Глава 26
Я взглянула на экран своего телефона и почувствовала, как внутри заскрипело. Звонок от Данона нарушил атмосферу уединения, которую они создали за ночь. С каждой секундой напряжение нарастало, и я осознавала, что не готова отвечать.
Влад тоже проснулся и заметил, с каким выражением лица я рассматриваю телефон. В небе за окном только начинали появляться первые лучи солнца, а в его душе уже разгорелись тёмные чувства.
— Кто это? — спросил Влад с ноткой раздражения в голосе, приподнявшись на локтях.
Я вздохнула, не зная, что сказать. Я попыталась успокоить себя, но внутри нарастал хаос. Я всё ещё чувствовала нашей их ночи, и этот звонок стал как холодный душ.
— Это... Данон, — ответила я, уставившись в пол.
Влад не сдержал эмоций:
— Зачем он тебе звонит в такое время? Это не совсем прилично.
Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Я понимала, что ситуация накаляется. Мой разум скользил между желанием ответить на звонок и нежеланием разрушить то, что мы только что построили. Я задумывалась о том, что скажу Дане, если отвечу, и о том, как это воспримет Влад.
— Я просто... не знаю, как поступить, — призналась я, глядя на Влада, в глазах которого читалось недовольство.
— Может, стоит просто не брать трубку? — предложил он, стараясь сдержать гнев. — Эта ситуация не должна влиять на нас.
Я кивнула, чувствуя, как напряжение в воздухе несколько ослабевает. Но мысли всё ещё метались в бесконечном круге неуверенности и страха. Судя по всему, утро обещало быть непростым.
Несмотря на сомнения, я нажала на кнопку ответа. Звонок Данона напоминал мне о том, что я не могу прятаться от своих чувств и обязанностей. Я глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями.
— Привет, Даня, — сказала я, стараясь придать своему голосу спокойствие, хотя внутри всё бурлило.
— Привет, Анфиса! Как вы долетели? Как ты себя чувствуешь? — голос Данона звучал с добротой, которой ей было трудно сопротивляться.
— В целом, всё хорошо, — ответила я, чуть сжимая губы, — Но знаешь, за эти пару дней я много думала о себе... о нас... и о Владе.
Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Мне нужно было быть честной, и, хоть это и было трудно, я понимала, что скрывать правду больше нельзя.
— О Владе? — Данон, казалось, слегка напрягся. — Ты имеешь в виду, что у вас что-то... происходит?
Я сглотнула, взвешивая слова.
— Да, — призналась я. — Всё стало совершенно другим после того, как мы прилетели сюда. Я чувствую к нему что-то особенное, и это пугает меня. Я не знаю, как это объяснить, но он стал для меня еще важнее, чем я могла себе представить.
На другом конце провода повисла пауза. Анфиса чувствовала, как Данон пытается переварить эту информацию.
— Я понимаю, — наконец сказал он. — Ты должна делать то, что тебя делает счастливой. Но как же я?
— Я не хочу тебя обижать, — быстро ответила я, но мой голос дрожал. — Я просто не могу игнорировать свои чувства. Они настигли меня, и я не могу закрывать на это глаза.
Данон вздохнул, и в его голосе прозвучала печаль:
— Я знал, что между вами есть какая-то искра, но надеялся, что это все же пройдёт. Ты заслуживаешь счастья, Анфиса. Я просто... я надеялся, что мы сможем что-то построить.
— Я понимаю, и мне очень жаль, — сказала я, чувствуя, как слёзы накатываются на глаза. — Ты был для меня важным человеком, но мой мир изменился, и я не могу предать свои чувства.
Замерев на мгновение, я вновь поймала взгляд Влада, который наблюдал за мной с непониманием и тревогой. И в этот момент я поняла, что приняла правильное решение. Теперь я знала, что мое сердце принадлежит не Дане, а Владу — и это открытие было и радостным, и тяжёлым одновременно. Я пыталась сосредоточиться на словах Данона, но сердце сильно колотилось в груди, и чувства переполняли.
— Я надеюсь, что ты сможешь понять меня, — произнесла я, сдерживая слёзы. — Я не хочу, чтобы это стало источником боли для нас обоих.
— Я понимаю, — ответил Данон, его голос стал более тихим. — Ты должна следовать своему сердцу. Но мне будет очень трудно с этим расстаться.
— Я знаю, и мне тоже... — я почувствовала, как её горло сжимается. — Но эта глава нашей жизни должна завершиться.
— Хорошо, — сдался он. — Надеюсь, ты будешь счастлива, Анфиса.
— Спасибо, Дань. Береги себя, — произнесла я и отключила вызов, чувствуя, как груз свалился с моих плеч.
В этот момент Влад подошёл ко мне, его глаза светились смесью любопытства и нежности. Он подхватил меня на руки, словно я была лёгким перышком, и начал кружить, наполняя атмосферу радостью.
— Ты молодец! — с улыбкой сказал он, поцеловав меня в щеку, затем в лоб, и наконец, губами скользнул к моим. — Я так горжусь тобой, что ты была честна с Даноном.
Я смеялась, прижимаясь к нему, когда он закружил меня в танце, и в этот момент все мои сомнения и страхи растаяли. Я чувствовала себя любимой, вдохновлённой и свободной.
— Влад, — шепнула я, глядя ему в глаза, — я выбрала тебя. Ты — человек, который действительно важен для меня.
Он остановил танец, внимательно смотря на меня. Его дыхание стало более ускоренным, он, казалось, был готов услышать любые слова.
— Я знаю, — сказал он, обнимая меня крепче. — И я обещаю, что буду рядом с тобой, какой бы ни была наша дорога.
В этом объятии, наполненном теплом и поддержкой, я ощутила, что сделала правильный выбор. Я была готова строить будущее с Владом, оставляя за плечами всё, что меня тяготило.
Влад, по-прежнему держал меня на руках, остановился в недоумении, когда дверь номера распахнулась, и в нее вошёл Парадеевич. Его удивлённое выражение лица было трудно не заметить, когда он произнёс свои слова:
— А я вчера думал, что не увижу ничего страннее, но сегодняшнее утро победило. Если я завтра к вам зайду, то что ещё увижу?
Я и Влад переглянулись, и в один момент в воздухе повисло легкое напряжение. Влад слегка наклонился, понимая, что я хочу что-то предпринять. В этот момент я увидела подушку, которая лежала на кровати, и у меня возникла идея.
— Дай-ка мне! — воскликнула я, протянув руку к подушке. Влад с улыбкой уступил и отпустил мне, позволяя схватить подушку. Не ожидая, что я решусь на такой шаг, Парадеевич даже немного отступил назад.
— О, нет, только не подушка! — с притворным испугом закричал он, но было уже поздно. Я метнула подушку, и она, как в замедленной съёмке, полетела прямо в Парадеевича, заставив его отступить и ловить ускользающий объект.
Подушка мягко ударила его в плечо, и в тот же миг в комнате разразился смех. Влад не мог сдержать радостного хохота, глядя на Парадеевича, который, морща лоб, пытался составить извинение за своё вторжение.
— Ну, вот, теперь я точно не дождусь, что будет завтра, — пробормотал он, посмеиваясь вместе с ними, осознавая, что стал частью этой безумной и радостной сцены.
Я, смеясь, пояснила:
— А давай, может, в следующий раз ты позвонишь нам заранее?
Парадеевич улыбнулся и, качая головой, сдался:
— Ладно, я ухожу, но имейте в виду, что мне нужен будет рассказ о ваших чудесах в этом номере!
С таким заявлением он вышел, а в комнате остался только смех и весёлое настроение, скреплённое нашими общими моментами. Влад снова взял меня на руки, продолжая кружить в танце, и мы, смеясь, наслаждались тем, что этот неожиданный визит добавил ещё больше веселья в утро.