Глава 9
Вечер продолжался, и атмосфера веселья заполняла комнату, однако чувство напряжения витало в воздухе, как будто мы сидели на пороховой бочке. Каждый смех, каждое слово было приправлено ощущением того, что в любой момент может произойти что-то неожиданное. Я старалась отвлечься, обсуждая с друзьями последние новости и шутя над гораздо более незначительными вещами, но мысли о разговоре Влада с Лерой не покидали меня.
Когда Влад, наконец, сказал всем, что ему пора уезжать, меня буквально пронзило напоминание о том, как он произнёс её имя. В голове заклубился водоворот эмоций, и я не удержалась. Встала и, не раздумывая, влепила ему пощечину. Звук был резким, и все разговоры вокруг сразу смолкли. Парадоксально, но это было не столько от злости, сколько от чувства, что разрыв между нами становится необратимым.
Да, алкоголь, определённо, говорил во мне, но учитывая наши с Владом отношения, никто не удивился. Мы оба были мастерами доводить друг друга, и в наших спорах всегда преобладала игривость, пусть и со временем ставшая менее безоблачной. В тот момент я искренне надеялась, что этот жест заставит его остановиться, вернуться назад к нам и задуматься об изменениях. Сама не представляю, как это должно было помочь...но дело было сделано.
Влад, мигом ошарашенный, потерял дар речи. Его искренняя удивлённая реакция лишь подогревала напряжение в комнате. Я почувствовала, как все взгляды устремились на нас, и в какой-то момент возникла неловкая тишина. «Что сейчас будет?» — подумали, вероятно, все, но никто не решался вмешаться.
— Анфиса, ты из ума выжила? — произнёс Влад, потирая своё красное лицо. Его голос всё ещё звучал в привычной спокойной манере, но я заметила, как в глазах появились тени недоумения и глухого упрека.
— Может, наконец, поймёшь, что не все шутки уместны? — ответила я, пытаясь сохранить самоуважение. Внутренний конфликт завоёвывал меня, но я знала, что не могу просто оставить всё на произвол судьбы.
Тишина вокруг растянулась, как резинка, готовая порваться в любой момент. Я стояла перед Владом, чувствуя, как злая искра предвещает бурю. Он вновь потёр лицо, ошарашенный моей пощечиной, и произнёс:
— Какая шутка? Где я шутил? Я сказал, что мне пора ехать. У тебя с головой всё нормально?
— Нормально, Влад, — рявкнула я, помня разговор с Лерой. — Просто иногда стоит задуматься о том, что происходит вокруг, а не о том, как бы побыстрее смыться к очередной телке.
— Если бы ты не пила за ужином так много, ты бы могла интеллектуальнее подойти к этому вопросу, — шутливо парировал он, но в его глазах я увидела, что он больше не смеётся. Лёха с остальными начали перешептываться, явно размышляя, как развернется эта ситуация.
Я не могла сдержать насмешку, понимая, что с одной стороны, это было глупо — продолжать спорить на глазах у всех, а с другой — я не могла просто так сдаться. Поэтому я кинула взгляд на друзей, наблюдая за отголосками их смеха, в который снова входила я.
— В общем, я просто немного устала от твоих мерзких шуток, — произнесла я, стараясь смягчить обстановку. — И Лера стала в них замечательной частью.
Влад нахмурился, но в его глазах закралась ненавязчивая улыбка. Он знал, что наша борьба всегда может перейти в лёгкую ироничную форму, но этот вечер стал тем местом, когда реальность заняла слишком много пространства.
— Ладно, — пробормотал он, глядя на меня. Я вздохнула, осознав, что это могло закончиться только одним — очередной шутко, которая обречённо уводила бы нас от сердца проблемы.
— Извини, — подхватила я, но уже с улыбкой. — Мы же всё равно вернемся к посиделкам и попрем друг на друга как будто так и было.
Влад снова поднял руку, показывая, что разговор на этом не закончится, хотя конфликт утихал.
— И все же. Мне пора. Парни, увидимся. Девчонки, хорошего вечера! — произнёс он, с облегчением отстраняясь от непростой ситуации.
Я почувствовала, как в груди словно что-то камнем затвердело. Его слова обрушились на меня, и внезапно я осознала, что он действительно собирается уйти.
— Анфиса, если ты хочешь домой, то я могу тебя подвести, — добавил он, бросив мне пристальный взгляд. Внутри меня смешались чувства: желание покинуть это место и желание остаться, чтобы высказать всё, что накопилось.
— Почему ты всегда уходишь, когда всё становится так сложно? — вырвалось у меня, вновь подрывая прежние основания нашего разговора. Я старалась не винить его, но в то же время понимала, что этот вопрос был невыносимо важен.
— Ты знаешь, что мне просто некомфортно во всем этом, — ответил Влад, с лёгким вздохом, как будто искал слова, чтобы объясниться. — Но я не хочу оставлять тебя одну, если ты не можешь добраться сама.
По лицу стало ясно, что мы оба находимся на одних и тех же качелях: в конце концов, я не могла не заметить, что его предложение было вполне искренним.
Я вздохнула, поднимая голову:
— Ладно. Давай, подкинешь меня. Но я не обещаю, что не буду продолжать спорить в машине.
Чувство упругой шутливости вернулось, когда он, смеясь, кивнул в знак согласия.
— Отлично, — произнёс он, подмигнув, и я почувствовала, как напряжение немного отпустило. Я обернулась к друзьям, которые продолжали шутить, и резко напомнила себе, что это — не конец, а просто ещё одна глава нашей странной истории.
— Давай, не будем задерживаться, — кивнула я. Будучи рядом с Владом, я вновь ощутила, что, возможно, это спор — скорее шаг к новому началу, чем к окончанию.