Живя любовью

После кафе, откуда я взяла еду для Хантера, счастливой возвращаюсь в палату. Парень уже должен проснуться, потому что он спал практически целый день, периодически просыпаясь и прося воды. У него уже начинаются процедуры по восстановлению здоровья, ведь кома дала свои последствия, как на тело, так и на мозг. Доктор говорит, Хантеру как минимум две недели лежать точно, а там уже посмотрим. Надеюсь, я смогу поскорее забрать его домой.

– Я принесла тебе кушать, а то больничная еда надоедает, да? – говорю я, ставя на стол пакет. Хантер ложится на бок, отворачиваясь. – Что случилось?

Он молчит. Какой-то странный. Я хмурюсь и медленно подхожу к койке. Тянусь к Хантеру, но он так резко дёргается, что я из-за страха отстраняюсь от него.

– Не трогай, – вдруг изменившись в лице, произносит он и двигается к противоположному краю больничной койки. Мои глаза чуть ли не вылезают от резкой смены его настроения.

– Хантер...

– Пожалуйста, не трогай. Мне...страшно...страшно, – Хантер с ужасом смотрит на меня, начиная тяжело дышать. В его глазах читается ужас.

– Хантер, ты чего? – пугаюсь я. – Может, врача позвать?

– Врача? Нет! Нет! Только не врач. Оставь меня, Габи. Оставь, – чуть ли не кричит он и сворачивается калачиком. Я шокировано наблюдаю за его эмоциями. Что происходит? Что с ним? Лучше пойти за доктором.

– Я сейчас вернусь, Хантер. Пожалуйста, будь в порядке, – быстро говорю я и выбегаю из палаты, крикнув, что срочно нужен врач.

Долго ожидать не приходится, и доктор появляется возле меня. Мы заходим в палату. Хантер лежит в той же позе, но теперь ему гораздо хуже, словно он увидел что-то самое пугающее в его жизни и теперь боится.

– Хантер, – зовёт его врач, подходя.

– Нет! – кричит он, пока я со слезами на глазах наблюдаю за его мучениями, не зная, что сделать.

– Позовите медсестёр, и пусть захватят успокоительное, – просит доктор, повернувшись ко мне. Я перевожу на него взгляд и киваю, поспешив на выход.

Когда две медсестры прибегают вместе со мной, я останавливаюсь недалеко от койки, а они и врач пытаются успокоить Хантера. Что с ним происходит? Почему он так ведёт себя? Мне ужасно страшно за него. Не хочу вновь потерять Хантера.

– Тише, парень. Всё хорошо. Это всего лишь твоя тревога. Мы рядом с тобой, – успокаивающим голосом говорит доктор, втыкая шприц в руку Хантера. Я вижу, как ему неприятно от этой процедуры и как он зажмуривается, шумно выдыхая. Тихо подхожу к нему и осторожно беру за руку, показывая свою поддержку.

– Что это было? – спрашиваю я у врача, когда Хантер засыпает.

– Небольшая паническая атака. Такое может случаться после комы, потому что она калечит психику и даже может развить разные психические заболевания. Не волнуйтесь. Просто в следующий раз нужно, не боясь, обнять его или что-то сделать, чтобы вернуть к реальности. Не всегда же ему колоть уколы.

– Хорошо. Спасибо, – отвечаю я и вздыхаю, опустив взгляд на наши соединённые руки. Доктор и медсёстры уходят, а я остаюсь сидеть с Хантером. Не передать словами, как я перепугалась за него. Уже не знала, что и думать.

На телефон приходит сообщение от Стэнфорда, где он сообщает, что приедет с Клэр вечером. Я осторожно освобождаю свою руку и встаю, выйдя из палаты. В кармане своих шорт нахожу сигареты, после чего направляюсь вниз на улицу. Там закуриваю и открываю историю вызовов на телефоне. Надо бы позвонить папе, сообщить о Хантере.

– Привет, папуль, – произношу я, когда отец отвечает мне. Делаю затяжку и не слишком шумно выдыхаю, чтобы не было слышно в микрофоне мобильного устройства.

– Привет, Габи. Как дела?

– Отлично. Я с хорошей новостью, – я начинаю улыбаться и поднимаю глаза наверх на небо.

– Какой? Готов слушать, – заинтересованно говорит папа.

– Хантер вышел из комы. Я безумно рада. Мы так сильно этого ждали.

– Поздравляю, дочка, – искренне произносит он. – Ты долго грустила, а теперь счастлива, так что счастлив и я.

– Осталось Хантеру немного полежать в больнице для восстановления, и мы сможем вдвоём вернуться домой.

Я болтаю с папой ещё минут пять. Мы обсуждаем погоду, его работу и мамины новые возмущения. Успеваю докурить, а отец, слава Богу, не заметил моего странного дыхания.

После разговора, пишу сообщение Еве, Элмеру и Тео, выражая своё счастье на счёт Хантера. Возвращаюсь в больницу и по пути покупаю стаканчик кофе. Надеюсь, Хантер не будет долго спать. Ему нужно ещё делать упражнения для восстановления, покушать и обсудить со мной некоторые вопросы. В общем, всё практически по расписанию.

В палате увлекаюсь чтением книги, таким образом коротая время. Проходит часа два прежде чем Хантер просыпается. Он сразу просит стакан воды, который практически разом осушает.

– Я тебя испугал, да? – спрашивает он.

– Ну, немного, – признаюсь я, сев на кровать и поставив стакан на тумбочку. – Что ты чувствовал тогда?

– Как будто в ад попал. Был непонятный страх, будто я умру, – Хантер ложится обратно на подушку и прикрывает глаза.

– Доктор быстро среагировал и тебе вкололи успокоительное, – произношу я и поглаживаю костяшки на его руке. Хантер кивает. – Ты ещё не вспомнил тот день?

– Помню только, как садился в автомобиль перед последней гонкой. В принципе весь день приходит в ясность, но то, что было во время езды я не особо могу вспомнить.

– Это хорошо, потому что всё должно нормализоваться, – я слегка улыбаюсь. Теперь Хантер смотрит мне в глаза и закусывает губу.

– Ты же...ты же не уйдёшь от меня? Просто тогда...мы были вроде как не вместе, – иногда прерываясь, интересуется он. Так волнуется.

– Не уйду, Хантер. Не зря же я столько просидела здесь, с тобой. Я люблю тебя.

– И я люблю тебя.

Мои глаза начинают немного слезиться, и чтобы скрыть свои эмоции я обнимаю Хантера, зажмурившись. Он уже может крепче прижимать меня к себе, и это хорошо ощущается.

– Ты так изменился практически за год, – говорю я, вдыхая и выдыхая воздух прямо в шею Хантера.

– Ты тоже, – усмехается он и шепчет на ухо: – Уже не такая надоедливая...и более сексуальная.

Я хихикаю и слегка толкаю его в бок.

– Разве я не прав? – взяв меня за плечи и отстранив, спрашивает он и поднимает брови. – Если бы не больница, я бы тебя...

– Хантер, – вскрикиваю я, не давая ему договорить. Он громко смеётся и притягивает к себе, целуя. Я улыбаюсь и радуюсь тому, что у нас всё хорошо и даже в больнице, когда мы вместе, нам прекрасно.

– Чёрт, как же я хочу курить, – говорит Хантер. Я качаю головой и грожу ему пальцем, сев поудобнее.

– Нельзя. Пока не будешь полностью здоров, никакого курения.

– Так не честно. Ты куришь, а я нет, – обижено произносит он. Я закатываю глаза.

– Не я лежу в больнице и лечусь, чтобы поскорее вернуться домой. Будешь делать то, что тебе говорят, выпишешься быстрее. Ты же хочешь этого?

– Конечно, – кивает Хантер, заинтересованно водя пальцем по моему животу под футболкой. – Мне кажется или ты сильнее похудела?

– Похудела, – честно отвечаю я, опустив глаза на его руки, остановившиеся около рёбер.

– Смотри, чтобы нас не положили в одной больничке, – усмехается Хантер. Вновь закатываю глаза, а он щипает меня за бок, из-за чего я вскрикиваю.

– Ты что делаешь? – бью его в шутку по руке. Хантер посмеивается и теперь нежно гладит мою кожу, но через пару секунд начинает меня щекотать. Я смеюсь и хочу отодвинуться, но он другой рукой удерживает меня. – Хантер! Вот именно это в тебе не изменилось.

– Зато тебе весело, – отвечает он, смотря на меня. Я улыбаюсь, кажется, шире чем он и сплетаю наши пальцы на руках.

– Сейчас кто-нибудь зайдёт, а ты тут меня щекочешь, что я чуть ли не падаю на тебя, – усмехаюсь я, но потом заботливо спрашиваю: – Ты хоть не чувствуешь боль?

– Немного есть, но это терпимо, – признаётся он, хмыкнув. – Всё равно, какая у меня боль, главное, что нам весело вместе.

– Но ты не должен забивать клин на этом. То, что ты чувствуешь – важно.

– Габи, не включай зануду, – Хантер закатывает глаза и тянет к себе, обнимая.

– Не включай человека, который говорит мне не включать зануду, – перекривляю его я, а он смеётся. Постучавшись, в палату заходит врач. Я сажусь на край кровати, а Хантер чуть приподнимается для удобного положения.

– Добрый день, Хантер. Как вы себя чувствуете? – спрашивает доктор, подойдя к койке.

– Сейчас нормально, – прокашлявшись, отвечает парень и смотрит на меня. Я киваю, подтверждая его слова для доктора.

– Отлично. Сейчас мы отвезём вас в комнату для тренировок, где будем восстанавливать физические данные.

После слов доктора, в палату входит медсестра вместе с креслом для перевозки пациентов. Замечаю, как Хантер округляет глаза, а потом переводит взор в мою сторону.

– Можно Габи будет со мной? – задаёт вопрос он. Уверенна, что без меня Хантер никуда не двинется с места.

– Вообще это запре...

– Тогда я остаюсь здесь, – решительно говорит Хантер. Я вздыхаю и качаю головой.

– Это запрещено, но я разрешу присутствовать вашей невесте, – заканчивает врач. Подняв бровь, Хантер смотрит на меня, как бы спрашивая, почему невеста. Я пожимаю плечами и встаю.

– Спасибо, – говорю доктору и подхожу к дверям, ожидая, когда Хантер сядет в кресло.

– Я бы мог и дойти, – бурчит парень, пересаживаясь.

– Не так быстро, мистер Джонсон. Находитесь ещё, – говорит доктор, помогая Хантеру.

Мы выходим в коридор и идём в зал, где, по словам врача, проходят тренировки по восстановлению пациентов после комы и тяжёлых травм. Она находится не так уж и далеко. Хантер и вправду мог бы сам дойти.

– Итак, Хантер, для начала начнём с самого простого, – начинает врач, остановившись около зеркал. Я осматриваю небольшое помещение, где по мимо нас занимается ещё какой-то мужчина. Он ходит по беговой дорожке, держась за опору по бокам. – Вы должны попытаться встать и пройти между этими двумя параллельными брусьями. Вам будет тяжеловато...

– Я не настолько атрофирован, чтобы забыть, как ходить, – достаточно грубо говорит Хантер. Я выдыхаю и прикрываю на секунду глаза.

– Хантер, – качаю головой, глядя на него, после чего обращаюсь к доктору. – Простите, он просто привык к самостоятельности. Не любит, когда ему указывают, что делать.

– Попытайся встать, Хантер, – говорит врач и становится перед парнем.

Хантер вздыхает и, опираясь на подлокотники, очень медленно и аккуратно поднимается. У него слегка трясутся ноги и держит равновесие он, мягко говоря, не очень. Врач берёт его за руки и ведёт к брусьям. Хантер делает шаги, практически не поднимая ног. Они ужасно у него затекли из-за долгого отсутствия ходьбы. Я закусываю губу и иду в другой конец этого снаряда.

– Хантер, смотри на меня и иди ко мне, – говорю я, таким образом мотивируя его. Он смотрит сначала на свои ноги, а потом мне в глаза. Крепко схватившись за брусья, он старается поднимать ноги для ходьбы. Мне больно смотреть на то, как он мучается, но я держусь для него и не подаю вид.

Хантер с трудом, но доходит до меня, и, как вознаграждение, я целую его. Теперь беру за руки, чтобы вести к другому тренажёру.

– Садись на стул, – говорит доктор. Я помогаю Хантеру усесться. – Для начала дам тебе лёгкие гантели. Попробуй поработать с ними и скажи, нужно ли больше по веса.

Доктор передаёт Хантеру одну гантель, которую он без проблем поднимает и сгибает с ней руку.

– Можно даже больше, – произносит Хантер, пробуя повторить действия на другой руке. Врач даёт ему гантели на килограмм больше. Они как раз подходят для парня. Он выполняет упражнения, которые говорит ему делать доктор.

– Сейчас мы отправим тебя на массаж, после чего сможешь отдохнуть. Рекомендую уже стараться ходить по палате, чтобы возвращать привычку ходьбы.

Хантера увозят в другой кабинет для процедур, а я возвращаюсь в палату. Но когда я захожу, замираю на проходе, округлив глаза. Моему удивлению нет предела. Что она здесь делает?

–Грейс?

Она встаёт и улыбается, разведя руки в стороны.

– Привет, Габи.