Он Не «Тот Самый»

Солнце только-только взошло, как вдруг дверь в небольшое здание с плавным звуком распахнулась. Дженни, быстрым шагом подойдя к главной стойке, скинула с себя сумку.

— Привет, приготовишь мне, пожалуйста, кофе? — в спешке она поцеловала сидящую на стуле девушку в краюшек губ, после зайдя в комнату «STAFF ONLY».

— Конечно. Как прошел корпоратив? — улыбнулась блондинка, подставляя чашку в кофейную машину.

— Вполне неплохо, — покосилась на младшую Ким. — Видела Генри, — она протянула ей телефон, где отчетливо была видна фотография Дженни и Генри, стоящих рядом друг с другом. Парень улыбался своей лучшей улыбкой, обнажая зубы, а рука повисла в воздухе, не прикасаясь к талии.

— Что же он сказал на счет нас?

— Поздра-а-вил нас, — сосредотачиваясь на каких-то бумагах на столе, она согнулась в спине. — Поверь, он не осудит нас. Он.. благоприятный парень. Как и твой брат.

Не успела Пак что-то сказать, как старшая взглянула на нее.
— Но никто из них не сравнится с тобой.

Пак со слабой улыбкой на губах достала чашку с кофе, подавая ее любимой. Та сделала глоток, не отрывая взгляда от Розанны.

— Так ведь? — она потянулась к светловолосой девушке, мягко расположив свои ладони на ее талии. Она жаждала поцелуя, поэтому первая накрыла сухие губы Пак своими.

— Безусловно, — сквозь поцелуй пропустила она усмешку, ощутив горький привкус кофе.

Дженни любила кофе. Обожала. Она могла пить его литрами, часами напролет. Розанна свыклась с этим, хотя сама не была любительницей кофе.

И порой, заваривая пораньше с утра ей кофе, наслаждалась этим запахом, позже фоткая кружку для своего Инстаграм-аккаунта. И там набиралось несколько тысяч лайков.

Туда Розанна выкладывала не только повседневные вещицы, вроде душистого кофе или картин Дженни, стоящих в ряд в их ателье, но и, хотя очень редко, свои фотографии. То на фоне моря в Испании, то с кошкой Лисы — Лили. Была одна фотография с братом, сделанная еще до совершеннолетия девушки. Дженни, как ни странно, всегда успевала посмеяться с нее, ведь практически невозможно было не сделать этого, глядя на искривленное лицо девочки, испугавшейся жука, попавшего в руки задорного мальчишки. Было и парочку фотографий со своей возлюбленной. Они были случайными, сделанные ради веселья, но вскоре стали чем-то больше, чем просто память.

Во Франции, куда пара изначально полетела с целью познакомиться с родителями Дженни, они вместе открыли небольшое ателье «Rosé & Jen Atelier» на одной из улиц Парижа, сдельное с мастерской Дженни, где она часто находила вдохновение рисовать. А вообще, вдохновением была ее девушка, которая располагалась на подоконнике в квартире напротив холста, устремляя свой взгляд куда-то вдаль, однако ее художница частенько улавливала на себе озорные взгляды. В такие моменты шатенка не могла не заулыбаться, смущаясь. Розанна была той, которая видела ее в процессе рисования, что было несколько сокровеннее, чем ожидалось на самом деле. И была той, которая часто прерывала этот процесс, но Дженни особо и не жаловалась. Небольшая пауза в кровати с разбросанной на полу одеждой никому из них еще не портила настроение.

Бизнес не процветал так упорно, но девушки и не стремились к этому. Заниматься любимым делом и получать за это прибыль — уже было неплохой альтернативой в их совместной жизни. Розэ — создавала эскизы одежды, в чем ей помогала Ким. Порождала шедевры из тканей собственными руками, поэтому неудивительно, что в их квартире с видом на Эйфелеву башню красовались портновские манекены. А Руби Джейн же, в свою очередь, углубилась в рисование.
Некоторые свои картины, где то простыми карандашами, то акварелью или акрилом блистали пейзажи, она выставляла на продажу. Некоторые картины, где изображены простые цветы в вазе, как интерьер, дополняли стены ателье, а некоторые висели в квартире. К слову, всё и везде Розанне все-таки напоминало о своей девушке.

Даже на просторах интернета она могла найти Дженни. И, конечно же, себя тоже.

Французские таблоиды неделями писали про «тайную возлюбленную Дженни Ким». В Лондоне газеты спорили, насколько "неприемлемо" то, что Розэ разрушила брак семьи Пак.

Но время сделало свое. Люди устали от шума. Их перестали называть "скандальной парой", и начали звать просто "Розэ и Дженни", а некоторые пользователи сетей по-прежнему восхищаются этими двумя, боготворя их.

Что касаемо Адама — тот по-прежнему работал при ООН, получив первое повышение там. Отец восхвалял его выше крыши, а мать только находила в этом блаженство. Снова покой настал в Виноградном Дворце, и его главе — Мистеру Паку не приходилось всякий раз напрягать нервы и повышать голос на младшую дочь, доставляющую гору проблем.

Этому "тешилась" не только семья Пак, но и сама Розанна. Она нашла умиротворение с тем человеком, о ком и догадываться не могла.

Аналогично Адаму. Парень встретил симпатичную, харизматичную и полную энтузиазма девушку, работающую психологом. Она-то наверняка излечила все детские травмы бедного парня, которые он получил благодаря сестре.

Джису, Лиса и Дженни лишь посмеялись над этим, закидывая Розэ догадками о том, что же такого она творила со своим братом в детстве.

— Надеюсь, ты толкнула его в кусты роз, — расплылась в слащавой улыбке Манобан, облизнув губы после глотка сока.

Розанна приподняла бровь. Конечно, выходила у нее это плохо, зато Дженни владела такими навыками куда лучше нее.

— Ты не поверишь.

Все четверо рассмеялись в унисон, заставив посетителей кафе оборачиваться на компанию девушек.

— Но тогда они были подстрижены от колючек, — огорчила секундой позже их светловолосая.

Они зачастую встречались все вместе, с каждым разом сближаясь все больше и больше. Несмотря на то, что Дженни и Розэ на данный момент проживали во Франции и, к слову, планировали остаться там на ближайшие года, они регулярно, раз в каких-то пару месяцев, посещали Лондон. Этого было достаточно, чтобы не забыть родной язык и встретиться с семьей и Джису с Лисой.

А теперь, после насыщенного дня и после завершения подачи всех документов для выставки своих картин в галерее Парижа, Ким заехала в ателье забрать свою девушку домой. В то время Пак уже закрывала дверь, а услышав подъехавшую позади машину, обернулась.

Дженни открыла дверь, улыбаясь той. Обычно вечером Ким была в мастерской, то есть — в том же ателье, только в помещении, похожем на подсобку, хотя внутри скрывалась мечта каждого художника. И следовательно, уезжали они домой вместе, однако последнюю неделю Дженни неважно себя чувствовала, решила взять перерыв и несколько лишних часов побыть дома. Розанна заказывала такси, уже сдружившись с молодым таксистом. Коммуницировали они еле-еле: ломаный французский девушки давал о себе знать.

— Эй, ты должна была остаться дома, — садясь в машину, поучала ее младшая.

— Не могла. Ты ведь не возражаешь, если мы «роскошно» поужинаем дома? — ухмыльнулась Ким, дав газу.

— Роскошно?

— Мг. Как свидание.

— Ладно, ты заинтриговала.

По приезду домой, они не томя поднялись на 9-й этаж на лифте, и стоило только Дженни открыть входную дверь ключами и включить свет, как Розэ заметила на полу дорожку из лепестков красной розы, ведущую прямиком на кухню. Там был аккуратно накрыт стол. Свечи на его поверхности и, впрочем, почти повсюду, ожидали своего звездного часа; приятный запах еды, доносящийся из посудин на кухонном столе, заставили живот девушки скрутиться, а бутылка какого-то вина уже красовалась в самом центре стола. Дженни была мастером устраивать сюрпризы. Еще каким!

— Господи, — рассмеялась Пак, наблюдая за таким видом. — Я даже не при параде, кис.

— Это не важно. Ты всегда выглядишь прекрасно, — она указала рукой на стул, отодвинув его от стола.

Розанна села, все еще слегка ошеломленная вниманием к деталям: бокалы идеально отполированы, свечи уже трепещут, отбрасывая тени на стены, а в воздухе витает запах запеченного сыра и свежих трав. Дженни, засуетившись на кухне, выносила тарелки: крем-суп из шпината с каплей сливок, домашняя лазанья с соусом бешамель, а на десерт — ягоды под лимонным кремом в хрустящих тарталетках. Все было приготовлено ею самой.

— Ты это все.. сама сделала? — поднося ложку ко рту, поинтересовалась блондинка. Она не могла сказать, что кулинарные навыки Ким заканчивались на готовке яичницы; наоборот, она готовила куда лучше нее, свободно орудуя кухонными приборами. 

— Не без помощи Ютуба, — фыркнула Ким, якобы показывая, как же она вымоталась.

— Умница. Я должна быть горда за свою девушку.

Дженни сдержанно улыбнулась, и Пак заметила ее некую тревожность.

— Что-то случилось? Я сказала что-то не то?

— Нет-нет. Я всего то хотела поговорить с тобой. Знаешь, ничего важного. Дженни выдохнула и на мгновение замолчала, словно собираясь с мыслями. — За последнее время я много думала. О нас. О всем, что было... и что будет. О том, что мы прошли вместе...

— Я тебя слушаю, — Розэ отложила столовые приборы, выжидая этого разговора.

Вдруг Дженни достала из внутреннего кармана своего пиджака маленькую черную коробочку. Та не блистала золотом, не была украшена бриллиантами — простая, почти скромная, но внутри сияло кольцо с небольшим камнем. Оно не кричало о богатстве, но кричало о смысле. В нем была гравировка на внутренней стороне: "Ma muse. Mon monde."

Розэ застыла.

— Я не знаю, как это делается «правильно», — тихо начала Дженни, встав со своего места. — Но я точно знаю, что ты — всё мое «почему». Почему я встаю по утрам. Почему рисую. Почему дышу.

Она подошла ближе и опустилась напротив на одно колено.
— Рози, ты выйдешь за меня?

Светловолосая аккуратно поднялась, будто одно неверное движение — и всё исчезнет на глазах. Ее глаза блестели, но уже не от света свечей.

Ее голос дрогнул на боязливом «Да», поэтому ей пришлось повторить. Интенсивнее. Так, чтобы стало ясно и без слов. Горячие руки сплелись на ее шее, и Ким, последовав знаку, вжалась в ее тело сильнее, целуя ее в губы.

— Это значит «да»? — отстранилась Руби Джейн.

— Да. Конечно выйду, глупая ты девочка, — еще один поцелуй. Он-то и пробудил в Дженни настоящего зверя, жаждущего свою жертву на ужин.

Руки старшей моментально сместились на ее бедра, нежно сжимая ягодицы.

— Хэй, мы еще не попробовали десерт, — параллельно приглушенно смеясь, она пыталась отвернуться от настойчивой девушки.

— У меня на десерт — будешь ты, — подхватывая ее на руки, рвано прошептала девушка.

И хотя свечи в кухне догорели почти до конца, а тарталетки так и остались нетронутыми, вечер оказался именно тем, о котором они мечтали. Не идеальным, возможно, не по правилам, но настоящим.

И в этом был весь смысл.

——————————————

Всем спасибо ещё раз! На моём аккаунте ещё публикуется новый фанфик, буду рада вашему прочтению :)
Всем добра!