Выше нас только небо

В понедельник на обеде Драко появился с неумело замаскированным синяком. Гарри поднял глаза, чтобы по привычке посмотреть на слизеринский стол, да так и замер, уставившись на Малфоя. Увидев, как наливаются кровью зеленые глаза, Драко опустил голову и попытался сделать вид, что ничего не происходит. Но Гарри уже мчался к нему через весь зал. Он поднял лицо Драко за подбородок и стал внимательно разглядывать.

– Кто? – голос у него был хриплый и такой неприятный, что сидящие рядом слизеринцы поежились, вспоминая недавний опыт.

– Поттер, отвали! – Драко попытался его отпихнуть, но Гарри держал крепко.

– Драко, кто? – требовательно повторил он.

– Поттер!

Гарри вцепился ему в плечи, быстро осматривая всю фигуру. Казалось, еще немного, и он кинется его ощупывать.

– Почему не свел? – тихо спросил Гарри.

– Неважно, – Драко упрямо отводил глаза.

– Только синяк, или что-то еще? Всё остальное в порядке?

Драко не мог на него даже злиться, таким жутко испуганным выглядел Гарри. Раньше он только издали наблюдал поттеровскую заботу о друзьях, но никогда не ощущал ее на себе. Это оказалось неожиданно восхитительно и приятно.

– В порядке, герой, в порядке, – он упрямо усмехнулся. – Прекрати меня обхаживать, как девчонку. Утомил.

Гарри буркнул “угу”, мягко просканировал его лицо ладонью, пробормотал себе под нос “Легилименс” и пошел вдоль рядов, удерживая на весу руку. Все с опаской и интересом следили за его поведением, пока не понимая, чего он хочет. А Драко не уставал удивляться его новой силе. Ну и что Поттер еще умеет? Разгрызать кирпичи зубами? Ходить по отвесным стенам? Превращать дерьмо в золото?

Меж тем Гарри дошел до конца их стола, особенно долго задержавшись возле Нотта. Тот съежился под уверенной рукой, но не посмел ничего возразить. Поттер постоял около него какое-то время, выжидая, мотнул головой и пошел дальше. Судя по поттеровскому поведению, слизеринцы оказались к этому не причастны. Рейвенкло и Хаффлпафф тоже. К гриффиндорскому столу Гарри подходил, решительно закусив губу. Над головой Рона его ладонь дернулась и замерла. Гарри остановился и пристально уставился другу в глаза. Тот ответил ему хмурым вызывающим взглядом. Не говоря ни слова, Поттер рывком поднял его со скамьи, поставил на ноги, размахнулся и безо всяких предисловий врезал в тот же глаз, который был подбит у Малфоя.

Все ахнули.

– Ты. Меня. Из-за него! – Рон медленно поднимался с пола, неверяще глядя на Гарри.

– Я тебя предупреждал, Рон! – Гарри стоял напротив него, яростно сжимая кулаки. – Совсем не можешь не пинать проигравших?!

– Ты бросил мою сестру! Чтобы быть с ним, – заорал Рон и кинулся к Гарри, нелепо размахивая руками и стараясь заехать кулаком в лицо.

– Да твое какое дело? – завопил Поттер, в свою очередь пытаясь повалить Рона и приложить головой об пол.

– Мистер Поттер! Мистер Уизли! Немедленно прекратите! – грозный окрик МакГонагалл из-за преподавательского стола несколько охладил их пыл, но когда Рон подло ткнул его в солнечное сплетение, Гарри не выдержал и набросился на него с удвоенной силой.

– Агуаменти! – от потока вылившейся на них ледяной воды они мгновенно расцепили руки, с трудом приподнялись и возмущенно уставились на того, кто посмел это сделать. Но новый преподаватель по Защите от Темных искусств, совсем недавно переведенный к ним из Дурмстранга, невозмутимо встретил их гневные взгляды. – Успокоились? – насмешливо поинтересовался он. – Не слышу ответа!

– Да, профессор Драгаров, – злобно пробормотал Рон и попытался встать на четвереньки в луже воды.

– А вы, мистер Поттер? – небольшие карие глаза прожигали Гарри насквозь.

– Успокоился, – процедил Гарри сквозь зубы, глядя на него исподлобья.

Холодные струйки стекали с волос на его лицо, висли каплями на кончике носа и противно затекали под очки. Болгарин рывком поднял обоих парней за шиворот:

– Вот и прекрасно. А теперь в кабинет директора. Оба!

Он подтолкнул их к выходу, одним движением стер с пола лужу воды и небрежно убрал палочку в рукав. МакГонагалл уже спешила к ним по проходу, торопливо накладывая на обоих парней Осушающее.

– Благодарю вас, Дамир, – сказала она, чуть запыхавшись. – Нам повезло, что в Хогвартсе появилась еще одна твердая рука. После войны с ними совсем никакого сладу, – пожаловалась она и, обернувшись к парням, добавила: – Мистер Поттер, мистер Уизли, что вы застыли? Вам нужно особое приглашение? Будьте любезны пройти в мой кабинет! Живо!

Гарри и Рон, понурившись, двинулись к выходу. Драко выскользнул из-за стола и последовал за ними на некотором расстоянии. Всю дорогу до Директорской башни Уизли тихо ругался на Драгарова, Малфоя, ноющую скулу, саднящее плечо, а заодно и на Гарри. Тот только хмурился и молчал.

– Подождите нас здесь, – величественно кивнула МакГонагалл, останавливаясь перед каменной горгульей. – “След единорога”, – внятно произнесла она, и проход медленно открылся. МакГонагалл посторонилась, пропуская болгарина внутрь, окинула притихших парней суровым взглядом и скрылась в дверях.
Они прислонились к стене в ожидании расправы. Рон ковырял пальцем дырку в штукатурке, а Гарри теребил рукав мантии. Драко облокотился о перила чуть поодаль.

– А этот чего за нами увязался? – Рон злобно кивнул на Малфоя, как на неодушевленный предмет. – Видимо, мало я ему врезал, раз не дошло.

– Послушай, ты… – Гарри вспыхнул, схватил его за воротник мантии и дернул на себя с такой силой, что Уизли невольно закашлялся. – Я тебя предупреждаю…

Внезапно его сзади обхватили сильные руки.

– Гарри… Не надо. Я сам был виноват, – разозленный Поттер невольно выпустил отпрянувшего Рона, обернулся и удивленно посмотрел на Малфоя, который впервые в жизни назвал его по имени. Он ошарашенно разглядывал Драко, который стоял к нему слишком близко, и чувствовал, как в груди разливается приятное тепло. Малфой нахмурился и настойчиво повторил: – Не надо. Мы с ним сами разберемся. Ты не вмешивайся.

Уизли тяжело дышал и глядел на него с не меньшим изумлением.

– Мог бы и свести, – раздраженно выпалил он.

– Тебя не спросил, – Драко снова независимо отвернулся к перилам.

Гарри внезапно расслабился и улыбнулся Малфою, постепенно успокаиваясь.

– Я просто устал за тебя бояться, Драко, – неожиданно признался он и ухватил его за рукав, не обращая внимания на ошеломленное лицо Рона. – Пойдем с нами, я хочу решить этот вопрос раз и навсегда.

Как раз в этот момент тяжелая дубовая дверь распахнулась, и появившийся на пороге Драгаров кивнул головой, приглашая их войти. Его темные глаза быстро и цепко оглядели проходящих мимо него парней.

– А ты куда? – он перегородил проход рукой, останавливая пытавшегося проскользнуть следом Малфоя.

– Туда.

Гарри, услышав высокомерный холодный голос, тут же развернулся и успел заметить еще и небрежный кивок белобрысой головы. Который уже раз он поражался умению Малфоя вести себя как наследный принц в самых заведомо проигрышных ситуациях.

– Я без него не пойду! – тут же уперся Гарри, требовательно разворачиваясь к болгарину.

Но тот не стал спорить, а лишь насмешливо приподнял бровь и убрал руку, пропуская Драко внутрь. Они неуверенно вошли в круглую комнату, плотно заставленную магическими приборами. МакГонагалл уже восседала за огромным столом в самом центре. Пристроившийся за ее плечом Фоукс при виде Гарри радостно курлыкнул и захлопал крыльями, но директор наградила его таким строгим взглядом, что он тут же притих.

– Молодые люди! – она прожгла обоих гриффиндорцев возмущенным взглядом. – Я должна потребовать объяснений! Затеять драку посреди Большого зала! С вас берут пример первокурсники! Что на вас обоих нашло, скажите на милость?

– Директор, – Гарри вежливо наклонил голову. – Скажите, вас не сильно беспокоит то, что одного из ваших учеников могут покалечить или убить?

Рон вздрогнул и шумно втянул носом воздух.

– Что вы говорите, мистер Поттер? – переполошилась директриса, резко вставая со стула.

Но Гарри уже и сам шагнул ей навстречу.

– На Драко Малфоя регулярно совершаются нападения. Как на его факультете, так и на других, – он метнул сердитый взгляд на изумленного Рона. – Сам он уже не справляется. А заступиться за него некому. Вы просто обязаны предоставить ему нормальные условия для учебы и просто для жизни, профессор. И если днем он еще хоть как-то может за себя постоять, то ночью… Поэтому я настаиваю на отдельной комнате для него!

Малфой даже забыл разозлиться, так он был поражен этой заботливой наглостью. Пожалуй, это было слишком даже для безбашенного Поттера. Но к его удивлению, МакГонагалл отнеслась к поттеровскому выступлению совершенно хладнокровно и вместо того, чтобы его осадить, принялась внимательно изучать лицо Драко с проступающим через замазку синяком.

– Мистер Малфой, я не знала, что дело так далеко зашло, – мягко произнесла она. – Почему вы мне не сказали? Я обещаю завтра же поговорить с учениками. Вам нужна моя помощь?

Драко бросил на Поттера гневный взгляд и ожесточенно помотал головой.

– Конечно, нужна, – тут же встрял неугомонный Поттер, и Драко, не сдержавшись, ткнул его кулаком в бок.

– Я поговорю с ними, – повторила МакГонагалл и выразительно посмотрела на стоявшего у стены болгарина: – Я надеюсь, как декан Слизерина, вы тоже разберетесь с этой проблемой, Дамир?

– Разумеется, – тот сухо и коротко кивнул, и Малфой бросил на Гарри еще один ненавидящий взгляд.

– Решено. С сегодняшнего дня вы будете жить в отдельной комнате, Драко. Там, где раньше жил Северус, – объявила МакГонагалл. – Она сейчас как раз пустует. Вы согласны?

Драко растерянно взглянул на Поттера и неуверенно пожал плечами.

– Почему это одним все, а другим ничего, – возмущенно пробормотал Рон себе под нос, но так, чтобы Гарри его услышал.

– Заткнись, Уизли, или я тебе снова врежу, – прошипел Драко.

– Заткнитесь оба, вы, идиоты, – сквозь зубы тихо рявкнул Гарри на них обоих, испугавшись, что директриса сейчас передумает.

– Ну вот и отлично, – подытожила МакГонагалл, сделав вид, что не слышала их перепалки. – Где бывшая комната профессора Снейпа, вы знаете. Вы проводите его, Гарри? – она окинула взглядом просиявшего Поттера, хмурого Драко и покрасневшую физиономию Рона и скупо улыбнулась: – Пароль на вход: “Плач мандрагоры”. Эльфы помогут вам собраться и переехать, мистер Малфой. Все свободны.
-Наказание, – раздался сзади низкий голос Драгарова, про которого все снова благополучно забыли.

– Ах, да! – спохватилась МакГонагалл и подпустила в голос суровости. – Пятьдесят баллов с Гриффиндора за драку в общественном месте и отработка в четверг в восемь в кабинете по ЗОТИ вам обоим. Мистер Уизли, я надеюсь, вы усвоили, что при подобном поведении вам очень быстро придется распрощаться со школой? Или мне стоит сообщить о произошедшем инциденте Молли и Артуру?

Рон, не поднимая глаз, понуро помотал головой.

– Все было по-честному, профессор! – неожиданно выступил вперед Драко, и Рон вскинул на него удивленные глаза.

– Мистер Малфой, вам тоже назначить отработку? – МакГонагалл смерила его строгим взглядом. – Разговор окончен, – резко прибавила она и обернулась к Гарри. – Я все-таки смею надеяться, что одному человеку не безразлично, что происходит с Драко Малфоем. И в случае чего он за него всегда заступится. Я всё правильно понимаю?

– Конечно, профессор. Всё верно, – Гарри лучезарно ей улыбнулся, наконец-то успокаиваясь, ухватил Малфоя за рукав и, не оглядываясь на Рона, поволок к выходу мимо болгарина, меряющего всех троих подозрительным взглядом.

– Теперь еще эта отработка. Так некстати! У нас как раз в четверг новые отборочные по квиддичу! – Гарри сердито несся по направлению к новой комнате Малфоя так, что Драко еле за ним поспевал. – Откуда он вообще у нас взялся?

Малфой на ходу пожал плечами.

– Из Дурмстранга. Кажется, отец мне что-то говорил про него. Вроде бы играли друг против друга на поле. Он отличный загонщик, но отец несколько раз его сделал. Зануда и педант, но, по слухам, дело свое хорошо знает, – Драко наконец-то смог нагнать возмущенного Гарри. – Поттер, ты не говорил, что боишься за меня по ночам. Почему? – Драко ухватил его за край мантии, заставляя остановиться.

Гарри внезапно смутился:

– Когда ты спишь, то не можешь постоять за себя, – не очень внятно пробормотал он, пряча взгляд. – Они могли сделать с тобой все, что угодно. Я бы себе никогда не простил.

Драко усмехнулся, стараясь тщательно скрыть благодарность:

– Дурень, я накладывал на полог кучу фамильных защищающих. Вот уж не знал, что ты из-за этого беспокоишься.

Гарри только молча кивнул и развернулся, чтобы идти дальше, но Драко снова удержал его за рукав.

– Я хотел спросить тебя, – он неловко замялся, но всё же продолжил. – Получается, ты теперь очень сильный маг. Почему никто не знает, что у тебя такой мощный уровень магии? Ты ее никогда не используешь.

Гарри продолжал сосредоточенно смотреть в стену.

– Не знаю, – наконец выдавил он. – Большая сила – это ведь и большая ответственность. Легко возомнить себя богом и начать карать направо и налево. Каждый раз она во мне будит что-то темное, – его скулы чуть порозовели от смущения. – А я не хочу свихнуться от своих возможностей, как ее прежний хозяин. Поэтому использую только в самых крайних случаях. Пойдем уже, ладно? – неловко буркнул он.

Было видно, что он стремится поскорее свернуть этот разговор, поэтому Драко только кивнул и молча пошел следом за ним. Но не удержался и почти на самом пороге снова задал волнующий его вопрос:

– И поэтому ты не применял ее, когда вы дрались с Уизли? И со мной?

Гарри упрямо качнул головой:

– Рон – мой друг. Я хочу быть с ним на равных, когда дерусь. И с тобой тоже, – напряженно сказал он.

– И как ты такой получился, Поттер? – Драко внезапно улыбнулся ему и распахнул дверь своей новой комнаты. – Тебе нимб случайно не жмет, спаситель? – с этими словами он первым пропихнул его внутрь.

Их улыбки невольно растаяли, когда они остановились возле старенького кресла и принялись оглядывать небольшое аскетичное помещение. В комнате почти ничего не осталось от прежнего владельца – широкая кровать с пружинным матрасом, пустой огромный шкаф с резными дверцами, до отказа забитые книжные полки могли принадлежать кому угодно… Лишь дубовый письменный стол у самого окна, уставленный колбами и ретортами, напоминал о том, кому эта комната когда-то принадлежала. Гарри проглотил жесткий комок в горле.

– Ну что, начнешь обживаться? – нарочито весело предложил он Малфою.

– Да, – Драко подошел к столу, молча вынул из стойки и принялся крутить в руках тонкую пробирку. Наконец, он поднял голову, оглянулся на Гарри и тихо сказал: – Давно это было, да, Поттер? И будто не с нами.

Гарри встал рядом, касаясь его плечом, и задумчиво посмотрел в окно на открывающийся вид. Темные дорожки разрезали школьный двор на несколько неравных частей, а вдалеке темнело бескрайнее озеро.

– Знаешь… – тихо сказал он. – Мне часто хотелось какую-нибудь другую жизнь. Например, такую, как у тебя. Чтобы семья… чтобы меня любили. Хоть кто-нибудь, – негромко признался он. – По крайней мере, у тебя остались воспоминания, а у меня так и вообще ничего... – он криво усмехнулся и, словно стряхивая овладевшее ими уныние, подчеркнуто бодро и радостно сказал: – А у меня теперь только ты, придурок. Зови эльфов, будешь переезжать, а то до вечера не управимся. А нам еще на занятия.

Драко глянул на него с понимающим состраданием и шевельнул губами, словно хотел что-то сказать, но вместо этого лишь хлопнул в ладоши, призывая домовиков.

Весь день Гарри помогал Малфою таскать вещи и обустраиваться. Отсидев положенное время на уроках, после ужина они снова занялись переездом. Поттер настраивал на вход Защитные чары; выселял мелкую замковую нечисть, прочно обосновавшуюся в пустующей комнате; гонял хогвардских эльфов за сменным бельем. Но чем быстрее приближалось время отбоя, тем больше Гарри замечал, что Малфой буквально не находит себе места.

– Что случилось? – Гарри не на шутку встревожился, когда тот разбил третью колбу подряд, и руки его задрожали. Казалось бы, теперь Малфой должен почувствовать себя в полной безопасности, но на самом деле, с каждой минутой он все больше бледнел и терялся.

– Ничего, – Драко равнодушно отвернулся к верхней полке, засовывая туда стопку рубашек.

– Малфой, – Гарри подошел к нему почти вплотную и положил ладонь ему на плечо. – Скажи мне! Ты же знаешь, что я не отстану.

– Поттер, скоро отбой, тебе пора, – Драко дернулся и сбросил дружескую ладонь.

– Драко!

– Не твое дело! Понял? – несмотря на злобный голос, его пальцы дрогнули и с силой впились в толстую дубовую створку.

– Как это не мое? Ты же знаешь, я люблю тебя, – Гарри усмехнулся.

– Придурок, – Драко вспыхнул и громко хлопнул дверцей шкафа, все еще стоя к Гарри спиной. – Можешь не стараться, сейчас тебя все равно никто не слышит.

– Но ты же слышишь и знаешь, – в довесок к своим словам смеющийся Гарри приобнял его за плечи. Драко вздрогнул и попытался отстраниться, но Поттер держал крепко. – Давай уже, колись, Малфой, все равно достану!

Драко понуро опустил голову и сдался. Он уже понял, что Поттер на самом деле просто так не отвяжется.

– Я боюсь спать один, – наконец выдавил он признание. Каждое слово давалось ему с трудом. – Мне постоянно снятся кошмары. Даже там было легче. Там я боялся хотя бы людей, а здесь буду с этим один на один… Я уже давно совсем не могу спать.

Гарри развернул его к себе и тревожно заглянул в лицо:

– Ты поэтому все время такой измученный?

Малфой устало отвел глаза:

– Магии не хватает. Даже синяк свести не смог. Бесит, – сказал он с тихой обреченностью.

Гарри посмотрел на него с сочувствием и неожиданно для самого себя предложил:

– Я останусь сегодня с тобой, хочешь?

Драко резко помотал головой, но Гарри все понял правильно.

– Подожди! Я скоро вернусь, – оживленно пообещал он. – Только пойду предупрежу наших, чтобы меня не теряли.

Драко устало прикрыл глаза:

– Поттер, ты знаешь, что в качестве друга еще больше невыносим, чем в качестве врага?

Веселый голос Гарри раздался уже откуда-то из-за двери:

– Ты сам захотел, Малфой, теперь терпи!

– Когда это я захотел? – возмущенно вскинулся Драко.

– Семь лет назад! Так что сам виноват.

Дверь за Гарри захлопнулась, а Драко так и остался стоять посреди комнаты с неуверенной полуулыбкой на губах.

Поттер вернулся довольно быстро, волоча в руках умывальные приборы, бордовую подушку и красное одеяло с дурацким золотым львом. Драко ждал его, съежившись в углу кровати и привалившись к резному деревянному изголовью. Кажется, Малфой так до конца и не поверил, что Гарри придет, поэтому у него в глазах мелькнуло огромное облегчение, когда он увидел, как тот швыряет рядом с ним свои пожитки.

– Поттер, ты что, собрался спать со мной в одной постели? – когда Драко пришел в себя, до него наконец-то дошел смысл действий Гарри.

– Угу, – тот радостно запрыгнул к нему и нахально растянулся рядом на животе.

– Я привык спать один, знаешь ли, – Драко выбрался из угла и переполз в самый центр, заявляя о своих правах.

– Тогда можешь лечь на полу, здесь полно места, – Гарри широким гостеприимным жестом обвел комнату и тут же получил тычок в бок острым локтем.

– Сам иди на пол, я тебя не звал, – Драко, разумеется, и не думал сдаваться и тут же предпринял попытку столкнуть гостя вниз. Гарри не остался в долгу и оживленно поддержал битву за спальное место. Со все возрастающим энтузиазмом они спихивали друг друга с кровати, снова запрыгивали, ставили бесчестные подножки и подсечки, сердито фыркали, огрызались, потом, не выдержав сосредоточенной возни, начали хохотать. В упорной борьбе победил Гарри, который исхитрился завернуть Малфоя в зеленое одеяло, сбросил смеющийся сверток на пол и сам рухнул за ним следом.

– Иди сюда, – когда они отдышались, Поттер помог поверженному врагу выпутаться и снова затащил его наверх, попутно отмечая, какое облегчение ему приносит вид заливающегося от смеха Драко.

Малфой, к его удивлению, на этот раз без возражений улегся рядом с ним.

– Когда у меня были кошмары, – Гарри смотрел в потолок и говорил спокойно, словно о чем-то обыденном, – со мной почти постоянно кто-то был. Рон, Невилл… Даже Гермиона. Они старались меня вовремя разбудить, чтобы выдернуть оттуда. Очень тяжело с этим справляться в одиночку. И глупо этого стесняться.

– Тебе снились кошмары? – Драко заинтересованно повернул к нему голову.

– Еще какие. Как-нибудь поделюсь. Только не перед сном, – Гарри вздрогнул и поежился. – Расскажи лучше, что тебя так мучает?

Закат уже давно подмигнул последними лучами, и в комнате с каждой минутой стремительно темнело. Парни устроились рядом, укрывшись одеялами, и в сумерках их голоса звучали приглушенно и немного таинственно. Драко помолчал, не желая открываться. Но вскоре не выдержал и заговорил:

– Отец. Мама.

– Я знаю про твоего отца, Драко, – Гарри приподнялся на локте и заглянул ему в лицо. – А что с мамой? Она отдыхает во Франции?

Драко поспешно перекатился от него на другой бок и снова умолк, уставившись в стену и явно не собираясь отвечать на этот вопрос. Но Гарри молчал, не приставая к нему с расспросами, и он внезапно решился.

– Мама сошла с ума. Уже после войны, когда меня пытал Сивый, – он покачал головой на немой вопрос Поттера, показывая, что не хочет обсуждать эту тему. – Она во Франции, в клинике для душевнобольных. Хорошо, что у отца остались там деньги. Об этом никто не знает. Вот теперь ты.

Гарри испуганно выдохнул и непроизвольно обнял его за плечи. Но Драко раздраженно вывернулся из-под его руки.

– Прекрати меня жалеть, Поттер. Терпеть этого не могу.

Но Гарри, несмотря на протесты, снова сгреб его в охапку и прижал к груди.

– Не будь идиотом, Малфой, – шепнул он в светлую макушку. – Всегда легче, когда есть с кем разделить боль. Я понимаю тебя. И никогда не буду попрекать твоей слабостью.

Драко засопел и злобно дернул плечом.

– Давай спать, Поттер. Уже поздно. Убери руку.

– Не уберу. Спи так, зануда.

– Говорю, убери.

Драко спорил только из принципа, больше не пытаясь сбросить его ладонь. С теплой поттеровской рукой засыпалось значительно уютнее и спокойней. Гарри словно почувствовал это. Притянул его поближе к себе, подоткнул зеленое одеяло и обнял.

– Всё. Спи.

То ли дело было в усталости, то ли в теплом Поттере, который мерно дышал за спиной, но в этот день кошмары начали мучить его только под утро. Во сне Драко снова кричал под пытками, Сивый похабно сладострастно улыбался, а мама на его глазах снова и снова сходила с ума. В который уже раз он видел больной беспомощный взгляд отца и торжествующие красные глаза буйно-помешанного идиота, который возомнил себя правителем мира. Драко стонал и метался по кровати, пока не почувствовал, как теплые ладони ласково гладят его по плечам, по лицу, убирают со лба мокрую слипшуюся челку, и услышал ласковый шепот:

– Тише, Драко, тише. Это всего лишь плохой сон. Я убил этого урода. Он больше никогда не сможет тебя мучить.

Драко благодарно застонал в полудреме, притянул надежную руку поближе к себе, ухватился за нее, как за спасательный круг, и крепко уснул, на этот раз без сновидений.