Глава 37
Наконец, наступил день выписки. Пожилой врач в последний раз проверил ее давление, улыбнулся и обрадовал новостью, что может отправляться домой. Целую неделю Сальма пролежала как овощ в этой больнице. И за это время разленилась и деградировала хуже некуда. Нужно было все срочно исправлять.
Пока она собиралась, красилась и ждала медсестру, что должна была принести ей выписной эпикриз, ее телефон, небрежно брошенный на кровать, залился мелодией. Не было никакой необходимости смотреть, кто звонил - она уже знала. Иса так зачастил к ней с визитами и звонками, что девушка даже терялась, не зная радоваться ей или расстраиваться. Несколько минут она сомневалась, но потом, все же приняла вызов.
-Доброе утро!
-Привет Иса,- ответила девушка и кисточкой прошлась по скулам, окрасив их бронзовым блеском.
-Я еду к тебе, может, что ни будь привезти?
-Нет, не приезжай! Меня сегодня выписывают! - ей не удалось сдержать себя, ликуя как ребенок, она поделилась своей радостью.
-Замечательная новость. Я все-таки приеду, отвезу тебя домой.
Спустя час, Сальма вышла. На земле лежал снег, а небо было чистым и ясным. Она заметила черный автомобиль Исы, что спрятался за припаркованными машинами, улыбнулась и легкой походкой, закинув на плечи рюкзак, направилась к нему.
Мужчина ждал ее, откинувшись на спинку сидения. Как всегда выглядел с иголочки, нарядный, в дорогом костюме и идеально белоснежной рубашке. Промолвив друг другу пару слов "mercedes" тронулся с места, возвращая Сальму домой. В ее любимый родительский особняк. Ее переполняли эмоции, все казалось вокруг красочным и новым, хотя и выросла в этом городе и знала каждую улочку наизусть. Руки чесались от желания схватить фотоаппарат и начать творить, работать, создавать. Как же она скучала! Кто бы мог подумать, что болеть настолько скучно и тяжело. Что больничные стены будут восприниматься ею как тюремные.
Машина затормозила возле ворот и Сальма попросила его зайти на чай. Он некоторое время колебался, но все-таки, принял приглашение.
Разливая горячий напиток по чашкам, девушка болтала без умолку. Она давно забыла о поцелуе и не желала об этом вспоминать. Иса был хорошим собеседником, внимательным, образованным, он понимал ее с полуслова и девушке это нравилось. Она отгоняла мысли, что возможно, он не просто так начал проявлять к ней интерес, разумеется, держит в душе, какую либо надежду на рост их отношений. Но девушка отмахивалась от подозрений, как от назойливой мошкары. Почему им нельзя дружить? Почему обязательно, должны быть чувства?
Послей чаепитий, Иса рассмотрел каждую повешенную на стене фотографию и даже поладил с попугаем Тошей, которому девушка рассыпала корм.
-У тебя очень уютный и красивый дом - цветник.
-Почему цветник?
-Потому что, вы пять сестер украшаете его.
От заявления девушка смутилась и поняла, что согласна с ним. Но в ту же секунду сердце вонзилась печаль. Одного цветка в саду не хватало.
Провожая его, Сальма укуталась в тонкий плед и смотрела, как он открывает дверь машины. Неожиданно, он остановился и улыбаясь спросил:
-Сходим завтра в ресторан?
Девушка обескуражена его предложением, но тут же, приходит в себя и кивает. Она дает себе полный отчет, в том что, за этим приглашением может стоять, что-то большее, чем просто дружба. Но так же, ей хочется дать ему и себе шанс. В конце концов, она ничего не теряет. Иса был порядочным человеком, ответственным, забота и визиты к ней в больницу раскрыли его с новой стороны. Ну и пусть, слепое обожание исчезло от неожиданного поцелуя, это даже к лучшему. Она сможет принять решение и присмотреться к нему с трезвым умом.
Когда Сальма оказалась снова дома, она приготовила вкусный ужин, даже не пожалела себя и испекла любимый бисквитный торт, с взбитыми сливками. Ей хотелось сделать сюрприз сестрам, обрадовать их. Так же, она готовилась устроить допрос Кармелии и навестить Сарию. Лучше всех в этом доме, только она понимала ее. Какой бы избалованный характер не имела их сестра, но так наплевательски исчезнуть из жизни, она была не способна. Что-то было не так и каждый раз, стоило ей подумать об этом, ее сердце наполнялось тоской. В такие минуты особенно не хватало родителей, которые так легко и играючи решали их проблемы и гасили их мгновенные всплески, обуздывая непростой темперамент каждой.
Ужин проходит на славу. Кажется, они давно так не собирались, не шутили и не смеялись, не делились маленькими частицами из своей жизни. Но, как и обычно, Кармелия все портит. Своим железным характером, упрямым нравом, быстро испепеляет ее жалкую попытку узнать местонахождение сестры. И вот, настроение у всех на нуле и Сальма со злостью, а возможно, даже от бессилия, кинула стул, что ударился об стену, и стремительным шагом поднялась к себе в комнату.
Казалось, что у старшей сестры, настоящий мужской стержень, не терпящий неподчинения, не способный к мягкости и женскому милосердию. Никакая она не феминистка, а настоящий тиран с кудрявыми волосами. И было до ужаса несправедливо, что, не смотря, на все не согласие с ней, никогда еще не удавалось перечить ее воли. Они боялись, трепетали и врали, придумывая нелепые басни, все что угодно, но лишь, чтобы не знала правды, робея от возможной взрывной реакции.
С обидой и невыплаканными слезами, она проваливалась в сон, но режущая слух вибрация на телефоне, заставил ее подскочить и ответить на звонок.
-Тебя сегодня выписали?
Узнала голос Умара и по телу пробежала дрожь. После того дня, как впервые навестил ее, он пропал. И было бы большой глупостью ждать, но она ждала. Тихо и скрытно даже от самой себя.
-Да, откуда узнал?
-Я приходил.
Сальма невольно улыбнулась в темноте.
-Выходи на улицу. Я жду тебя в машине, - с этими словами он отключился.
Девушка быстро оделась и выбежала из дома. Ее нутро разрывалось от нетерпения, желая узнать причину его визита. Не смотря на то, что была глубокая ночь, он приехал, а это, что-то значило.
У ворот Сальма заметила белый джип и не раздумывая юркнула в теплый салон. Она мелко дрожала, то ли от волнения, то ли от холода и решилась поднять свой взгляд и встретилась с ним глазами. Выглядел Умар мрачно. Глаза темнее, чем обычно, губы плотно сжаты, а руки нервно теребили телефон.
-Я кое-что купил, думал, привезу в больницу. А потом увидел, как ты уехала с Исой, и не стал вмешиваться между вами,- наступила пауза и оба, казалось, слышали свое дыхание.
Он повернулся к заднему сидению и вытащил бумажный пакет и книгу, с глянцевой и мерцающей обложкой. Сальма обрадовалась, увидев название. Неужели он не забыл, как она жаловалась в фотостудии, что не может найти именно это издание? Как он умудрился запомнить? Не забыть?
-Спасибо тебе,- искренне благодарит, и принимает его подарок, но в то же время, чувствует неловкость,- но не стоило так суетиться из-за меня.
-Пф, - Умар снова ухмыльнулся и закурил сигарету, - пустяк. Не предавай этому большое значение.
Последние слова ее ранили, возникло желание ответить ему, его же монетой, но с трудом сдержалась. Так не хотелось портить тот тонкий хрупкий мост, что возделали навстречу друг другу.
-Умар,- она замолчала, прикусив губу, не решаясь продолжить, но его вопросительный взгляд не дает ей пойти на попятную,- почему ты бросил меня тогда, после клуба?
Сальма ощутила, как ей полегчало. Все это время, сама не подозревая, она носила камень и сейчас, озвучив все то, что так мучило ее, она смогла вздохнуть глубже и свободней.
-Потому что, был пьян. А когда я пьян, то говорю и вытворяю всякую фигню,- он сморщился, словно ему было противно от самого себя, и сделал еще одну затяжку.
-А что тебе мешает не пить?
-Прошлое...
И вот, наконец, она видит его настоящим. Без усмешек и высокомерия, без маски мажора-красавца, а обыкновенным, живым человеком. Он закрыл глаза и несколько секунд, сидел неподвижно. После его лицо исказилось гримасой боли и ненависти, но он, тут же сдерживается и слабо улыбается.
-Я просто не понимаю, как взять свою жизнь в руки. Для меня всегда был образцом Иса. Он справлялся с любой задачей, мог решить любую проблему, контролировать тягу к алкоголю и не давать себе слабину на пути к цели. А я же...брошенный своей собственной матерью и не знающий куда причалить, за какое дело взяться и какую дорогу выбрать.
Нависла тишина и девушке захотелось обнять его. Дать ему сил, утешить и подбодрить, обыкновенным объятием. Подать знак, что понимает его. Она потянулась к нему и прильнула к груди. Под тонкой, голубой рубашкой стучало быстро сердце, обоняние окутал невесомый аромат парфюма, а его крепкое тело источало жар.
-Не стоит Сальма, - его голос прозвучал холодно и твердо. Рука осторожно взяла ее за плечо, и девушка почувствовала, как он ее отталкивает. В глазах зашипело от обиды и унижения, отвернувшись к окну, она призвала все свои силы на помощь, чтобы позорно перед ним не разрыдаться.
-Ты ему нравишься. А я не желаю разрушать нашу дружбу.
-Не предавай этому большого значения,- повторяет его же слова, выходит из машины и злобно хлопает дверью.
Будь проклят это Умар! Будь он проклят! Пылающий пожар, ее неспокойного сердца.