Глава 10. Поступки громче слов.
После того вечера в ДК прошла уже пара дней. Вахит не появлялся в квартире Туркиных, а Т/Иа продолжала ждать его.
– Валер, а ты не знаешь, где сегодня Вахит? Что-то давно его не видно... - девушка пыталась придать голосу максимальную непринужденность. Но волнение выдало ее с потрохами. Турбо засиял как медный рубль.
– А что такое? Нравится?! - в глазах парня заплясали черти. Он хотел знать, что так сильно волнует сердце его сестры. Куда более приятно ему было осознавать, что покорил ее сердечко его лучший друг. Ему Турбо был готов доверить самое дорогое, даже свою сестру, так как знал хоть Вахит и бывает излишне молчалив, но парень он хороший, надежный.
– Ну же сестричка, говори!!! Расскажи, что там у вас происходит?! Иначе я сам додумаю и всем расскажу - решился на шантаж кучерявый - это из-за тебя он уже который день без настроения и побитый ходит?!
– Что значит побитый?!
– То и значит. В больничке на одного пациента стало больше, а Вахит разбитым носом да парой швов отделался, уже в качалке тусуется... Если слухи не врут, то это тот самый, что тебя в ДК зажать хотел. Теперь со сломанными руками ходит. Хотя будь моя воля убил бы... - добавил уже менее весело в конце Турбо.
На протяжении всего "рассказа" брата лицо девушки менялось, теперь она бледная сидела за столом.
– Валер... Ты ведь врешь... - Туркина знала, что брат не врет и это не какая то шутка. Недолго думая она поднялась из-за стола и стала собираться. Ее мучило чувство вины, но еще больше сейчас она хотела видеть его... Знать, что с этим на первый взгляд холодным парнем все хорошо.
Тем временем Вахит уже подходил к дому Туркиных, пытаясь придумать оправдание своим шрамам, а под курткой, прятал небольшой букет ромашек. Вспомнив, как в детстве бабушка учила его гадать на ромашках он не удержался и взял одну. "Любит... Не любит..." Он уже подошел к подъезду, на гадальной ромашке остался один лепесток...
В этот момент, чуть не сбив парня с ног, теряя равновесие, в него влетела Т/И. Вахит был удивлен таким ее появлением, но вовремя удержал от падения. Девушка быстро выровнялась и уже собиралась бежать дальше, как подняла глаза на своего спасителя. Улыбка расплылась на ее лице. Туркина крепко сжала парня в объятиях и тихо начала бурчать ему в грудь, что-то неразборчивое. По отдельным фразам Зима понял, что она отчитывает за его поступок. Парень улыбнулся и выбросил гадальную ромашку в урну. "Любит" - эта мысль согрела его душу. Когда девушка закончила свое тихое бурчание и подняла на него глаза он заговорил.
– Да, это сделал я... Чувствую ли я свою вину? Нет. Сделал бы я это снова? Да. Он не имеет права трогать тебя... Поэтому не нужно его жалеть...
Т/И даже не знала, что ответить этому прямолинейному упрямцу. Но что-то внутри подсказывало ей, что хорошо было бы поблагодарить парня. Ведь он дрался за нее.
– Спасибо тебе, Вахит...
– Подожди благодарить, у меня есть кое-что еще. - Вахит вытащил небольшой букетик из под куртки. Несмотря на все случившееся, он хорошо сохранился.
– Это мне? - с удивлением произнесла девушка.
– Нет, блин, Турбо... Конечно, тебе... Из вас двоих ты мне больше нравишься - усмехнулся Вахит, наблюдая за Туркиной, что аккуратно взяла цветы в руки и как маленький ребенок с восторгом стала их рассматривать.
– Ой... Извини, держу тебя тут... Может поднимемся? Я варенье вчера новое сварила... Будем тебя лечить... - девушка все же ощущала вину за эти шрамы на лице у парня, это читалось во взгляде.
– Хорошо, идем. Если тебе от этого будет спокойнее.
Дома у Туркиных не обошлось без ехидных шуточек Турбо.
– Ну что друг, когда похороны?
– Какие похороны - непонимая о чем говорит приятель, спросил Зима.
– Ну как какие, твоей свободы и нервных клеток?!
– Дурак ты, Валера... – тихо буркнул группировщик, слыша шаги Туркиной.
Девушка зашла в кухню с аптечкой и стала вытаскивать все, что могло пригодиться.
– Т/И, ненужно... Заживет как на собаке - пытался оказывать сопротивление Вахит.
– Нужно обработать швы... Вдруг, что-то попадет пока заживает... - девушка стала обрабатывать шрамы, стараясь не причинять боли. Ее движения были точными и не резкими. Руки были лёгкими и касания едва ощущались приятным холодом, что исходил от ее пальцев. Когда Зима шипел от боли, она аккуратно поднимала ватку и тихонько дула на раны. Это было глупо и совсем не помогало, но отчего-то очень нравилось парню. Иногда он специально делал вид, что ему очень больно. Турбо молча наблюдал за всем этим, спустя время он тихо ушел, оставив их на кухне одних.