Все началось с похода в Грингортс

Следующим утром Гарри, Северус, Кричер и Данте собрались наведаться в родовое поместье Поттеров. День обещал быть насыщенным, поэтому маги приняли решение встать с утра пораньше. Впрочем, для Гарри и Северуса это не составило большого труда, оба они были ранними пташками.
По просьбе Поттера накануне вечером Хогвартс посетил Гробрик, который ввел Гарри в курс дел о состоянии его фамильного замка. И вот этим ранним солнечным утром маги и эльфы, вооруженные портключом, любезно предоставленным Гробриком, отправились в короткое путешествие. Коротким оно было именовано не для красного словца. Из прошлых рассказов гоблинов Гарри помнил, что поместье, как и сам Хогвартс, расположено на севере Шотландии. Каково же было его изумление, когда выяснилось, что Поттер-Мэнор находится всего лишь в каких-то жалких 50 милях от Хогсмита, и в ясный день, такой, как сегодня, с верхней площадки башни Астрономии любой желающий вполне может полюбоваться очертаниями башенок поместья семьи Поттеров.
Гарри немного нервничал. Не столько от желания поскорее увидеть свое поместье (что там смотреть, здание есть здание), сколько от встречи со своей семьей. Гробрик предупредил Гарри, что, как и во многих старинных волшебных домах, портреты всех предыдущих лордов и леди Поттеров находятся в родовом поместье.
Согласно сводкам из Гринготтса, в роду Поттеров значилось двенадцать лордов, их портреты украшают легендарный Зал Старейшин. Портреты леди, вошедших в семью Поттеров, наоборот, развешаны по всему замку. Все портреты в отсутствие главы рода были погружены в магический сон, и разбудить их должен был Гарри лично, своей магией и властью.
Юноша был весь в предвкушении встречи с мамой и папой. Наконец-то сбудется его давняя мечта, и он сможет не только увидеть их, но даже поговорить с ними. Это ли не счастье? Разбудить портреты и весь спящий в ожидании прихода хозяина дом - вот главная задача на сегодня!
Портключ перенес компанию к ступеням величественного замка, окруженного, по обычаю, большим старинным садом, в котором повсюду цвели диковинные кустарники и редкие виды деревьев. У Гарри от вида цветущего великолепия мелькнула короткая мысль, что Невиллу тут точно бы понравилось. Само поместье превзошло все самые смелые ожидания своего нового владельца. Оно было поистине огромным. Это был не дом в несколько спален, а добротный старинный замок, сложенный из светло-серого камня.
Несколько мгновений Гарри просто стоял, любуясь открывшимся ему великолепием, затем почувствовал, что Северус взял его за руку и слегка сжал ее, выражая молодому человеку свою ненавязчивую поддержку. Поттер сглотнул. Нужно было решиться и войти внутрь. Сделав над собой невидимое усилие, Гарри двинулся вперед, к парадной двери. Прежде чем маги достигли массивных, высотой в пятнадцать футов, резных дверей, те сами бесшумно распахнулись навстречу. Гарри и Северус оказались в просторном холле. Убранство замка буквально кричало о богатстве его хозяев. Стены и полы были отделаны дорогими сортами мрамора, старинная мебель из полированного дерева редких пород мягко оттеняла холодный мрамор. Изящные вазы и статуи были расставлены по углам и вдоль коридоров.
В углу холла Гарри приметил маленькую группу ожидающих его домовых эльфов. Их было десятеро. Главный эльф замка выступил вперед, и все эльфы, как по команде, склонились в приветствии.
- Счастливы видеть Вас в добром здравии, Ваша Светлость. Меня зовут Флинт, я глава домовых эльфов семьи Поттеров. Добро пожаловать в Ваш фамильный замок!
- Спасибо, Флинт. Я тоже рад...
Речь Гарри замедлилась, и он неожиданно замолчал. Северус бросил на него обеспокоенный взгляд, ему не стоило труда ощутить волну возмущенной магии, колыхнувшейся от Гарри. Поттер яростным взглядом прожигал двух испуганных домовиков, стоящих по обе стороны от Флинта. Северус пригляделся к ним внимательнее и сразу же узнал. Слева стоял Минти, личный эльф Поппи Помфри, справа - Тоффи, персональный помощник Альбуса Дамблдора.
- Гарри, я прошу тебя, успокойся, - прошептал Северус Гарри в самое ухо. Поттер порывисто обернулся. Вид у разозленного мага был пугающий, Снейп с трудом заставил себя не отшатнуться. Во взгляде юноши полыхала такая холодная ярость, что даже бывалому шпиону стало не по себе.
- Успокоиться?! Нет уж, Северус. Я не собираюсь успокаиваться. Я устал натыкаться тут и там на предателей! Когда это кончится?! - С этими риторическими вопросами Поттер снова повернулся к эльфам, которые, все как один, попятились назад, включая Флинта.
- Вы двое, - рявкнул Гарри, указывая на Минти и Тоффи, - вон с глаз моих долой. Сейчас же! - Двоих дрожащих от страха эльфов тут же не стало. Поттер перевел горящий взгляд на оставшихся и, едва сдерживая себя, прорычал:
- Кто еще из вас работал на Альбуса Дамблдора или Поппи Помфри?
Флинт и два других эльфа робко подняли лапки. Северус понимал, что Гарри вряд ли отдает себе отчет, как эта сцена выглядит со стороны. Эльфы были едва живы от ужаса. Поттер выглядел так, будто собирался прибить Флинта и его пособников тут же, на месте. Двум провинившимся эльфам молодой лорд просто бросил:
- Вон! - Они исчезли раньше, чем в гулких коридорах замка затихло эхо его голоса.
Гарри ухватил Флинта за ухо. Домовик жалобно заскулил. Еще от своего друга Добби Гарри узнал, что кончики ушей у эльфов очень чувствительны, и если за них ухватить и потянуть, то наказание получится эффективным и довольно болезненным.
Не выпуская эльфа из захвата, Гарри повернулся к остальным напуганным созданиям.
- Кто из вас самый старший? Мне нужен кто-то, кто способен взять на себя ответственность за поместье вместо этого идиота.
Эльфы нерешительно переглянулись, затем самый древний на вид из них с копной всклокоченных седых волос проковылял вперед.
- Меня зовут Хавк. Я был главой эльфов и личным эльфом Вашего дедушки, Патрика Поттера.
- Очень хорошо. - Гарри, наконец, обратил внимание на повизгивающего домовика, которого держал за ухо.
- Я, лорд Поттер-Блэк, приказываю тебе отправляться в комнаты, отведенные в замке эльфам, и оставаться там до моих дальнейших распоряжений. Когда я немного успокоюсь, то вызову тебя и задам несколько интересующих меня вопросов. Потом решу, что с тобой делать дальше. - Гарри выпустил ухо, и рыдающий эльф исчез.
Поттер сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь и беря разбуженную его гневом магию под контроль. Приведя мысли в порядок, Гарри вновь обратился к эльфам.
- Почему ты больше не руководишь эльфами?
- Я слишком стар. Ваш дедушка позволил мне и моей подруге уйти на покой, - эльф указал сухонькой ручкой на сгорбленную фигурку старой эльфийки, стоящей рядом с ним. - Нас снова призвали на службу после смерти лорда Патрика, чтобы помочь в воспитании молодых эльфинов.
Гарри наклонился и поманил эльфийку ближе. Прихрамывая, она двинулась вперед. Как ни странно, хромота не помешала ей выступать с некой уверенностью и даже вызовом. Эльфийка сделала короткий реверанс и произнесла вполне мелодичным голосом, какого трудно было ожидать от столь старой особы:
- Я Этуаль, мой господин. Я была нянькой у Вашего отца. Вы на него очень похожи... но куда более красивы.
Гарри немного успокоился.
- Что ж, ты мне нравишься. Кто те остальные?
Северус позволил себе облегченно выдохнуть. Он почувствовал, что магия Поттера перестала реветь в ушах и обволокла его заботливым теплом. Зельевар с не меньшим интересом разглядывал оставшихся трех незнакомых домовиков. Все они были чрезвычайно стары. «Возможно, - предположил Снейп, - они давно отошли от дел, но появились поприветствовать своего нового хозяина».
Первого звали Фалькон, он оказался родным братом Хавка. В обязанности этого эльфа входила забота о процветании сада, и домовик редко заходил в замок (сегодня он появился здесь впервые за 17 лет). Другими двумя были Петаль и Чи (сокращение от Чикен было дано эльфу в угоду трехлетнему Джеймсу, которому было тяжело произносить имя целиком). Эти два эльфа отвечали за уборку поместья.
- Хорошо, я рад встрече с вами, - как мог дружелюбнее поприветствовал их Гарри. Эльфы лишь испуганно смотрели на него, не в силах что-либо ответить, и Поттер счел за лучшее оставить их в покое. - Это мой друг Северус, - он жестом указал на Снейпа, стоящего рядом.
Северус сразу заметил, что эльфы перевели на него взгляды и нахмурились. Его имя им было, очевидно, хорошо знакомо.
Первой заговорила Этуаль:
- Северус? Северус Снейп?
- Да, - Северус решил ограничиться предельно коротким ответом. Наблюдая за сгорбленной Этуаль, он успел отметить некоторую схожесть в манере держаться со своим эльфом Мисти и пришел к выводу, что эльфийка может также обладать непростым характером. Вряд ли это будет приятное знакомство. Впрочем, может, на этот раз ему повезет?
Этуаль поспешила развенчать его надежды.
- Тот самый Северус Снейп, который скинул хозяина Джеймса с метлы, и мальчик сломал себе руку?
- Мне было одиннадцать, и он оскорбил Лили.
- Тот самый Северус Снейп, который перекрасил волосы хозяина Джеймса в синий цвет, наделил его лицо огромными фурункулами, не проходившими целых 2 недели?
- Он превратил мои учебники в нюхлеров, и эти ненасытные твари в поисках золота разорили половину школьной кухни. Меня за это наказали, и я не мог неделю спокойно сидеть, к тому же, получил взыскание на месяц вперед.
- Тот самый Северус Снейп, который прислал коробку, полную зачарованных докси, на Рождество? - не унималась Этуаль, наступая на Снейпа.
Северус нервно провел рукой по волосам.
- Хорошо, хорошо. Это была просто шалость.
Было видно, что зельевар смущен. Он бросил на Гарри просительный взгляд, но юноша покачал головой и улыбнулся, давая понять, что декану факультета Слизерин придется самому держать ответ за свои детские выходки.
Гарри повернулся к Хавку, глядящему на него глазами, полными неподдельного ужаса. Что сделает суровый лорд с его подругой за то, что она вздумала так разговаривать с его близким другом? Гарри ободряюще улыбнулся, подмигнул и неторопливо двинулся прочь из холла, оставив Снейпа одного объясняться с сердитой Этуаль. Остальные эльфы поплелись за Гарри следом.
- Хавк, это Кричер. Мой личный эльф. Он отвечает за дела семьи Поттеров и Блэков. - Оба эльфа церемонно поклонились друг другу. - Этот молодой эльфин - Данте. - Хавк погладил малыша по лопоухой голове. Гарри автоматически отметил, что старик не солгал, он действительно умеет ладить с эльфинами. Спустя всего несколько секунд Данте весело хихикал, забавно уворачиваясь от щекотки.
- Это же несправедливо, - услышали они обиженный возглас Северуса позади себя.
Хавк бросил настороженный взгляд на нового хозяина, ища следы раздражения или даже гнева. Гарри только усмехнулся.
- Я так понимаю, она была самой ярой защитницей моего папы?
- Да, она любила его, как собственного эльфина. Этуаль так до конца и не оправилась после его смерти, знаете ли... - Эльф печально повесил ушки. - После смерти Вашего отца она отправилась искать Вас, нашла и дважды воровала маленького хозяина Гарри у его магловской тётки. Но после второй выходки мы были магически привязаны к замку и уже не могли покинуть его.
- Она похищала меня у тётки?!
- Да.
- Позволю себе предположить, что ее остановил Дамблдор.
Хавк не ответил, поскольку они услышали голос Северуса, зовущего Гарри на помощь.
Гарри закатил глаза и притворно тяжело вздохнул:
- Придется идти спасать большого мальчика от суровой няни.
Поттер вернулся в холл, застав там немую сцену: Северус стоял, сложив руки на груди в защитном жесте, а эльфийка, уперев ручки в бока, сверлила его возмущенным взглядом. Гарри опустился на колени перед ней и обнял.
- Спасибо тебе, дорогая, за попытку спасти меня от этого ужасного типа. Только вот нет в этом никакой необходимости. Северус множество раз спасал мне жизнь и долгие годы защищал. Он давно уже не тот проказливый мальчишка, каким его знал Джеймс.
Гарри спиной чувствовал благодарный взгляд Северуса и видел, что выражение лица Этуаль смягчилось.
- Ты ведь знаешь, Этуаль, что мой папа тоже был еще тот хулиган?
- Да, господин. Этуаль много раз приходилось наказывать хозяина Джеймса, - согласилась эльфийка, - но он был таким милым мальчиком... - Эльфийка смотрела на Гарри с неподдельной любовью, и юноша даже смутился.
- Почему бы тебе на рассказать нам несколько забавных историй, пока мы все будем завтракать?
* * *
К концу трапезы Этуаль, очевидно, окончательно простила Снейпа, и Гарри наслаждался занимательными фактами из жизни Джеймса Поттера.
Единственный момент, когда Поттер напрягся и замер, был, когда эльфийка сварливо заметила, что она предпочла бы видеть рядом с хозяином Гарри хозяина Северуса, а не ту рыжеволосую девушку, которая недавно приезжала в поместье и пыталась командовать. Гарри сразу догадался, что речь идет о Джинни. Поттер сам удивился тому факту, что упоминание о Джинни оставит его почти равнодушным. За небольшой промежуток времени с расторжения помолвки он уже успел порядком о ней позабыть.
После позднего завтрака Хавк и Этуаль проводили мужчин на экскурсию по замку. Гарри выяснил, что в Поттер-Мэнор проживает еще четыре маленьких эльфина, которые весь их путь по коридорам замка нетерпеливо выглядывали из-за углов. Поттер отправил Данте с Этуаль в комнаты, отведенные эльфам, знакомить малышей, а сам, в сопровождении Хавка и Северуса, продолжил обход замка.
Они заглянули в хозяйскую спальню. Нужно ли говорить о том, что комната была огромной и обставлена с поистине королевской роскошью! Глядя на это великолепие, Гарри чувствовал себя слегка неловко. Это как ходить по музею и все время ожидать, что охрана вот-вот тебя схватит. Однако просторная мягкая постель ему сразу приглянулась. Он бросил косой взгляд на Северуса, живо представив себе их двоих на этих ослепительно белых простынях обнаженными, предающимися чувственным ласкам. Да, это та кровать, на которой он был готов провести всю оставшуюся жизнь.
Северус благоразумно сделал вид, что не заметил мечтательного блеска в глазах своего любовника.
Хавк показал им несколько комнат для гостей и вежливо предложил Северусу выбрать любую, какая ему придется по вкусу. Поттер тут же встрял, прямолинейно сообщив эльфу, что гостевая спальня его «другу» не понадобится, так как Северус будет спать с ним и только с ним. Поттеру не хотелось оставлять недомолвок.
Пришла очередь Северуса закатывать глаза. Глубоко вздохнув, он, тем не менее, выбрал гостевую комнату через две двери дальше по коридору от хозяйской спальни.
В библиотеке они Северуса едва не потеряли. Книги всегда были тайной страстью зельевара. Библиотека поместья Поттеров оказалась почти такой же огромной, как и в Хогвартсе, и хранила древние фолианты сотни лет. Сама библиотека была разбита на тематические секции: чары, зелья, трансфигурация, астрономия и многие другие. Был даже раздел с произведениями магловской литературы, науки и, наконец, полки с книгами розыгрышей и шуток (вклад Джеймса в семейное собрание). В центральной части библиотеки была обустроена зона отдыха с удобными стульями, кушетками и ... портретом последней леди Поттер на стене, Лили Эванс Поттер.
Северус и Гарри, не сговариваясь, сели в кресла и молча смотрели на неподвижный спящий портрет, не смея отвести взгляд. На картине была изображена изящная красавица с темно-рыжими локонами. Лили Эванс была одета в нарядную зеленую мантию с золотой оторочкой, а деревянная легкая рама украшена резными лилиями.
Хавк объяснил завороженным магам, что Лили проснется, как только Гарри разбудит все портреты. Вдоволь наглядевшись, они поднялись и покинули библиотеку.
Следующим местом посещения стал Зал Старейшин. Комната больше напоминала просторный зал с дверью, ведущей из него в смежный кабинет. Стены зала украшали портреты. Их было всего двенадцать.
Один портрет висел особняком в торце зала и изображал мужчину в простой одежде, больше походившего на крестьянина, чем на знатного лорда. Гарри даже не обратил бы на него внимания, если бы не почти королевская осанка и сосредоточенное выражение лица волшебника. Немного поразмыслив, Поттер решил, что этот мужчина, несомненно, был очень влиятельным магом в свое время. За плечами незнакомца развевался серебристый плащ, в котором Гарри сразу узнал свой плащ-невидимку. Юноша быстро оглядел портреты и заметил: все волшебники на картинах изображены с тем же самым плащом.
Остальные портреты распределялись по залу так: пять на одной стене комнаты, шесть на другой. Гарри переходил от картины к картине. Мужчины, нарисованные на них, были высокими, широкоплечими, с горделивой осанкой, дающей понять всякому, что перед ним сильные маги. Большинство были темноволосы. Двое отрастили волосы до той же длины, с которой сейчас ходил сам Гарри. А главное, все они были на него похожи. Некоторых волшебников молодой человек даже узнал, Гарри видел их в Зеркале Желаний. Губы Гарри сами собой изогнулись в улыбке. Да, он действительно принадлежит этому месту.
Гарри подошел к крайнему справа портрету. Лицо мужчины на нем ему было очень хорошо знакомо. Это лицо он долгое время каждое утро видел в зеркале. Внешность совпадала почти полностью с видом прежнего Гарри Поттера. На портрете был изображен Джеймс Поттер.
От картины Гарри отвлек легкий шелест одежды за спиной. Тихо подошедший Северус тоже смотрел на портрет своего бывшего противника.
- Гарри, я лучше вернусь в библиотеку и подожду тебя там.
- Северус, не уходи. Я хочу, чтобы ты остался со мной.
- Это неправильно, Гарри, - мягко попенял ему Снейп. - У меня нет права находиться здесь в столь ответственный для твоего рода момент. Да и твой отец... вряд ли он будет рад увидеть тебя рядом со мной. Я не хочу, чтобы первые слова, которые вы скажете друг другу, были гневными выкриками и взаимными обвинениями. Лили была моим лучшим другом, уверен, она с радостью примет меня, но Джеймс...
Договорить Северусу Гарри не дал. Он порывисто обнял его, впился требовательным поцелуем в его губы и лишь после этого, положив голову на плечо любимому, сдавленно произнес:
- Я тебя люблю! Слышишь?! И я нисколько не стыжусь своих чувств. Мой отец должен будет с уважением принять мой выбор. Я не нуждаюсь в его одобрении.
Северус только вздохнул.
- Хорошо. Я оставлю вас на полчаса и затем вернусь. За это время тебе придется успеть примирить его с твоим выбором партнера.
- Десять минут, - заупрямился Поттер.
- Двадцать пять, - не согласился Снейп.
- Пятнадцать.
- Двадцать пять.
- Полагаю, ты планировал сойтись на двадцати? Так не будем же спорить, - хитро прищурился Гарри.
Северус засмеялся:
- Хорошо, пускай будет двадцать, - и приник к губам юноши в ответном жадном поцелуе, скрепляя тем самым шутливое соглашение.
- Итак. Ты отправляешься в библиотеку, а я общаюсь со «Старейшинами». К тому времени, как ты вернешься, я должен подготовить отца к твоей кандидатуре на место в моем сердце. Я правильно понял? Думаю, это будет непростой задачей, но я потомок Гриффиндора, справлюсь как-нибудь.
- Смотри, мне кажется, он уже хмурится. Не завидую я тебе. Удачи, Гарри! - со скептической улыбкой пошутил Снейп и вышел.
Гарри оглянулся на портрет отца. Действительно, складка между бровями делала выражение лица Джеймса недовольным.
«Интересно, он всегда так хмурится, как сейчас, или все дело в том, что портреты спят волшебным сном и видят сны?»
Поттер вызвал Хавка и Кричера, перебросился с ними парой фраз, и эльфы исчезли, оставив мага одного перед портретами.
Лорд Поттер-Блэк оглядел себя и остался недоволен своим внешним видом. Несколько замысловатых пассов руками - и потертые джинсы с футболкой сменились солидной темно-изумрудной мантией, расшитой золотыми гербами.
«Так. Теперь чары укладки...»
Волосы легли как надо, и вот уже Гарри выглядит, будто только что принял ванну и облачился для важного визита.
Молодой маг сунул руку в потайной карман мантии и после невербального пароля извлек на свет маленький кожаный мешочек. Этот мешочек был непрост. Благодаря наложенным на него сильным пространственным чарам, он мог вмещать в себя предметы, заведомо превышающие его скромные размеры.
Сам же мешочек был скрыт под чарами Фиделиус, а Гарри, как хозяин имущества, был его единственным Хранителем. В результате сей необычный артефакт был не находим другими людьми. Мешочек был поделен на 3 кармашка, каждый со своим собственным паролем на парселтанге. Если пароль произнести неправильно, человек, пытающийся извлечь содержимое мешочка, моментально погибает. Гарри понимал, что мера очень строгая, но ценность хранимых внутри вещей того стоила.
Прошептав пароль, он вытащил из одного кармашка струящуюся серебристую мантию, а из другого - длинную узловатую палочку.
Юноша набросил мантию себе на плечи так, чтобы она свободно покоилась за спиной и не скрывала его тела, и осмотрел бузинную палочку. Сегодня Гарри, впервые со дня финальной битвы, использует ее по назначению, но молодой человек чувствовал, что в данный момент это будет совершенно уместно.
Лорд Поттер-Блэк закрыл глаза и сосредоточился на своей магии. Она отозвалась на его призыв немедленно, будто только и ждала, пока он к ней обратится. Волна тепла растеклась по всему телу, кончики пальцев приятно покалывало. Набрав полную грудь воздуха, Гарри открыл глаза и громко произнес:
- Я, Гарри Джеймс Поттер, последний лорд рода Поттеров, сын Джеймса, потомок Годрика Гриффиндора, приказываю фамильному замку семьи Поттеров пробудиться от волшебного сна. - Магия, бурлящая в его крови и ищущая выхода, вырвалась на свободу с конца бузинной палочки, осветив комнату золотистыми лучами нестерпимо яркого света. Лучи пронизывали окружающее пространство и, не находя преград, проходили сквозь стены, пол, потолок, растворялись в глубине портретов. Весь дом задрожал и наполнился тем живым теплом, которое могут ощутить лишь люди, наделенные от природы крупицей магии.
Северус сидел в удобном кожаном кресле и улыбался.
Магия Гарри солнечным ветром пронеслась по коридорам поместья и достигла библиотеки. Мужчина сразу же оказался окутан магическим коконом, и ощущения, ставшие за последние дни уже почти привычными, принесли его душе состояние покоя, безопасности и томящей нежности. Северус аккуратно отложил на столик так и не раскрытую книгу по зельям, поднялся и подошел к портрету своей школьной подруги в ожидании, когда ее веки дрогнут и она, проснувшись, увидит его. Через столько лет...
Хавк, Этуаль и Кричер, а вместе с ними и маленькие эльфины, тоже почувствовали волшебный ветер, легко проскользнувший в детскую. Тягостная атмосфера спящего замка, так угнетавшая деятельных эльфов, спала, принося ощущение тепла, защищенности и уюта. Эльфины, никогда не чувствовавшие ничего подобного, заразились радостью старших и принялись петь и танцевать.
Петаль и Чи ветер настиг на кухне. Пробудилась от волшебного сна древняя печь, в очаге вспыхнул негаснущий огонь, загремели горшки на полках. Радостно потирая ручки, эльфийки принялись стряпать праздничный обед.
Волшебный ветер пробуждения облетел все закоулки поместья и вырвался через окна в застывший сад, пронесся через спящие деревья, кусты и травы. Старый садовник Фалькон услышал щебет птиц, шелест листьев на деревьях, и на его изборожденном морщинами лице появилась счастливая улыбка. Воздух наполнился сладким ароматом цветущих розовых кустов. Эльф опустился на траву, раскинул руки и ощутил покой и единение с природой.
Флинта чары пробуждения застали в темном уголке комнат эльфов, где он пребывал по распоряжению нового хозяина. Теплая волна магии заставила его поежиться от холода. Сердце эльфа содрогнулось от осознания собственной вины за предательство. Он сжался в комочек на полу и тихо заплакал.
Портреты в Зале Старейшин услышали призыв нового лорда одними из первых и пробудились. Маги на картинах открыли глаза и увидели перед собой могущественного волшебника, все тело которого излучало ослепительный свет. Волшебник был высок, широкоплеч, его длинные темные волосы ниспадали на плечи, на которых покоился серебряный плащ. Этот человек был их потомком, и они, признавая свое родство, поклонились ему.
Лорд Поттер вернулся.
Когда чары развеялись, Гарри огляделся. Все маги на портретах, кроме одного, преклонили колено, приветствуя его. Лишь один маг смотрел на Гарри хмурым, недовольным взглядом. Это был Джеймс Поттер.
Игнорируя странное поведение отца, Гарри попросил остальных подняться. Волшебники с удивлением и любопытством рассматривали его крепкую, ладную фигуру, ярко-зеленые глаза и, несомненно, все отметили необычную палочку, которую тот сжимал в руке.
- Я Гарри Джеймс Поттер. Рад приветствовать всех вас!
Мужчина с главного торцевого портрета склонил голову и представился первым:
- Игнотус Поттер.
- Поттер или Певерелл? - деловито уточнил Гарри. Голос молодого человека едва заметно дрогнул. Откровенно говоря, реакция отца на его появление в родовом поместье его обеспокоила и огорчила.
Игнотус рассмеялся. Его голубые глаза задорно заблестели.
- Я и тот, и другой. Я Игнотус Певерелл-Поттер.
- Значит, именно Вы первым поменяли свою фамилию на Поттер?
- Да. Как Вы, очевидно, уже знаете, я был младшим из трех братьев Певереллов. Моя жизнь была долгой и насыщенной. За свои заслуги перед отечеством я получил от короля звание лорда, а так как лорд Певерелл уже существовал на тот момент, я взял себе фамилию Поттер.
Гарри кивнул, давая понять, что понял мысль собеседника, и улыбнулся.
- Значит, здесь одни лишь Поттеры, а я последний из них.
Маг на одном из портретов, глядя на потомка, с изрядной долей юмора заметил:
- А ты, парень, неплохо выглядишь, как я посмотрю! Уверен, ты вскоре найдешь себе подругу по сердцу, и на свет появится много маленьких неугомонных Поттеров. Надо же кому-то продолжить нашу славную линию.
- У меня уже есть пара, но знаете что, уважаемые предки, если бы вы озаботились оставить после себя более чем одного сына, мы бы сейчас не стояли на пороге вырождения.
- Эй! У меня был сын и девять дочерей! - откликнулся другой портрет из более поздних Поттеров. - Я свой долг перед родом исполнил до конца.
Гарри засмеялся.
- Да уж, девять дочерей - это, наверное, круто. Вы действительно немало постарались.
Смех, раздавшийся со всех портретов, явно показал, что Поттеры отсутствием чувства юмора не страдали никогда, и нарисованные маги соскучились по общению с интересным, веселым собеседником.
Несколько минут волшебники обменивались ничего не значащими шутливыми подначками. Гарри запомнил, кого как зовут, и получил некоторое представление о каждом. Неожиданно с последнего портрета слева последовал вопрос, заставивший всех магов замолчать и обратиться в слух.
- Вы можете нам сказать, побежден ли уже Волдеморт?
- Да. Его больше нет.
Ответом ему был вздох облегчения. Гарри украдкой бросил взгляд на отца. Тот никак не отреагировал.
«Странно...»
- Я отомстил за все загубленные жизни, за Вас, Патрик, за бабушку, маму и папу, - серьезно продолжил Гарри, бросив еще один обеспокоенный взгляд на отца.
- Я очень надеюсь, что тот безумный фанатик, который отнял у меня возможность узнать ближе мою ненаглядную невестку и единственного внука, понес заслуженное наказание.
Гарри дружелюбно улыбнулся портрету своего деда.
- А недавно я узнал много нового о Вас... Минерва Макгонаголл рассказала мне про Вас немало занятных историй, - улыбка на губах Гарри стала еще шире.
- Не верьте ей! И половина того, что городит эта девчонка, сущая неправда, - поспешно забормотал Патрик, краснея, как помидор. - Во всех наших проделках она была виновата не меньше меня!
Гарри расхохотался. Примерно так же, только с точностью до наоборот, отзывалась о Патрике Минерва.
В разговор вступил высокорослый Гарольд, прадед Гарри и отец Патрика:
- Эти двое были просто несносны! Я частенько говаривал Дамблдору, что ему стоит выделить для меня отдельный кабинет - так часто меня вызывали в школу из-за их выходок.
Улыбка Гарри увяла.
- Никогда больше не упоминайте при мне имени этого человека!
После этих слов, впервые за все время с момента пробуждения, заговорил Джеймс, хотя точнее было бы сказать, закричал:
- Альбус Дамблдор - величайший волшебник всех времен и народов!
Другие портреты в полнейшем недоумении переводили взгляды с Гарри на Джеймса и обратно.
- Альбус Дамблдор был вором и лгуном! - заорал в ответ Гарри. Юношу трясло от возмущения, он злился на себя за несдержанность и пытался вернуть себе контроль над яростно всколыхнувшейся вокруг него магией.
Гарольд Поттер, твердо глядя на Гарри, спросил:
- Что произошло между тобой и Альбусом?
Гарри все еще тяжело дышал, но, сделав над собой усилие, спросил:
- Сколько из вас носили звание лорда Гриффиндора?
Большинство портретов задохнулись от удивления, и только Игнотус понимающе улыбнулся и кивнул Гарри.
- Хотите поговорить об истории - что ж, я не против. Все мы потомки Гриффиндора...
- О да, мы все это уже знаем, - раздраженно буркнул Джеймс.
- Да, но мы не прямая линия. Статус лорда Гриффиндора наследовал старший брат Игнотуса, Антиох, - резонно заметил Гарольд. Самый спокойный и рассудительный из портретов.
- С самим титулом все правильно, но не с магией. Все три брата Певерелла были очень могущественными магами. Они были сильнее, чем любой другой волшебник их времени, за исключением лишь Основателей. Но только один из них прожил долгую и насыщенную событиями жизнь, набрался опыта и отточил свое мастерство, единственный, кому хватило храбрости бросить вызов самой Смерти. Этой властью не обладали даже Основатели. Магия Гриффиндора сама выбрала своего наследника, им стал Игнотус. Титул лорда Гриффиндора дается магией тому, кто достаточно силен, чтобы принять это почетное звание. Такой мощью обладал Игнотус и был признан лордом. Поттеры в течение многих столетий считались очень сильными магами, но ни один не удостаивался чести стать лордом Гриффиндором, кроме меня. - Гарри перевел дух и продолжил. - Как только Альбус понял, какой силой я буду обладать, он сразу же провел сложный темномагический обряд, отнимающий у меня право стать наследником Гриффиндора и передающий мою магию замку Хогвартс. Этот ритуал Дамблдор провел с каждым из наследников великих Основателей, лишая их силы, имущества и даже жизни.
Услышав такое откровение, портреты возмущенно загомонили. Молчал только Джеймс. Гарри поднял руку, взывая к тишине, и снова заговорил:
- Помимо этого, Альбус перевел все золото из хранилища Гриффиндора в закрома Хогвартса и присвоил его себе, заблокировал большую часть моей природной магии и, став моим магическим опекуном после смерти родителей, отправил меня жить к родственникам-маглам. Сколько унижений и обид за эти детские годы я натерпелся, не стоит и считать. Дамблдор рассчитывал сломить мой характер и сделать своей личной марионеткой, своим оружием. С первых моих шагов в Хогвартсе он руководил мною, намереваясь с моей помощью победить Волдеморта, своего избранного противника, который в действительности был наследным лордом Слизерином. Таким же обманутым и обобранным Дамблдором, как и я. Альбус возомнил себя всемогущим, ему якобы дана была власть решать за других людей, кем им быть. Тому Реддлу он уготовил роль злобного темного мага. С того момента, как Альбус Дамблдор попал в школу, он манипулировал учениками, направляя их развитие в удобном для себя направлении. Он решал за них, кому стать доблестным защитником Света, а кому - обиженным на весь свет, озлобленным поборником Тьмы. Мы все были для него лишь фигурками на игровом поле в его личной шахматной партии.
Зал Старейшин взорвался возмущенными криками.
- Какой произвол! - наперебой возмущались портреты. - Как такое стало возможным?!
Гарри с вызовом смотрел на портрет отца. Лицо Джеймса перекосило от ярости.
- Альбус Дамблдор был великим и могущественным магом, - теряя остатки самообладания, заорал он, перекрывая сокрушенное негодование остальных Поттеров. - Ты, щенок, не имеешь никакого права марать его честное имя и безупречную репутацию!
Магия Гарри разом вспыхнула и вихрем закружилась вокруг него. Волшебники на картинах притихли, завороженно наблюдая за прорывом стихии.
- Как смеешь ты, услышав все то, что я сейчас рассказал о своей жизни, верить этому негодяю? Неужели мой отец был настолько глуп? - в отчаянии воскликнул Гарри. - Я все понимаю. Ты был молод, очень молод, когда смерть настигла тебя. Возможно, ты был слишком наивен, чтобы правильно оценить ситуацию, сложившуюся вокруг тебя. Но я еще моложе, чем ты был тогда! Так почему же ты следовал за ним вслепую...?
- С чего это ты взял, что именно ты наследник Гриффиндора? Какой-то дурак навесил тебе лапши на уши, а ты и рад поверить? - развязано хохотнул Джеймс; презрительная гримаса уродовала благородные черты его лица.
- А ты, оказывается, еще тот придурок... - Гарри старался оправиться от шока: таким своего отца он не мог представить и в кошмарном сне.
- Ах, вот как ты победил Волдеморта! - гримасничая, перебил его Джеймс. Ты просто обозвал его придурком, и тот в одночасье окочурился, да?
- Нет. Гарри боролся с честью и достоинством, но тебе эти понятия не знакомы, - произнес тихий вкрадчивый голос позади Гарри.
- Сопливус...
- Не называй его так! - рявкнул Гарри.
- Ты хорошо себя чувствуешь? - голос Снейпа был ровным, даже несколько равнодушным, и только в глубине темных глаз таилось беспокойство. - Я ощутил волнение твоей магии и решил проведать, как происходит воссоединение семьи. Я не вовремя?
Гарри сделал глубокий вдох и постарался успокоиться.
- Этот идиот верит в благородство и честность Дамблдора, - юноша кивнул в сторону портрета своего отца.
- Джеймс никогда не отличался особым умом, - совершенно невозмутимо ответил Снейп и с деланным сожалением пожал плечами.
- Для того, чтобы заполучить Лили, ума мне достало. Она бросила тебя и ушла ко мне!
- Лили поступила так потому, что Альбус заставил Петтигрю при ней угрожать убить Северуса, если Лили не останется с тобой. - Гарри все еще пытался взывать к голосу разума Джеймса.
- Да мне плевать, что ее на это толкнуло. Она стала моей, а не твоей! - Джеймс даже не взглянул на Гарри, все его внимание теперь было сосредоточено на конфликте со старым школьным недругом.
- Джеймс Патрик Поттер, как ты посмел вынудить Лили остаться с тобой? Ты отнял у нее право самой решить, с кем она хочет построить свое будущее! - воскликнул, шокированный таким откровением своего сына, Патрик.
- Северус ее не заслуживал! - закричал в ответ Джеймс. - Я просто отобрал ее у него, спас от этого ублюдка, и у нас с нею родился нормальный сын.
- Ты идиот, Джеймс! Я гей, и Лили была мне как родная сестра. Я никогда не интересовался ею в романтическом ключе.
- Ну и ладно. Да, я ее хотел, и она стала моей! А Гарри ты, старый извращенец, все равно не получишь. Он вскоре придет в себя и поймет, что его любовь к рыжеволосой красавице куда ценнее твоего уродливого лица. Он бросит тебя так же, как когда-то Лили, и уйдет к ней. И...
Гарри, слушавший перепалку бывших врагов, стоя вполоборота, неожиданно резко подался вперед, к самому портрету Джеймса Поттера. Северус не мог видеть выражения лица любовника, но судя по тому, как резко осекся Джеймс, взглядом с Гарри сейчас было лучше не пересекаться и в разговор не вступать.
- Северус, я хочу, чтобы ты оставил нас ненадолго наедине, - тихим глухим голосом попросил Гарри, не отрывая взгляда от побледневшего Джеймса.
- Гарри? - Северус был слишком обеспокоен, чтобы внять голосу разума и просто уйти, оставив этих двоих разбираться между собой. По ощущениям зельвара, концентрация магического поля возросла до предельной отметки, дышать стало трудно, время будто замедлилось, предметы за пределами нескольких метров стали расплывчатыми, будто смазанными. Тем не менее, магия не была бесконтрольной, наоборот, ею управляли четко и взвешенно. Глядя на профиль Гарри, Северус невпопад подумал, что, наверное, вот таким гипнотическим взглядом смотрел этот смелый парень на Волдеморта за секунды до того, как этого чудовища не стало.
- Северус, возьми с собой всех эльфов и выведи их из замка. Я встречусь с тобой в поместье Принцев. Дождись меня, пожалуйста! - Взмах руки - и все эльфы, включая тех, что были наказаны самим Гарри, освободились от привязанности к Поттер-Мэнор.
- Гарри, пожалуйста, я прошу тебя, не делай ничего, что...
Поттер обернулся, в его взгляде горела решимость, но нежности, предназначенной одному лишь Северусу, там тоже было с избытком.
- Любовь моя, мне ОЧЕНЬ нужно, чтобы ты покинул этот дом. Поспеши.
Снейп коротко кивнул и вышел.
Пять минут спустя, Гарри почувствовал пустоту в сердце. Это магия Северуса покинула поместье, оставляя вместо себя холодок и отчаянное желание последовать за ним. Зельевар аппарировал прочь и, по ощущениям Гарри, находился где-то очень далеко. Поттер прислушался и не почувствовал в доме ни одного эльфа, только садовник Фалькон остался в своем волшебном саду.
- Значит, это ты дал Дамблдору разрешение провести этот чертов ритуал Хогвартса? - обыденным тоном светской беседы спросил Гарри своего отца.
Маги на портретах в ужасе задохнулись, кое-кто даже попятился вглубь картины.
- Я давно задавался вопросом, от кого Дамблдор получил нужные сведения и разрешение совершить все то, что он проделал со мной. Мне-то он объяснял, будто понял, что я истинный хозяин Даров Смерти, так как смог пережить смертельное проклятие. Возможно и так. Вот только это никак не объясняло, откуда ему стало известно, что я будущий лорд Гриффиндор. А ведь у него уже все было готово для проведения ритуала, к тому моменту, как Волдеморт явился в твой дом. Это означает, что, даже если бы ты не погиб, Альбус все равно осуществил бы задуманное. И именно ты приложил к этому руку. У Альбуса было разрешение. Твое личное разрешение на ритуал.
Джеймс мгновение сверлил Гарри ненавидящим взглядом, затем резко бросился за раму в отчаянной попытке сбежать, но опоздал. Яркая вспышка магии запечатала портрет.
«Скоро эти чары войдут у меня в привычку» - печально подумал Гарри - на злость у него просто не осталось сил.
Гарри Поттер и остальные волшебники на портретах внимательно следили за мечущимся по картине Джеймсом. Под действием чар раму заметно перекосило, и стало ясно, что человек, изображенный на портрете, отнюдь не нарисован на нем. Гарри, стоящему почти вплотную к раме, это было отлично видно. Он взмахнул палочкой и вывел призрака, прячущегося в пустой картине. Это был призрак Джеймса Поттера.
Звенящая тишина взорвалась криками. Маги на портретах метались в бессильной злости и неистовствовали. На голову нерадивого Джеймса сыпались хула и проклятия. Патрик закрыл лицо руками, не в состоянии снести позора.
- Ты не был связан со своим портретом, поэтому и не спал волшебным сном вместе с остальными. Ты знал о Джинни, знал о моих отношениях с Северусом, знал и о том, что Волдеморт мертв. Ты тот, кто управлял эльфами, тот, кто выбрал для меня Джинни. Наверное, она напомнила тебе о Лили.
- Почему, Джеймс?! - простонал Патрик.
Джеймс осознал безуспешность попыток вырваться и заговорил.
- Еще в школе я выяснил, что, вероятно, являюсь будущим лордом Гриффиндором. Я был достаточно силен для этого. Альбус выбрал меня из многих, чтобы назвать следующим защитником Света, а Северусу надлежало стать моим темным противником.
- Но ты не обладал достаточным могуществом! Да и не во власти Дамблдора было помочь тебе, лишь одна магия решает... Ты погиб из-за собственного высокомерия! - выпалил Гарри.
- Это я должен был стать Избранным! Я должен был победить Темного Лорда! Я, а не ты!
От криков Джеймса дом заходил ходуном. Гарри удерживал призрак притяжением палочки. Взмахнув другой рукой, юноша уравновесил силы, и поместье перестало содрогаться.
- Почему ты позволил ему отнять мою магию? - Гарри чувствовал, как через палочку от его руки к Джеймсу тянется магический свет, причиняющий призраку боль. Но и сам Гарри страдал не меньше.
- Ты был слишком силен, - прорычал в ответ Джеймс. От злости его призрачное лицо подернулось рябью. - Мне был не нужен сын, превосходящий меня по могуществу. Ты с легкостью, недоступной мне, превращался то в олененка, то в щенка или волчонка, когда видел одного из нас в анимагической форме. А ведь тебе не было еще и года!
Гарри послал через палочку еще одну магическую вспышку. Призрак задрожал. А Гарри закричал, все его попытки казаться невозмутимым были разом забыты.
- Ремус не был волком, он был ОБОРОТНЕМ! Ты пытался отдать меня на растерзание оборотню?!
- Ты должен был умереть! - безумно вращая глазами, убеждал его Джеймс. - В пророчестве сказано, что ты закончишь свою жизнь с Принцем. Мы с Альбусом сразу догадались, что речь идет о Северусе. Я же не мог позволить оставить своего сына с его силой и властью этому слизеринскому недоноску, поэтому и подсунул тебя в полнолуние Муни. Ты просто нипочем не желал погибать! Я не знаю, каким образом тебе удалось обратиться волчонком, и Ремус не причинил тебе вреда.
- Ты пытался убить своего сына?! - подобное кощунство не укладывалось в голове Патрика.
- Ну да, и что? Лили могла родить еще одного. - Казалось, Джеймс совершенно не понимает чудовищности своей затеи.
- Кто твой хозяин? - неожиданно спросил Гарри. Вопрос застал Джеймса врасплох.
- Что?
- У Альбуса был хозяин. Я знаю, он на кого-то работал. Кто это?!
Джеймс молчал.
- Я, Гарри Поттер, лорд семьи этой и хранитель всей магии Поттеров, приказываю тебе честно отвечать на мои вопросы. - Волшебство закружилось спиралью и потянулось от Гарри к призраку, окутывая его. Джеймс был вынужден ответить.
- Фламель, - сдавленно, сквозь зубы, процедил Джеймс. - Николас Фламель был хозяином Альбуса. Они были любовниками. Но над Фламелем был кто-то еще. Лорд Лордов, который управлял всем. Я не знаю его имени.
- Как звучало пророчество?
- Я не знаю точных слов. В нем утверждалось, что наследники Хогвартса вернутся, владелец Даров Смерти будет с Принцем, а победитель уничтожит Лорда Лордов.
- Так вот почему вы решили избавиться от наследников Основателей! Поэтому и решили убить меня?
- Нет! Твоя сила предназначалась мне! По плану, вся твоя магия должна была перейти мне. Я же поклялся в верности Альбусу. Обладая такой силой, я мог бы помочь ему и Фламелю удержать в своей власти любого, помочь править миром
магов и маглов!
- Ты сумасшедший! - только и смог произнести Гарри в ответ на эту пламенную речь.
- Твои слова, Джеймс, очень напоминают мне моих слабоумных братьев, - тихо заговорил Игнотус. - Они продали свои души Смерти и заключили с ней договор. Я был очень молод, и в отсутствие родителей моим опекуном был старший брат. Он подписался под договором за меня. Магия рода наказала его и помогла мне, поскольку я стал невинной жертвой их алчности. Браться желали многого, но их конечной целью также являлось бессмертие и мировое господство.
Дом снова заходил ходуном, на этот раз от магического возмущения Гарри.
- Сириус? Ремус? - с волнением озвучил юноша свои подозрения.
- С Сириусом все было просто. Он был избалован и извращен своей состоятельной семейкой. Альбусу не составило большого труда обвести этого напыщенного дурака вокруг пальца. Ремус поначалу тоже со всем соглашался, боялся остаться в школе в одиночестве, полнейшим изгоем. Позднее, когда мы выросли и научились перевоплощаться в зверей, мой авторитет в глазах оборотня вырос. Я стал его альфой и контролировал каждый его шаг. Ему пришлось подчиняться мне. Тщетные попытки вырваться на свободу я пресекал строго. Однажды я настоял, чтобы Сириус заманил Северуса в визжащую хижину накануне полнолуния. Этим я показал Ремусу, как легко он может стать чудовищем и убийцей, и только я могу этому помешать. Оборотень понял, что сопротивление бесполезно. Как только он узнал о моей смерти, он сбежал. Потом вернулся, хотел защитить тебя, как собственного волчонка.
- Лонгботтомы? Как Альбус получил контроль над золотом Хаффлпаффа?
- Эллис и Френка пытали Пожиратели. Беллатриса и остальные приспешники Волдеморта, участвующие в этой затее, находились под Империо. Ими управлял Фламель. Белла на глазах Френка довела Эллис до бесчувственного состояния и принялась за Невилла, грозя замучить младенца на глазах у отца. Френк сдался. Он подписал разрешение на проведение ритуала. Получив разрешение, Дамблдор и Фламель руками Пожирателей пытали Френка, потом напоили Лонгботтомов зельем, сведшим обоих с ума. Убить магов они не решились, им нужна была их кровь для подтверждения права на золото Гринготтса.
- А Гринготтс?
- Старшие гоблины были в курсе происходящего. Они являлись неотъемлемой частью плана.
Гарри очнулся от задумчивости. Он не сразу понял, что замок все еще сотрясается от избытка в нем стихийной магии. Взяв себя в руки, Гарри устало посмотрел на отца.
- Почему ты стал призраком?
- Когда Волдеморт убил меня, я не смог уйти вместе с Лили. Я так страстно желал остаться и посмотреть, сможет он убить тебя или нет. Тот ли ты Избранный, о котором гласит предсказание. Да и Альбус нуждался в моей помощи для проведения ритуала. Альбус всегда во мне нуждался, потому что я был лучшим его учеником!
- Что же, Джеймс Поттер, теперь никто более в тебе не нуждается, и тебе пора уйти туда, где тебе надлежит оставаться вечно. Пришло твое время.
- Ты не имеешь права меня выгонять!
- А ты присмотрись ко мне внимательнее и подумай. Я истинный владелец Даров Смерти. - С этими словами Гарри опустил палочку, освобождая призрак. Джеймс тут же попытался сбежать, но Гарри предусмотрительно запечатал комнату блокирующим заклинанием.
Не обращая внимания на мечущегося в поисках магической бреши и бранящегося призрака, Гарри Поттер извлек из потайного мешочка кольцо с мутным надтреснутым камнем. При виде этого камня Игнотус издал приглушенный возглас удивления.
Гарри печально посмотрел на призрак своего отца: не так он представлял себе долгожданную встречу с родителем - и надел кольцо на палец. Объединившись со своим истинным владельцем, все три артефакта - палочка, камень и мантия-невидимка - начали пылать холодным огнем. Комната мелко задрожала, воздух загустел и пошел рябью. Перед Гарри появился высокий силуэт, закутанный во все черное. Лица под капюшоном незнакомца было не разглядеть. Появление этого существа, сильно напомнившего Гарри дементора, разом выстудило летний день, краски на картинах померкли, солнечный свет за окном сменился тусклыми сумерками. Безотчетный и панический страх наполнил бы сердце любого мага или магла при встрече с этим жутким путником потустороннего мира. Любого, но не Гарри Поттера, который на данный момент был единственным человеком, способным бесстрашно встретиться лицом к лицу с самой Смертью.
Гарри смотрел на фигуру, неподвижно зависшую в воздухе, и думал.
- У меня есть нечто, принадлежащее Вам, - осторожно начал он. - Возьмите его и отправьте в ад, где ему самое место.
Крик Джеймса, прорезавший тишину Зала Старейшин, напугал даже портреты. Смерть протянула свою костлявую руку и положила ее на плечо призраку. Дверь, ведущая из комнаты, бесшумно отворилась, и темная фигура направилась к ней, таща за собой трясущийся от страха призрак Джеймса. Смерть двигалась плавно и неспешно. Наблюдая за этой сюрреалистической картиной, Гарри опомнился и бросил вдогонку:
- Я прошу оставить его посмертный портрет здесь. Он, возможно, еще мне пригодится.
Смерть качнула капюшоном в знак согласия и выплыла из комнаты прочь. С ее уходом на портрете Джеймса Поттера появился нарисованный маг, который недоуменно оглядывался. Когда он заметил Гарри и осознал, кто перед ним, глаза его расширились от шока. Свежесозданный портрет Джеймса ничего не помнил о последних 17 годах со дня его смерти. Но именно неподдельное удивление и испуг, отразившиеся на лице отца, сказали Гарри больше, чем все предыдущие ответы призрака. Отец не рассчитывал увидеть своего сына живым.
Гарри вздохнул, покачал головой, мол, что тут поделаешь, и покинул Зал Старейшин, оставив Джеймса разбираться с праведным гневом старших Поттеров. Вернув Дары обратно в мешочек, Гарри почувствовал, что дышать сразу стало легче. По дороге в библиотеку Поттер с сожалением осматривал разрушения, причиненные замку его магией: многие лестницы обвалились, по стенам коридоров расползлись огромные трещины, окна выбиты, мебель разломана.
Добравшись, наконец, до библиотеки, Гарри немного успокоился. Знаменитая библиотека Поттеров осталась цела. Это было единственное помещение замка, которого не коснулась разрушительная стихия. Возможно, магия чувствовала, что именно тут содержится самое дорогое в замке для ее владельца.
Гарри взглянул на портрет Лили Поттер, и она тепло улыбнулась ему.
- Здравствуй, малыш, я так тобой горжусь!
Гарри улыбнулся в ответ, сел в кресло и с головой окунулся в беседу с матерью. Мама была именно такой, какой он представлял ее в своих детских мечтах: доброй, улыбчивой и любящей. Разговаривая с ней, Гарри постепенно оттаивал душой.
Время летело незаметно. Гарри с сожалением понял, что засиделся, и вызвал Огдена.
Огдена пришлось звать дважды, прежде чем глава эльфов Хогвартса бесшумно появился перед наследником Гриффиндора. Эльф смотрел на мага со смесью страха и почтения.
- Огден, прошу тебя, перемести портрет моей мамы в мои комнаты в Хогвартсе. - Голос Гарри был спокоен, но уверенность, и даже некоторая властность, заставила бы любого уважить эту просьбу.
- Вам нужно дать свое разрешение поместью и отпустить портрет отсюда, лорд Гриффиндор.
Гарри нетерпеливо взмахнул рукой.
- Готово. Забери портрет с собой.
Домовик ловко снял картину со стены и нерешительно спросил:
- Что-нибудь еще желаете, мой господин?
- Нет. Спасибо, Огден.
Некоторое время Поттер еще постоял, глядя на то место, где только что находился эльф с портретом, затем вышел в сад. Деревья оказались нетронутыми, лишь некоторые кусты роз пригнулись до земли. Ими сейчас и занимался садовник Фалькон.
- Вы уже закончили наказывать непослушного хозяина Джеймса? - спросил старый садовник, ни на мгновение не отрываясь от своей работы.
Гарри кивнул, потом подумал, что эльф не видит его ответа, и произнес вслух:
- Да.
- Это хорошо, - по-стариковски одобрил садовник. - Хозяин Джеймс был плохим владельцем. Он много зла причинил эльфам. Он вынуждал эльфов делать то, что они не хотели. Минти и Тоффи лишь повиновались приказам своего хозяина. Перед своей смертью хозяин Джеймс приказал им во всем повиноваться злой женщине-колдомедику и злому директору школы. Призрачный хозяин обещал причинить вред эльфинам, если их матери Тэйти и Пенси откажутся ему подчиняться. Этуаль продолжала настаивать, что хозяин Джеймс мертв, а призрак не может быть нашим хозяином. Она желала пойти и защитить хозяина Гарри, но призрак столкнул ее с лестницы, и она, упав, сломала позвоночник. Этуаль поправилась, но она уже никогда не будет та, что прежде. Бедная Этуаль до сих пор уверена, что злой призрак - это не Джеймс Поттер. Флинт очень любил призрачного хозяина. Когда он стал главой эльфов, он сделал все, чтобы остальные эльфы подчинились ему.
Гарри смотрел на старого эльфа, и глаза юноши были полны невыплаканных слез. Ему многое хотелось рассказать ему, объяснить, спросить, но слова не шли с языка, поэтому он сказал совсем невпопад:
- Замок сильно поврежден. Придется немало потрудиться, чтобы вернуть ему прежний вид.
- Эльфы счастливы, когда у них много работы. К возвращению хозяина все будет приведено в порядок. Я же никогда не покидаю сада, - эльф настороженно наблюдал за реакцией Гарри.
Поттер кивнул, принимая решение эльфа.
- Спасибо, Фалькон.
Садовник срезал с куста красивую красную розу и протянул ее Гарри.
- Ваш партнер - хороший человек. Вам стоит напомнить ему о своей любви.
Гарри задумчиво повертел в пальцах розу, провел над нею ладонью, набрасывая чары, от которых она слегка засветилась. Оставшись довольным своей задумкой, Гарри покинул сад и аппарировал.
* * *
Северус расположился в главном кабинете Принц-Мэнора и вел неспешную беседу со своим дедом, сидя в уютном кожаном кресле. Они разговаривали уже более часа. Точнее, полчаса разговаривали, а остальное время говорил Элиас, а Северус слушал. Лорд Принц был счастлив увидеть своего внука и до крайности разъярен, узнав о деяниях «дорогого Альбуса».
В последние двадцать минут беседа сошла на нет. Северус мерил шагами кабинет, а его дед следил за ним с портрета. Снейп был слишком взволнован отсутствием вестей от Гарри, так что не мог поддерживать даже внешнюю видимость своей заинтересованности в разговоре. Зельевар бросал обеспокоенные взгляды на дверь кабинета каждые пять минут, будто ожидая, что Поттер вот-вот войдет.
Время, которое Северус мысленно отвел Гарри на разговор с отцом, давно истекло, а несносный мальчишка так и не появился.
«А если с ним что-то опять случилось?»
Наконец, устав от безрезультатных метаний, Северус снова опустился в кресло.
- Если он опять попал в переделку... Я просто не знаю, как смогу жить дальше без него. Кажется, я его люблю. - Северус обессиленно опустил голову на руки, уперев локти в колени, как если бы это признание стоило ему всех душевных сил.
- Так скажи ему об этом, - посоветовал Элиас, слегка обеспокоенный переживаниями внука.
Северус закрыл глаза и, откинувшись на спинку кресла, подумал о Гарри и внезапно ощутил знакомый отклик. Теплая, успокаивающая волна магии коснулась его.
«Гарри!»
Северус порывисто вскочил с кресла, нервным жестом одернул мантию, кивком головы откинул со лба длинные пряди волос и поспешил к парадной лестнице.
Шагал он торопливо, сдерживая себя, чтобы не перейти на бег. Северус успел вовремя. Уже спускаясь по лестнице, он увидел, как парадная дверь распахнулась и вошел Поттер, живой и невредимый.
Оба мага замерли - один на лестнице, вцепившись побелевшими пальцами в перила, другой на пороге.
- Ты знаешь, что забыл снять защиту вокруг поместья? - преувеличенно весело спросил Поттер. Вся уверенность, что его здесь ждут, улетучилась.
Снейп подавился воздухом.
«Вот я идиот!»
Он так ждал его прихода, что забыл о таких элементарных вещах!
- Как же ты прошел? - хрипло спросил Снейп совсем не то, что собирался спросить.
Гарри указал взглядом на сияющую в его руках розу и вручил ее Северусу.
- Я превратил ее в портключ и попросил переместить меня к тому, кого я люблю сильнее всех на свете.