Глава 48
Заметать следы тоже было рефлексом.
Я осознала, что делаю, только сменив второй наемный флайт и миновав несколько служебных выходов, а потом до меня дошло – зачем? Смысл скрываться, если меня никто не будет искать? Я никому не нужна.
А впрочем, я ошиблась – нужна я была, нужна безумно, нужна настолько, что Барбара Тейн, когда я ответила на сотый ее вызов, задала всего один вопрос:
– Где ты?
Это был хороший вопрос, потому что… ответа я не знала.
– Здесь, – тихо ответила Барбаре и, скинув геолокацию, выключила сейр.
Спустя десять минут возле меня с шипением тормозов остановился флайт. Из него выскользнула по-змеиному гибкая полковник Тейн, на удивление в кроссовках, а не на каблуках. Медленно подошла, оценивая мою зареванную физиономию, сняла куртку, накинула мне на плечи и постояла со мной минут пять, пока я пыталась хоть както прийти в себя. Она ни о чем не спрашивала, ни в чем не упрекала, мы просто стояли вместе на одном из пешеходных мостов Дженеры и смотрели, как из-за горизонта выкатывается огромное красное солнце.
– Красивый рассвет, – тихо сказала Барбара.
– Да, – прошептала я, – очень.
Мы постояли еще несколько минут, и полковник напомнила:
– Работа.
Я кивнула, и мы пошли к флайту. Говорят, у спецов S-класса вся жизнь состоит только из этого – работы. В этот момент я завидовала даже Барбаре Тейн, потому что у нее был смысл жить дальше, а у меня – нет. Больно.
– Ты сильная, Алесиана, – произнесла Барбара.
– Джен, – едва слышно ответила я. – Меня зовут Джен.
И сегодня ночью я потеряла нечто большее, чем девственность…
Я потеряла смысл жить дальше.
Когда мы вернулись в здание Дженерийского Галактического саммита, я поднялась к себе сразу. Вошла, срывая одежду, на которой остались следы его прикосновений, его поцелуев, его… Сняла все и уничтожила, выбросив в новый улучшенный шредер – он не просто резал, он еще и сжигал.
Наверное, в тот момент я была бы не против, чтобы он сжег и меня.
Приступ истерики накрыл в ванной.
Смывая кровь с бедер, я чувствовала себя ничтожеством. Абсолютным и полным ничтожеством, которое оказалось неспособно вообще ни на что, включая гордость, самоуважение и слово «нет» при осознании того, что сплю с чужим мужчиной. Именно чужим мужчиной, моим он не был и никогда не станет.
И это его: «Естественно люблю, ты же знаешь»…
Здорово. Просто здорово. Вполне себе нормально, поимев одну женщину, практически сразу звонить своей невесте со словами «Естественно люблю, ты же знаешь»…
И хочется орать, сжавшись и сползая на мокрый пол, хочется сорвать в этом крике горло, хочется… снова сдохнуть хочется. Но все, на что я имею право, – безмолвный, захлебывающийся отчаянием крик…
И вздрогнуть, едва в моем номере раздался голос Удава:
– Джен, ты как?
Я никак. Просто никак.
Выключив воду, кое-как вытерла волосы, завернулась в полотенце, вышла к Удаву. Он стоял, засунув руки в карманы, и, едва увидел меня, начал нервно перекатываться с носка на пятку. Раскачиваться… ну как удав. И в том, что Удав сразу, с первого взгляда все понял, сомневаться не приходилось.
– Просто скажи кто, – глухо произнес он. – Мне достаточно будет только имени.
Молча подошла и уткнулась лбом в его плечо.
– Имени не будет, это было по согласию, – тихо сказала я.
Удав обнял. Просто обнял. Я же говорю – спец класса Титан, они не произносят лишних слов никогда.
Раздался стук в двери.
Наверное, в любом другом состоянии я бы обратила внимание на то, что именно стук, а не звонок, но сейчас молча отстранилась от Удава, подошла к двери и открыла.
Зря.
За дверью стоял Тэхён Ви Ким.
И в его черных глазах расползалась бездонная пропасть. Я даже не сразу поняла почему, потом обернулась на Удава и представила, как все это в принципе выглядит со стороны: я обнаженная, в одном полотенце, с мокрыми волосами, в моей комнате стоит мужчина, у которого после меня вся рубашка мокрая так, что сразу ясно – мы обнимались только что.
Такое двусмысленное положение…
– Я вижу, ты не скучала, – на яторийском, со с трудом сдерживаемым бешенством, произнес Ви.
Возможно, я рассказала бы правду. Хотя бы попыталась объяснить. Возможно… если бы не было его сказанных невесте слов: «Естественно люблю, ты же знаешь»… Но они были.
– Джен, это он?! – Удав задал вопрос на гаэрском.
– Нет, – ответила я, глядя в черные, полыхающие ненавистью глаза Ким, – это не он, это никто. Просто никто.
Ответ на гаэрском. Максимально простыми фразами. Чтобы Ви понял все, что я вложила в каждое из этих слов.
Ким молча смотрел на меня несколько убийственных секунд, затем достал из нагрудного кармана капсулу, разорвал упаковку и протянул мне, сообщив на гаэрском же:
– Контрацептив.
Мразь!
Мне хотелось взять эту капсулу и втереть в его нечеловечески жестокое лицо… Но в моем номере находился Удав, и, несмотря на его высочайший статус и квалификацию,я сильно сомневалась, что он сейчас не придушит Ким здесь же, на месте. Удав не зря получил свое прозвище.
– Спасибо, ты очень заботлив, – сказала я, забирая капсулу
Молча приложила ее к вене, вколола состав не глядя, молча вернула пустую уже капсулу Киму, засунув ее туда же, откуда он достал, – в нагрудный карман его рубашки.
– У меня есть просьба, – говорила я сейчас на гаэрском – в моем состоянии использовать другой язык стало проблематично, – исчезни из моей жизни. Навсегда. Пожалуйста.
И я захлопнула дверь.
Развернулась и ушла к Удаву.
Он снова обнял, понимая, что молчаливая поддержка – это то единственное, что мне сейчас действительно нужно, а затем, одной рукой обнимая меня, второй активировал визоры и напряженно спросил:
– Джен, как он проник в здание? Его нет ни на одной камере. Джен?!
– Он хакер, – я отстранилась от Удава и отправилась одеваться, – один из лучших, кого я знаю.
– Лучше меня? – мгновенно поинтересовался Удав.
И я остановилась. По факту я была унижена и растоптана, а не по факту…
– Н-н-не уверена, – прикинув возможности Удава, ответила я.
И уже после, когда я, прикрывшись дверцей шкафа, остервенело натягивала на себя одежду, Удав вдруг сказал:
– Джен, когда он пришел, у него было что-то зажато в левой руке. Но это что-то он тебе не дал, он достал капсулу из нагрудного кармана. Малышка, а тебя ничем не траванули?
Я застегнула пуговицы на рубашке, отрешенно размышляя над всем этим, и в итоге ответила:
– Даже если и так – мне плевать.
Удаву плевать не было. Он смотался к себе и потом, пока я сушила волосы, взял мою кровь на анализ – никаких ядов в крови обнаружено не было…
– А жаль, – подытожила я результаты исследований.
– Иди на хрен, – дружественно
Напутствовал меня Удав.
Ну и, собственно, я пошла.