Не святые

Кайл не удивил меня вообще. И кого только эти уроды любят? Целиком и полностью состоят из злобы и жестокости. Особенно Саймон. Который сейчас выглядит так, как будто готов четвертовать кого-нибудь.

— Какого хуя, детка, к тебе всегда липнут другие мужики? — шипит тихо и низко, хватая меня за запястье так, что я со свистом втягиваю воздух сквозь зубы. Больно, блять. Дергаю рукой и давлю желание вмазать ему по лицу. Сдерживаюсь только из-за того, что понимаю, что тогда он совсем озвереет.

— Вот иди и спроси у самого мужика. — кривлю губы, понимая, что зарычу сейчас еще похлеще, чем они сами. Задолбали.

Вижу, как следит глазами за движением моих губ, зрачки его расширяются, затапливая радужку, становятся бездонными и дьявольскими.

— Хватит. — вмешивается Джонни, кладя ладонь мне на предплечье, словно защищая. — Едем домой. Достаточно с тебя развлечений. Тебя, кукла, из дома нельзя выпускать. Это был последний раз, когда я разрешил ему взять тебя с нами.

Смотрит пристально, хватая за подбородок и касаясь большим пальцем моей нижней губы. Глаза темнеют, становясь свинцовыми, словно грозовое небо.

— Больше из поместья не выедешь. — припечатывает твердым тоном.

— Согласен.

Слышу это утверждение Райли, поддерживающего МакТавиша, и зло усмехаюсь. Затылок немеет от того, насколько сильно я их сейчас ненавижу. Орать готова потому, что распоряжаются мной, как вещью. Указывают, как мне жить и что делать.

— Хоть в чем-то вы согласны друг с другом. Поздравляю. — шепчу презрительно, понимая, что разозлятся еще сильнее.

Но мне плевать. Поскольку перспектива оказаться закрытой в их доме без права выезда вообще куда бы то ни было жжет душу сильнее, чем адское пламя. Глубоко вдыхаю, пытаясь успокоиться. Хорошо хоть Кайла не трогают. Надеюсь, понимают хотя бы, что альфе он препятствовать не смог бы.

Еле поспеваю переставлять ноги, когда тащат меня к выходу. Сами шагают в оксфордах уроды, а я на каблуках, как на ходулях. Все усилия уходят на то, чтобы держать равновесие. Молчат. Не говорят ни слова больше, и я рада. Не хочу слышать их голоса сейчас, слишком зла. Только от энергетики их мрачной морщусь, что будто черная дымка шлейфом тянется за ними.

Выходим из галереи. Я едва не спотыкаюсь на ступенях и чертыхаюсь, хватаясь за руку Джонни. Вижу, как смягчается, обнимая за талию и помогая спустится. Не отпускает, поглаживая легко мое бедро, даже тогда, когда заворачиваем за здание, идя к стоянке. Беты успели отогнать туда машины, после того, как мы ушли на аукцион.

Становится довольно темно, потому что задняя часть территории освещается не так хорошо, как буквально сияющий огнями фасад. Ночную мглу разгоняют лишь высокие фонари, озаряя пространство, уставленное машинами. Не понимаю, почему альфы не захотели подождать у главного входа, пока подъедут парни из охраны. Наверное слишком сильно гневались, раз решили не медлить. 

Джонни прижимает меня к себе, а Райли шагает впереди, закрывая мне обзор мощной спиной. И я чувствую, как каменеет рука Соупа на моей талии, когда сзади раздается насмешливое:

— Так быстро уходите? Не понравилась выставка?

Хватает нескольких секунд, чтобы обернуться, и Саймон делает шаг вперед, закрывая меня собой. Но я успеваю разглядеть того странного альфу из галереи. Грейвса. Который стоит напротив в окружении своих бет. И их примерно раза в два больше, чем головорезов, приехавших с моими уродами. А еще меня пробирает дрожь, потому что рядом с Филлипом маячит огромная фигура, наверное на голову как минимум возвышающаяся над всеми нами. А если сравнить со мной, то я ему и до груди вряд ли достану.

Великан просто, с литыми мускулами, отчетливо выделяющимися под тканью футболки цвета хаки, в брюках карго и тяжелых армейских ботинках. И в какой то странной тряпке, натянутой на голову. Черная ткань с оранжевыми потеками под прорезями для глаз полностью скрывает лицо. И эти самые глаза прожигают меня неоновым цветом, ярко-голубые, кислотные даже, и в темноте могу рассмотреть, как не сводит с меня взгляда. Чудной очень. Жуткий. Скорее всего бета Грейвса, но стоит с такой непоколебимой уверенностью, как будто мы все пыль у его ног.

— Чего ты хочешь, Грейвс? — угрожающее рычание Саймона отвлекает меня от разглядывания пугающего гиганта из-за его плеча, и я перевожу взгляд на Филлипа.

До сих пор его энергетики не чувствуется, словно ее нет и вовсе. Если вокруг Гоуста и Соупа она клубится зловещим туманом, то от фигуры напротив я ощущаю только тепло и спокойствие. Улыбается так открыто, что я прикусываю внутреннюю сторону щеки от мурашек, тотчас же табуном поскакавших по моей коже.

— Сразу к делу, да? Ну хорошо. Её.

— Повтори, блять. — теперь рычит уже МакТавиш, а я моргаю, остолбенело смотря на голубоглазого альфу.

— Проблемы со слухом? Бедный. — тот явно издевается, но голос остается невозмутимым. — Ну я повторю конечно. Я хочу её.

— Пошел нахуй. — Райли фыркает зло, а у меня в висках начинает колоть от абсурда ситуации. Кажется, что все вокруг сошли с ума. Зачем Грейвсу хотеть меня? После того, как мной пользовались уроды. — Это наша омега.

— А ты думаешь, мне не срать?

— Я тебя прикончу, блять, нахуй! — Саймон срывается, вижу, как яростно стискивает кулаки, а Филлип выгибает бровь, кажется совсем не впечатленный.

— Попробуй.

Единственное слово, и все вокруг приходит в движение. Мои альфы отпускают энергетику. Пространство трещит и искрит, и беты шипят, стискивая челюсти, от давления на психику. Мне легче только потому, что я уже привыкла к ним за те месяцы, что владели мной. Джонни толкает меня в руки Кайла. Широко распахиваю глаза, потому что как бы дает ему разрешение прикоснуться ко мне.

— В машину ее. Быстро.

Командует отрывисто, и Газ обхватывает меня, направляя за спины бет, которые уже достают оружие. А я понимаю, что сейчас здесь начнется гребанная война. И меня захлестывают эмоции.

Потому что я боюсь. И до тошноты и боли в груди не хочу возвращаться в опостылевший мне дом. Хочу смерти уродов, но не хочу, чтобы меня забрал этот непонятный мне альфа с глазами, заставляющими меня забыть о реальности. Ведь я наверное никогда уже не смогу доверять ни одному мужчине после того, что со мной сделали. Но несмотря на это чувствую такую тоску внутри, как будто мне вырывают сердце, когда с каждым шагом отдаляюсь от него все больше. 

— Холли. — Кайл слегка встряхивает меня, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Меня коробит. Скручивает так, что я выть готова, и я не понимаю почему. Мы у машины. Сейчас он посадит меня в нее и все начнется снова. Смотрю в его глаза своими, полными муки.

— Холли. — уже мягче, держа меня руками за плечи. — Бей как можно сильнее.

И улыбается. Что?! До меня не доходит сначала. Только через мгновение осознаю, что он говорит. Он дает мне шанс. На свободу. Сбежать, пока альфы заняты убийством друг друга. Хочет, чтобы я ударила его, как будто смогла вырваться сама, и он меня не отпускал. Блять, блять... Они не поверят. Убьют его точно. Кусаю губы. Это может быть единственная моя возможность. В городе легче спрятаться. Я могу пойти к Эмми в конце концов, на своей территории Варгас сможет мне помочь. Но Кайл... Я не знаю, что мне делать.

Мир вокруг взрывается выстрелами и криками. Повсюду такая неразбериха, что кружится голова. Вижу, как великан с тряпкой на лице расшвыривает солдат Райли и МакТавиша, как котят. Вижу, как Джонни тащит в сторону Саймона, который лезет под пули, словно бессмертный. Возвращаю испуганные глаза к Гэррику.

— Давай. — одно слово Газа, и я принимаю решение. 

Ненавижу себя за это, но впечатываю кулак в его лицо со всей силы, видя, как отшатывается и хватается руками за нос, пачкая руки в крови. Адреналин шарахает по нервам, в ушах шумит, я бегу в сторону между машинами, уворачиваясь от бет, которые заняты перестрелкой и не обращают на меня внимания. Сбрасываю туфли на ходу, избавляясь от каблуков. В голые ступни впиваются мелкие камушки, но я только ускоряюсь, чувствуя, как горит в груди, а легкие работают в бешеном темпе, наполняя кровь кислородом. За парковкой деревья и кусты. Раньше я не была здесь, но примерно ориентируюсь на местности. Если смогу пробежать через парковую зону, дальше будет промышленный район и уже там можно спрятаться на время. 

Мне почти удается это сделать. В метре от себя вижу забор из металлической сетки, опоясывающий периметр, с распахнутыми воротами. И тут меня подхватывает в воздух, и я взвизгиваю. Извиваюсь и брыкаюсь, дергаюсь под сильной рукой, которая перехватила меня за талию. Вижу под собой черные брюки карго и тактическую обувь. Долбанный великан с неоновыми глазами. Несет меня небрежно, зажав у торса, свисаю, как скатанный коврик, шипя от того, что его рука давит под ребрами.

— Отпусти! — изворачиваюсь и кусаю его за бок, благо футболка тонкая, и позволяет хорошенько впиться зубами в его тело.

Не реагирует, словно я его легким перышком погладила, а не резцами травмировала. Даже не шелохнулся, гора бесчувственная.

— Отпусти, блять! Заебали! — ору, молотя кулаками по мускулистому телу, но почему-то мне кажется, что от этого больнее только мне, а не ему.

Опускает на меня взгляд своих ультрафиолетовых глаз, вздыхает раздраженно и перехватывает покрепче, все таки прижав уже удобнее. Опираюсь теперь грудью на его плечо, перевожу дыхание и пинаю его коленом, а эта громадина только снова вздыхает разочарованно и наклоняется, запихивая меня во внедорожник. А у меня сердце обрывается в груди потому что дверь захлопывается, отрезая мне путь к побегу, и я попадаю в плен голубых, словно океанские воды глаз.