Глава 5
Я опешил. Я ведь точно понял значение слов ведьмы? Мне казалось, они любили темноту, любили пугать людей, и что же теперь изменилось? Я задумался, стал молчаливым, как некогда Даша. Мне было непривычно также и её молчание: спокойная и раздражающая улыбка то появляющаяся на её губах, то исчезающая, давила мне на нервы. На миг она как будто бы становилась самой собой, боролась с чем-то внутри, но не могла справиться и вновь возвращалась в то своё - первое - состояние. Внезапно она начала выстукивать пальцами по своему бедру какой-то незамысловатый ритм. Я терпел, и следил за ней, покорно идя вперёд, но, когда она стала напевать что-то себе под нос, тут я уже не выдержал.
- Даша, прекрати. - Довольно грубо сказал я, встав как вкопанный посреди обочины. Так как уже вечерело, и автобусы больше не ходили, мы решили идти до города пешком, одновременно с этим стараясь словить попутку. Девушка позади меня остановилась, замолчала и хмыкнула.
- Что, уже не нравится мой голос, милый? Я просто хочу разрядить обстановку.
- Так, как ты разрядила её до этого?! - Процедил я сквозь зубы, сжимая кулаки. Я злился не на неё - на себя в первую очередь, что, скорее всего, не смог защитить. И в это чертовски не хотелось верить.
- А что не так? Разве я не была права? - Нарочито распевным голоском, будто васильки на ветру, пропела она, хихикнула, и я почувствовал, как она придвинулась ближе. Ещё миг - её нежные руки с аккуратными длинными ноготками оплели меня. - Ты не бойся. Не бойся, это можно исправить... исправить... только достанься НАМ! - На миг я ощутил, как её пальцы впиваются мне в плечи, становятся сильнее, длиннее. Когти проткнули рубашку, впились в кожу. Сердце прыгнуло к горлу. Я вырвался, развернулся к ней.
"Нет, этого не может быть, не может!" - Забилось у меня в голове, вместе со стуком сердца. Обернувшись, я ожидал самого страшного: Даша вдруг станет монстром - одной из них - и нападёт на меня, разорвёт на части, как тряпичную куклу, но ничего из этого не случилось. Я увидел бедную и испуганную девушку в грязной и потной одежде; её глаза выражали неподдельный ужас и страх. И в этот последний миг я признал собственную жену, борющуюся с чем-то иным внутри себя. С чем-то неизведанным и страшным. Она разрыдалась, как маленькое дитя, и, не в силах держаться, упала прямо на землю. Я сразу же поспешил следом за ней, стараясь успокоить и помочь.
- П-прости... Прости! Я видела... Я знала, что я делаю и... и говорю! Но я не могла ничего поделать с этим, не могла остановить! Понимаешь?! - Я знал, я понимал, и холодный страх, рвущийся откуда-то из груди, оплетал меня. Но я не мог её оставить, хоть мои руки дрожали и волосы вставали дыбом.
- Тише, тише, дорогая... Я понимаю, понимаю, понимаю... - В моём голосе прослеживалась предательская обречённость, но я не хотел думать об этом: сейчас всё моё существо обратилось к страданию самого близкого мне человека - Даше.
- Ты не понимаешь! Они... они слишком сильны, и они у меня в голове! Они заставляют меня делать, говорить... ох, Миш... - Не зная, что и ответить, я обнял её, прижал к себе, чуть раскачиваясь из стороны в сторону. Я смотрел в пустоту: на темнеющую кромку леса, на уходящий закат, на мерзкие тени, тянущиеся к нам. Мы были совсем одни - два взрослых человека в объятиях друг друга, вдруг ставшие простыми детьми. Или это лишь моё воображение? Даша всё также плакала, зарываясь носом в мою рубашку, и я не знал, что теперь нас ждёт. В один миг я могу всё потерять - и её, и себя. Я тяжело выдохнул, и тут до моего слуха донёсся рокот подъезжающей старенькой тачки, хотя мне показалось, что рычат те существа. Девушка - я чувствовал - замерла, как маленький котёнок, и вжалась в грудь.
- Хей, молодёжь, с вами всё хорошо? - Открыв окно с водительского места, спросил рыжеволосый мужчина. На первый взгляд он казался даже дружелюбным, чем-то притягивающим к себе. - Может, случилось чегось?
- Нет... нет, жена просто подвернула лодыжку - Водитель внимательно осмотрел нас с ног до головы, взглядом остановившись на моей жене.
- И куда вы в такую темень направляетесь?
- В город.
- В город. Ага... это получается, вам придётся идти и идти.
- Мы надеялись поймать попутку туда.
- Ну, что я вам скажу... Я еду не в город, а в село Зарубежное. Тама я живу. И никто с села или откуда-то ещё в город не поедет, поэтому, ребятки, садитесь-ка ко мне в мою колымагу и поехали со мной в Зарубежное. Человек я добрый, не обижу, так что садитесь. - Водитель подкрепил свои слова улыбкой, в которой не хватало одного зуба. Ну, что ж, мы и правда могли шествовать до города всю ночь, а этого никто из нас не хотел, да и не выдержал бы. Раньше мы с Дашей путешествовали иначе: палатки, лежаки, рюкзаки, до отказа набитые снедью. Теперь мы об этом даже не подумали. Водитель мне показался добрым малым, хотя по возрасту казался намного старше меня. - Ну так шо, поехали?
- Ладно, поехали. - Кивнул я, помогая девушке встать на ноги и поддерживая её за плечи. Она как-то странно притихла, жалась к моей руке, да и вообще - головы не поднимала. Мне показалось это странным, но я списал это всё на то, что она пережила, да и не любила она незнакомцев.
- Меня Серёгой звать. - Произнёс он, посмотрев на нас в зеркало заднего вида, когда мы уселись на заднем сиденье.
- Очень приятно. Я Миша, а это моя супруга Дарья. - Он хмыкнул, завёл мотор и тронулся.
- Мишка и Дашка, значит. А чего это ваша, позвольте заметить, супруга молчит?
- Стесняется. - Пояснил я. Водитель усмехнулся, открыл рот, чтобы что-то сказать, но я вдруг почувствовал, как Даша сжимается, прижимается ко мне, кладёт голову на плечо.
- Зря. - Она сказала это так тихо, что я не уверен - услышал ли водитель. Но её пальцы впились мне в руку, и я вдруг понял: она не стесняется. Она боится.