глава 29
Я проснулась в больничной палате.
Голова ужасно болела — тяжело, пульсирующе, как будто кто-то изнутри бил молотком. Я отрывками помнила, что вчера было. Последнее, что запомнила — темноту и чьи-то крики.
Во рту было сухо, язык будто прилип к нёбу. Рядом с кроватью я заметила кнопку вызова — видимо, для врачей. Я нажала на неё дрожащей рукой.
Спустя пару минут ко мне подбежали две медсестры. Они стали расспрашивать о самочувствии, задавали вопросы — как я себя чувствую, помню ли, что случилось, кружится ли голова.
Я сказала, что чувствую только сильную боль в голове. Они ответили, что это нормально — у меня был ушиб затылка, но не серьёзный.
— Ваше самочувствие в порядке, — сказала врач, заглядывая мне в глаза с маленьким фонариком. — Вас выпишут скоро, может быть, даже сегодня. Особых травм нет, только небольшая рана на голове, которая скоро заживёт. Причин для беспокойства нет.
Она сделала пометку в карточке и подняла глаза.
— Ах да, вас за дверью ждут несколько человек. Желаете, чтобы они зашли?
— Да, — ответила я без раздумий.
— Хорошо, я буду впускать по одному.
---
Сначала в комнату зашла Кая.
Она не стала меня расспрашивать, что это всё было — она и так знала, кто это был и что он хотел от меня. Она видела моё состояние. Мы немного поговорили — она пыталась меня поддержать, шутила, чтобы я немного повеселела. У неё получилось. Настроение чуть-чуть поднялось, и на душе стало теплее.
Времени было мало, поэтому следующим зашёл Саша.
Если Кая знала обо всём и знала, что это был за человек, то Саша был в недоумении. Видимо, тогда Влад рассказал ему не все подробности. Я видела, что у него куча вопросов ко мне, но он их не задавал. Он переживал за моё самочувствие — только за него. Смотрел на мою перевязанную голову, на руки, на бледное лицо. И молчал.
Когда он вышел, я задумалась, кто будет следующим. И догадалась, что это никто иной, как Влад.
---
Он аккуратно закрыл за собой дверь и сел на край моей койки.
Он смотрел на меня с переживанием — я никогда не видела такого взгляда у этого парня. Печального, что ли. В нём не было привычной усмешки, наглости, колкости. Только тревога.
Он взял мою руку — осторожно, словно боялся сделать больно — и стал поглаживать её большим пальцем.
— Ты как? — спросил он тихо.
— Нормально, — ответила я, хотя внутри всё дрожало.
— Боже, Ев, ты бы знала, как я переживал, — он провёл свободной рукой по волосам и выдохнул.
— Влад, что с тем парнем? — спросила я. — Ты не рассказал.
— Тебя это так волнует? — он приподнял бровь.
— Нет, просто ответь. Он жив?
— Ну, если я здесь, а не в отделении полиции, то да, жив. Отделался лёгким испугом.
— Жаль, — сказала я тихо.
— Солнце, я его очень сильно избил, — он усмехнулся, но без веселья. — Он сейчас в тяжёлом состоянии.
Я улыбнулась. От его слов стало легче. Пусть эта гнида почувствует то же, что чувствовала я.
— Солнце… — повторила я, улыбнувшись шире.
Это прозвище показалось таким родным. Тёплым. Из другой жизни, где не было боли и страха.
— Ева, — сказал Влад серьёзно. — Надеюсь, когда тебя выпишут, ты расскажешь всё, что было.
Он говорил это с максимальной уверенностью.
— Хорошо, — согласилась я.
— Я поговорил с врачом, — продолжил он. — Тебя выпишут вечером. Посмотрят твоё состояние. И ты поедешь ко мне.
— Почему? — удивилась я.
— Без меня ты скоро ласты склеишь, — он усмехнулся, но в глазах оставалась серьёзность.
Он посмотрел на мои глаза, потом наклонился ближе. Легко, почти невесомо поцеловал меня в уголок губ — и встал.
— Я на минуту, — сказал он и вышел.
Что это сейчас было? Неужели я ему и вправду небезразлична?
---
Вечером меня выписали.
Врач сказала, что я должна сидеть дома и не напрягать себя. Никаких нагрузок, никаких стрессов — только покой.
— Пожалуйста, отнеситесь к своему здоровью бережно, — сказала она, заполняя бумаги. — Владислав сказал, что позаботится о вас. Мы в вас верим и не хотим, чтобы вы не оправдали наши ожидания.
— Я вас поняла, спасибо вам огромное, — ответила я, принимая выписку.
Вещей у меня не было — только телефон, который кто-то из ребят, видимо, положил на тумбочку. Я взяла его и направилась к выходу.
В коридоре меня ждал Саша. Влад должен был подъехать позже.
— Ева, — сказал брат, положив руки мне на плечи. — Веди себя хорошо у Влада. И будь аккуратна. Прости, я не смогу за тобой присматривать — слишком много работы. Влад сказал, что он позаботится о тебе.
— Хорошо, Саш. Я тебя поняла, — ответила я.
К нам подбежал Куертов — запыхавшийся, будто бежал всю дорогу.
— Ты готова? — спросил он.
— Да.
Мы обнялись с братом, и я с Владом направилась к выходу из больницы.
---
Я села на переднее сиденье его BMW и стала смотреть в окно. Голова болела, но не сильно — мне выписали таблетки на случай, если боль вернётся. Я положила их в карман и откинулась на спинку.
Я повернула голову к Владу. Его руки крепко держали руль — сильные, уверенные. Я заметила на костяшках раны. Глубокие ссадины, обработанные, но всё ещё красные. Следы вчерашнего.
Он поймал мой взгляд.
— Всё хорошо? — спросил он, не отрывая глаз от дороги.
— Да, — ответила я.
Он улыбнулся — краем губ, едва заметно — и снова сосредоточился на дороге.
Мы ехали молча. Я смотрела в окно на проплывающие огни города — уже начинало темнеть, и фонари зажигались один за другим.
И вдруг я почувствовала его руку на своей ноге. Тёплую, тяжёлую, уверенную. Я посмотрела на Влада — он серьёзно наблюдал за дорогой, будто ничего не произошло. Я не стала возмущаться. Вместо этого я накрыла его руку своей ладонью и начала поглаживать его раны — осторожно, кончиками пальцев. Он не отдёрнул руку. Не сказал ни слова. Просто продолжал вести машину.
---
Когда мы приехали, я только сейчас поняла, что у меня нет никаких вещей.
— Влад! — окликнула я его, когда мы вышли из машины.
— Что такое? — обернулся он.
— У меня вещей нет, — растерянно сказала я.
— Не переживай, — он подошёл ближе. — Саша сказал, что завтра привезёт.
— А в чём я сегодня буду спать?
— Разберёмся, — он взял меня за руку. — Пошли.
Мы поднялись к его квартире. Я зашла в темное помещение — здесь я уже была однажды. И сейчас, переступив порог, я почувствовала себя в безопасности. Странное ощущение — но оно было.
Я не возражала, когда Влад сказал, что я буду жить у него несколько дней. Я чувствовала в нём опору. С Сашей такого не было — он всегда был в работе, да и его опора была больше для Каи, чем для меня.
Я разулась и прошла в комнату Влада.
Присела на край кровати. Был уже вечер — половина девятого. Мы уехали из больницы поздно. Хотелось лечь, но мне было некомфортно в своей одежде — той самой, в которой меня привезли.
Влад зашёл в комнату, заметил мой вид — уставший, потерянный — и, кажется, ему стало жаль меня. Он открыл дверцу гардероба и достал оттуда длинную футболку.
— Держи, — протянул он.
Я взяла. Он вышел из комнаты, дав мне переодеться. Я ценила этот поступок. Ценила, что он помог мне. Но в глубине души всё ещё была обида на него — ведь он сам сказал, что сильных чувств ко мне нет и он просто хотел провести одну ночь.
Я переоделась в футболку — она оказалась длинной, прикрывала все интимные места, в ней было нормально. Я позвала Влада.
— Влад, где можно мне лечь? — спросила я.
— На кровати, — ответил он.
— А ты?
— На диване посплю.
Я помолчала пару секунд, потом решилась:
— Влад, ляг со мной. Мне так спокойнее будет.
Он посмотрел на меня — долго, внимательно. Потом кивнул.
— Хорошо. Только пойду переоденусь.
---
Я легла в мягкую кровать. Голова немного побаливала, но было достаточно терпимо. Я ждала парня, чтобы с ним погрузиться в сон.
Но не дождалась — глаза закрылись сами собой.
Сквозь сон я почувствовала, как он лёг рядом. Как осторожно приобнял меня одной рукой — не сжимая, не прижимая, просто положил, чтобы я знала — он здесь.
На моём лице появилась лёгкая улыбка.
Первый раз за сегодня.