Удивление.
К пятому дню без Анастейши мой мир превращается в большой комок дерьма. И это правда. Утром я встаю, долго таращусь на свою постель, потом иду в душ и вспоминаю утро после нашей первой ночи и поэтому опять же надолго застреваю, я перестал много есть и попросил Гейл готовить в два раза меньше. Я иду на работу, на всех наору и запрусь, позволяя входить лишь до смерти испуганной но все же собранной Андреа, но даже тогда я витаю где-то в облаках, мне все время мерещится стройная фигура Аны, ее милый смех и очаровательная улыбка, ее задор и дерзкий ротик, ее наглость и в то же время покорность. Она была так прекрасна и теперь она не моя. А была ли она когда-либо моей? Разве? Я знал, что она хотела меня, но был ли я ей нужен? Этот вопрос начал по-настоящему меня тревожить.
Тейлор каждый вечер докладывал, что Анастейша никуда не выходит, но за то Кэтрин все время вне дома. Я это и так знаю, а как не знать с кем все время проводит Элиот?
На третий день у меня впервые мелькнула мысль об суициде. Она появилась быстро и хотела было скрыться, но я удержал ее за хвост.
В самом деле, кому я нужен? Есть только горстка людей которые меня ценят. Родители, Миа и Элиот, Элена и... Ана. У Каррика и Грейс есть Миа и Элиот, они проживут без меня, Элена видела во мне лишь живую игрушку, она не была для меня самым близким другом, хоть и знала обо мне все. Ну а Анастейша... Ей и без меня будет хорошо. Тысячи людей работающих на меня легко обойдутся без меня, акции моей компании раскупят жадные до власти олигархи, а что будет дальше, какая мне разница? Теперь, без Ана, мне казалось, что вся моя жизнь только и делала, что с начала шла к ней, а потом вращалась вокруг нее. И вот, она не захотела быть центром моей жизни и вся гармония нарушилась. Да какого хрена я тогда живу?
К черту все!
Я не стал говорить о своих проблемах ни родным, ни Флинну. Вечером, сидя в машине и будучи на пути к Эскале, я думал о способе самоубийства. Я хотел чтобы это было быстро и безболезненно. Может повеситься? Это быстро. Или таблеток наглотаться. Что-нибудь придумаю. Тут мне в голову пришла безумная мысль о прощальном письме Ане. Хочу чтобы она узнала, что я тоже ее люблю и никого никогда не любил и не полюблю. Но я не хочу чтобы ей было больно, даже если ей до меня как до лампочки, ее сердце будет страдать от известия об ужасной трагедии в семействе Грей. Она ведь так чувствительна.
Приехав, выхожу из машины, быстро добираюсь до своей квартиры и уже строчу письмо. Все равно, я хотел чтобы она знала. На глаза наворачиваются слезы, впервые за очень долгое время, я кладу бумагу в конверт и передаю его Тейлору. В его глазах настороженность.
-Тейлор, отнеси этот конверт мисс Стил... И еще купи ей дюжину цветов... Роз,-моя Ана заслуживает самых лучших цветов. Всего самого лучшего.
Он кивает и ускользает из моего внимания за поворотом.
-Ужин готов, мистер Грей,-говорит Гейл.
-Гейл, можешь идти спать.
-Вы не голодны?-она изумлена.
-Нет.
-Но вы должны поесть. Утром вы почти не завтракали и обед не забрали,-в ее голосе тревога, почти материнская.
-Спасибо, Гейл, но я правда не голоден.
-Ладно,-неохотно уступает она,-Если что, я у себя.
-Спокойной ночи, Гейл.
-Спокойной ночи, мистер Грей,-ага, спокойная она у меня будет, а как же. Скорее последняя.
Я иду в игровую и не глядя по сторонам беру тонкую длинную веревку и сразу выхожу, закрываю дверь на ключ. Это все она виновата в том, что Анастейша ушла от меня. Все это.
Спускаюсь на первый этаж и вхожу в гостиную собираясь пройти в свою комнату, где я и собирался привести свою сумасбродную идею в жизнь.
-Мистер Грей, здравствуйте!-доносится до меня знакомый голос и я оборачиваюсь. Передо мной стоит настойчивая мисс Кавана с попросту разъяренным лицом.