Яндере истории

Под каблуком | Разные персонажи | Женское доминирование |

Персонажи: Чуя Накахара, Ренгоку Кëджуро, Наоя Зенин, Шото Тодороки

Примечание: все персонажи совершеннолетние; действия происходят вне канона; характеры персонажей отчасти не соответствуют им.

Предупреждение: обоюдное согласие, садизм/мазохизм, женское доминирование, унижение, связывание цепями, удары стеком, пощёчина, плевок, стимуляция ногами, кунилингус, смена ролей, игры с дубинкой (безобидные), кунилингус, ролевые игры (надзиратель и злодей).
|
|
|

Персонажи: Чуя Накахара
Фандом: Великий из бродячих псов

Многие мужчины стыдятся признаться в своём желании оказаться снизу в постели, под своей госпожой. Но Чуя не один из них. Он с удовольствием становится перед тобой на колени после тяжёлого рабочего дня, помогая тебе расслабиться и почувствовать над ним власть. Мафиози, на удивление, услужлив и очень покладист: он безропотно выполняет каждый твой каприз, терпеливо ожидая заслуженной награды. Поводок, крепко зажатый в твоих руках и припаянный к кольцу кожаного ошейника на его шеи, даёт тебе ощутить превосходство над ним. За хорошее поведение ты поощряешь Накахару, а за плахое — лишаешь его своего внимания и ласки.

Величаво восседая в кресле, ты позволяешь своему пёсику снять с твоих ножек лакированные туфли. Чуя делает всё медленно, специально растягивая удовольствие. Латексная юбка, обтягивающая твои сочные бёдра, не даёт ему возможности заглянуть под неё и узреть скрытое. Якудза понимает всё без слов: его руки умело разминают твои стопы, пытаясь снять усталость, накопленную в них за целый день. Поскольку тебе нравится, когда инициатива исходит от него, а не от тебя, мужчина охотно пускает в ход свой жаркий рот. Он поочерёдно обхватывает губами каждый твой пальчик, пошло смокча их и стараясь тебе угодить. Его глаза опущены, как и подобает пассиву.

Мужской язык не спеша движется по твоей пятке, поднимаясь к подошве стопы и проходясь между каждым твоим пальчиком. Он работает усердно, выбивая из твоей грудной клетки томные и порой слишком тяжёлые вздохи. В качестве награды твоя ладонь зарывается в его огненно-рыжие пряди, переливающиеся красивым золотым отливом под люстрой-абажуром. Ты услаждаешь ему и одновременно расплетаешь его конский хвост. В меру длинные локоны волнами падают на его худые плечи, ловя блики от яркого света в зале.

Обратив внимание на твою другую ногу, Накахара осмеливается примкнуть губами выше: к твоим икроножным мышцам. Но как только влажные уста Чуи, отдающие жаром, достигают твоего бедра, ты резко отталкиваешь его от себя, слыша его разочарованный стон, напоминающий хныканье.

— Простите за своеволие, хозяйка, этого больше не повторится, — твой пёсик искренне рассскаивается, признавая свою ошибку. Ты наказываешь его молчанием и безразличие к нему. Пока Накахара покорно склоняет голову перед тобой, ты как ни в чëм не бывало дегустируешь вино из его эксклюзивной коллекции. Мафиози предпринимает ещё одну попытку загладить свою вину, но ты, игнорируя извинения, манешь его к себе пальцем.

— Подойди ко мне, ближе, ещё ближе. Хороший мальчик! — Ты поднимаешься с курульного кресла, расстëгиваешь застёжку, скидывая на виниловый пол свою юбку. У Чуи перехватывает дыхание от предвкушения: ты явно собираешься использовать его по назначению.

Отцепив поводок от кольца, ты цепко хватаешься за круглую полосу из металла, безмоловно веля якудза следовать за тобой на четвереньках. Ему нравится служить тебе и играть роль послушного пассивного партнёра до такой степени, что в его глазах загораются радостные искорки. Но больше всего его заводит то, что он доводит тебя до дивного блаженства; до той самой грани, когда у тебя не хватает сил даже приказывать ему. Поудобнее усевшись на край полуторной кровати, ты принимаешься настолько медленно освобождать своё привлекательное тело от ненужной одежды, с интересом наблюдая за тем, как Накахара сдерживается из последних сил, чтобы не накинуться на тебя. Он не посмеет ничего сделать, ведь тогда ваши игры сойдут на нет. Последней каплей стали твои кружевные стринги, упавшие ему на колени.

Ты предстаëшь перед ним во всей красе, а он даже не может взглянуть на тебя одним глазком, хоть на секундочку: не имеет права без твоего разрешения. Если ты продолжишь мучить Чую и дальше, он кончит от собственного воображения. Ткань узких спортивных штанов заметно натянута в районе паха из-за упирающийся в неё эрегированной плоти. Ты аккуратно надавливаешь на его нереально каменный член не всей стопой, проходясь пальчиками по мега чувствительной головке. Якудза дрожит от твоих грубых ласк, не смея сдвинуться ни на миллиметр вбок. Он готов в любой момент скинуть с себя все дорогие тряпки, лишь бы ощутить твоё тепло напрямую, а не через штаны.

— Сегодня твоя хозяйка очень устала, так что закончишь сам. Только постарайся сильно не шуметь, а то я не усну.

Накахара поник, но не произнёс ни одного слова в знак протеста. Ты, призывно покачивая тазом, направляешься к своему спальному месту, чувствуя на себе его напряжённый, сосредоточенный взгляд. Тебе хочется повернуться и заглянуть в его расстроенные глаза, обхватить ладонями его румяные щёки, но ты не сделаешь этого, а он не станет останавливать тебя. Твоей обнажённой сексуальной фигуры будет достаточно для того, чтобы его вскоре сотряс оргазм.

— Спокойной ночи, любимый, — ты выходишь из роли, кутаясь в белую простынь, которая отлично повторяет твои изгибы, — выключи, пожалуйста, свет, как будешь идти в ванную.

— Слушаюсь!

Ты знаешь, как сильно ему сейчас нужен прохладный душ, чтобы остыть и выплеснуть сперму, накопившуюся в яйцах. Чуя не посмеет тебя разбудить ради того, чтобы помочь ему кончить. Твоих скинутых стринг ему хватит с лихвой. Он подносит твоё бельё к своему пылающему лицу, вдыхая приятный аромат, оставшийся на ластовице и сжимая в руках вставший колом член. Ты слышишь, как шумят струи воды за стенной, медленно засыпая.

Персонажи: Ренгоку Кëджуро
Фандом: Клинок рассекающий демонов

Кто бы мог подумать, что один из сильнейших охотников обожает ухаживать за своей хрупкой хозяйкой и служить ей. Кëджуро наливает тебе родниковой воды из кувшина, которую он сам для тебя добыл в горах, протягивая тебе стакан. Прозрачная жидкость стекает по твоему горлу, охлаждая тебя изнутри.

— Всё готово, пойдёмте, — прислужник распахивает перед тобой двери в традиционную японскую ванную, приглашая тебя зайти внутрь. В воздухе витает цветочно-фруктовоя композиция, состоящая из лайма, шалфея и лаванды. Ты улавливаешь эти ароматы, мягко улыбаясь.

Увидев, как твои изящные руки развязали пояс велюрового халата, Кëджуро помогает тебе его снять. Он вешает вещь на крючок, любуясь твоей наготой и лёгкостью. Пока что ты позволяешь ему только соцерзать твою фигуру и обводить её контуры взглядом. Ты садишься на прямоугольный пластиковый табурет, перекидывая локоны за спину. Мужчина понимает твой безмолвный приказ, хватая со столика гребешок и резинку. Он аккуратно расчёсывает твои волосы, кайфуя от их шелковистости и гладкости. Каждый раз, когда его ладони касаются твоих прядей, они приятно щекочут их. Собрав твои непослушные локоны в текстурный пучок, истребитель зафиксировал их в широкое эластичное кольцо.

— Что прикажите? — Столп пламени располагает большие и указательные пальцы обеих рук на твоём затылке, мягко разминая и совершая надавливающие круговые движения вдоль твоих шейных мышц. Ты ощущаешь теплоту и безграничную мощь, таящуюся в его кистях, такую сильную, что ему не составит особого труда свернуть тебе шею за две секунды.

— Помой меня! — Он необычайно рад слышать твой голос и требовательный тон. Его призвание и миссия — не только истреблять демонов, но и служить тебе.

— Непременно.

Когда ты повелеваешь или поручаешь ему исполнить свои эгоистичные хотелки, Кëджуро рад претворить в жизнь каждую из них. Убедившись, что вода в бочке умеренно тёплая, он начинает зачëрпывать большие объёмы жидкости в деревянный ковш, а затем выливать её на тебя. После того, как твоё тело полностью покрылось влагой и намокло, прислужник схватил с верхней полки мочалку из люфы и несколько средств для очищения кожи. Он ставит три тюбика перед тобой, вежливо предлагая тебе выбрать один из них.

— Я хочу гель с ароматом персика.

И, естественно, Ренгоку принимается намыливать твои плечи средством, пахнущим сладким мясистым фруктом. Когда он доходит до линии ключиц и ниже, ты замечаешь, как белеют его костяшки из-за того, что он слишком крепко сжимает губку. Несмотря на внезапно возникшее волнение, он продолжает втирать гель в твою кожу, так как приказа остановиться не было. С особым трепетом он покрывает мыльной пеной твои округлые полушария, задерживаясь на них дольше, чем на других частях твоего утончённого тела. Его пальцы невзначай задевают твои вставшие соски, трутся о них подушечками, заставляя их становится твёрдыми и призывно торчащими вперёд.

Его возбуждает совместное купание не меньше, чем тебя. Тебе едва хватило сил продержаться до конца... И как только охотник закончил ополаскивать твои формы от гелевой консистенции, ты резко встала и потянула вздрогнувшего мужчину к офуро.

— Зайди по плечи в воду и не задавай глупых вопросов, — несравненная улыбка, излучающая позитив и тёплое сияние, расплывается на его лице от того, что он прекрасно понимает, как именно ты попытаешься им воспользоваться. — Прижмись спиной к бочке и положи голову на деревянную подставку.

Кëджуро, не колеблясь ни секунды, выполняет всё согласно твоим указаниям, глядя на твои тонкие ноги снизу вверх, которые всё ещё плотно прижаты друг к другу.

— Моя леди, позвольте вам доставить удовольствие? — Вместо обычного одобрения ты присаживаешься над его головой так, что твои голени лежат на широких бортиках, а стопы развёрнуты кверху. Нижний задерживает свой заинтересованный взгляд на твоей поблëскивающий от смазки промежности и одновременно с этим цепко обхватывает твои бёдра руками, словно заключая их в кандалы, и отнимая у тебя возможность увильнуть от его будущих ласк. — Могу ли я начать?

— Приступай, — ты, как всегда, немногословна, но очень восприимчива к любым сексуальным подразниваниям. И твои тихие стоны, приглушённые ладонью, которые ты периодически испускаешь, это подтверждают.

Ренгоку очень умело и проворно работает ртом. Он по собственному побуждению проталкивает свой юркий язык в твою дырочку, вылизывая тебя не только снаружи, но и изнутри. И поскольку он не успевает проглатывать твои соки, часть их капает ему на лицо. Ты так сильно и судорожно трясёшься, потому что стимуляция наконец достигла и твоего клитора. Каждое прикосновение к набухшему бугорку вызывает у тебя сейчас гамму эмоций и множество неконтролируемых звуков. Столп рад, что ты так яро и кипуче реагируешь на ласки, но он все равно считает, что его усилий недостаточно.

Сместив левую руку с внешней части твоего бедра на внутреннюю, он сперва погладил ею твою разогрячëнную кожу, а затем остужающе похлопал тебя ею по влагалищу, отдалив тебя от заветного и ожидающего оргазма. Ты громко хнычешь, отчаянно ëрзаешь у него на лице, вздрагивая каждый раз, когда твой клитор перекатывается по его носовой перегородке вверх-вниз. Прислужник виртуозно продолжает дразнить тебя, проталкивая свои музыкальные пальцы вовнутрь, один за другим, пока четвёртый не вошёл до конца. То, как он трахает тебя пальцами, погружая их аж по самые костяшки, доводит тебя до исступления и слëз. Твои мышцы спазмически сокращаются вокруг их толщины всё чаще и чаще, сигнализируя о скорой кульминации.

Новый шквал удовольствия сотрясает твоё изнеможëнное тело, стремительно посылая по нему расслабляющую негу и сладкие импульсы. Сильные руки против твоей воли удерживают тебя на том же месте, что и раньше, пока их хозяин скурпулëзно очищает твои половые губы от твоих собственных выделений.

— Вы такая вкусная, моя леди, я не в силах перестать "есть" вас. Прошу, дайте мне ещё немного насладиться вашим вкусом.

Ренгоку не отпустит тебя, даже если ты скомандуешь отбой, пока вдоволь не насытится тем, как вязкая молочно-белая жидкость тоненькой струйкой стекает на кончик его языка, после попадая ему в рот. Напоследок он оставляет кроткий поцелуй на твоём маленьком клиторе, раздвигая твои бёдра чуть шире, чтобы они перестали сдавливать его голову.

— Ну вот, я закончил, а что насчёт моей награды, м?

В его раскрытых светло-жёлтых глазах ты отчётливо видишь желание овладеть тобой. Истребитель утягивает тебя к себе в тёплую воду, так и не услышав членораздельного ответа. Похоже, пришло время меняться ролями.

— Теперь я верхний, согласна, Т/И?

Персонажи: Наоя Зенин
Фандом: Магическая битва

Наоя Зенин — тщеславный, горделивый богатей, который относится к женщинам как к вещам и потенциальным инкубаторам. Такое потребительское отношение к ним он проявляет не только на публике, но и дома, особенно в кругу достопочтенных лиц. Однако стоит его ноге переступить порог твоей багровой комнаты, высокомерие мага сходит на нет, а он сам превращается из могущественного наследника клана в твою любимую покладистую игрушку. Он приходит к тебе, чтобы быть униженным и растопченным; чтобы почувствовать, какого это быть снизу и вылизывать чью-то грязную обувь от нечистот. Несмотря на то, что Наоя в десятки раз сильнее тебя физически, он обращается к тебе уважительно, называя тебя своей хозяйкой.

Вы регулярно встречаетесь в загородном коттедже, на окраине Токио. Всё, что происходит в комнате удовольствия и боли, остаётся только в ней. Зенин танцует для тебя приватный эротичный танец, выпячивая каждую свою мышцу, чтобы ты могла получше их рассмотреть с разных ракурсов. Ему не нужен полумрак, чтобы скрасить фигуру, потому что она у него настолько идеальная и рельефная, что ты, сколько бы её не разглядывала на протяжении ваших сессий, не могла найти в ней хоть малейший изъян. Даже шрамы на его торсе придают ему некий мужественный шарм. Маг поворачивается к тебе спиной, демонстрируя свой округлый и упругий зад. На нём ещё остались незажившие рубцы от ударов кнутом.

— Достаточно! — Ты повелительным тоном, как и подобает властной госпоже, приказываешь ему остановиться. Хлопнув в ладоши, ты призываешь цепи, которые плотно обхватывают каждую конечность раба, поднимая его примерно на метр над полом. — Помнишь стоп-слово? — Ты громко задаёшь вопрос, цепляясь пальцами за его короткие уложенные волосы.

— Конечно, госпожа! — Наоя поднимает на тебя свои янтарные глаза, в которых отчётливо читалаись ещё не до конца угасшая дерзость и надменность. Хлëсткая пощёчина вполсилы не даёт ему забыть о новом положении. Маг облизывает свои губы, предвкушая твоих следующих ударов и шлепков.

Самая чувствительная часть тела этого мазохиста — не член и не шея, а грудь. Она у него слишком крепкая и широкая, а по форме напоминает раскрытый веер. Ты не лишаешь себя удовольствия провести по ней пальцами. Его небольшие нежно-розовые соски манят тебя. Ты резко впиваешься в них ногтями, оттягивая их вперёд. Мужчина шипит от лёгкой боли; его тихие стенания пробуждают в тебе садистку. Из-за интенсивного сжатия оба его соска покраснели и набухли. Они затвердели из-за того, что ты надругалась над ними.

— Всю эту неделю ты вёл себя просто отвратительно! — Отойдя от связанного раба вбок, ты берёшь в руки кожаный стек, проверяя его в действии. Мощный удар сотрясает воздух, заставляя его тело автоматически напрячься. — Учти, если твои крики начнут меня раздражать, ты уйдёшь отсюда с полными яйцами.

Когда ты строга с ним, у него подтекает член. Капли предэякулята, образовавшись на головке, стекают сначала по его стволу, а затем практически бесшумно падают на пол. Первый удар обрушивается на его красивые, заметно, но не вычурно выделяющиеся кубики пресса.

— Один! — Сдавленно звучит с его уст, но ты запрещаешь ему считать вслух. — Простите. — Он шёпотом извиняется, извиваясь, будучи скованными в цепях от второго и третьего шлепка подряд. Стек "ужалил" его рёбра, да так сильно, что на том месте проявился алый след.

Ты обходишь вокруг беззащитного Зенина, скрываясь за его спиной, чтобы он не мог предвидить, куда прилетит следующий удар. Ты бьёшь точечно, не жалея собственных сил, чтобы наказать эгоистичного ублюдка за все его совершëнные промашки. Вскоре из-за длительной порки твоя рука устаёт. Ты перестаëшь наказывать провинившегося мага, откладывая орудие в сторону. Твоя ладонь проверяет, насколько твёрдым стал его член во время экзекуции. Если бы не красная тесьма, плотно обвязанная вокруг эрегированной плоти, Наоя бы уже давно кончил и, возможно, не единожды.

— Ты испачкал меня, ничтожество! — Ты демонстрируешь ему свои пальцы, на которых отчётливо блестит предэякулят. — Оближи! — Наоя послушно высовывает язык, пытаясь дотянуться до твоих влажных фаланг, но ты нарочно убираешь от него свою руку, поднимая её вверх. Проделав с ним точно такой же трюк во второй раз, он раздражается и что есть мочи раскачивается, касаясь губами твоих костяшек. — Так не терпится ощутить их в своей глотке, ну хорошо, сам напросился.

Зенина просто трясёт от возбуждения и твоих строгих требований. Каждое твоё слово, сказанное властно и уверенно, заставляет его член пылать и болезненно пульсировать. Чёртова плетёная полоска, купленная в швейном магазине за копейки, доставляет огромные неудобства: она мешает ему кончить. Мужчина смиренно открывает свой рот, показывая тебе свои идеально ровные и белые зубы без единой пломбы. Склонившись над ним, ты сплёвываешь на его язык слюну и вместе с тем освобождаешь его половой орган от тесьмы. Струя спермы, которой больше часа не давали вырваться наружу, выстреливает на половицы и отчасти попадает на шпильку твоих лаковых туфель.

— Уберёшь эту грязь с моего каблука, и можешь проваливать! — Ты развеиваешь технику, наблюдая, как Зенин безропотно становится на одно колено, нежно обхватывая твою лодыжку пальцами и слизывая своё семя. Он выглядит таким счастливым, когда унижается перед тобой; это тебя немного пугает.

Таймер раздражающе пищит, сигнализируя об окончании сессии. Мужские пальцы ловко расправляются с застёжкой, снимая с тебя обувь. Прежде чем ты успеваешь сопротивляться, ты оказываешься зажатой между его мускулистым телом и диваном.

— Слезь с меня! — Ты упираешься стопой в его железный пресс, силясь оттолкнуть его от себя, но Наою, по-видимому, только забавляют твои ничтожные попытки вырваться. — Эй, мы так не договорились!

— Всего один поцелуй, и я оставлю тебя в покое.

— Ни за что на свете! Я не взаимодействию с клиентами таким образом.

— Тебе, в отличие от других людей, я даю выбор. Решайся, я точно сделаю твою жизнь чуточку краше, Т/И.

Наоя оставляет влажный след на твоей щеке, как послушный пёс, без ума любящий свою хозяйку.

Персонажи: Шото Тодороки
Фандом: Моя геройская академия

После того, как Шото вошёл в список топ пять сильнейших героев Японии, ему приходилось держать марку на публике и соответствовать людским ожиданиям. Каждый раз, возвращаясь в ваш уютный дом, пахнущей выпечкой или жасмином, он сбрасывал с себя оковы ответственности, превращаясь в твою ручную игрушку. Ему нужен отдых от героизма и спасения чужих жизней. Ваши ролевые игры помогают ему почувствовать себя слабым. Хоть на несколько часов, но он становится тем человеком, на котором не лежит тяжёлый груз обязанностей.

Тодороки находит удовольствие в женском доминировании, но он определённо не будет пресмыкаться перед кем попало. Другое дело ты: желанная, нежная и любимая, готовая в любой момент трансформироваться в строгую надзирательницу и надеть чёрный латексный костюм. В отдельной комнате, специально переоборудованной под тюремную камеру, он преступник, нарушивший покой своей смотрительницы.

— Снова снял наручники без разрешения! — Твой строгий голос отражается от тёмных, не пропускающий наружный свет стен, долетая до конца карцера. Ты, направляясь к злодею, постукиваешь дубинкой по железным прутьям, сообщая ему о своём незапланированном визите.

Остановившись перед Тодороки, ты замечаешь его зализанные назад волосы и временную татуировку с непонятными тебе символами на виске. Он держит в руках отмычку, которой недавно освободил свои руки от оков, нарушив одно из установленных здесь правил, как будто бы специально нарывался на наказание. Костяшки его пальцев подраны, потому что он долго и усердно боксировал стену, пытаясь проломить себе выход наружу. Очевидно, ни одна причуда в этом месте не сработала.

— Номер тридцать пять, подойди ко мне, живо! — Ты не называешь его по имени, так как такие бандиты, как он, не заслуживают этого. Шото поднимается с лавки, повинуясь тебе. Ты протягиваешь руку между прутьями, хватая нарушителя за воротник потрёпанной белой майки и заставляя его упереться щекой в кровельное железо. Он вызывающе и подтрунивающе улыбается, нарочно провоцируя тебя. — Я сотру эту ехидную ухмылку с твоего мерзкого лица!

Ты резко отталкиваешь Шото от себя, швыряя его на пол и быстро доставая из внутреннего кармана униформы ключ. Преступник не пручается даже тогда, когда ты прижимаешь его к полу, умеренно давя каблуком на его грудь, а носком туфель — на нервно дëргающийся кадык. Ему до одури нравится, когда ты притесняешь его.

— Ни с места! — Ты приказываешь ему не двигаться и идёшь к столу, чтобы взять оттуда амадзаке.

Твоя обувь снова угрожающе нависает над его лицом. Ты специально проливаешь часть кремовой жидкости на свои туфли, внимательно следя как нижний, не дождавшись указаний, охотно слизывает слабоалкогольный напиток, проводя языком по каждой капле, упавшей на лакированную поверхность. Теперь он возбуждён. Твои глаза невольно зацепляются за выделяющийся в районе паха бугорок и небольшое пятно, которое совсем недавно появилось на мужских штанах. Ты насмешливо издаёшь смешок, приподнимая уголки губ и требуя незамедлительного ответа от тяжело дышащего Шото: "И как давно у тебя не было девушки? Неужели с того самого дня, как ты сюда попал?"

— Да, мем, — ты присаживаешься на корточки возле преступника, вырисовывая дубинкой прямую линию от его яремной ямки до бельевой резинки. Край толстого орудия проникает под боксёры, трясь о чувствительную подтекающую головку, — м-м, фак.

Тодороки надсадно бормочет и прерывисто дышит. Он сдавливает пальцами холщовые штаны до белизны в костяшках, наслаждаясь тем, как ты властвуешь и подавляешь его волю. Разувшись и откинув в сторону надоевшую вещь цилиндрической формы, ты принимаешься осторожно надавливать стопой на его пылающий от возбуждения член через тонкую материю, усиливая его наслаждение минимум в два раза. Ощущения становятся настолько сладостными и блаженными, что злодею приходится плотно стискивать зубы, чтобы не сотрясать камеру своими надрывными, экстатическими криками. Он помнит, что ты недолюбливаешь шум, и поэтому старается вести себя как можно тише, насколько это вообще возможно в его-то ситуации.

— Пожалуйста, могу ли я кончить? — Ты упрямо игнорируешь его устное прошение, постукивая пальчиками по мошонке и осторожно, дабы не причинить боли, елозя не всей стопой по всей его длине.

Шото не смог продержаться так долго, как должен был. С его губ срываются томные звуки от невыносимого удовольствия, от которых тебе становится слишком жарко и душно. Перестав стимулировать обмякший член, ты притягиваешь за майку, выбившегося из сил возлюбленного, даря ему мягкий поощрительный поцелуй. Он отвечает взаимностью, заставляя тебя усесться на его торс сверху.

— Ты великолепно отыграла свою роль, Т/И... — Его ладони шустро пробираются под латексную юбку, нащупывая твою рельефную заднюю часть бёдер. — Это хорошо, что ты без белья: не придётся его рвать.

Добрый вечер, лапочки, надеюсь вы успели немного отдохнуть от моих глав. Решила сперва выпустить историю о том, как вам подчиняются эти сильные мужчинчики. Надеюсь, вы не слишком шокированы. Как вам такая смена ролей, понравилось? Спасибо за то, что дочитали до конца, мне будет приятно, если вы поделитесь своими впечатлениями в комментариях. До скорого, и, пожалуйста, подайте знак, если ждёте продолжение с Мориарти. Ещё увидимся. Пока-пока.