在夕陽的照耀下
Тёплый летний ветерок раскачал макушку сакуры рядом с краем крыши. Пару цветков оторвались с веток и взлетели в воздух, а некоторые упали в стакан с хрустальной водой. Заходящее солнце выплыло из-за белоснежного облака и оглядело всё своим рубиновым оком, бросая алые лучи на землю. Далеко на горизонте синими гигантами со снежными пиками выглядывали горы. Над головой с криками пронеслись птицы и улетели в сторону заходящего светила. Небо стало переливаться красными, оранжевыми, розовыми, малиновыми и фиолетовыми оттенками. Пушистые облака стали нежно-розовыми. Ветер ещё раз принёс с собой лепестки и цветы сакуры. Это было то спокойствие, то приятное бытие, которое только может придумать человек.
Только в душе молодого правителя, медитирующего на крыше, не было этого величественного покоя. Там была целая буря эмоций: начиная от радости, кончая злостью на себя. Краснов ещё раз глубоко вздохнул, отгоняя лишние мысли, и открыл глаза. Он нахмурился и положил руки на колени. Нет, такими темпами ничего не получится!..
Краснов стиснул зубы от злости на себя. Почему ему в голову ползут какие-то бесполезные и глупые мысли именно тогда, когда покой и чистый разум Адаму нужны позарез?!
От гнева его отвлекает тихий птичий щебет, доносящийся из сада. Адам сразу подрывается, поднимает подол кимоно, дабы не улететь на лестнице, и быстро выбегает в сад.
Он блуждает между цветущими деревьями, словно алая тень и выходит к беседке на холмике, из которой прекрасно видно далёкие тёмно-синие горы, покрытых на вершинах снегом.
В беседке сидит молодой парень и внимательно смотрит на тропинку между деревьями сакуры, поджидая кого-то. Когда на тропке появляется Адам, сидящий в беседке поднимается и идёт к молодому королю, а на лице появляется улыбка.
- Наконец-то. Думал, что сдохну, пока тебя дождусь. - усмехнулся Матвей.
- Да Вушидао не пускал. Приклеился и всё. - с лёгкой улыбкой объяснился Краснов, отряхивая с рукавов клочки рыжей тигриной шерсти.
- О-о-о, тигры? - в глазах блондина вспыхнул интерес.
- Да. - кивнул Бубен, а потом заметил взглад Матвея и его коварную и дьявольскую улыбку. - Не-а, они не для того во дворце, садист ты мой.
- Ну бли-и-и-ин... - расстроено простонал младший.
- Ну-ну, не ной. Ещё напытать успеешь. - успокоил его Адам, обняв.
- Угу... - глухо пробурчал ответ Матвей, утыкаясь носом в кимоно.
╠♢16 лет назад♢╣
Сидя на скамье у дома, мальчик болтал ногами. На нём была кепка, под которой он прятал свои длинные волосы. Его глаза отражались в луже на асфальте, сияя нежным зелёным оттенком. Было прохладно, поэтому на мальчишке чёрный свитер с огнём на животе и внизу рукавов, а также синие джинсы. На шее висит кулон, за который ему мама даст хороших таких подзатыльников, ведь это не православный крест, А кулон «Инь-янь», который сразу ей воспринимается как причастность к «грязной и мерзкой» вере. И не переубедишь её!
- Эй, господин-китаец!
Сидящий на скамье поднимает голову и видит перед собой мальчика, кареглазого блондина с хитрым, лисьим прищуром. Он одет в тёплую кофту тёмно-синего цвета и чёрные спортивные штаны.
- Привет! Как поживаешь, Адам?
Адам поднимается со скамьи и подходит к товарищу. Они пожимают друг другу руки. Краснов отводит взгляд и нехотя говорит:
- Привет, Матвей. Всё плохо...
Матвея аж передёрнуло. Ну неужели, неужели их страхи не были напрасными?! Он сразу становится серьёзным, хмурится и задумчиво проводит рукой по своим губам.
- Когда? - холодно интересуется он.
- Сегодня в без десяти двенадцать. - вздохнул зелёноглазый.
Блондин сжимает зубы и судорожно вздыхает. Он не хочет расставаться со своим другом. Его голос начинает вздрагивать.
- Но... Ты же приедешь, верно?.. - с надеждой спрашивает он.
- Да, на зимних каникулах... - тихонько ответил Адам.
- Так долго ждать?! - невольно вырывается у Матвея.
В ответ только хмурый кивок. Блондин тихо всхлипывает и крепко обнимает Адама, подрагивая.
- Я не хочу, чтобы ты уезжал... - тихо проскулил он.
- Я тоже не хочу, Матвей... - тяжело вздыхает Краснов.
Окна одного балкона на четвёртом этаже открываются и из них выглядывает женщина. Она смотрит вниз, во двор, и кричит:
- АДАМ, ДОМОЙ!
Краснов тяжело вздыхает, напоследок крепко обнимает Матвея, а потом с грустным лицом скрывается в подъезде, тихонько сказав на прощание:
- Пока, Матвей...
╠♢Сейчас♢╣
Было уже темно. На тёмном шёлке неба сияли алмазы звёзд, окружая своим блестящим хороводом огромный и круглый кварцевый камень Луны. Зелёная трава кажется серебряной от белоснежного света, а там, где горят китайские фонарики, она кажется алой.
В беседке по прежнему сидят двое. Один уже минут пять как провалился в беззаботный сон, а другой, тихонько посмеиваясь, сидит и сторожит сон младшего брата, смотря изумрудными на небосвод и думая о чём-то своём.