72 глава
Почему он вдруг больше не хочет снимать фильм?
Е Чэнь недостаточно сыграл свою роль!
Тем не менее, он уважал предложение Жэнь Цзина, поэтому он спросил: «Что не так? Есть ли что-то еще, что тебе нужно сделать?»
Есть ли у Жэнь Цзина работа, которую он должен закончить?
Жэнь Цзин: «Это не то».
Е Чэнь все еще серьезно размышлял об этом, он снова спросил: «Может быть, ты плохо себя чувствуешь?»
Теперь он начал чувствовать себя ужасно обеспокоенным.
Глядя на своего большого милашку, находящегося в таком состоянии, Жэнь Цзин почувствовал, что он определенно чувствует себя нехорошо, особенно в определенном нежелательном месте.
Заметив, что он молчит, Е Чэнь еще больше забеспокоился: «Не держи все в себе. Пожалуйста, скажи мне, что именно тебя не устраивает, я...»
«Чэнь Чэнь».
Жэнь Цзин крепко обнял его, а затем вздохнул: «Я больше не могу играть в этом фильме».
Е Чэнь моргнул: «Почему?»
Жэнь Цзин признался: «Как Янь Хань, я должен продолжать отказывать тебе, но я...вообще не могу этого сделать».
Е Чэнь наконец понял. После того, как он некоторое время был в оцепенении, его сердце стало таким сладким, что превратилось в маточное молочко, а его лицо стало красным, как яблоко.
Жэнь Цзин продолжил свою исповедь: «Сначала я попросил тебя сняться в этом фильме, чтобы у нас была возможность сблизиться друг с другом. Я хотел больше взаимодействовать с тобой во время съемок...»
Е Чэнь задумался на некоторое время и почувствовал, что он думает так же...хотя в то время он имел в виду, чтобы ему было легче выполнять миссии...
Жэнь Цзин продолжал говорить: «Но теперь... съемки этого фильма мешают нам проводить время вместе».
Уши Е Чэна смягчились, услышав его слова. Он на самом деле одобрил то, что сказал Жэнь Цзин: В любом случае, теперь он не особо беспокоился о выполнении миссии. Так что им больше не нужно было снимать фильм.
Великий директор Ли Фу необъяснимо чихнул снаружи. Он чихнул так сильно, что его чуть не подбросило в небо.
Его помощник поспешно заговорил: «Как насчет того, чтобы надеть еще один слой одежды? Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не простудиться».
Директор Ли почесал нос: «Это не простуда, у меня очень плохое предчувствие».
Это было действительно очень плохо. Двое ведущих актеров собирались устроить забастовку и сбежать, это было бы нехорошо для него.
К счастью, у него все еще была совесть. Это был первый раз в его жизни, когда он встретил режиссера, который признал его. Он действительно не мог позволить режиссеру Ли плакать по всему Тихому океану, поэтому он сказал: «Я хочу продолжить снимать фильм».
Жэнь Цзин все еще продолжал «продавать идею» Е Чэну, как он сказал: «Все в порядке. Мы только начали снимать, поэтому не должно быть трудно изменить актеров для ролей».
Во всяком случае, он был «противодействием».
Е Чэнь снова заявил: «Я...я хочу, чтобы мы вдвоем снялись в одном фильме».
Сердце Жэнь Цзина дрогнуло в одно мгновение.
Е Чэнь снова тихо сказал: «Когда мы станем старше, мы могли бы сидеть вместе на диване и смотреть...мх...»
Не дожидаясь, пока он закончит свои слова, Жэнь Цзин страстно поцеловал Е Чэна.
Как он вообще мог осмелиться продолжать слушать то, что говорил Е Чэнь? Слова Е Чэна были настолько медовыми, что он не смог бы больше выносить, если бы услышал больше.
Когда они станут старше, они сидели бы вместе на диване и смотрели фильм, который сняли, когда были еще молодыми.
Размышления о таком славном будущем едва не лишили Жэнь Цзина рассудка.
Они долго оставались в туалете. Когда они вышли, Е Чэню пришлось подкрасить губы, чтобы они стали светлее.
Сам режиссер Ли не знал, что он выскользнул из-под тросов. Он терпеливо убеждал Жэнь Цзина: «На этот раз больше не смотри на голову медведя. Тебе просто нужно бросить взгляд на Е Чэна, изобразить шок, а затем немедленно перевести взгляд. Эту сцену нельзя редактировать, вас двоих нужно будет снять вместе в одном кадре!»
Жэнь Цзин на мгновение задумался, прежде чем предложить: «Не могли бы вы позволить Е Чэню снова переодеться?»
Директор Ли: «...»
Что за одержимость у тебя по поводу этого медведя!?
«Ладно, ладно, ладно»,— сдался директор Ли,— «Немедленно найдите одежду без головы маленького медведя!»
Жэнь Цзин послал сигнал Ян Сену, подмигнув ему. Ян Сен был на высоте и сразу же молча все понял. Он быстро пошел искать одежду с узким воротником, которая ничего не раскрыла бы, даже если бы Е Чэнь наклонился, надевая ее.
Е Чэнь чувствовал себя очень неуверенно он боялся, что кто-нибудь заметит его красные губы, поэтому он делал все, что ему говорили, проявляя особое послушание.
Когда он закончил переодеваться, съемки сцены продолжились.
Поначалу все шло гладко, пока не пришла очередь Жэнь Цзина, и он застрял в той же сцене.
Директор Ли с несчастным видом уставился на Жэнь Цзина.
Адамово яблоко Жэнь Цзина дернулось, затем он спросил: «Не могли бы вы больше не заставлять Е Чэна выбегать на улицу?»
Его ярко-красные щеки и слегка вспотевший вид действительно...
Директор Ли взорвался: «Нет! Как он может показать свою искренность, если он не потеет!?»
Жэнь Цзин: «...»
У Ян Сена не было выбора, кроме как сохранить «Лавр императора кино» своего короля. Он просто сказал тихим голосом: «Должно быть, господину Е очень утомительно бегать на улице в такой жаркий день».
Жэнь Цзин сразу же почувствовал себя расстроенным, как только услышал слова Ян Сена. Он использовал все свои актерские навыки и сыграл идеально, сделав результат спектакля очень превосходным, превзойдя ожидания.
Режиссер Ли почувствовал себя намного спокойнее, посмотрев видео запись. Хотя Жэнь Цзин «боролся» некоторое время, хорошо, что конечный результат был выдающимся. Он, наконец, смог потушить бушующий огонь, который он чувствовал к императору кино, своими собственными руками, на данный момент.
Во время перерыва Жэнь Цзин спросил Е Чэна: «Ты устал?»
Е Чэнь ответил: «Со мной все в порядке. Я чувствую себя намного лучше после того, как немного побегал».
Жэнь Цзин передал ему полотенце и воду, которые были приготовлены для него. Те, кто не был в курсе, могли подумать, что это был недавно нанятый помощник Е Чэна Сяо Лю: *машет на прощание обеими руками*.
После этого Жэнь Цзин продолжил съемки самостоятельно. Учитывая, насколько император кино Жэнь может быть занят позже, съемочная группа планировала отдать приоритет съемкам частей Жэнь Цзина в первую очередь.
У Е Чэна не было никаких возражений. Он в любом случае просто бездельничал.
Днем директор Ли намеревался позволить Е Чэню вернуться и отдохнуть, но Е Чэнь решил остаться.
Е Чэнь, очевидно, просто хотел составить компанию Жэнь Цзину, но режиссер Ли посчитал, что Е Чэнь был настолько предан своей работе, что остался на съемочной площадке, чтобы понаблюдать за съемками и приобрести некоторые навыки во второй половине дня.
В конце концов, пока этот «фальшивый» император кино не был расстроен, его игра действительно была весьма впечатляющей.
Е Чэнь весь день ходил с выражением фанатского лица. Все, что занимало его мысли, было: Жэнь Цзин потрясающий, Жэнь Цзин впечатляет, Жэнь Цзин такой красивый! Что это было насчет «наблюдения за съемками»? Что это вообще было? Он не мог ничего вбить себе в голову, даже если бы действительно хотел научиться, ясно?!
Когда его возлюбленный наблюдал за ним со стороны, Жэнь Цзин был более воодушевлен, чем когда-либо. Он был настолько искусен, что это пугало людей, он закончил каждую сцену с одного дубля. Все шло так гладко, что вся команда была в хорошем настроении!
Очевидно, все предпочли закончить все пораньше.
Настроение директора Ли значительно стабилизировалось. Он подумал, что ситуация утром была всего лишь редким случаем и в будущем такого больше не повторится!
К счастью, в течение следующих нескольких дней никаких «плохих идей» от Жэнь Цзина не возникло.
Главная причина в том, что сюжет фильма был довольно стабильным. Не было сцен, где им приходилось вступать в интимный контакт. Они просто посещали занятия и немного общались, так что у Жэнь Цзина вообще не было никаких «искушений», которые нужно было бы вытерпеть.
Вскоре после этого настало время кульминационного момента фильма, который стал поворотным моментом в их «зарождающихся» чувствах.
Режиссер Ли сказал: «Приморская часть очень важная сцена. И прежде всего, сцена искусственного дыхания...»
Он посмотрел на Жэнь Цзина и сказал: «Ты ведь знаешь, как делать искусственное дыхание, да?»
Жэнь Цзин: «...»
Лицо Е Чэна покраснело: «Мне ведь нужно только лечь, да?»
Директор Ли ответил: «Сначала тебе нужно будет только лечь, но потом тебе придется открыть глаза и смутиться. После этого тебе придется снова тихо закрыть глаза».
Е Чэнь: «...»
Режиссер Ли знал, что это трудная часть фильма, поэтому он терпеливо сказал: «Не нужно стесняться. Позже будет много таких сцен. Это только начало, поэтому вам нужно привыкнуть друг к другу. Хотя это и не значит, что вы двое влюбитесь по-настоящему, вам нужно создать атмосферу. Вы понимаете?»
Зрители, которые знали правду, думали: а нужно ли вообще создавать эту атмосферу? Ну, наверное, потому что ты гетеросексуальный режиссер, снимающий гей-фильм, ты не можешь заметить «атмосферу» между ними...
Директор Ли чувствовал, что ему нужно было «просветить» Е Чэна гораздо больше в конце концов, Е Чэнь был новым актером. Несмотря на то, что он играл довольно хорошо в последнее время, у него определенно возникал психологический барьер, когда ему приходилось целовать кого-то своего пола, поэтому директору Ли приходилось терпеливо облегчать его беспокойство. Поэтому он оттащил Е Чэна в сторону и некоторое время объяснял: «Видишь, Жэнь Цзин очень красивый. Ты мог бы просто относиться к нему как к девушке».
Е Чэнь: «!»
Директор Ли: «У тебя есть девушка, которая тебе нравится? Просто приложи ее лицо к Жэнь Цзину, и все будет хорошо!»
Е Чэнь: «!!!»
Режиссер Ли продолжил: «В этой сцене тебе не нужно проявлять инициативу. Тебе просто нужно показать немного счастья».
Е Чэнь: Что мне делать, если я на самом деле счастлив?
После долгих объяснений директора Ли, Жэнь Цзин подошел и сказал: «Не волнуйтесь, мы потренируемся наедине».
Директор Ли хлопнул в ладоши: «Правильно! Тебе следует как следует потренироваться сегодня вечером. Не стесняйся и просто расслабься. Все будет в порядке, когда ты привыкнешь».
Услышав его слова, Е Чэнь едва мог поднять голову!
Вечером съемочная группа поужинала вместе. Когда все подходило к концу, режиссер Ли настоятельно просил двух ведущих актеров: «Вы двое должны вернуться первыми на репетицию. Эта сцена очень важна, вы не должны чувствовать себя неловко во время игры. Вы собираетесь встречаться в ближайшем будущем!»