Глава 14. Временная лицензия
Шэннон
Я чувствовала взгляд Джонни на своем лице с другого конца обеденного зала в понедельник.
Являясь его сталкер, я точно знала, где он сидит за обедом каждый день: на последнем месте в конце прославленного стола для регби, на внутреннем ряду, рядом с выходом из арки.
Весь обед я послушно игнорировала жжение на щеках, то же самое жжение, которое я чувствовала до самых пальцев ног, и сосредоточилась на Клэр и Лиззи.
Потому что я знала, что произойдет, если я оглянусь на него. Я бы выдала себя, а ему не нужно было знать, как сильно он повлиял на меня. Он сбил меня с толку в прошлую пятницу, и он снова продолжает это делать.
Почему он наблюдал за мной?
Почему он пригласил меня на ту вечеринку?
Почему он заставил мое сердце биться так сильно?
Я не понимала, что здесь происходит, и в буре моих бурных эмоций мне нужно было сохранить какое-то подобие контроля.
Однако это было нелегко, и этот контроль был вырван из моей шаткой хватки в тот момент, когда Гибси подошел прямо к нашему столу, весь сияющий и широко улыбающийся.
– Дамы, – проговорил он тем кокетливым тоном, к которому я привыкла, когда он скользнул на место по другую сторону от Клэр. – Как у нас дела сегодня?
– Чего ты хочешь, Джерард? – Клэр застонала, выскальзывая из его объятий, когда он приобнял ее за плечи. – Мы пытаемся здесь поесть.
– Я должен тебе кое-что показать, – сказал он ей, подняв брови.
– Я не буду смотреть на твой пенис, – прошипела Клэр, – Так что перестань пытаться показать его мне.
– Не это, – фыркнул Гибси, а затем вытащил из кармана связку ключей и помахал ими перед лицом Клэр. – Это.
– Боже мой, – выдохнула Клэр, выхватывая ключи из его рук. – Твои родители рано подарили тебе машину? Я думала, ты не получишь ключи до выходных?
– Они сдались, – сказал он ей, ухмыляясь. – Что означает…
– Маньяк был выпущен на ирландские дороги? – вмешалась Лиззи.
– Господи, – пробормотал Гибси, хмуро глядя через стол на Лиззи. – Ты просто невероятная шутница.
Лиззи просто показала ему средний палец и вернулась к своему обеду.
Покачав головой, Гибси снова обратил свое внимание на Клэр.
– Это еще не все, – объявил он, уделяя ей все свое внимание. – Они уехали на Тенерифе, – он покачал бровями, – До понедельника.
– Они оставили тебя на произвол судьбы? – потребовала ответа Клэр. – Тебя?
– И ты знаешь, что это значит, не так ли? – Он подмигнул ей в ответ. – Время ночевки.
– Твои родители оставили тебя отвечать за их дом? – она повторила, выглядя потрясенной.
Он ухмыльнулся и выхватил яблоко у нее из рук.
– Они сделали это.
– На целую неделю? – Клэр покачала головой, открыв рот. – Одни? Без присмотра.
Его улыбка стала шире, когда он подбросил яблоко в воздух.
– Ты, кажется, удивлена, – сказал он, без труда поймав яблоко.
Заинтригованная их взаимодействием, я прислонилась к столу и с интересом наблюдала.
– Потому что я удивлена, – пробормотала Клэр, глядя на него в ответ. – Они тебя вообще знают?
– Очевидно, что нет, – фыркнул он. – Теперь иди домой и собирай свое барахло. – он покачал бровями, прежде чем откусить от яблока Клэр. – Потому что ты регистрируешься в отеле «Гибсон» на неделю, – добавил он, не доев. – Веселые времена.
– О, правда? – Клэр откинулась на спинку стула и ухмыльнулась. – А у отеля «Гибсон» есть хорошие отзывы?
– Это идет с членом, Медвежонок Клэр, – объявил не тихо Гибси – Неограниченный запас пятизвездочного члена.
– Скажи это громче, – прошипела она, хлопнув его по плечу. – Я не думаю, что все тебя слышали.
– Это идет с членом, Клэр! – он насмехался, принимая ее вызов без капли стыда. – Мой член.
– Пошел ты со своим членом, – прорычала Клэр, выглядя оскорбленной.
– Конечно, ты можешь, – кивнул он с усмешкой. – Но здесь не совсем то место.
– Я не знаю, почему я общаюсь с тобой, – пробормотала Клэр, щеки пылали. – Ты такой неподходящий.
– Ты общаешься со мной, потому что любишь меня, – промурлыкал он. – потому что я единственный, кто заставляет твои щеки краснеть… – он сделал паузу и погладил ее щеку пальцем, – во многих отношениях.
– Когда мне было одиннадцать, Джерард, – парировала она. – И это был один быстрый поцелуй!
– Я готов к повторному выступлению, – сказал он ей. – Скажи только слово, Медвежонок Клэр, скажи мне, что ты готова для нас, и я весь твой…
– Можешь перестать так делать! – Лиззи рявкнула, глядя на Гибси.
– Что делать?
– Играть с ее чувствами, – фыркнула она. – Это не игра!
– Лиззи, все в порядке, – начала говорить Клэр, но Лиззи оборвала ее.
– Это не нормально, – отрезала она. – Он делает это с тех пор, как нам было по четыре года. Это неправильно!
– Я не играю с ее чувствами, – ответил Гибси, выглядя смущенным. – Она знает, что я люблю ее.
Клэр покраснела, как свекла, отчего Лиззи зарычала.
– Да, мудак, – прошипела Лиззи, – Ты любишь ее, не так ли? Вот почему ты ходишь и трахаешься с половиной школы, не так ли?
– В чем твоя проблема? – Теперь Гибси зарычал, свирепо глядя на нее.
– Ты, – огрызнулась Лиззи. – Ты и твои друзья-говнюки, думающие, что ты крутой. Ходят и играют с девчонками, как будто это все большая игра. Вы все отвратительны. Все до единого тупоголовые.
Гибси уставился на нее с оскорбленным видом.
– Что Джонни сделал тебе не так?
– Да, – спросил знакомый голос. – Что я сделал?
Мое сердце подпрыгнуло в груди при звуке этого до боли знакомого дублинского акцента. Он выделялся среди всех окружавших нас, так же, как он выделялся среди всех стоящих рядом.
– Ты такой же плохой, как и все остальные, – прошипела Лиззи, не сбиваясь с ритма, когда она обратила свой яростный взгляд на Джонни, который, к моему большому напряжению, отодвигал стул рядом со мной. – Хуже. Ты их лидер
– Ну, для меня это не новость, – спокойно возразил Джонни.
Затем он сел рядом со мной, и я почувствовала, как кусок хлеба, который жевала, прилип к небу. Проглотив, я посмотрела на него широко раскрытыми и смущенными глазами.
Он улыбнулся мне сверху вниз.
– Привет, Шэннон.
– Привет, Джонни, – прошептала я, глядя на него в ответ, чувствуя, что мое сердце было в двух секундах от того, чтобы вырваться из груди.
– Как дела? – спросил он глубоким голосом, голубые глаза прожигали дыры в моих.
– Хорошо, – выдохнула я. – А у тебя как дела?
– Хорошо, – он ухмыльнулся
Черт возьми, опять это слово…
– У тебя были хорошие выходные?
– Э–э, все было в порядке. – Я почувствовала, что краснею. – У тебя?
– Большую часть времени я тренировался, – он продолжал ухмыляться. – То же, что и всегда.
Я кивнула, на самом деле не понимая ни черта из того, что здесь происходило.
– К-как прошла вечеринка?
– Я не задержался надолго. – Джонни оперся локтем на стол, повернулся всем телом внутрь и полностью сосредоточился на мне. – На самом деле я просто пошел туда, чтобы показать свое лицо.
– Как так получилось? – я задышала чаще, сгорая от близости к нему.
– Обязательства по тренировкам, – объяснил он, барабаня длинными пальцами по столу, голубые глаза не отрывались от моих. – Я стараюсь избегать вечеринок во время сезона…
– Господи, только не ты тоже, – прорычала Лиззи. – Достаточно того, что Гибс там вытворяет свои штучки с Клэр, и без того, чтобы ты возился с Шэннон.
Джонни перевел взгляд своих голубых глаз на Лиззи.
– Прошу прощения?
– Ты слышал меня, – возразила она.
– Мне что, нельзя с ней поговорить? – он спросил, выгнув бровь. – Тебе не нравится делиться своими подругами?
– Ты знаешь, что делаешь, – вызывающе парировала Лиззи.
– Ты прав, Гибс, – задумчиво произнес Джонни, слегка покачав головой. Откинувшись на спинку стула, он добавил: – Пирс – чертовски святой.
– Полное уважение, – парировал Гибси, обнимая рукой стул Клэр.
– Тьфу, – усмехнулась Лиззи, бросив на Джонни и Гибси взгляд, полный отвращения. – Я ненавижу вас всех.
– Когда ты говоришь «все», это относится только к нам, – Гибси указал от себя на Джонни, – Или ко всем мужчинам?
– Ты больше всех, ты, большой, белокурый придурок, с твоей головой в форме мяча для регби, – огрызнулась Лиззи. Отодвинув стул, она встала и бросила свирепый взгляд на Джонни. – И ты близок ко второму, капитан Фантастика, за то, что не смог лучше контролировать этого парня.
Сказав это, Лиззи развернулась и вышла из обеденного зала.
– Вау, – выдохнул Гибси, когда она ушла. – Эта девушка серьезно ненавидит меня.
– Она ненавидит всех, – ответила Клэр, успокаивающе похлопывая его по руке. – Не принимай это на свой счет.
– Это правда, – решительно сказала я, – Ей нравятся только, типа, два человека.
– Точно, – согласилась Клэр. – В этом действительно нет ничего личного. Лиззи просто защищает нас.
– Да, но, у меня голова не в форме мяча для регби, – проворчал Гибси. Он посмотрел на Джонни. – Так ведь?
– Нет, Гибс, – вздохнул Джонни. – Твоя голова не похожа на мяч для регби.
– Правда? – он смущенно коснулся своей головы. – Потому что я весил около двенадцати фунтов, когда родился, и моя мама всегда жалуется своим друзьям на то, как я испортил ее своей большой головой.
– У тебя совершенно нормальная голова, Гибс, – уговаривал Джонни. – Очень круглая.
– Не слишком большая?
– Ты вырос, – заверил он его. – Теперь тебе подходит она идеально.
Не в силах сдержаться, я захихикала при виде Джонни, утешающего Гибси.
– Ты снова смеешься над моим несчастьем, Малышка Шэннон? – Гибси сказал в ответ на мой смех с волчьей улыбкой. – Давай, выкинь это из своей системы.
Я беспомощно пожала плечами, все еще ухмыляясь. Он был таким необычным и интересным.
– Теперь вернемся к делу, – продолжил Гибси, откидываясь на спинку стула. – Что ты хочешь увидеть сегодня вечером?
– Сегодня вечером? – Клэр нахмурилась.
– Мы идем в кино, – заявил он с дьявольской ухмылкой.
– Кто это мы? – Джонни выпалил, напрягшись рядом со мной.
Гибси обвел пальцем нас четверых.
– А? – у меня отвисла челюсть.
– Волчица тоже может прийти, – сказал он Клэр. – Если ты пообещаешь надеть на нее намордник.
– Гибс, – сказал Джонни предупреждающим тоном, качая головой.
– Давай, чувак, – возразил Гибси. – Ты можешь пропустить сеанс на одну ночь – мне нужен надежный водитель, пока мне не станет комфортно ездить одному. – Повернувшись, чтобы посмотреть на меня, он сказал:
– Что скажешь, Малышка Шэннон?
Я посмотрела на Клэр, которая смотрела на меня с таким же замешательством, а затем на Джонни, который выглядел так, будто испытывал какую-то физическую боль, прежде чем остановить взгляд на Гибси.
Скажи «да», Шэннон.
Иди с ними.
Ты хочешь.
Ты действительно, действительно хочешь.
Но он убьет тебя.
Ты ходячий труп, если он узнает.
– Я не могу, – прохрипела я, покачав головой.
– Ты не можешь? – Гибси нахмурился. – Почему нет?
– Потому что я… я не… Это… – покачав головой, я прерывисто выдохнула. – Я не…
– Она не может пойти, Гибс , – с благодарностью вмешался Джонни. – Брось это.
– Но…
– Оставь это!
Затем прозвенел звонок, сигнализируя об окончании обеда, и Джонни вскочил на ноги.
– Давай, засранец, – прорычал он, глядя на Гибси. – Нам нужно кое с чем разобраться.
– Я заскочу к тебе около семи? – спросил Гибси у Клэр. – Это тебя устраивает?
Клэр радостно кивнула.
Он широко улыбнулся ей, прежде чем встать и взъерошить ее кудри. – Тогда увидимся, Медвежонок Клэр.
Мой взгляд вернулся к Джонни, который стоял у края стола с грозным выражением на лице.
– Пока, Джонни, – сказала я ему тихим голосом.
– Пока, Шэннон, – черты его лица мгновенно смягчились, когда он посмотрел на меня сверху вниз и улыбнулся.
– Ну, это была самая странная вещь, которая случилась за последнее время, – объявила Клэр, когда мальчики ушли.
– Да, – выдохнула я. – Очень странная.