1 часть: Рождественский пудинг
— Ты действительно собираешься наказать этого типа? Несмотря ни на что?
Подняв глаза от пудинговой смеси, которую сбивала в миске, Хелен Мэтьюз выразительно посмотрела на лучшую подругу и кивнула.
— Что ж, я тебя не осуждаю, – продолжала Джанет Вайнера. — Любой на твоём месте поступил бы точно так же. Харолд Вильсон должен дорого заплатить за то, что по-свински поступил с тобой. Подобные вещи нельзя прощать.
— Не волнуйся, уж я этого так не оставлю, – с тихой угрозой пообещала Хелен.
Суровое выражение лица девушки не могло скрыть боль, затаившуюся в её темно–синих глазах. Джанет знала, что подруга до сих пор не оправилась после душевной травмы, отравившей ей жизнь.
— Он получит своё, – добавила Хелен, подтверждая неотвратимость возмездия. — Говорят, что месть – блюдо, которое подаётся холодным. Посмотрим. Пусть это будет пудинг, вкус которого напомнит о себе после обеда.
При этой мысли Хелен улыбнулась, отчего у неё на щеках возникли ямочки. Но почти сразу красиво изогнутые губы снова сомкнулись в жёсткую линию. Джанет, наблюдая за подругой, с грустью отметила про себя, что за последние месяцы она редко слышала заразительный, весёлый смех Хелен, которая от природы была жизнерадостным человеком. Люди, окружавшие эту скромную девушку, любили её и ценили за доброту. И именно поэтому то, что произошло с ней, казалось всем невероятным, можно даже сказать, несъедобным, если прибегнуть к шутливой манере Хелен употреблять гастрономические метафоры в своей речи. Кроме того, это говорило о её пристрастии к хорошей еде.
Глядя на стройную фигуру подруги, Джанет, страдающая от избытка веса, подумала что никто бы не заподозрил в Хелен страстной гурманки. Когда они ещё учились вместе в школе, Хелен мечтала о том, как станет знаменитым поваром.
Несколько месяцев назад Джанет напомнила подруге о её детской мечте, но та лишь горько улыбнулась.
— Я добилась своего. Только вот вместо того чтобы стать знаменитой, приобрела дурную репутацию и осталась без работы.
Красивые тёмно-синие глаза девушки наполнились слезами, и она быстро смахнула их рукой. Хелен претила жалость к самой себе, хотя сейчас имелись все к тому основания. Рухнула прекрасная карьера, жизнь пошла наперекосяк, и всё это не без помощи прессы, которая любит копаться в чужом белье. Мало того, Хелен предстояло жить с мыслью о том, что как бы громко она ни кричала о своей невиновности, всегда найдутся люди, которые не поверят ей.
Джанет навестила Хелен в лондонском старинном фамильном особняке, который мистер Мэтьюз отдал в полное распоряжение дочери, пока та зализывает раны.
— Кто теперь захочет нанять меня поваром в свой дом? – со слезами на глазах задала Хелен риторический вопрос. — Я, конечно, могу сменить фамилию, но что мне делать с лицом – оно хорошо известно многим. В Лондоне, наверное, не осталось ни одной хозяйки, которая бы не слышала о поварихе, предпринявшей попытку увести мужа у работодательницы.
Продолжение следует...