Новолуние Эдварда

Слежка была крайне утомительным занятием.

Меня раздражало, что нужно следовать за ароматом, без единой подсказки о конечном пункте назначения.

Мне не нравилось брести наугад, в потемках.

Куда направилась Виктория?

Что она собирается делать?

Почему уехала так далеко?

Я сделаю все, чтобы только услышать ее мысли, чтобы я мог знать, что она задумала. Я даже мог уже переосмыслить свои навыки слежения. Я действительно был не очень хорош в этом. Я на самом деле следовал за запахом Виктории? Что если Виктория никогда и не покидала Вашингтон, и была очень близка к Белле как раз в это самое время, а ее некому защитить.

НЕТ. Я даже мысленно не мог поддаваться этому сомнению. Я должен был продолжать думать, что я на правильном пути, или я просто сойду с ума.

Это будет целесообразным в конце - когда я найду Викторию. Она не могла знать, кто приближается к ней. И что я собираюсь сделать с ней за то, что она была угрозой для моей любимой Беллы.

Я шел по ее запаху на юг.

Я стремился быть незамеченным, придерживаясь деревьев и сельской местности насколько это было возможно. Совершая восхождения вверх и вниз, по горным районам Америки. Я старался избегать скопления людей, как только мог, потому что был не в состоянии охотиться так часто, как должен был. Это было необходимо, чтобы оставаться сосредоточенным, и уверенным в том, что я не потеряю запах, который я пытался сохранить нетронутым в своем сознании.

Я следовал по тропе Виктории уже больше недели, и к этому моменту был неподалеку от штата Техас.

Я не торопил себя в своих поисках – у меня было время, чтобы внимательно идти за ароматом, сохраняя его свежим у себя в голове.

В конечном итоге я догоню ее – на это у меня была вся вечность.

Преследование Виктории хотя бы заставляло меня напрягаться, и держало в постоянной сосредоточенности на моей цели, тем самым не позволяя отвлекаться на мысли о Белле. Это чрезвычайно стимулировало, особенно учитывая, что слежка не была захватывающим занятием для моего закоченевшего сознания. В результате того, что я изматывался, я частенько на мгновение отклонялся от своей концентрации.

Я признался себе, что мне любопытно, что происходит в мире Беллы. Куда вела ее жизнь? И самое главное – была ли она счастлива?

Я отчаянно хотел знать каждую незначительную подробность.

Я желал снова вдыхать ее всепоглощающий аромат. У меня бы не возникло никаких проблем с выслеживанием моей Беллы. Я бы смог следовать за ее запахом повсюду без малейших затруднений.

Я был так близко к ней – мог увидеть ее удивительно красивое лицо. Это было бы так просто – быть частью ее жизни, оставаясь в тени. Прятаться между деревьев, как я и делал, когда солнечный свет удерживал меня от человеческих глаз.

Я не хотел быть лживым и подрывать последнюю толику доверия, которую Белла питала ко мне - никогда не возвращаться.

Как будто я никогда не существовал, вспомнил я.

Я попросил Элис не подсматривать за будущим Беллы.

Я обещал ей.

Я просто хотел быть в курсе.

Я мог жить, только пока жива Белла.

Ну если можно назвать жизнью то, что было у меня.

Чтобы жить, подразумевалось делать очень много для этого, и иметь то, ради чего жить.

Я знал, что у меня были вещи, важные для меня – моя семья и, конечно, моя Белла.

Но если я не могу быть с Беллой, то я не вижу смысла в продолжении жизни.

Я увядал медленно, но верно .... страдая при этом.

Я был готов признать свое поражение.

Я хотел прекратить слежку и вернуться в свою пустыню физической боли.

Но моя цель сохранения безопасности Беллы, засевшая в моей голове, напомнила мне, что я должен был избавиться от этого неуловимого существа, которое я преследовал.

Когда я вошел в штат Техас, запах Виктории стал значительно сильнее – было ли возможным, что она все еще здесь? Я был близок к окончанию своих поисков?

Моя решительность активизировалась.

Она была рядом.

Я это чувствовал.

Мое долгожданное мщение подходит к концу.

Моя скорость увеличилась – я отчаянно хотел завершить это. Я быстро лавировал между окружающими меня деревьями, по-прежнему оставаясь невидимым вне досягаемости ярких солнечных лучей, которые сверкали в небе.

Вдруг я затормозил перед препятствием. Запах Виктории разделился в двух направлениях – один след шел дальше на юг, а другой – в восточном направлении. Я подумал, что это странно. Если только она не была в этом конкретном месте более одного раза за последнее время? Это был единственный возможный вывод, к которому я смог прийти.

Я хотел позвонить и спросить Элис, видела ли она будущее место назначения Виктории, что помогло бы мне решить, за каким запахом последовать. Могла ли Элис иметь видения о Виктории? Это было бесполезно – Элис, вероятно, не смогла бы помочь мне в любом случае. Она не нацелена на Викторию, и просить ее о помощи, значить испортить весь смысл слежки.

Элис сказала бы мне, если бы могла вызывать видения Виктории – чтобы остановить меня от отправки в эту преследовательскую экспедицию, если только она не надеялась на мою неудачу.

Я не потерплю неудачу. Я просто не мог допустить этого.

Я добьюсь успеха, чтобы моя Белла оставалась в безопасности.

Один Запах был явно сильнее, чем второй, поэтому я пришел к выводу, что этот сильный запах был наиболее свежим, и было бы логичнее следовать ему.

Я глубоко втянул в себя все запахи вокруг, чтобы убедиться, что я не ошибся. Запах, движущийся в южном направлении, определенно был более явным, в то время как запах, ведущий на восток, был более расплывчатым и старым. Насколько могли уловить мои свежеприобретенные навыки ищейки.

Я рванул на юг в стремлении найти свою цель. Тропа казалась бесконечной. Я непрерывно бежал в течение нескольких часов, неизменно следуя за запахом. Я начал беспокоиться, что я выбрал неправильный след. Но я же не мог - я был убежден.

Виктория была быстрее, чем я ожидал.

И достаточно скоро я обнаружил, что пересекаю границу Штатов с Южной Америкой.

Солнце начало немного блёкнуть, или мне это казалось? Это было невозможно. Я не останавливался, двигаясь на полной скорости в течение нескольких дней – даже не охотясь. Сейчас я был в отчаянии. Когда и где закончится след? Мой вопрос получил ответ на следующий день.

Горячий, солнечный и зеленый пункт прибытия.

Бразилия.

След резко оборвался.

И я знал, что потерпел неудачу.

Я неоднократно глубоко вдыхал, вбирая в себя каждый аромат, который окружал меня. Все, что я смог обнаружить, была близость дикой природы и окружающих деревьев.

Не было никаких других следов Виктории.

Я неистово зарычал от раздражения.

След, который привел меня в Бразилию, оказался ложным.

Как мог я быть таким слепым и таким идиотом?

Я никогда не думал, что я мог провалиться.

Я ненавидел себя за то, что был так опрометчив.

Почему у меня не было дара выслеживания, вместо способности читать мысли? Мой вампирский талант казался таким незначительным, потому что единственный разум, который я хотел читать, был недоступен для меня. Почему я не мог иметь дар, способный защищать Беллу?

Я упал на землю и положил голову на колени.

Голова закружилась.

Я так растерялся.

Как мог я так ошибиться?

И еще более важно – что мне теперь делать?

Я перебирал варианты у себя в голове.

Я могу вернуться в Техас и последовать за другим запахом.

Или я мог бы вернуться в Вашингтон и начать охоту заново.

НЕТ. Моя опустошенная грудь закричала на меня.

Я не был достаточно сильным, чтобы держаться вдали от Беллы, если вернусь обратно.

Мне хотелось только одного – чтобы Белла с любовью приняла меня в свои объятия и облегчила мою боль и безрассудство.

Я был готов сдаться.

Готов вернуться.

Вернуться к Форкс.

Вернуться к моей Белле.

Я бродил вокруг Рио целых восемь дней, споря сам с собой – сосредоточенно обдумывая решение, которое я собирался принять.

Я чувствовал, как две разные половинки моего мозга находятся в постоянном споре. Одна его сторона убеждала, что нужно держаться от нее подальше, оставаясь в своем собственном отчаянии, своем собственном ничтожестве.

В то время как другая сторона вопила на меня, побуждая вернуться в затянутый тучами городок Форкс.

Я буквально разрывался на части.

Я должен был смело взглянуть в глаза реальности – я не мог вести слежку и я не мог защитить мою Беллу.