Изгой

После смерти родителей моя иммунная система дала сбой. Я стал очень часто заболевать. Обычная простуда могла легко приковать меня к кровати на месяцы. Это было просто ужасное время. Эсми часто плакала сидя ночью у моей кровати, Карлайлу иногда приходилось буквально выносить её из моей комнаты. Из-за своего скверного самочувствия я практически ничего не ел, от чего в возрасте восьми лет я весил чуть больше сорока пяти фунтов. Дядя и тетя были в панике, ведь с каждым днем я буквально угасал. Однажды ночью лежа в кровати, я мечтал о смерти. Я был истощен и морально и физически. Тогда в темной комнате я просил Бога забрать меня. Я хотел больше никогда не чувствовать боль, я хотел полного покоя, я хотел снова обнять маму и папу.

Той ночь Бог не забрал меня. Я проснулся в своей кровати, а не на небесах и со мной были не родители, а дядя и тетя, но именно в тот день всё изменилось.

ХХХ

- Когда ты приедешь?- Эсми тяжело вздохнула и сильнее сжала телефон в руке.- Карлайл, ты нужен здесь ему всё хуже и я...,- она не закончила фразу.

Маленькая слезинка покатилась по её румяной щеке. От этого мне стало ещё хуже. Я ненавидел, когда она плакала, потому что плакала она из-за меня.

- Пожалуйста, не плачь,- чуть слышно прошептал я, умоляя.

Она резко повернула голову в мою сторону.

- Он очнулся, я жду тебя,- она повесила трубку и подошла ко мне.

- Привет дорогой,- Эсми села рядом со мной и взяла меня за руку,- Боже, какой у тебя жар!

Она дотронулась рукой до моего лба, и я почувствовал приятную прохладу.

- Скоро приедет Карлайл,- она вымученно улыбнулась,- мы вместе поедем в больницу, там нам должны помочь.

Я слегка кивнул и закрыл глаза. Мое тело трясло в лихорадке, голова кружилась, я не спал всю ночь и из-за этого время от времени отключался.

В очередной раз, придя в сознание, я услышал звонок в дверь. Я решил, что это Карлайл, поэтому вновь закрыл глаза. Внизу я услышал, как Эсми с кем-то разговаривает, голос визитера был...детским. Через несколько минут послышались шаги по лестнице. Я открыл глаза и уставился на дверь своей спальни. Ручка медленно повернулась и в комнату вошла Эсми, за её спиной стоял мой одноклассник.

- Райли,- прошептал я.

- Ты знаешь его Эдвард?- Эсми вопросительно взглянула на меня.

Я кивнул.

- Хорошо,- Эсми мило улыбнулась мальчику,- принести тебе что-нибудь?

- Нет мэм,- Райли слегка покраснел,- спасибо.

Эсми ещё раз улыбнулась ему и вышла из комнаты. Мы с Райли остались одни в неловкой тишине. В школе мы почти не общались, я совсем не знал этого слегка полноватого мальчика.

Никто в школе не общался со мной кроме тех моментов, когда все смеялись надо мной. Конечно, он никогда не смеялся со всеми, но и никогда не приходил ко мне на помощь. Его появление действительно удивило меня.

Мы обоюдно соблюдали нейтралитет.

Мы не были друзьями.

Райли медленно подошёл к моей кровати и опустился на пол.

- Привет,- смущённо улыбаясь, сказал он.

- Привет,- прохрипел я.

- Скажу честно, видок у тебя отвратительный, что за зараза?- он согнул правую ногу и обнял её руками.

- Я не знаю, сначала была вроде обычная простуда,- я попытался улыбнуться, но ничего не вышло.

- Хочешь сказать, простуда довела тебя до такого состояния?- я кивнул.- Это ужасно,- я вновь кивнул.

- Почему ты пришёл?- не выдержал я.

- Я хотел поговорить с тобой,- произнося эти слова, мальчик выглядел таким невинным и ранимым, что мне невольно стало жаль его.

- О чём?

- Ты ведь знаешь, что надо мной смеются. И иногда мне очень обидно из-за этого,- он судорожно вздохнул,- потому что иногда они бывают правы. Я не хочу постоянно быть униженным ими. Я знаю, что и тебе достается, поэтому предлагаю,- он снова тяжело вздохнул,- давай держаться вместе?

- Двое против школы?- чуть слышно пробормотал я.

- Двое против мира!

ХХХ

Моё спасение заключалось в этом полноватом парнишке, который подарил мне самую преданную дружбу во всем мире.

Мы никогда не защищали самих себя, но мы защищали друг друга и именно этого мне сейчас и не хватало. Я так сильно скучаю по нему, что даже начинаю ненавидеть. Ненавидеть за то, что он бросил меня в этом мире совершенно одного.

Я лежал на кровати в своей комнате и перебирал рисунки в блокноте. Время от времени я натыкался на записки, которые писал для Райли.

«Нужно будет обязательно вклеить их в дневник»,- говорил я себе.

Просматривая рисунки, я очень часто натыкался на одно очень дорогое лицо, столь прекрасное, что сердце начинало биться чаще, а дыхание прерывалось.

«Как же она красива!»

Прошло два дня с моего неудачного экзамена. Ладони быстро заживали, что, несомненно, очень радовало меня.

Карлайл выписал мне болеутоляющие, довольно сильное, чтобы заглушить боль и жжение в руках, но достаточно слабое, чтобы навсегда погрузить меня в мир снов. Конечно, я бы не притронулся к таблеткам с такой целью, но думаю, Карлайл решил подстраховаться, и это было просто смешно. Время, когда я мог так поступить с ним и Эсми прошло, когда я увидел в школьном кафетерии незнакомую девочку. Но, конечно же, Карлайл не знает этого и поэтому не доверят мне. Я сильно напугал его и Эсми в прошлом, и теперь он просто не мог поступить иначе. Было время, когда я хотел поговорить с ним об этом. Объяснить, что я в порядке, что ненужно беспокоиться, но мне просто не хватало духу решиться на это. Разговоры по душам у нас были довольно редким явлением, часто мы просто болтали на отвлеченные темы и никто из нас не лез под кожу друг к другу. Думаю поэтом, после смерти Райли они направили меня к психиатру. Они просто не знали, как и о чем разговаривать со мной. Они вообще боялись и рта раскрыть в моем присутствии. Не могли же они предугадать моей реакции на то или иное высказывание. Тогда я был нестабилен и мог с легкостью из спокойного парня перевоплотиться в бешеного демона.

Чтобы вернуть меня к более или менее нормальной жизни им пришлось довериться специалистам. Кто же знал, что не все врачи так же ответственны и компетентны как Карлайл. Пустые беседы и сильные психотропные препараты это все что психиатры могли предложить мне в качестве лечения. И это было действительно жутко! Для меня, для моей семьи.

Я умирал в водовороте боли, пока не научился жить с ней. Контролировать её. Притуплять.

Иногда я справлялся, а иногда нет, но в один момент в моей жизни появилась любовь и подарила лекарство. Оно действовало так неистово, что временами мне казалось, что я такой же как все вокруг. Нормальный.

"Нормальным, но не счастливым".

"Мое счастье это Изабелла, но она никогда не будет по-настоящему моей!"

От этих мыслей в груди начало ныть, а сердце гулко застучало до боли. Я выбрался из кровати, ощущая неприятную слабость в теле, и направился к письменному столу за своим плеером. Мне нужно было отвлечься от скверных мыслей и просто расслабиться хотя бы на час.

Наконец добравшись до стола, я взял плеер и уже хотел идти обратно к кровати, как вдруг мой взгляд наткнулся на черную гитару, небрежно прислоненную к стене возле дивана.

"То, что нужно!"

Проковыляв к гитаре, я взял ее в руки. Она была полностью покрыта толстым слоем пыли. В прошлом я не мог расстаться с ней даже на час, а теперь не могу вспомнить, когда в последний раз прикасался к струнам.

Взяв майку с софы, я вытер пыль с гитары. Несколько пылинок попало мне в нос от чего, я смачно чихнул.

Наконец закончив с пылью, я сел на диван и прижал гитару к себе. Поначалу я немного побренчал на ней чтобы слабые пальцы немного привыкли. Перебирая струны, я вслушивался в уже забытые аккорды.

"Черт, как же давно я брал тебя в руки, дорогая",- размышлял я про себя.

Музыка всегда позволяла мне отвлечься. Так же как и скейт, гитара дарила мне чувство свободы. Когда я играл свою музыку, то будто прибывал в своем мире. В мире, где не было боли, огорчений и страданий, в мире, где я забывал обо всех своих проблемах и мог быть хоть чуточку счастливым.

Райли очень нравились мои мелодии. Он был в восторге от моей игры и иногда просил меня сыграть его любимые песни. Чаще всего эта была песня When You're Young группы 3 Doors Down.

Даже сейчас, когда я прихожу на кладбище к его могиле я не забываю брать с собой диск с записью этой песни.

Мои пальцы путешествовали по струнам, создавая успокаивающею мелодию. Она не принадлежала мне, но безумно нравилась и поэтому, я продолжал снова и снова играть ее. Я лег на диван, и еще ближе прижал к себе гитару, не убирая пальцы со струн. Был уже поздний вечер и мои глаза начинали слипаться от усталости. Как только мои глаза закрывались, я начинал видеть прекрасное лицо.

" Удивительная красавица, Боже, как я хочу быть с тобой!"