвета в сегментах говорят, что к животному были применены негативные воздействия. Семь сглазов, ничего примечательного - зависть и ревность. Два проклятия, одно из них простое и легко удаляемое "turpitudinem"*, колдовал кто-то неопытный и вложил непомерно много сил. Второе, что-то очень серьёзное и мне неизвестное, но вне всяких сомнений работал опытный маг или скорее всего ведьма. По самому объекту - создание Хаоса, ранг третий, по классификации Филиппса, класс опасности три плюс, "полный" фамильяр со стихийной привязкой к мисс Грейнджер... крайне опасное, старое и опытное существо. Дальнейшие чары отрицания и очищения сначала купировали, а затем и убрали проклятия и сглазы. Тут понятно, что на ауре "такого" питомца они закрепиться не могут, непонятно зачем вообще на него такие вещи колдовали. Все посмотрели на Живоглота, который сидел на столе и умывался лапой с супернаивным и кавайным видом. Конечно-конечно! Так все и поверили, особенно после того, что озвучила Спраут. МакГонагалл и Гермиона, слушали декана Хаффлпаффа с ошарашенным выражением лица, а я с недовольным, но тут уж ничего не скажешь, она верно поведала, но не всё. И это подтвердилось тут же вопросом: - Вам есть что добавить, мистер Поттер? - Есть,- через силу и буквально выдавливая из себя признание, сказал я, протяжно выдохнул и подхватив тон Спраут продолжил её монолог в похожем ключе: - Проклятия на фамильяра не накладывали, их наколдовали на мисс Грейнджер, а он лишь перетянул их на себя. Его основная функция - защита хозяйки. Второе проклятие называется "Печальным Солнцем" и это не одно воздействие, а целый комплекс. Пресечение деторождения, угнетение чувствительности и удаление эмоций - чисто женское проклятие, южноамериканской школы малефицизма. Напряжённость потока по шкале Мунго-Гика́, семьдесят три единицы, что свидетельствует о тёмном ритуале и жертвоприношении как минимум животного при наложении проклятия. - Ого! Вы полны сюрпризов, да ещё и в колдомедицине проклятий разбираетесь, мистер Поттер!- даже как-то с уважением воскликнула Спраут. - В нашей школе в чем только разбираться не начнёшь, мэм,- выделив "нашей", с неприкрытым сарказмом ответил я. - Когда тебя каждый год пытаются убить, это очень мотивирует, знаете ли. - Мистер Поттер!- напряжённо и немного виновато воскликнула МакГонагалл. - Мы разберёмся во всех этих происшествиях. А вот вам, мисс Грейнджер,- она повернулась к Гермионе, которая уже подхватила кота на руки,- придётся удалить из школы вашего питомца, он слишком опасен! - Он не опасен!- расстроено воскликнула Гермиона, гладя и почёсывая за ушами млеющего Живоглота. - Мрррурруум,- мурлыкал здоровенный рыжий кот и в восторге тёрся о руки своей хозяйки. В его мурчании мне отчётливо слышалось: "Конечно я не опасен, Хозяйка, а трупы спрячу так, что никто не найдёт."

 - При всём моём уважении, профессор МакГонагалл, мэм, но почему к моей подруге применяются такие двойные стандарты?- закипая спросил я. - Поясните вашу мысль, мистер Поттер. - нахмурившись произнесла Спраут. - Существу четвёртого класса опасности разрешено находиться в школе и даже преподавать! А у Гермионы, всего лишь фамильяр, который совершенно легален и не противоречит уставу Хогвартса ни одной буквой. Можно даже мантикору себе завести как питомца и это будет законно!- возмутился я. МакГонагалл и Спраут синхронно переглянулись, нечитаемо обменялись взглядами и напряглись. - Мантикора - боевая химера, а не питомец!- пояснила Спраут. - Значит виверну или дракона,- парировал я. - А вы амбициозны, мистер Поттер, такое только Мерлин смог провернуть,- усмехнулась глава барсуков. - Нужно же к чему-то стремиться и расти над собой, мэм,- нагло заявил я. - В пригласительном письме Хогвартса написано, что можно иметь в качестве фамильяра,- продолжила апеллировать к законности, Спраут. - Можно, но не надлежит! Прямого запрета нет, мэм!- упорствовал я. - Так, хватит! Мне нужно всё обдумать,- рассерженно потирая виски воскликнула МакГонагалл. - Мистер Поттер, мисс Грейнджер, можете идти, но проследите за своим... котом. Уже на выходе в дверях, я услышал задумчивый голос Спраут: - У тебя очень интересные ученики, Минерва...- и затем, - Может всё же заварим чай, как и собирались?

***

Ловко они разговор перевели, чтобы не затрагивать скользкую тему с оборотнем-преподавателем. А всё же, кто такая Спраут? Не очень похожа она на герболога. Вон как лихо дала полный расклад по ситуации и раскрыла суть происшествия. Ведь со стороны я выглядел очень даже подозрительно, посреди того зрелища, что увидели преподаватели в коридоре. Непонятная она. То ли следователь напополам с криминалистом, то ли ещё кто. Не удивлюсь, если она чей-то штатный ликвидатор. Внешность вполне подходящая - мирная и неопасная, до той поры пока ты, проходя мимо не почувствуешь в своей печени ржавую заточку. Это я к тому, что веет от неё чем-то этаким... неопределённым. - Ну что ты на него смотришь? Дырку сейчас на своём Живоглоте проглядишь,- буркнул я. Гермиона, вертела покорно висящего на вытянутых руках кота и рассматривала его со всех сторон. Чего она там искала у него? Рога с копытами? Хвост вон, в наличии, а большего ему не положено. Она приблизила его морду к своему лицу и стала пристально вглядываться в глаза, а Живоглот, воспользовавшись случаем, смачно лизнул её в нос. - А это всё правда, что говорила, профессор Спраут?- спросила она, после того как забавно сморщилась и вернула кота на руки. - Гермиона,- вздохнул я. - Говорил же уже, и рассказывал, кто такой, этот твой питомец. С чего ты вообще взяла, что я шутил? Но он действительно для тебя очень полезен, особенно сейчас, как выяснилось. Я почесал за ухом кота сидящего на руках у Гермионы. Ну хоть теперь шипеть и с подозрением зыркать на меня перестал. Ничуть не сомневаюсь, что он устроит "весёлую" жизнь обидчикам своей хозяйки. За сглазы, скорее всего гадости будет делать... постоянно, а за проклятия, даже не могу предположить, но то, что попытается радикально решить вопрос, в этом я уверен. Жутко мстительная тварю́шка. - Ты уж береги её, хвостатый,- сказал я и напоследок был одарен презрительным взглядом жёлтых глаз. То, что мои прогнозы станут сбываться уже на следующее утро я не предполагал. Думал зверюге Гермионы пауза понадобится, на подумать или там на составление злодейских планов. Нифига подобного! Действовать, судя по всему, он начал уже ночью, пока все спали. Первой пострадавшей стала Джинни Уизли, и не знаю, как так это было проделано, но когда рыжая навернулась с верхней ступеньки лестницы прохода на женскую половину и чуть не свернула себе шею, Живоглот сидел рядом с Гермионой и с интересом наблюдал за поднявшейся суетой. Итог - сломанные пальцы, синяки, ушибы, сотрясение невеликих мозгов и больничное крыло. Вторая, и не сказать, чтобы сильно пострадала. За завтраком, от второкурсницы Ромильды Вейн внезапно стало натурально смердеть дикой смесью из мочи, тухлой рыбы и блевотины. Итог - испорченный аппетит, проблевавшиеся младшекурсники имеющие несчастье сидеть рядом с Вейн и подозрения на очередную шутку близнецов Уизли. О двоих этих "братах-акробатах" я не забывал и так сказать, "держал руку на пульсе". Близнецы Уизли продолжали усиленно и добросовестно следить... только за Персивалем Уизли, отчего он неимоверно психовал и не понимал, какого хрена вообще они стали так делать, а на все его вопросы с загадочным видом молчали. Легиллименция, дружок, и не такое может! Несчастья просыпались не только на представителей нашего факультета. Ещё три слизеринки и одна представительница Рейвенкло, познакомились с неизвестным шутником провернувшим, не то чтобы розыгрыши, а натуральные подлые гадости. Что там у них случилось, доподлинно мне неизвестно, но как мне доложили в разведотделе за утренним брифингом, доклад будет предоставлен к обеду. То есть наши болтушки, Браун и Патил, тараторили о том, что нужно спросить какую-то Свенсон, чтобы уточнить у Булстроуд и затем передать Пенни, о том что на Рейвенкло... и так далее и тому подобное. Короче, крайне запутанная схема у них по получению оперативной информации. И я решил сделать небольшой "вброс", так сказать, подкинуть дурно пахнущей субстанции в вентилятор, а наши нестойкие на язык девчонки, разнесут подобное по всем факультетам, по пути приукрасив и ещё больше переврав противоречивыми фактами. - А я между прочим предупреждал,- сказал я мрачно и с серьёзным выражением лица. - Попомните мои слова - это только начало.

***

Тихая война одного демона с несколькими противниками продолжилась и на следующий день и на следующий. То у Вейн конспекты и эссе в труху перемолоты, то у Хиггс мантия на ленточки распорота, то у затесавшейся в эти тесные ряды слизеринки-шестикурсницы Одри ВанРутт, волосы внезапно выпали. У кошака оказалась неиссякаемая фантазия. Всех семерых, кто наложил сглаз вычислить удалось достаточно легко по таким вот мелким неприятностям. С проклятиями вышло сложнее. Первой подозреваемой, была Уизли и она не вылезала из больничного крыла, так как только вылечив ушибы, её еле откачали после того, как вместо "Костероста" ей была подсунута посудина с какой-то убойной гадостью, но с оригинальной этикеткой лекарства. В то, что она знала и смогла проклясть Печальным Солнцем, я ни на миг не верил. Слишком там всё сложно и нужно обладать определёнными навыками, которых у туповатенькой рыжей не может быть, а вот второе проклятие она могла запросто наслать. Обстановка взорвалась на третий день. И тут имеется ввиду не какой-то метафорический взрыв, а самый натуральный. Минг, с теми самыми, своими, до сих пор мне неизвестным подругами, чуть не отправились к праотцам, при взрыве котла, в котором мутили зелье для выпускных тестов в школе. Мне стало понятно, что Живоглот рано или поздно добьёт всех причастных к проклятиям и про сглазы забывать не станет. Когда подтвердились последние мои подозрения, уже хотел реально пойти и отчекрыжить кое-кому шаловливые ручонки заодно с головой, как и обещал. Такие вещи не прощают и тут для них пахнет не только Азкабаном. Например, Гермиона, имеет полное право на месть и она будет оправдана в своих претензиях любым магическим судом. Однако был остановлен представительным комитетом из трёх деканов: МакГонагалл, Спраут и Флитвик, заявились ко мне с Гермионой после уроков в библиотеку и выдвинули коллегиальное требование - прекратить террор. Почему-то претензии выдвигали мне, хотя я был причастен ко всему этому лишь очень косвенно. Нервничающий больше всех Флитвик, косясь на Живоглота спящего на коленях у Гермионы, обратился к ней с просьбой повлиять на своего фамильяра и дальше не усугублять противостояние. 

 - Но как же мне это сделать,- спросила расстроенная девушка, на что получила логичный ответ, который я специально не хотел говорить Гермионе: - Просто приказать,- пожала плечами, Спраут. - Профессор Флитвик, сэр, вы наверняка знаете почему пострадали ваши студентки,- обратился я к полугоблину. - У меня нет доказательств, но то, что в стенах школы можно творить тёмный ритуал с жертвоприношением, мне кажется, должно вас насторожить как минимум. И то, что к этому приложили руку старшекурсницы вашего факультета, тем более. Извините, за мою наглость, сэр, но мне не хотелось бы, чтобы подобное повторилось с моей подругой и я буду вынужден дать этому делу официальный ход, через ДМП, либо решить вопрос радикально, раз и навсегда. МакГонагалл, после моего спича смотрела на меня непонимающе, Спраут задумчиво, а Флитвик мрачно. Наша декан ещё не верила, что прошлогодний затюканный мальчик Гарри сейчас уже совсем не тот, а вот остальные очень даже прониклись. - Гарри, позволь я поговорю с ними. Я смогу повлиять на этих... волшебниц и гарантирую, что подобного с их стороны не повторится,- удручённо сказал Флитвик. Что-то слабо верится, они же ведьмы, ну по крайней мере одна из них точно! Очень мстительные как и Живоглот. Флитвик, кстати, был одним из немногих, кто называл меня по имени в неформальной обстановке, то есть вне уроков, и с которым у меня были действительно хорошие отношения. Не хотелось бы их портить, но тут уже решать не мне, а Гермионе, что незамедлительно и произошло после того как я донёс до него эту мысль: - Конечно, профессор Флитвик, я немедленно... Наблюдать как она чихвостит кота сидящего на стуле, и в хвост и в гриву, было даже весело. Если бы Живоглот был человеком, то имел бы сейчас вид согласно уставу, то есть лихой и придурковатый дабы не смущать своими познаниями начальство... и дальше по тексту. Выражение его морды сменилось, когда в обвинительной речи Гермионы промелькнуло: - ...и я тебе приказываю... Сначала он неверяще вылупился на Гермиону, а потом, отвернул морду, и с немым вопросом и тоской в глазах посмотрел на меня: "Она что, серьёзно?" На такой выразительный взгляд, я неопределённо дёрнул плечом и как мог, так же, взглядом ответил: "Я-то тут при чём? Сам себе такую хозяйку выбрал."

***

- Так ты хотел, чтобы они умерли? Гарри, это неправильно!- возмущалась Гермиона. - Да, Гермиона, и желательно, чтобы подыхали мучительно и долго! Они из тебя хотели сделать ничтожество, тем проклятием, живую безэмоциональную и безынициативную куклу. Практически живой труп, никому ненужный и живущий только по инерции. То проклятие, оно не снимается, а если это и возможно, то я точно не знаю как. Если бы не твой Живоглот, то это могло кончиться очень плохо. И я, blayd', тут устрою море крови, k khuyam raspizdoshu тут всё, если подобное повторится. Zhertvoprinoshenie ustroili zdes', a vsem do pizdy'!!!- совсем сорвался я и перешёл на дикую смесь английского и русского-матерного. Меня, тяжело дышащего и переполненного гневом и яростью обняли тонкими руками и прижались ко мне интересными частями тела, отчего моё нервное напряжение стало спадать, а напряжение другого рода стремительно нарастать. Чёртовы гормоны! - Гарри, успокойся, пожалуйста. А что ты последнее сказал? Я не поняла. Это на русском, да? Вот как начну изучать русский и буду знать все те слова, что ты используешь!- с хитринкой смотря на меня снизу вверх сказала красавица в моих руках. - Не надо!- не на шутку испугался я. - Да ладно, я знаю, что ты ругаешься, но только не знаю этих слов,- усмехнулась она. - Вот и дальше не знай,- проворчал я. Мы гуляли после разговора с деканами по галерее седьмого этажа, смотрели на тоскливый вид в свинцовых тонах из окон замка и спорили на счёт последних событий. Мне вся эта бодяга жутко надоела и хотелось абсолютно всё решить незамысловатым, пусть и скрытным способом. Но ведь уже всем известно, что cui prodest** никто не отменял. И первым под подозрение попаду я. Да даже если у меня алиби будет, разные уроды докопаются и нервы вымотают, только потому, что тут в школе, Гарри Поттер, в каждой бочке - затычка, мля! Гермиона ещё... доброта и всепрощение, блин, парой слов нейтрализовала такой хороший инструмент, как Живоглот. Правда, если несчастный случай со смертельным исходом произойдет, то в школе кипиш в любом случае поднимется. И расследование будет серьёзное, ЧП как-никак, тем более если таких случаев несколько штук подряд. А мне в Азкабане совсем не хочется париться. Ну ничего, у меня есть способы и без членовредительства отплатить, так сказать алаверды устроить по полной программе. Не только эти суки могут проклятиями швыряться, я тоже кое-что умею. Не прокатит это, при наличии у них защиты, так другое что-нибудь придумаю, вроде тотальной легиллименции. Уж в этом-то я достаточно силён и подкован, теперь, сквозь мои щиты и Дамблдору не пробиться как в прошлый раз. Нужно только Гермиону по-максимуму усилить и защитить. - О чём думаешь,- как раз спросила она, продолжая меня обнимать. - О тебе, конечно,- улыбнулся я этому чуду и легонько подул в её лицо. - Да? И что же надумал?- недовольно морща носик и сверкая глазами спросила Гермиона. - Тебе нужно стать сильнее,- прошептал я и поцеловал такие близкие и сладкие губы.



-----------------------------



Примечания:*turpitudinem - уродство (лат.)
**cui prodest - кому выгодно (лат.)