Дуренок
Гарри проснулся от того, что в окно светило яркое зимнее солнце, Снейпа, как обычно, нигде не было, поэтому Поттер позвал домовика и начал завтракать. Из головы не выходило всё, что приключилось вчера, выходить из апартаментов никак уже не хотелось, да и он был уверен в том, что профессор запер ребенка, чтобы вчерашний инцидент не повторился. Ну, неужели Гарри виноват в том, что ему скучно и ужасно хочется увидеть родителей? На диване он случайно увидел одиноко валяющуюся записку: «Поттер, не теряйте меня, я отправился на переговоры с Министерством, может, у меня получится хоть как-то ускорить наше отбывание из этого ужаса. Из апартаментов можете даже не пробовать высунуть свой нос, ибо я запер дверь во избежание несчастных случаев. СС»
Вернуться к просмотру
— Вот ведь…. Эх, мог бы меня и с собой взять, — расстроился Гарри, с обидой выкинув письмо обратно на диванчик, — Надо отомстить ему! Это… Кими, будь любезна, принеси мне как можно больше топленого молока, ведро и веревку, будь добра. — Конечно, мистер Поттер, сейчас все будет, — заверила домовиха, а уже через пять минут притащила парню всю нужное. Тот не стал терять время и просто начал делать то, чему его однажды научил Фред с Джорджем. Небольшая молочная ванна не помешает никому, особенно уж наглому мистеру Снейпу, который игнорирует Гарри и уходит без него. Ждать зельевара пришлось около трех часов, гриффиндорец даже снова уснуть успел, а проснулся он от громкого рыка и звука упавшего ведра. Выбежав к входу, парень невинно улыбнулся бедному профессору, прическа и одежда которого были намочены молоком. — Поттер! — крикнул он. — Что? — беззаботно пожал плечами тот. — Несносное Поттеровское отродье! — рявкнул учитель зельеварения, скрываясь за деревянной дверью ванной комнаты. И тут до Поттера дошло… «Черт, ну я же ведь просто хотел показать ему, что мне обидно! Блин, Фред говорил мне, что даже профессор Флитвик не обижался, когда они его окатили ведром блесток, даже посмеялся с ними… Снейп же сейчас подумает, что я просто хотел посмеяться над ним, как и мой отец… Черт. Идиот! Идиот! Идиот! Как он еще не убил меня за такое? Чем я только думал?» Заметив приоткрытую входную дверь, ребенок, даже не одеваясь, вылетел из предоставленной незваным гостям гостевой и побежал, куда глаза глядят, он боялся, что разочаровал своего профессора. Мужчина ни за что не сможет простить его за такой проступок, еще и после того, что случилось вчера. Перед глазами все плыло, он не видел, куда бежал, зато уже спустя некоторое время он услышал знакомые голоса. Это были Лили и Снейп, ну, из того времени. Поттер спрятался в кустах, заваленных снегом, и затаился. — Лили, ты же обещала, что на Рождественский Бал пойдешь вместе со мной… — разочарованный голос юного профессора явно старался скрыть нотки боли в голосе, но у него это не получалось. — Сев, я знаю, я правда очень сильно хотела бы пойти именно с тобой, но… Но Джеймс… Он так умолял меня пойти с ним, что я… — Что ты просто не могла отказать такому красавчику, как он. Я всё понимаю, Лил. — Но я… — Все нормально, Лили, клянусь, — грустно улыбнулся Северус — Я прекрасно всё понимаю, надеюсь, что ты повеселишься на балу. — А ты? — Я не знаю, наверное, останусь в слизеринской гостиной, мне нечего делать на этом мероприятии без тебя. Ты не переживай, я найду что-нибудь, чтобы себя занять. — Ты чудо, Сев. Я пойду, а то Джеймс пригласил меня прогуляться по Хогсмиду… — расплылась в улыбке рыжеволосая и чмокнула своего лучшего друга в щечку, после чего она уложила свои руки в карманы куртки, направившись в сторону замка. Слизеринец очень долго смотрел ей вслед, а потом, обреченно вздыхая. Даже из тайного, но не особо теплого, укрытия Гарри заметил разбитое выражение лица у своего преподавателя, в глазах виднелась жгучая боль, а кулаки, подрагивая, сжимались все крепче и крепче. Казалось, еще немного и Северус закричит что есть мочи или заплачет. Спустя некоторое время он ушел, а Поттер уселся на снег и стал думать, анализируя то, что сейчас увидел. «Мерлин, он был так подавлен и опечален… Такое чувство, что ревновал. А если… Нет, это же ведь невозможно, но вдруг… Черт, Снейп что, любил мою мать? Тогда это объясняет многое, но с другой стороны этого всего лишь мои догадки. Главное, не рассказывать ему о том, что я сейчас увидел, иначе убьет меня на месте» — подумал гриффиндорец и поспешно удалился из кустов. Он решил прогуляться до гремучей ивы, просто посмотреть, как она изменилась. На улице было достаточно холодно без мантии, но подросток мужественно держался, конец своей прогулки у парня состоялся на берегу Черного Озера
Выйдя из душа, мужчина был вне себя от ярости, что заполняла его тело. Мало того, что Министр не дал согласие на убыстрение создания артефакта для перемещения во времени, так ещё и Поттер выкинул этот глупейший трюк с топленым молоком. «Видимо, все Поттеры меня в могилу упечь хотят. Пытаешься еще как-то угодить ребенку, а он тебя всякой ерундой из ведра обливает, слава Мерлину, что хоть никто не видел. Так, а где этот зеленоглазый паразит? Стоп, теплая мантия и шапка с шарфом в комнате, а где он сам-то? Дверь входная раскрыта… Нет! Он же не мог снова убежать! Дежавю какое-то. Что этому маленькому недоразумению вот не хватает?» — подумал мужчина и, одевшись, стремглав вылетел из апартаментов, чтобы найти сына Лили.
Ему по дороге попался Дамблдор, несущий в директорский кабинет большую коробку с лимонными дольками к чаю. — Альбус, не видел Гарри? — спросил зельевар — Снова мальчишку потерял? — улыбнулся тот — За детишками внимательнее следить надо. Хагрид говорил, что видел какого-то странного незнакомого мальчугана у Дракучей Ивы, потом он вроде как направился в сторону Черного Озера. У вас что-то случилось? Могу ли я помочь? Тот не ответил, лишь кивнул в знак благодарности и рванул к озеру, надеясь, что Поттеру не пришло в голову наведаться куда-то ещё, типа Запретного Леса или Визжащей Хижины. Возраст давал свои плоды, бегать становилось тяжелее, появилась отдышка, а к этому ещё если добавить переживания за ученика… Снейп уже самолично был готов заавадить гриффиндорца за подобное поведение. Через несколько минут учитель оказался на опушке около заледенелого Черного Озера и стал всматриваться вдаль, в нескольких метрах от себя он увидел небольшое пятно, которым и оказался Гарри, обнимающий свои коленки и смотря на ледяную гладь. Мастер зелий постарался успокоиться и пошел к ребенку. Подойдя чуть ближе, он заметил, что тот весь дрожит и хлопнул себя по лбу за то, что не взял его одежду с собой. — Поттер! — рыкнул профессор — Сколько мне еще за тобой бегать? — молчание, прерываемое тихим всхлипом — Мерлин, мало того, что на снегу сидишь, еще и влагу разводишь! Что, черт возьми, случилось? Вставай живо! — ноль внимания — Поттер, черт тебя дери! Фоверус! — по телу мальчишки пробежало тепло согревающих чар, а через секунду его снова погрузили к себе на руки, как малолетнего, чувствуя, что у того явная температура, — Знаешь, Поттер, когда мы вернемся в наше время, ты у меня с отработок не вылезешь, усек? Ты мне все котлы выдраишь за мои испорченные нервные клетки, рассортируешь мне все ингредиенты по алфавиту за седину на волосах и отмоешь пол за все остальное! — Апчхи! — наряду со всхлипом чихнул парень, уткнувшись в плечо зельевара. — Доходил раздетым. Зимой, в минусовую температуру, черт тебя дери! Хорошо, что я всегда в мантии аптечку ношу — никогда не знаешь, где встретишь заболевшего и вляпавшегося в неприятности Поттера, — направляясь к замку, поведал мужчина — Какого черта сбежал, маленький дьяволенок? — Вы, апчхи, обиделись на меня, с-сэррр, апчхи. — Я не обиделся, а был зол, Поттер. Ну да что я говорю, ты весь в отца пошел. Чего ещё я мог ожидать от тебя? — Я, апчхи, не такой, как, апчхи, он! Апчхи! — Ага, я сегодня в этом убедился. В следующий раз, когда будешь сбегать, хотя бы одеваться не забывай. — Ладно, апчхи. Апчхи. Вы вообще в этом, пчхи, сами виноваты, пчхи! — Я? Я что ли сам себя обливал молоком? Или это я сбежал, заставляя других переживать и нервничать? — Вы меня, пчхи, с собой не взяли! А мне скучно, апчхи! — Поттер, ты уже не маленький, чтобы тебя везде с собой таскать, да и я тебе не мамочка… ох, и за что мне такое чудо? — Пчхи.
***
Минуя взгляды окружающих, Снейп притащил Поттера в уделенные им покои и уложил на кровать, плотно укрывая мальчишку одеялом, после чего достал из своей мантии малюсенький чемоданчик и увеличил его путем касания волшебной палочки. Наложив на Гарри диагностирующие чары, Северус убедился в том, что тот действительно лишь простудился. Парнишке влили в горло бодроперцовое зелье, из-за чего у гриффиндорца еще некоторое время пар валил из ушей. Пока тот отсыпался, зельевар попросил эльфа принести куриный бульон. Градусника под рукой не было, к мадам Помфри или Альбусу идти не хотелось, но, судя по диагностическим чарам, она немного спала. — Гарри, проснись, — потормошил за плечо учитель, ставя на тумбочку принесенную порцию бульона и подвигая кресло к кровати парнишки, тот лишь недовольно застонал — Гарри. — Еще пять минуточек, папа, мне ко второй… — пробурчал гриффиндорец и отвернулся к стенке, оставляя Снейпа с открытым ртом. «Нет, нужно срочно выбираться из этого времени, пока я окончательно не сошел с ума с этим ребенком» — Поттер, проснитесь! Нужно хоть немного поесть, чтобы силы не оставили! — рявкнул зельевар, усаживаясь на стул и смотря на разбуженного хлюпающего носом ребенка.
***
Шли дни, парнишка шел на поправку, уже через неделю он встал на ноги и полностью окреп. Он несколько раз общался с Мародерами, пока Северуса не было, но всегда возвращался до его возвращения. Джеймс с ненавистью смотрел на ребенка, Ремус и Сириус же стали считать Гарри одним из своих бро. Питер всегда был в стороне, а Лили, если была в компании ребят, то очень много рассказывала мальчику про себя, своих друзей, даже про Снейпа немного. Единственное, что расстраивало юношу — профессор не разговаривал с ним толком, показывая, что злится. Опять вернулось игнорирование, исчезновения мастера на несколько часов и укоры. В конец Поттеру это надоело и, подойдя к читающему газету профессору, парень примостился рядом, получая недовольный взгляд мужчины с приподнятой бровью. — Хватит меня не замечать, сэр! — Хватит меня нервировать, Поттер! Ведешь себя, как младенец. Тебе не пять уже. — Вот вы же можете быть нормальным человеком, но почему вечно строите из себя последнюю какашку? — Поттер! — Да понятно, что не Гудвин, — фыркнул гриффиндорец и на свой страх и риск обнял своего учителя — Спать хочу. Спокойной ночи. — В постель тогда иди. — Тут удобней. — Поттер, не наглей! — Снейп, не ори! — Забываешься, змееныш. — Змееныш — это вы, сэр. Змея, если вы не забыли, символ вашего факультета, а у Гриффиндора символ — лев, так что я львенок, — зевнул в ответ мальчишка — Дуренок, вот ты кто. — Возможно. А теперь переставайте на меня дуться, я никогда зла вам не желал. Разве что на первом курсе я хотел, чтобы вас сожрал Арагог… Ну да неважно, кто старое помянет, тому и глаз вон. Ну извините меня, сэр. Я вам пол, как вы просили, почищу и котлы помою. Я ж полезный. Тот лишь усмехнулся, отложил газету и смиловался над учеником, обняв его в ответ. Их молчание прервал стук в дверь. Зельевар отлепил от себя студента и пошел открывать. На пороге стоял Хагрид. — Я эт… Директор Дамблдор просил передать вам, что завтра какой-то там артефакт будет доставлен в Хогвартс, поэтому он будет ждать вас в своем кабинете в двенадцать пятнадцать, — отчеканил великан — Благодарю, — кивнул зельевар, тот откланялся и пошел по своим делам, а мастер уже успел закрыть дверь — Всё, Поттер, конец вашей лени наступит завтра. Завтра мы вернемся обратно в наше время. Слава Мерлину, черт возьми. — Я увижу Рона и Гермиону! Ура! Кимми, принеси чай и пирожные! Празднуем! — Вы, кажется, спать хотели, Поттер. — Расхотел, — пожал плечами он, наблюдая, как домовик разливает чай в чашки. Слизеринец закатил глаза, но к ребенку все-таки присоединился