Осень остаётся навсегда.
Моим планам помешала собака, которая услышала шорох на улице. Как же хорошо, что мимо проезжала машина и недохозяева не обратили внимание, что кто-то смог зайти через задний двор. Защита была успешно взломана, осталось разобраться с собакой. У меня в запасе шприц в боковом кармане, он накачан специальными барбитуратом, так сказать, безболезненно усыпить животное и остановить его сердечную деятельность. Это было необходимо, потому что собака не маленькая и сложно закрыть ей рот, чтобы перестала мешать моему замыслу.
Пришлось немного побороться и, всё же, шприц я загнала в кожу довольно быстро. Эвтанизирующий препарат подействовал мгновенно и уже через две минуты, тело собаки обмякло. Потеря сознания, дыхание постепенно останавливается, а я держу пасть одной рукой, на всякий случай.
Я: прости, - аккуратно взвалив тело под дверь.
Вокруг темно и просторно. Я решила отключить свет, опустив рычаг автомата, который находился в коридоре. Теперь точно всё пойдёт гладко. Это уже не тот дом, где было найдено тело моей Мелиссы, но, грустный осадок присутствует от понимания, что на втором этаже лежит тот, кто лишил меня единственного любимого человека. Пришлось снять кроссовки, чтобы остаться в одних носках. Так я смогу регулировать свой шаг и не создавать подозрительный шум. Тем более, на мне столько всего тяжёлого, что если я подскользнусь - будет очень громко и неловко.
Решив, что ещё достаточно времени, я гуляла коридорами по первому этажу, осматриваясь. Как смешно, что они ничего не слышат, а его девушка спит в берушах, облегчая мне процесс. Дверь в ванную комнату открыта, поэтому я заглянула. Омерзительно видеть одежду и чувствовать мужской запах геля для душа. На кухне неприбранно, что уж они, гостей не ждали? Гора посуды после плотного ужина, вся плита залита каплями от подливы. Стоило взглянуть на подоконник, я увидела иконы. Серьёзно? Убийца в религию подался? Ещё и на кухне оставлять, м-да.
Хоть я и далека от верующих, но, спокойно опустила иконы лицевой стороной вниз. Ну так, чтобы не стыдно было. Меня раздражали занавески в дверях гостиной. Они не только звучали на весь дом, в них ещё и легко запутаться, поэтому я краем глаза разглядела всё. Джойстик валяется на диване, какие-то дурацкие журналы и вырезки из газет, которые привлекли моё внимание. Я тихо опустила рюкзак и всё равно пробралась в гостиную. А что, у них собака, которая гуляет по всему дому. Могут шум и на это списать.
Пришлось немного подсветить фонарём, чтобы рассмотреть газету. Странные высказывания, которые он параллельно выделял красным маркером. А на одном из листов информация о Мелиссе. Моя девочка, я даже не знала, что о тебе написали в газете.. Кто вообще газеты читает, кроме как людей постарше? Тем более, столько времени прошло, а он до сих пор хранит? Какой же урод.
Я скомкала эти вырезки и засунула себе в карман. Не оставлю я их в этом доме, ни при каких обстоятельствах.
Посматриваю на время, чтобы не проморгать веселье. Гулять по второму этажу будет рискованно, поэтому я обратно забросила рюкзак и решила идти наверх. Ох, какое дикое волнение внутри, как перед днём рождения. Вроде радостно, а вроде и осознаёшь, из-за чего ты решился на убийство.
Шумная лестница могла перечеркнуть все мои планы, но, я двигалась медленно, подкрадываясь. Я уже настолько изучила их дом, что знаю каждую комнату, даже ту невзрачную последнюю, которую они используют, как гардероб. Дверь в спальню слегка приоткрыта, видимо, чтобы собака могла свободно забежать и не разбудила шкрябаньем. На этом моменте нам уже и не пригодится рюкзак, только заточка, пушка и навыки борьбы. Я посмотрела через камеры, в каком положении он сейчас спит, чтобы успеть схватить его в сонном состоянии.
Я стою рядом за стеной и заглядываю в щёлку. Какой же он придурок, мог бы вложить свои последние силы в то, чтобы выбросить использованный презерватив. Кретин. Я смотрю последний раз на наручные часы. Стрелка указывает на четвёрку, значит самое время присунуть хуй за щеку этой старой засохшей сперме.
Я не громко ворвалась, я безшумно скользнула за дверь и спокойным шагом подходя, остановилась прямо перед их кроватью, незаметно подготовив заточку. Я с ещё большим отвращением взглянула на него, спящего и беззащитного. Кому он вообще может понравиться? Только если слепому.
Я: подъём, подъём, старое седло, - похлопав его по щеке, чтобы разбудить, - пора отвечать за свои поступки, дорогой.
Его девушка не сразу всё поняла, а мужика подбросило нормально, но, вот неудача, я успела взять в захват и стянуть тушу на пол. Тут же вогнала в плечо заточку, услышав сладкий крик. О да, это действительно то, чего мне нехватало..
Его брюнеточка рвала голосовые связки, пытаясь прорваться в дверь и позвать на помощь.
Я: двинешься - выстрелю, - оставляя заточку в ране и вытаскивая ствол, направляя его в голову парню, - помнишь меня?
Он не слышал, слишком громко просил о помощи и плакал, даже особо не брыкался, просто держался за мою руку и пытался освободиться, чтобы я его не придушила, как сделал он с Мелиссой.
Я: ч-ч-ч, - пытаясь заткнуть, я прокрутила заточку в его плече, чтобы довести до болевого шока.
: прошу тебя, не нужно. Я исправился, правда, у меня теперь семья.
Я: ты помнишь меня, сука?, - слёзы выступили на глазах от понимания, что теперь у него семья, а Мелиссу он считал за игрушку.
: помню, - он ревел настолько назойливо, что я начала теряться и руки дрожали, не смотря на всю готовность убить, - я сожалею о том, что сделал. Это было неправильно, но, я любил Нонну.
Я: а я любила Мелиссу, тварь, - из-за вздрагиваний рук, я не могу спустить курок, чтобы разлетелись мозги по всей спальне.
Его девушка забилась в угол, пыталась прикрыться руками, боясь, что первую убью её за надоедливый тревожный крик.
Я: ты помнишь её глаза? Помнишь, как убивал её и смотрел в глаза? Как она выглядела?
: смутно помню, только когда её глаза покраснели. Я остановился.
Я: зачем ты это сделал?
: мне не понравился её тон голоса, когда она грубо обращалась со мной весь вечер.
Я: зачем ты это, сука, сделал?, - у меня начинается самая настоящая истерика, с кучей слёз и беспомощностью, - это моя девушка! Она была моей и всё ещё моя!
Я ещё сильнее передавливаю его горло, чтобы он больше не мог говорить. Девушка пытается словесно меня успокоить, только это не действует. Я вся уже измазана его кровью, я не могу убрать оружие от его головы.
Я: я осталась совершенно одна, из-за тебя. Я пыталась заглушить эмоции другой девушкой, я столько всего прошла и пережила. Я хотела просто избавиться от тебя, сука, я так много прошу? Теперь я посещаю её могилу, как свой дом, где я себя чувствую всё ещё любимой, придурок, - взгляд падает на картины, которые висят над кроватью.
Я на них никогда внимание не обращала, а тут взглянула. В том доме, где произошло убийство, была идентичная фотография с Мелиссой. У неё была такая же поза, такая же скованная улыбка, как у этой девушки. Неужели он взялся за старое? И то, что он называет "семьёй", не является таковым.. И слёзы этой брюнетки сейчас оправданы лишь испугом, но, никак не волнением за жизнь своего парня?
Я: сейчас ты встретился со мной, а дальше ты встретишься с моей Мелиссой, - спуская курок и оставляя пару дыр в его пустой голове.
Голова не совсем оказалась пустой, раз меня покрыло ошмётками его мозга вперемешку с кровью и мясом. Лицо парня моментально приобретает зелёный вид, а рот постепенно открывается. Я лишь отбросила его тело, сев на пол. Я это сделала..
Я ощутила такой приятный холодок в душной атмосфере и тишину.. Тишину, где никто не плачет и ни о чём не просит. В спальне остались лишь две живые души и девушка выглядывает из-за шторы, пытаясь выследить моё состояние и действия, которые я продумываю.
Я: да не трону я тебя, - видимо, мои догадки были правдивыми, так как, только я убила парня - брюнетка моментально замолчала.
С каким же чувством я вышла во двор, увидев рассвет.. Меня совершенно не пугал запах, который исходит от моего тела и не волновала грязная одежда. Я сделала это и даже не отступила. Моё сердце наполнилось кровью, тем притоком, как при первой влюблённости. Сейчас бы вернуться в то место, которое даёт ощущение дома - могила возлюбленной. Я делаю глубокий вдох, понимая, что это будет очень плохой идеей, хотя, именно на том месте я чувствую себя ближе к Мелиссе. Вечный ветер поселился внутри меня, взбудораживая все те эмоции, которые я подавляла. Я так облегчённо улыбнулась, ощущая маленькую усталость в теле. Теперь нет смысла от бронежилета, который грузом висел на мне. Процесс оказался стрессовым, слёзы продолжают мелкими каплями появляться на лице и сверкать. Да, я однозначно горда собой, но, присуствует тяжесть и я не понимаю, откуда она взялась.
Я решила ехать на пустырь, чтобы запечатлить восход солнца. Осталось не так долго ждать, потому что я въебала всё своё время и нервы на то, чтобы переосилить себя. С чувством выполненного долга, я закурила сигаретку и высунула руку в открытое окно. Нагоняя скорости, я мчала по пустой трассе. Теперь мне подвластно всё.
В голове больше нет никаких голосов и разговоров с разумом. Я моментально избавилась от всего того, что мешало и заново ощутила вкус жизни.
Остановившись посреди дороги, я вышла из машины и взяла вторую сигарету. Эта осень сводит меня с ума, каждый раз приподнося новые испытания. Ничего вокруг меня не изменилось, только небо стало светлее и чище. Будто всё хмурое позади.. И воздух новыми красками заиграл, и немного зрение обострилось, заметив впереди пару деревьев с пышной золотистой листвой. Клянусь, до этого весь мой мир казался серым, настолько серым, что не хотелось жить. Сейчас же, всё по-другому..
Хочу спрятаться от холод, садясь в машину. Вспоминаю, что находится у меня в кармане и вытаскиваю газетные вырезки, чтобы посмотреть на свою Мелиссу. Всё то, что я ощущала пару секунд назад, преобразовалось в прежний хмурый вид. Будто внутри раскинулась безбрежная пустыня, где ветер гуляет по мёртвым дюнам. Будто стою на краю пропасти, где ни шаг вперёд, ни шаг назад не может вернуть того, что однажды исчезло. Словно кто-то вытащил из моей души все нити тепла, лишь непроглядная серость заполнила все уголки сознания.
Густая тишина разлилась по салону машины. Всё, что когда-то горело - давно погасло. Пустота в груди была, как зимний лес: голые ветви скребли небо и ни единого звука, кроме глухого скрипа ветра, не доносилось из этой безжизненной тишины. Жизнь ушла оттуда так давно, что и следов не осталось.. В груди образовалась огромная, бездонная, чёрная дыра, поглощающая любые мои попытки найти смысл. В голове лишь холодное эхо былого, звенящий покой.
Я оглядываюсь на сидение, где мирно лежит заряженный пистолет. Не вижу больше радости в том, что совершила.
Я откладываю маленькие вырезки на горизонтальную часть панели и включаю на минимальной громкости музыку. Правая рука тянется за оружием, размеренно прикладывая дуло к своей шее. Я не руковожу своим телом. В глазах слёзы, всё плывёт. Тело пробирает страх от своих же действий. Я теряю контроль над ситуацией и палец срывается..
Капли крови разлетелись, как напоминание о жизни, создавая алую картину, контрастирующую с серостью окружающей атмосферы. Даже вырезки из газеты были покрыты бледным оттенком страха - кровью. Пуля, выброшенная из ствола, оставила за собой шлейф ещё более тяжёлого, уже мёртвого молчания. Лицо онемело, тело не покидало напряжение. Взгляд застыл, не понимая, как перейти от боли к спокойствию, а в ушах остался гул. В воздухе повисли слёзы неоправданных надежд. Пуля оказалась последним проклятием разочарованной души, срезавшим с реальности ещё одну жизнь.
Музыка на фоне спокойно продолжала играть, только Кира постепенно лишалась слуха. Небо всё яснее и яснее, а тело девушки всё холоднее и холоднее, с неосмысленным изнемождённым карим взглядом, смотрящим так надломленно и разбито.
"Это мой таинственный набросок -
Я не помню, как его писал.
За окном вовсю сверкает осень
Будто бы я в ней тебя искал -
Но нет-нет!
Я вдыхаю, пыль окраин.
Я не причиню себе вреда.
Всё, что я люблю, вдруг исчезает
Осень, непонятно как,
Но осень остаётся навсегда!"