печать похорон
Комната вокруг Димы словно рассыпалась на осколки, которые унесло вихрем. На смену руинам пришла уютная гостиная с мягким светом свечей, тяжелыми шторами на окнах и запахом свежего дерева. Снаружи доносился смех, а в центре комнаты стояла она — Лиф.
Теперь она выглядела совсем по-человечески: её светло-русые волосы спадали на плечи, а серое платье слегка колыхалось от лёгкого движения. Но в глазах всё ещё таилась тень чего-то невыразимого.
– Где я? — осторожно спросил Дима, осматриваясь.
– В прошлом, – ответила Лиф, не отводя от него взгляда. – В той ночи, когда всё началось.
Стук в дверь заставил Диму вздрогнуть. Лиф повернулась к нему.
– Сейчас ты узнаешь, почему я здесь. Не бойся — тебя они не увидят. Ты — наблюдатель.
Она отошла в сторону, и в комнату вошел мужчина. Высокий, крепкого телосложения, с холодным, властным взглядом. Его черное пальто было запачкано грязью, а в руках он держал старый кожаный портфель.
– Отец вернулся, – прошептала Лиф, и в её голосе прозвучала нотка страха.
Мужчина не обратил на девушку внимания и сел за стол, грубо швырнув портфель на пол. Через минуту в комнату вошла еще одна фигура — женщина в дорогом платье. Её лицо было строгое, но осунувшееся, будто она пережила что-то ужасное.
– Это мои родители, – объяснила Лиф, хотя Дима и сам уже догадался.
Сцена разворачивалась как в старинной пьесе. Отец и мать начали спорить — их голоса звучали всё громче, словно стены поместья впитывали каждое слово. Лиф стояла в углу, её руки дрожали.
– Они ругались из-за договора, – объяснила она, повернувшись к Диме. – Отец хотел спасти семью, но выбрал неправильный путь...
Дима хотел спросить, что именно она имеет в виду, но в этот момент отец резко поднялся из-за стола и направился к дочери.
– Ты должна, Лиф! – прогремел его голос, будто гром разорвал тишину. – У нас нет выбора!
– Нет, папа, я не хочу, – прошептала она, но он не слушал.
Дима застыл на месте, чувствуя, как в воздухе нарастает напряжение. Мужчина вытянул руку, и в его ладони сверкнула странная металлическая печать с замысловатым рисунком.
– Что это? – пробормотал Дима, повернувшись к Лиф, но её лицо побледнело, и она отвернулась.
– Это было началом проклятия, – сказала она, едва слышно. – Отец заключил сделку с теми, с кем нельзя было связываться. Они пообещали богатство и процветание... но взамен забрали меня.
Дима почувствовал, как у него сжалось сердце. Внезапно свет в комнате потух, и всё вокруг погрузилось во мрак.
– Но почему ты осталась здесь? – спросил он в темноту, пытаясь разглядеть её.
– Потому что проклятие ещё не снято, – её голос звучал откуда-то издалека. – Оно живёт в стенах этого дома. Отец не успел выполнить свою часть договора, и теперь все, кто приходит сюда, чувствуют его последствия.
– Как я могу помочь? – Дима оглядывался, но тьма становилась всё гуще.
– Печать всё ещё здесь. Она лежит в тайнике, который ты должен найти. Только уничтожив её, ты освободишь меня...
Перед Димой на миг вновь появилась Лиф. Её облик мерцал, как свеча на ветру.
– Но будь осторожен, – добавила она, прежде чем исчезнуть. – Те, кто заключил сделку, не хотят, чтобы проклятие было снято.
Внезапно Дима ощутил, как земля уходит у него из-под ног, и он рухнул в темноту.
Когда он пришёл в себя, всё вокруг вновь стало заброшенным: сломанная мебель, облупившиеся стены и гнилой запах. Только теперь в руках он держал старинный портфель. Дима осторожно открыл его, и внутри обнаружил тот самый металлический предмет, что видел в видении.
– Печать, – пробормотал он, ощутив, как холодная дрожь пробежала по его телу.
Едва он коснулся её пальцами, в доме раздался ужасающий рёв, а затем — скрип шагов за его спиной...
звезду