В библиотеке
В библиотеке они появились только спустя два часа. Разморенный Драко, сбросивший напряжение и наконец-то успокоившийся, терся о Поттера как большой кот. Лениво укладывал голову ему на плечо, доверчиво притирался к груди. Казалось, что даже его расслабленная поза сообщает всему миру: “Я только что поимел Гарри Поттера. Дважды”. А Гарри счастливо улыбался, обхватывал его руками за талию и крепко прижимал к себе, незаметно целуя в ухо и в шею.
– На вас неловко смотреть, – обронила Гермиона, примостившаяся со стопкой книг в просторном кресле возле камина, и снова уткнулась в старинный фолиант. – Вы хоть когда-нибудь перестанете?
– Вряд ли. Но ради тебя я постараюсь, – Драко с видимым сожалением оторвался от Поттера, чуть задержавшись пальцами на его руке, и уселся в соседнее кресло рядом с ней. – Как дела?
Гермиона благодарно ему улыбнулась:
– У вас фантастическая библиотека.
– Я знаю, – в голосе Малфоя прозвучали прежние самодовольные нотки.
В своем восхищении Гермиона ничуть не лукавила: стройные ряды книг в разноцветных тяжелых переплетах заканчивались где-то под самым потолком, упираясь в узорчатые своды, редкие диковинные надписи на старинных кожаных корешках мерцали благородно и дорого, а несколько самоподстраивающихся стремянок ездили вдоль рядов, угодливо приглашая подняться на самый верхний ярус.
– Отдел с заклинаниями просто невероятный! – Гермиона не могла сдержать искреннего восторга.
Драко расплылся в горделивой улыбке и кивнул головой в дальний угол:
– А в Манускрипты ты заходила? Некоторые из них зачарованы...
– Еще не успела! Но ваши Магические Проклятия и Способы – это нечто! – Гермиона снова бросила жадный взгляд на высокие полки.
– А ты видела Древние Ритуалы? – казалось, Драко просто купается в ее неподдельном восторге.
– Это просто улет!
– А Легенды и Мифы?
– Да! Я не могу поверить, что у вас есть эльфийская генеалогия от начала времен!
– А Заклинания малых народцев?..
– Это невероятно...
Внезапно, услышав громкий протяжный стон, оба прервались на полуслове и нехотя обернулись. Гарри, издавший этот душераздирающий звук, ухмыльнулся, качнулся с пятки на носок, демонстративно зевнул еще раз и помахал им рукой:
– Пойду поищу Снейпа. Пока, зубрилы!
– Профессор, кажется, что-то говорил о подвалах, – рассеянно подсказала ему Гермиона.
– Иди, иди, невежда, – Драко засмеялся и расслабленно откинулся на спинку кресла. – Мы тут и без тебя справимся.
Пользуясь полученным разрешением, Гарри поспешно исчез, а Драко и Гермиона тут же затеяли жаркий спор о правильной системе хранения книг и их каталогизации.
Ближайшие полчаса они бродили вдоль бесконечных рядов, залезали по лестницам на самый верх и то восхищались очередным фолиантом, то спорили до хрипоты.
– Ну хорошо, допустим, ты меня убедила, – сказал Драко, заводя ее в дальнюю темную секцию. Сюда уже не пробивался солнечный свет, поэтому им пришлось подсвечивать книги Люмосом. – А что делать с этим? Как ты предлагаешь уложить это в твою систему? – Драко остановился у очередного стеллажа с собраниями сочинений в темно-бордовых чуть затертых обложках, зажигая палочкой подвесной неяркий светильник, и ткнул пальцем в длинную полку, заканчивающуюся где-то у дальней стены.
Глаза у Гермионы округлились, и она тут же кинулась к новым фолиантам:
– Никогда не видела столько книг по легилименции! – восторженно шептала она. – Я даже не знала, что их столько бывает. Малфой, да это же настоящее сокровище! О, Уильям Стед, Сен-Жермен, “Откровения тамплиеров”… Потрясающе! – она восхищенно водила пальцем по старинным кожаным переплетам, очерчивая тусклые золоченые буквы, не в силах оторвать глаз от заветных корешков.
– Это… мамины… – услышав в голосе Малфоя самую настоящую боль, Гермиона застыла на месте, но не стала оборачиваться, делая вид, что продолжает разглядывать книги.
– Она болеет? – участливо спросила она у ближайшего толстого тома.
– Она сошла с ума, – Драко постарался, чтобы его голос прозвучал как можно ровнее. – Разве Поттер тебе не сказал?
Гермиона помотала головой:
– Гарри никогда не говорит о тебе. И уж тем более о твоей семье.
Драко любовно усмехнулся:
– Я иногда забываю, как мне с ним повезло.
– Не хочешь рассказать? – Гермиона взяла с полки первую попавшуюся книгу и раскрыла ее наугад, напряженно прислушиваясь к шорохам сзади.
– Зачем тебе? – с подозрением спросил Драко.
Гермиона захлопнула книгу, но так к нему и не обернулась:
– Иногда бывает нужно кому-то выговориться. Как незнакомцу в дороге.
Драко молча оперся спиной о книжные полки и скрестил руки на груди. Его лицо исказила болезненная усмешка. Казалось, он крепко раздумывает над ее словами.
Гермиона рассеянно скользила глазами по золоченым корешкам и молчала.
– Ему нужны были кольца, – внезапно сказал он, и Гермиона вздрогнула от того, насколько его голос прозвучал надтреснуто, глухо и пусто. – Но это я знаю сейчас. А тогда вообще не понимал, что творится. Война закончилась. Нас с матерью освободили под залог, отца арестовали. Нам с ней вдвоем нужно было как-то приводить в порядок поместье. Оно было… – горло Драко судорожно дернулось. – Это было ужасно, Поттер видел, не даст соврать.
– Мы ведь тоже здесь были и видели, – негромко произнесла Гермиона, словно боясь спугнуть его откровенность. – Ты нас приводил сюда, помнишь?
Драко кивнул головой:
– Вы не были там внизу. А он был. Обломки, вонь, кровь, грязь, блевотина и моча на стенах, – запрокинув голову назад, Драко тоскливо смотрел вверх на потолочную роспись. – Но все равно мы с мамой верили, что все наладится. Самое главное было, что война кончилась. Одна мысль о том, что эти упыри больше не будут шататься по нашему дому, давала нам с ней сил на годы вперед. И мы начали его восстанавливать. Понемногу. Насколько хватало денег и сил. Дом, парк… – Драко уже сам не слышал, что говорит, мыслями полностью перенесясь в то время.
– У вас получалось? – тихо спросила Гермиона, облокачиваясь плечом на стройные ряды книг.
Драко горько кивнул:
– Да, получалось. Знаешь, это было так прекрасно – видеть, как снова начинает золотиться лепнина, как портреты вылезают из укрытий и занимают привычные места. А в растоптанном парке расцветают хризантемы. Пусть изменения были почти незаметными, но они были. И мы с ней, не сговариваясь, поверили, что однажды все будет хорошо. И, может быть, даже отцу сократят срок... И мы снова будем все вместе… Как раньше… – Драко снова сглотнул комок в горле и постарался говорить как можно ровнее: – Он пришел вечером. Когда совсем стемнело. Я знал, что Сивый подох как собака, я видел его тело. Представляешь, что значило снова его увидеть перед собой? Ведь я правда думал, что все уже кончилось, – Драко вздрогнул и обхватил себя руками за плечи, вспомнив стальные когти, впившиеся в беззащитное тело, смрадное дыхание из волчьей пасти и издевательский то ли смех, то ли вой. – Маму он привязал к стулу, – глухо сказал он, – меня сковал заклинанием. Стал требовать от нее какие-то кольца. Я даже не мог понять, что ему нужно, поэтому был ему неинтересен. Ему нужна была она…
Драко умолк и зажмурился. Гермиона осторожно подошла к нему чуть ближе и успокаивающе положила ладонь на рукав мантии. Он распахнул глаза и бессмысленно посмотрел на нее:
– Она молчала. Он много, чего с ней делал, – бесцветным голосом произнес он. – Я видел всё, и никак не мог ей помочь. Я только не мог понять, почему она не отдает ему то, что нужно. Ни одна вещь на земле не стоила таких… такого… – он тяжело сглотнул. – Я тогда не знал, что она защищала мою жизнь. А он, видимо, понял. И понял, что она ничего не скажет. Потому что решил взяться за меня, – Драко снова зажмурился и потряс головой, отгоняя воспоминания: когтистая лапа, разрывающая одежду, вспарывающая когтями нежную кожу; боль; стыд; падение ничком на пол; солоноватую кровь из разбитого носа, затекающую в рот; вонючую пасть, жадно дышащую в лицо, и такой спасительный долгожданный обморок. – Я повел себя как полный трус, – тихо сказал он. – Я просто отрубился. А когда пришел в себя, его уже не было. И я мог шевелиться. А мама так и сидела, привязанная к стулу, в разорванном платье, вся в крови, с изуродованной шеей. Сидела и смотрела в одну точку. Ни на что не реагировала, никого не узнавала. Даже меня. Я стоял возле нее на коленях как идиот и не мог ничего сделать. Но что я мог? Я даже не знал, где моя палочка. Поэтому вместо реальной помощи, я просто дергал пальцами ее веревки. Я даже не догадался взять нож, – Драко, словно совсем позабыв о собеседнице, тяжело оперся рукой о деревянный брус. – Мне помогли ее развязать домовики, она была послушная как кукла, – он помолчал и наконец посмотрел прямо на Гермиону. – Они же откуда-то притащили мою палочку. Я ведь никогда даже не спрашивал, почему они нас не защитили. Может быть, если бы я у них спросил, догадался… Но мне тогда было все равно. Я вообще плохо помню, что было дальше. Я больше не мог на все это смотреть. Кажется, делал что-то, что должен был делать… ничего не помню. Хорошо, что у отца были спрятаны деньги. Мать Блейза помогла устроить ее в частную клинику во Франции. А я пошел в школу и постарался забыть обо всем. В том числе о мэноре.
Гермиона стояла, затаив дыхание. Казалось, что любой звук будет лишним.
– Она и сейчас в клинике? – наконец, тихо спросила она.
Драко горько кивнул:
– Без изменений. Не узнает никого, ничего не видит. Я навещаю ее. Но она об этом даже не знает.
– А Снейп? – выдохнула Гермиона. – Он же был здесь.
– Отец погрузил его в стазис. Он спал почти год. Его выхаживали домовики.
Гермиона смотрела на его потерянное лицо, не зная, что тут можно сказать.
– Гарри знает? – прошептала она.
– Что-то знает, – Драко болезненно усмехнулся. – Немного. Я так и не сумел ему признаться, какой я трус. Но я… я не смог от него отказаться, – он посмотрел на нее с упрямым вызовом. – Можешь меня осуждать. Наверное, на вашем добропорядочном Гриффиндоре это считается нечестным по отношению к нему… или даже подлым, – Драко постарался выдавить из себя кривую ухмылку. – Зато вполне по-слизерински. Показать товар с лучшей стороны и получить то, чего хочется. Любой ценой. Если я буду умело маскироваться, может быть, он никогда и не догадается, какой я на самом деле.
– Не смей! – звенящий голос Гермионы разорвал напряженную тишину, и Драко вздрогнул от неожиданности. – Никакой ты не трус и никогда не смей себя так называть! Ты выдержал столько, что другим и не снилось! – Драко вскинул на нее изумленный взгляд. Ее карие глаза яростно сверкали, ноздри раздувались от возмущения, казалось, даже волосы растрепались больше чем всегда. Обычно в школе она так защищала от него своего Поттера, а теперь точно так же защищала Драко от него самого. – Ты не трус, Драко! – крикнула она. – И никогда им не был! Не смей даже думать такое! И ты единственный, кто достоин Гарри по-настоящему!
Драко подавленно молчал, опустив глаза.
– Я испугался, – горько пробормотал он, но Гермиона лишь уничижительно фыркнула в ответ:
– Мы все очень сильные и смелые, Малфой. Пока дело не коснется наших родных, – решительно сказала она, делая по направлению к нему шаг. – Неудивительно, что ты так боялся за своих. И я безумно боялась за маму с папой. До жути. И Рон… И Гарри… – Драко вскинул на нее неверящий взгляд, и Гермиона уверенно кивнула, подтверждая свои слова. – Волдеморт совершил большую ошибку, когда приказал убить Дамблдора и Сириуса. Он сам развязал Гарри руки. Ты, наверное, тоже этого не знаешь, но Гарри тогда был как отмороженный. Порвал с Джинни и чуть не разошелся с нами, чтобы ему не за кого было бояться… – Гермиона потерла лоб и мстительно усмехнулась: – Жаль только, что Волдеморт так и не узнал, что собственными руками сделал его бесстрашным.
– Он такой и есть, – пробормотал Драко, и Гермиона расхохоталась, откидывая голову на книжные полки.
– Ты и правда так думаешь? – она всё хохотала, вытирая выступившие слезы, и не могла успокоиться.
– Что смешного? – Драко смотрел на нее непонимающе и хмуро.
– Я думала в вашей паре только Гарри эмоциональное бревно, но ты… Кажется, теперь ты даже его переплюнул, – она развернулась к нему и схватила за плечи: – Да он же боится за тебя! Ужасно боится! Когда тебе что-то угрожает, у него в глазах такая паника, какой я сроду не видела. Ты – его самое слабое место, Малфой! И мне уже не один человек сказал: “Как хорошо, что у Гарри не было этого во время войны”. Потому что никогда и ни за кого он не боялся так, как за тебя. За твою жизнь он бы пожертвовал целым миром. Мы могли бы проиграть из-за тебя всю войну, ты это понимаешь?
Глядя, с какой надеждой смотрит на нее Драко, она выпустила его мантию из рук и улыбнулась:
– Вы, парни, такие идиоты. И даже этим вы очень подходите друг другу, – она ласково провела ладонью по его плечу и подтолкнула к выходу. – Иди, найди его, он тебе сейчас нужен. А я побуду еще в этом разделе, ладно?
Драко молча кивнул и пошел по коридору, все больше ускоряя шаг, словно уходя от страшных воспоминаний. Через минуту он и сам не заметил, как уже бежал, задыхаясь от страха, что не найдет его, этого утомительного очкарика, который давно уже стал необходим больше всех в мире. Нужен, как воздух.
– Где Поттер? – запыхавшись, выдохнул он, тревожно оглядываясь, и ближайший домовик испуганно махнул сухенькой лапкой в сторону улицы.
Драко вылетел на крыльцо, помчался по пустынной дорожке и наконец-то увидел Поттера, точнее, лишь его заднюю часть, потому что все остальное было скрыто мраморным бортиком фонтана.
– Гарри! – еле заставляя себя сдержать шаг и унять бешено колотящееся сердце, он торопливо подошел к перегнувшемуся через бордюр Поттеру, и тот, вынырнув из темных недр пустого бассейна с покрасневшим от натуги лицом, улыбнулся и радостно помахал ему выпачканной в земле рукой.
– Драко! Ты как раз кстати! Мы с Тикси прочистили трубы и сейчас будем запускать фонтан, – оживленно сообщил он, вытряхивая из взлохмаченных волос засохшие листья и какие-то мелкие ветки. – Ты с нами?
Не в силах говорить, Драко лишь кивнул головой, и Поттер снова склонился над водостоком, мощным ударом магии пробивая внутренний затор, и тут же отпрянул, заслышав шум поднимающейся воды.
– Ты готов, Тикси? – громко крикнул он куда-то в трубу.
– Тикси гото-о-ов, хозяин Гарри, – послышался ответный гулкий вопль из тоннеля.
– Смотри, сейчас начнется, – разрумянившийся Гарри схватил Драко за руку, пачкая и его тоже, и восторженно указал вверх на черный пестик. Драко со странной смесью неверия и надежды уставился на ажурную верхушку, просто наслаждаясь поттеровским оживлением и теплом его руки. Внезапно откуда-то из самых недр послышалось утробное рычание, земля задрожала, и из фонтана, сверкая на солнце, взметнулись тяжелые первые капли.
Поттер разулыбался и потащил Драко к самому бортику, откуда было лучше видно и можно было дотронуться до воды, и они вместе стали смотреть, как редкие брызги взмывают все выше и выше, как их становится слишком много, как дружно они сливаются в шумные сильные струи, а над ними загорается прозрачная радуга.
– Хозяин Гарри, он заработа-а-ал! Хозяин Драко! Тикси так сча-а-астлив! – раздался радостный крик откуда-то сверху, и Драко увидел, что прямо под радугой в самой верхней чаше фонтана весело плещется промокший до нитки Тикси: взлетает в небо, подбрасываемый мощным напором воды, а разноцветные капли разлетаются, сверкая, и оседают на всем вокруг.
Зачарованно улыбаясь шумным жизнеутверждающим звукам фонтана, восторженным воплям домовика и холодным крапинкам брызг на лице, Драко с наслаждением чувствовал, как крепко его обхватывают со спины сильные руки, и как надежно Гарри прижимает его к своей груди, вытапливая своей жаркой любовью все тяжелые воспоминания и страхи.
Комментарий к Глава 37. В библиотеке Картинки здесь http://tuuli-veter.blogspot.ru/2015/11/37.html
====== Глава 38. Решение суда ======
Перед утренним заседанием Драко был сам не свой. Несмотря на то, что все вернулись из мэнора уставшие, ночь он провел без сна и теперь с самого раннего утра шатался по комнате полностью умытый и собранный, но какой-то растрепанный и с темными кругами под глазами.
– Малфо-о-ой, – простонал Гарри, открывая глаза. – Ты вообще хоть сколько-нибудь спал?
– Спал я, спал, вставай быстрее, – Драко залез с ногами на кровать и попытался сбросить его на пол.
– Еще двадцать минут. Что мы будем там делать в такую рань? – умоляюще пробормотал Гарри, заворачиваясь поплотнее, но Малфой решительно сдернул с него одеяло:
– Или ты встаешь, или я ухожу без тебя!
– За что мне это все? – жалобно поинтересовался Гарри неизвестно у кого, но покорно сполз с постели и, пошатываясь, побрел умываться. – Лучше приготовь еще одну мантию, – сонно посоветовал он Драко, распахивая дверь в ванную.
– Зачем? – Малфой изумленно замер.
– Отцу. Ему же нужно будет в чем-то вернуться, – Гарри душераздирающе зевнул и скрылся внутри.
– Отцу? – Драко принялся растерянно озираться.
И как ему самому это не пришло в голову? Видимо, всё дело было в том, что он так до конца и не верил, что отца могут на самом деле отпустить. Как не верил в сказки с хорошим концом. Дрожащими руками Драко принялся перебирать свои мантии, выискивая самую лучшую. Наконец, он остановился на серой, с матовым отливом и серебряными застежками. – Может быть, эта? – неуверенно спросил он у появившегося в дверях взлохмаченного умытого Поттера.– Угу, отлично, – Гарри принялся натягивать брюки. – Снейп не сказал, где будет нас ждать?
– Он обещал зайти за нами сюда, – Драко любовно сворачивал мантию, бережно расправляя малейшие складки.
– Кстати, куда он вчера подевался? Я его целый день не видел, – спросил Гарри, возясь с пуговицами на рубашке.
– Думаю, он соскучился по своей лаборатории, – предположил Драко. – У него ведь там все самое лучшее, отец позаботился. И потом, профессор всегда был не слишком общительным.
Гарри замер с галстуком в руке:
– Так он и раньше жил у вас? Почему? – растерянно спросил он.
– Понятия не имею, – Драко пожал плечами. – Как-то так повелось, а я и не спрашивал. Обычно крестный жил в школе, но все каникулы и выходные проводил в наших подземельях со своими склянками и котлами. Я просто привык, что он член нашей семьи, вот и всё.
– Значит… если я поселюсь у вас, то и с ним мы вроде бы как станем родственниками? – Гарри принялся затягивать галстук.
– Значит, вроде бы станете, – усмехнулся Драко и подошел к нему близко-близко, помогая выровнять концы и расправить красно-желтый узел. – У тебя будет куча новых родственников, Поттер, – интимно шепнул он, словно невзначай соскальзывая пальцами на шею и задевая ямку на нежном горле. – Даже добрый дядюшка Розье станет членом твоей семьи, если его к тому времени еще не казнят. У тебя с этим проблемы?
– Никаких, – хрипло отозвался Гарри, не сводя жадных глаз с его губ и начиная осторожно притягивать Малфоя к себе.
– Поттер, – Драко шутливо его оттолкнул. – Ты когда-нибудь перестаешь думать о сексе?
– Только не когда ты рядом, – Гарри уверенно вернул его обратно, провел губами по виску, вдыхая его запах и скользнул рукой по спине, – А может, мы быстренько, м?.. Снимем напряжение… – его голос срывался от желания.
Драко торжествующе улыбнулся, закрыл глаза, с готовностью подставляясь под ласкающую руку, и поцеловал Поттера именно так, как любил по утрам – напористо и жадно. Гарри застонал, податливо отвечая, доверчиво открываясь ему навстречу, притерся к нему так сильно, что Драко бедром ощутил его возбуждение, – и именно в этот момент раздался резкий стук в дверь.
– Вы уже готовы? – требовательно спросил низкий голос снаружи, и Гарри разочарованно застонал, роняя голову Малфою на плечо:
– Только не говори, что в мэноре нас ждет то же самое.
– Кто знает? – философски ответил Драко, нехотя выпуская его и направляясь к двери. – Большая семья – дело такое… Готовься.
Появившийся на пороге профессор кивнул головой, одобряя их готовность.
– Уже собрались? На всякий случай нам нужно прийти туда пораньше, – поджидая парней, прячущих смущение и торопливо приводящих себя в порядок, Снейп окинул глазами свою бывшую комнату: – Я смотрю, вы тут неплохо устроились.
Драко бросил на него быстрый лукавый взгляд и радостно фыркнул:
– Ну, прости, что подсидели.
– Ерунда, – Снейп взглянул на него с легкой насмешкой. – В моей новой комнате есть камин.
– Я смотрю, ты тоже даром времени не терял… – ехидно отозвался Драко и вышел в коридор вслед за крестным, пока Поттер метался в поисках брошенной куда-то мантии.
– Драко! – две темных фигуры, в которых он не сразу узнал Забини и Паркинсон, отделились от стены и шагнули к нему навстречу.
– Привет. Что вы здесь делаете в такую рань? – настороженно спросил он.
– Мы хотели пожелать тебе удачи, – Блейз протянул ему руку, и Снейп, окинув всех троих внимательным взглядом, кивнул Драко головой, показывая, что будет ждать его чуть поодаль. – Я рад, что твоего отца могут освободить. Не думай, что мы все как Нотт. То есть мы, конечно, тебе завидуем и всё такое… – Блейз крепко пожал поданную в ответ руку и сверху накрыл ее второй ладонью. – Но именно Люциус научил меня сидеть на метле. Такое не забывается. Удачи! – он резко выпустил руку Драко и, обняв за шею, с силой притянул к себе и тут же отстранился.
– Удачи! Ты это заслужил, – Панси тоже шагнула к нему и подала небольшую сильную ладонь, не решаясь обнять.
– Как ты? – Драко смотрел на нее чуть смущенно.
Она дернула плечом и покосилась на Блейза, который деликатно пошел в сторону профессора.
– Мы с Тео успели обручиться, – печально сказала она. – Но после всего, что было, вряд ли я останусь с ним. Так что я вроде как снова одна. Тебе случайно не нужна невеста, Драко Малфой? Ты теперь мальчик из почти что полной семьи. А в наше время это уже роскошь, – невесело пошутила она.
– Панс, – Драко рывком прижал ее к себе. – Всё наладится. Когда-нибудь, – шепнул он в темные волосы. – Спасибо, что помогала.
– И заметь, я почти не ревную, – раздался сзади них рассерженный поттеровский голос.
Драко, довольно ухмыльнувшись, попытался ослабить объятия, но Паркинсон вцепилась в него с удвоенной силой:
– Пошел к черту, Поттер! Снова ты?! Только у нас с Драко все начало получаться, – нахально отозвалась она и с гордостью добавила: – Я его почти развела на секс из жалости.
– Никакого секса, – Гарри вынул обалдевшего Малфоя из ее рук, спрятал себе за спину и дружелюбно пояснил ухмыляющейся Панси: – Убью обоих!
– Да пошел ты! – Паркинсон усмехнулась еще шире и помахала им на прощание рукой. – Удачи в суде, придурки! А ты, Драко, помни, если наконец-то надумаешь бросить этого гриффиндорского зануду, я вся твоя! – она послала им обоим воздушный поцелуй, развернулась и, на ходу ухватив Блейза за рукав, скрылась вместе с ним за ближайшим поворотом.
– Она невыносима! – прокомментировал Гарри и притянул к себе Малфоя, жадно целуя его в губы и в щеки. – Потерпи! – прошептал он в перерывах между поцелуями. – Мне срочно нужно пометить территорию.
Драко фыркнул и с облегчением рассмеялся. Как это ни было глупо, он до сих пор боялся, что подобные шуточки могут отпугнуть от него Поттера, и тот уйдет. Из-за чего угодно – просто возьмет и уйдет навсегда. Мир Драко давно уже стал очень хрупким, почти призрачным, из-за вечного страха его потерять. Он еще теснее прижался к Гарри, с наслаждением подставляясь под ласковые касания.
– Мы можем, наконец, идти? – рявкнул у них над ухом раздраженный голос. – Вы за своими любовными забавами не забыли, что нам пора в суд?
– Ты готов? – Гарри ласково провел рукой по светлым волосам, отстраняясь и тревожно заглядывая Драко в лицо.
– Да, – Драко, взбодренный утренней встряской, решительно кивнул головой, и все трое быстро направились к выходу.
Разумеется, в суд они прибыли слишком рано. В здании Министерства, куда им выдали временный пропуск, еще царил сонный полумрак, и начала работы им пришлось дожидаться в холле у фонтана.
В напряженном молчании они перебрасывались редкими словами и обменивались короткими фразами. Драко в волнении сжимал кулаки и расхаживал вдоль каменных стен. Поттер привалился к колонне и, кажется, снова умудрился уснуть, а Снейп пристроился на мраморном бортике неработающего фонтана и, как обычно, полностью погрузился в свои мысли.
– Кто на слушание по делу Люциуса Малфоя, проходите сюда, – молодая ведьмочка с красными волосами взмахнула палочкой и внезапно в Атриуме разом зажглись все светильники, из фонтана забила вода, окна кабинетов вспыхнули яркими огнями, а просторный зал словно по мановению руки наполнился людьми в черных, лиловых и красных мантиях. Вторым заклинанием волшебница запустила лифты, и Драко, забыв обо всем, метнулся вперед через толпу, а Гарри со Снейпом торопливо двинулись за ним.
На вынесение приговора зрителей в зале собралось еще больше, поэтому все трое устроились на том же самом месте, что и в прошлый раз, прячась от постороннего любопытства в темноте последнего ряда. Публика в амфитеатре собралась самая разношерстная: в зале сидели знакомые Люциуса, недруги, которые пришли позлорадствовать, и просто праздные зеваки. Гарри даже узнал троих репортеров из разных изданий. На почетном месте неподалеку от свидетельской ложи примостилась нарядная Рита Скитер. Она дружелюбно помахала Гарри рукой, и он смущенно махнул ей в ответ.
– Налаживаешь отношения с прессой? Вот это правильно! – шепнул Гарри на ухо выросший словно из-под земли Кингсли.
– Ну если это можно так назвать, – Гарри приветственно кивнул министру, ничуть не обнадеживаясь насчет ритиного расположения.
Кингсли одобрительно похлопал его по плечу и двинулся вниз в самую гущу суеты и шума. Всеобщие разговоры, пересуды и предположения складывались в зале в один общий гул, который сам собой смолк, как только в коридоре послышались тяжелые синхронные шаги. Зрители замолчали и даже привстали со своих мест, вытягивая шеи, глядя, как два крепких аврора вводят в зал Люциуса Малфоя.
Узник сегодня выглядел чуть более живым, видимо, тюремные условия в Аврорате были несколько лучше, чем в камерах Азкабана, или на него так подействовала надежда. Конвойные снова усадили Люциуса в черное кресло посреди зала, взмахнули палочками, и толстые цепи, глухо звякнув, обвились вокруг его тела. Драко, услышав этот звук, вздрогнул и непроизвольно схватил Гарри за руку.
В коридоре снова послышались шаги.
– Встать! Суд идет! – в дверях показались фигуры в сливовых мантиях, и зрители на этот раз неохотно приподнялись, переговариваясь громким шепотом и строя догадки.
Судья Боунс, неспешно заняв свою трибуну, дождалась, пока за ее спиной рассядутся остальные члены судейской коллегии, и стукнула молотком по столу:
– Слушание по делу Люциуса Абраксаса Малфоя объявляю открытым, – звучно провозгласила она, и судьи позади нее закивали головами. Зал настороженно притих, жадно прислушиваясь. – Мы тщательно изучили все аспекты дела и предоставленные суду доказательства, – опустив глаза, судья замолчала и уставилась в свои записи. Драко, не в силах больше сдерживать нетерпение, изо всех сил вцепился Гарри в руку, в волнении не замечая, что делает ему больно, – и готовы вынести вопрос о степени виновности Люциуса Малфоя на общее голосование!
Люциус, скованный по рукам и ногам в своем кресле, напряженно смотрел на судью, сосредоточенно шуршавшую пергаментами.
– На рассмотрение суда было вынесено два предложения, – строго сказала она, – признать Люциуса Малфоя косвенно виновным и, учитывая смягчающие обстоятельства, сократить тюремный срок до семи лет, либо признать его условно виновным и отпустить на поруки, – зал оживленно загудел, и судья была вынуждена снова постучать молотком по столу, призывая всех к тишине. – Необходимо отметить, что, учитывая уровень магии подсудимого, волшебник, оформляющий над ним надзор, должен обладать большой магической силой. Мы опросили пятнадцать подходящих кандидатов, но ни один из них не изъявил желания связать себя с подсудимым этими узами.
Гарри бросил быстрый взгляд на Люциуса, – тот сидел с таким видом, будто слова судьи его совершенно не касались, и только его длинные пальцы нервно впились в деревянные черные ручки, а плечи едва заметно поникли.
– Нет, – взволнованно выдохнул Драко и еще крепче вцепился Гарри в запястье, жадно ловя каждое слово Элинор Боунс, и Гарри успокаивающе накрыл его руку своей.
Судья неторопливо развернула новый пергамент:
– Но один из магов сам предложил свою кандидатуру, – Люциус чуть вздрогнул и быстро взглянул на судью, которая продолжала сохранять бесстрастное выражение лица. – И прежде, чем суд приступит к голосованию, мне бы хотелось вызвать этого человека на свидетельское место, чтобы получить подтверждение о намерениях и прояснить некоторые детали, – объявила Элинор Боунс и громко сказала: – Гарри Джеймс Поттер! Вы здесь?
– Так точно, ваша честь! – Гарри вскочил со своего места, и все головы немедленно повернулись в его сторону. Рита заинтересованно сдвинулась на самый край скамьи и напряглась, а ее перо встрепенулось и что-то проворно застрочило в парящем блокноте.
– Подойдите сюда, мистер Поттер, – приказала ему судья.
Гарри торопливо спустился вниз, пройдя мимо изумленного донельзя Люциуса, который проследил за ним сузившимися напряженными глазами.
– Ваше имя? Представьтесь суду, – строго велела она, как будто хоть кто-то в этом зале мог его не узнать.
– Гарри Джеймс Поттер, – Гарри слегка поклонился в сторону сливовых мантий.
В зале раздался оживленный гул.
– Гарри Поттер, – сказала Элинор Боунс, внимательно его разглядывая. – Вы подали заявку на надзор над Люциусом Малфоем. Осознаете ли вы, что с этого дня вы будете постоянно связаны с этим человеком неразрывными магическими узами?
– Осознаю, ваша честь, – Гарри постарался говорить как можно бодрее, особо пристально следя за тем, чтобы в его ответе не послышался тяжкий вздох.
– Осознаете ли вы, что будете обязаны отвечать за его поступки и действия ближайшие семь лет? – Элинор Боунс строго посмотрела на него, но на самом дне ее глаз светилась какая-то почти материнская жалость.
– Да, ваша честь.
– Готовы ли вы принять на себя ответственность за ограничение и распределение его магии?
– Готов, ваша честь.
– У суда назрел еще один важный вопрос, Гарри Поттер, – сказала она, словно все еще надеясь его отговорить от опрометчивого шага. – Хотя вы уже совершеннолетний, но вы все еще учитесь в школе, поэтому юридически мы не имеем права поручать вам контроль над взрослым магом, – судья сурово взглянула на него. – Что вы можете сказать нам на это?
Гарри чуть заметно улыбнулся:
– Я прошу уважаемый суд обратить внимание на то обстоятельство, что я был достаточно взрослым для всех на войне, чтобы сражаться и идти на смерть за весь магический мир, – спокойно ответил он. – Не думаю, что надзор за одним человеком будет намного сложнее. И я очень прошу уважаемых членов судебной коллегии учесть это при вынесении окончательного решения.
По залу прокатились возбужденные шепотки, и репортеры поспешно что-то застрочили в своих блокнотах.
Судья нахмурила брови:
– Вы действительно этого хотите, мистер Поттер? – как-то совсем неофициально спросила она, бросая быстрый взгляд на подсудимого.
– Да, я действительно этого хочу. Я думаю, многие из вас уже прочитали статью в “Пророке” и знают, почему, – Гарри снова чуть улыбнулся, склонив голову в легком поклоне, и на губах Элинор Боунс промелькнула ответная улыбка.
На лице Люциуса отразилось полнейшее непонимание, и он с обреченной злобой оглядел оживленно зашептавшийся амфитеатр.
– Благодарю вас, мистер Поттер, вы можете вернуться на свое место, – лицо судьи вновь стало бесстрастным. – Суд готов приступить к голосованию, – объявила она.
Под изумленные шепотки всего зала Гарри отошел от стола и, поймав недоумевающий и презрительный взгляд Люциуса, еле сдержал в себе недостойное желание скорчить рожу и показать ему язык. Он быстро взлетел в спасительную темноту их последнего ряда и упал на скамью, утешающе хватая Драко за ледяную руку.
Судья Боунс строго оглядела зал и подняла молоток:
– Кто за то, чтобы признать подсудимого Люциуса Абраксаса Малфоя частично виновным и назначить ему тюремное заключение сроком в семь лет?
В воздух взметнулись руки – одна, две, три… Гарри не успел сосчитать, но с облегчением заметил, что их не так уж и много.
– Кто за то, чтобы признать Люциуса Малфоя условно невиновным и выпустить на поруки?
В этот раз рук поднялось намного больше, и Драко, издав горлом какой-то непонятный звук, подался вперед всем корпусом, жадно пытаясь их сосчитать.
– Тридцать шесть против четырнадцати, – торжественно объявила судья и стукнула молотком, словно ставя в подсчетах жирную точку. – Большинством голосов Люциус Абраксас Малфой признается условно виновным и определяется под надзор Гарри Джеймса Поттера, который с этого момента считается его поручителем. Стража, освободите его. Гарри Поттер, подойдите сюда для проведения ритуала и заключения магической клятвы.
Зрители оживленно загомонили и начали вскакивать со своих мест, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть. Репортеры засновали вокруг ошеломленного Люциуса, закидывая его какими-то вопросами и мешая аврорам снимать с него цепи, а колдографы защелкали затворами, ослепляя его вспышками камер и оттесняя знакомых, которые пытались подойти с поздравлениями.
Гарри поспешно поднялся со скамьи и чуть замешкался, трогая за плечо оцепеневшего Драко, который застыл в неловкой позе, не в силах поверить в происходящее. Но седой аврор в красной длинной мантии уже поджидал Гарри у свидетельской ложи с палочкой наготове, и ему пришлось оставить ошеломленного Драко на попечение Снейпа, а самому быстро спуститься вниз.
Гарри поспешно подошел к черному креслу, и цепи, опутывающие тело Люциуса, окончательно разлетелись в разные стороны.
– Не знаю, зачем вам это нужно, мистер Поттер, – сквозь зубы тихо пробормотал Люциус, вставая с кресла и с наслаждением потирая затекшие руки, – да сейчас и не время это выяснять. Но тем не менее, я вынужден вас поблагодарить. Надеюсь, вы это делаете не для того, чтобы превратить мою жизнь в ад.
– Ну это как посмотреть, мистер Малфой, – ответил Гарри, с сомнением глядя ему в лицо. – Но мстить я вам точно не собираюсь, – торопливо прибавил он, увидев, как вскинулся старший Малфой и гневно сверкнул на него глазами.
– Протяните друг другу руки! – приказал подошедший аврор, прекращая их обмен любезностями, и оба, не слишком охотно подчинившись, соединились в первом рукопожатии. Волшебник взмахнул палочкой, выкрикивая заклинание, и красная магическая лента обхватила оба запястья, обвилась вокруг их кистей, вспыхнула яркой неоновой вспышкой и исчезла, впитавшись под кожу.
– Невидимые браслеты соучастия, – казенно пояснил им аврор в то время, как всех троих ослепляли вспышки колдокамер. – Мистер Малфой, не забывайте, что теперь вы должны отчитываться вашему поручителю обо всех своих перемещениях. Кроме того, вам надлежит в трехдневный срок встать на учет в Аврорате. По закону вы обязаны там отмечаться каждый месяц, – монотонно перечислял аврор. – Гарри Поттер имеет полное право в любое время дня и ночи проверять вашу волшебную палочку на заклинания и контролировать уровень вашей магии.
Люциус, стараясь не смотреть Гарри в лицо, резко кивнул головой, давая понять, что все понял, и аврор отошел, оставляя их наедине.
– И что теперь? – отрывисто спросил Люциус у Гарри, продолжая тереть саднящее запястье.
– Ваш сын принес вам одежду, – миролюбиво пояснил тот.
– Драко? Где он? – Люциус поспешно вскинул голову и в нетерпении заметался взглядом по трибунам.
– Отец! – взволнованный Драко уже мчался вниз по ступенькам и, неловко запнувшись о последнюю, непременно растянулся бы на полу во весь рост, если бы Гарри не успел на лету подхватить его беспалочковой магией и бережно поставить на ноги.
Люциус кинул на него быстрый изучающий взгляд, но ничего не сказал, снова отворачиваясь и жадно всматриваясь в приближающуюся фигуру сына.
Драко подбежал к нему и остановился напротив.
– Отец… – еле слышно выдохнул он.
– Драко, – отозвался Люциус едва ли не чопорно.
Гарри ожидал, что эти двое сразу же бросятся обниматься, но отец и сын просто стояли, глядя друг на друга, не делая навстречу ни шагу.
– Как ты? – хриплым низким голосом спросил Люциус и закашлялся.
– Нормально, – Драко опустил глаза и сглотнул.
Гарри, который ненадолго отошел к судьям для улаживания всех формальностей, издали разглядывал обоих Малфоев и удивлялся, как он не видел раньше, насколько похожи эти двое. Белоснежные волосы, упрямые взгляды, четкие профили, характеры, не признающие открытых чувств на публику, и одинаково поджатые губы, выдающие степень крайнего волнения.
– Я принес тебе мантию, – Драко снова вскинул на отца напряженный взгляд и протянул ему сверток, который все это время нервно комкал в руках.
Люциус коротко кивнул сыну, принимая мантию у него из рук, небрежно расправил серую ткань и с видимым удовольствием накинул себе на плечи, скрывая арестантскую робу.
Репортеры, явно огорченные тем, что зрелище счастливого воссоединения семьи не состоялось, разочарованно сделали еще пару общих снимков и потянулись на выход.
– Может быть, мы наконец-то покинем это место и обсудим всё дома? – подошедший к ним Снейп, сердито окинув обоих Малфоев быстрым взглядом, внезапно шагнул к Люциусу и сжал его в крепких объятиях. – С возвращением, Люц.
– Значит, выжил и даже вылез из своих подвалов, да, Сев? – Люциус внезапно улыбнулся приятелю, хлопая его по спине, и Гарри, рассеянно выслушивая указания авроров, подумал, что впервые видит его улыбку. Как и у Драко, она была чуть ироничной, чуть горьковатой и делала надменного Люциуса более человечным.
– Мне пришлось, – Снейп уже снова отстранился и принял независимый вид. – Дай приведу тебя в порядок, – хмуро сказал он, еще раз окидывая его глазами. – Ты похож неизвестно на что.
Люциус на удивление покладисто подставился под его заклинания, и Гарри, подходя к ожидавшей его троице, увидел, как по телу старшего Малфоя прошла фиолетовая волна, после которой его спутанные серые космы превратились в чистые белоснежные волосы, привычно рассыпавшиеся по плечам, а кожа на лице приняла здоровый, ухоженный вид.
– Я вижу, ты не теряешь хватки, – по-малфоевски насмешливо фыркнул Люциус, удовлетворенно оглядывая свои плечи и стекающие по ним идеально уложенные светлые пряди. – Значит, добыл себе новую палочку?
– Мне помогли, – коротко пояснил Снейп, не вдаваясь в подробности.
– А моя?.. – Люциус вопросительно вскинул на него глаза.
– У мистера Поттера, – сообщил ему Снейп несколько напряженно.
Люциус скривился и поджал губы:
– Верни мне ее, мальчишка, – коротко приказал он, по-прежнему не глядя на Гарри.
Тот холодно усмехнулся и, демонстративно засунув руки в карманы мантии, даже не двинулся с места. Драко бросил на него умоляющий взгляд, а Снейп раздраженно посмотрел на приятеля:
– Люциус, прекрати так себя вести. Он вытащил тебя на волю, будь вежлив хотя бы из благодарности. Мистер Поттер! Может быть, вы, наконец, закончите демонстрировать характер, подойдете к вашему подопечному, и мы сможем отправиться в мэнор, чтобы решить все вопросы без свидетелей? – он хмуро покосился на стоявших поодаль немногочисленных зевак.
Гарри, быстро взглянув на профессора, послушно кивнул, подошел к ним и молча протянул Люциусу его волшебную палочку черного дерева – тонкую, длинную и изящную.
Не говоря ни слова, Люциус хищно выхватил палочку у Гарри из рук и взмахнул ею в воздухе, пробуя простейший Люмос. Магия, послушно отзываясь, заискрила на самом кончике, и по лицу старшего Малфоя разлилось торжествующее удовлетворение.
Снейп выжидающе смотрел на него, как на капризничающего ребенка:
– Если ты уже наигрался, мы можем, наконец, аппарировать в мэнор? – насмешливо поинтересовался он. – Драко, мистер Поттер, пошевеливайтесь, мы не намерены вас ждать, – рявкнул он на смущенных парней.
– Что этот полукровка будет делать в мэноре? – мгновенно ощетинился Люциус.
– Вообще-то, ты теперь с ним надолго связан. Напоминаю, если уже забыл, – сдержанно отозвался Снейп, видимо, привычный к характеру приятеля.
– Это не имеет никакого значения. Нечего ему там делать, – Люциус бросил на Гарри высокомерный взгляд через плечо.
Драко расстроенно опустил глаза, а Гарри чуть не расхохотался, внезапно осознав, что надменный Люциус вредничает точно так же, как и его Малфой. Это были очень знакомые капризные интонации под номером семь из малфоевского арсенала: когда тот уже понял, что проиграл, но решил не сдаваться без боя. Гарри проглотил улыбку и вздохнул: если в каждой черте Люциуса он теперь собирается узнавать своего Драко, враждовать с ним будет сложновато.
– Тебе многое предстоит узнать. Жизнь изменилась, – ровно сообщил Снейп старшему Малфою, и Гарри снова чуть не рассмеялся, представив себе лицо малфоевского отца, когда тому станет обо всем известно. – Давайте обсудим всё дома.
Люциус хоть и скривился от его слов, но все же величественно кивнул головой, соглашаясь с приятелем, и они поспешно покинули стены зала.
На выходе из Министерства Люциус с наслаждением втянул в себя свежий воздух и бросил быстрый жадный взор на небо. Драко посмотрел на отца с сострадающим пониманием, и в его глазах, устремленных на Люциуса, засветились смешанные примерно пополам тревога и счастье.
Люциус мельком глянул на сына:
– Аппарируем, – сквозь зубы приказал он и обнял Драко за плечи, притягивая к себе чуть крепче, чем следовало при аппарации. – А ты возьми этого, – обратился он к Снейпу, небрежно указывая подбородком на Гарри.
– Как скажешь, – Снейп на удивление покладисто ухватил Гарри за локоть и потянул к себе. Драко, который тоже изо всех сил прижимался к отцовскому боку, бросил на Поттера виноватый взгляд, не решаясь прикоснуться к нему при отце. Гарри не выдержал и усмехнулся, на что профессор стиснул его руку еще крепче. – Стойте спокойно, мистер Поттер, – сурово приказал ему Снейп. – Еще успеете повеселиться! – многозначительно пообещал он, и Гарри опустил голову, пытаясь скрыть улыбку.
Вихрь аппарации рванул их вверх, и через пару секунд все четверо уже стояли на крыльце огромного дома.