«Зеркальный триумф»

В НАСТОЯЩЕМ
РЕСТОРАН.

Ресторан был полон вечернего шума, но Чон сразу заметил через окно то, что должно было обратить внимание любого —
Винный Mercedes-Benz E63 AMG плавно остановился у входа.

Из машины вышла женщина в бордовом лаковом костюме. Очки, высокие каблуки, уверенная походка. Каждое её движение было выверено, будто она знала: её видят и оценивают, и ей это нравится. Она не торопилась, но каждый шаг кричал о контроле и уверенности.

Чон наблюдал за ней, держа бокал в руке. Он видел её второй раз, но ощущение было, будто каждый раз она оставляет за собой тайну, которую нужно разгадать.

Она вошла в ресторан, сняла очки на мгновение, осмотрела зал и, наконец, его. Не улыбка, не приветствие. Просто появление, словно одолжение, которое она делала ему своим присутствием.

— Чон, — ровно сказала она, присаживаясь напротив, без извинений, без лишних слов.

Он не скрывал интереса. Медленно откинулся на стуле.

— Ты... решила встретиться? С чего вдруг. — начал он осторожно, внимательно, но с лёгким колким тоном. — Я правильно понимаю, что это инициатива твоя?

— Да, — коротко ответила она. — Я думаю, есть вещи, которые лучше обсудить лично.

Он изучал её взгляд, позу, спокойствие. Всё говорило: эта женщина привыкла быть в центре событий и при этом не раскрывать себя.

— И что это за вещи? — он скрестил руки, позволяя себе оценивать её со всех сторон. — Почему так скрытно? Почему слишком пафосно? — Вопросы шли быстро, будто он пытался разобрать её мотивацию по кусочкам.

— Потому что пафос — это своего рода Роскошь — спокойно ответила она, не отводя взгляда. — Я ношу и делаю то, что считаю нужным.

— Понимаю, — тихо сказал он, слегка усмехаясь. — А ребёнок? — он осторожно, но с интересом. — Почему ты так охраняешь его?

Её глаза сузились.

— Потому что это моё дело. А чужие советы мне не нужны.

Он слегка наклонился вперед, не скрывая азарт:

— Но я всё же хочу знать. Не про ребёнка, а про тебя. Кто ты? Почему скрытна? Что стоит за всем этим?

Она приподняла бровь и слегка улыбнулась — дерзко, почти вызывающе.

— Ты слишком любопытен, Чон, — сказала она. — Но это забавно. Я ценю любопытство.

— Забавно? — он усмехнулся.

— В любом случае, — спокойно сказала она, — я пришла поговорить о конкретных вещах. Остальное — по мере необходимости.

— По мере необходимости... — уточнил он, внимательно изучая её реакцию и продолжил
— Я хочу понять, кто ты. И почему я чувствую, что знаю только часть правды, даже после двух встреч.

Она встретила его взгляд прямо, дерзко.

— Может быть, ты и не узнаешь всей правды. И это часть моей работы.

Он хмыкнул, но глаза его не отводились:

— Ты интересная... — тихо сказал он, чуть улыбнувшись. — Я хочу знать больше.

— Тогда слушай внимательно, — сказала она, не меняя ни тени уверенности, — Все это, тебя интересовать не должно.

Чон внимательно посмотрел на неё.

— Ладно, — сказал он, почти тихо, но с явной решимостью. — Сделаем по-честному. Мы задаём вопросы по очереди. Один мой — один твой. На каждый нужно честно отвечать.

Она склонила голову, прищурилась, дерзко улыбнувшись.

— Интересно... — коротко сказала она. — Мне нравится. Я согласна. Но моё условие: первый вопрос — мой.

Он усмехнулся.

— Ладно, — согласился он. — Первый вопрос твой.

Она слегка наклонилась вперёд:

— Почему ты так наблюдаешь за мной? — голос твёрдый, взгляд прямой. — И почему решил согласиться на эту встречу, если видел меня всего два раза?

Чон хмыкнул, но ответил спокойно:

— Потому что ты интересная. Потому что слишком много недосказанного и слишком много загадок вокруг тебя. И мне хочется понять, кто ты на самом деле.

Она кивнула, едва заметно.

— Хорошо, — коротко сказала она. — Теперь твоя очередь.

Он прищурился:

— Почему ты так скрытна? Почему охраняешь ребёнка так, будто весь мир готов напасть на него, если ты отвлечёшься?

Она улыбнулась — дерзко, почти с насмешкой.

— Потому что не доверяю случайным людям. И потому что слишком многое на кону. Держать дистанцию — это моя привычка.

— Людям... или одному конкретному человеку?

Она чуть улыбнулась — холодно.

— Теперь ты задаёшь лишнее.

Он откинулся на спинку стула, но взгляд стал ещё внимательнее.

— Тогда я задам другой вопрос.

Наклон головы, почти лениво — но в голосе уже не было лёгкости:

— Отец ребёнка... он кто-то известный?

Вот теперь — тишина ударила.

Она не ответила сразу.

Секунда. Две.

И затем:

— Ты задаёшь слишком правильные вопросы для человека, который "просто заинтересовался".

Он усмехнулся, но в глазах уже не было игры.

— Я прав, так?

Она медленно поставила бокал на стол.

— Думаю, это заходит слишком далеко.—
Девушка внимательно посмотрела ему прямо в глаза.

— Брось, мне не интересна твоя интрижка с кем то известным. Просто хотел уточнить. — Он откинулся на спинку стула, но взгляд стал ещё холоднее и пронзительнее.

Она выдержала его взгляд, но в её глазах на долю секунды мелькнуло что-то... слишком живое.

Потом вдруг... улыбнулась.

Не мягко. Не тепло. Опасно.

— А если я скажу тебе... — она чуть наклонилась вперёд, понижая голос, — что я любовница человека, к которому не подходят без разрешения?

Он не шелохнулся.

Она выдержала паузу и добила:

— Из тех, кто находится слишком близко к президенту.

Он молчал.

Девушка спокойно, почти равнодушно продолжила:

— Скажем так... любовница из окружения президента.

Тишина стала оглушающей.

— И, — она слегка наклонила голову, — его жена об этом, конечно же, не знает.

Он медленно выпрямился, взгляд потемнел.

— Ты понимаешь, что такими словами не шутят?

— Я и не шучу.

Он слушал её, не перебивая. Ни один мускул на лице не дрогнул.

Только в глазах — недоверие.

— Любовница из окружения президента? — медленно повторил он. — Серьёзно?

Она спокойно встретила его взгляд.

— Тебе не обязательно верить.

Он усмехнулся — коротко, почти жёстко.

— Нет. Обязательно. Потому что сейчас это звучит как очень удобная сказка.

Она слегка приподняла бровь.

— Удобная для кого?

Он наклонился вперёд, опираясь локтями о стол.

— Для женщины, которая отчаянно пытается скрыть, от кого у неё ребёнок.

Удар.

Она не отвела взгляд, но пальцы снова сжались — едва заметно.

— Что ты хочешь этим сказать? — тихо сказала она.

Он кивнул, будто только этого и ждал.

— Ты прячешь его, потому что отец не просто "опасный человек", — он сделал паузу, — а потому что он либо не должен знать... либо уже отказался.

Её взгляд стал холоднее.

— Ты любишь делать выводы, не имея фактов.

— Я люблю, когда люди врут плохо, — спокойно ответил он.

Тишина натянулась, как струна.

Она медленно наклонилась вперёд, сокращая расстояние между ними до опасного минимума.

— А что если я скажу, — почти шёпотом, — что ты сейчас стоишь на грани... где за неправильные выводы платят не словами?

Он не отстранился.

Наоборот — приблизился ещё на сантиметр.

— Тогда докажи, — тихо сказал он. — Напугай меня.

Пауза.

Долгая.

Тяжёлая.

Она смотрела на него — пристально, изучающе... а потом вдруг улыбнулась.

И в этой улыбке не было ни капли тепла.

— Ты не тот, кого пугают словами, — сказала она.

— Тогда попробуй фактами.

Её взгляд на секунду потемнел.

— Факты не для таких, как ты.

Он усмехнулся.

— Значит, я прав.

Вот теперь — она замерла.

— Ребёнок — слабое место, — продолжил он, уже тише. — А ты не выглядишь как человек, который допускает слабости... если только не пришлось.

Пауза.

И затем — почти в упор:

— Он не знает о ребёнке, да?

Тишина.

На этот раз — она не ответила сразу.
И именно это было ответом.

Он медленно откинулся назад, наблюдая за ней с новой внимательностью.

— Значит, я всё-таки попал.

Она подняла взгляд.

Спокойный.
Слишком спокойный.

— Ты попал в опасную зону, — тихо сказала она.
И в этот раз... это уже не звучало как игра.

— Ладно шучу.. — Вдруг резко засмеялась девушка.
— Никакая я не любовница. И нет никаких драм.

Она слегка повела плечом.
— Отец просто... отказался от ребёнка.

Тишина.

Он медленно откинулся назад, не сводя с неё глаз.

— И ты решила превратить это в шутку?

Она пожала плечами, уже спокойнее:

— Я решила не раздувать это до уровня твоих теорий.

Короткая пауза.

— Иногда люди просто не готовы быть родителями, — добавила она ровно. — Вот и всё.

Он молчал.

Но взгляд его остался тяжёлым.

— Ты уверена, что это "всё"? — тихо спросил он.

Она встретила его взгляд спокойно.

Слишком спокойно.

— Абсолютно.

И на этом она закрыла тему.

Она сделала небольшой глоток его вина, как будто разговор о ребёнке уже не имел к ней никакого отношения.

И вдруг — спокойно, почти буднично:

— Ладно. Раз уж мы всё равно здесь... у меня к тебе вопрос.

Он не ответил сразу, только наблюдал.

Она чуть наклонила голову:

— Где сейчас твой друг... и партнёр — Акира Такахаси?

На секунду в его взгляде мелькнуло удивление.

— Зачем тебе он?

Она спокойно пожала плечами.

— Потому что он мне должен.

Пауза.

Он прищурился.

— Должен?

Она кивнула, словно это очевидно:

— Давняя история. Я ему помогла, когда он был в ситуации, из которой сам бы не выбрался.

Ложь ее была сладкая, иначе как бы она могла узнать правду, где он сейчас находится?

Лёгкая усмешка.

— Он это помнит. Просто, судя по всему, предпочитает не вспоминать.

Он откинулся на спинку стула, всё ещё не отводя взгляда.

— И ты решила найти его через меня?

— Не "через тебя", — поправила она спокойно. — Просто ты быстрее ответишь.

Короткая пауза.

Он чуть склонил голову:

— А если он не захочет тебя видеть?

Она усмехнулась, но уже без игры.

— Тогда я просто напомню ему, что долги имеют свойство возвращаться.

Тишина повисла между ними.

Он внимательно смотрел на неё несколько секунд, потом тихо сказал:

— Ты умеешь резко менять тему.

— Выживание, — спокойно ответила она. — Полезный навык.

Розговор о ребёнке будто бы растворился... но не исчез окончательно — просто был аккуратно закрыт сверху новой историей.

Он молчал дольше обычного.

Смотрел на неё так, будто складывал её слова в отдельную систему координат — проверяя, где трещина.

— Акира Такахаси... — повторил он наконец.

Она спокойно кивнула, не торопя его.

Он слегка откинулся назад.

— Хорошо.

Это прозвучало слишком просто.
Слишком гладко.

Она прищурилась:

— "Хорошо" — это что значит?

Он чуть усмехнулся краем губ.

— Это значит, что я попробую тебе помочь его найти.

Пауза.

Она внимательно посмотрела на него.

— За бесплатно, надеюсь?

— Конечно нет, — спокойно ответил он. — Просто сначала мне нужно понять, что ты действительно... имеешь к нему отношение.

Она не моргнула.

— Проверяешь меня?

— Скорее убеждаюсь, что ты не проблема.

Лёгкая пауза.

Потом он добавил:

— Заезжай ко мне в особняк. Там проще поднять старые связи и проверить информацию.

Она слегка наклонила голову.

— Ты так всем предлагаешь "заехать"?

Он усмехнулся.

— Только тем, кто появляется с историей про долги якудза.

Она выдержала его взгляд, потом спокойно кивнула:

— Ладно. Я поняла...