Эпилог
Увидев меня в свадебном платье, сшитом по эльфийской моде, Чонгук присвистнул, но промолчал, в то время как даже Тэхён не поскупился на комплимент, а уж из этого ворчуна похвалу обычно было не вытянуть.
- Веснушка, ты...
- Очаровательна, - подсказал Чимин.
- Мой ягуар говорит, что ты выглядишь аппетитнее сочного стейка.
Рассмеявшись над столь неожиданным сравнением, я повернулась к волку и с намеком вскинула бровь, мол, ну, а что скажешь ты? Молчание затягивалось, и теперь на Чонгука в ожидании смотрели все - эльфийский жрец, женихи, гости, мои родители, приглашенные на свадьбу. Улыбка медленно сползала с моего лица, а в груди поднималось недоумение.
- Не нравлюсь? - прошептала я, не понимая, как можно не влюбиться в это произведение швейного искусства, сотканное, по словам местного модельера, из морозных кружев и сияния звезд.
Мой вопрос заставил Чонгука страдальчески нахмуриться. На его лбу между бровями пролегла глубокая вертикальная морщинка.
- Не мучай меня, Лиса, - взмолился он. - Несколько дней сирены развлекались тем, что принуждали меня под страхом смерти говорить им комплименты. Повторяться было нельзя. Останавливаться - тоже. Можешь представить, как мне пришлось изнасиловать собственную фантазию? Прости, Лиса, я не могу. Я больше никогда никому не скажу ни одного комплимента.
Бедный. Проклятые рыбы все-таки нанесли ему моральную травму.
Расчувствовавшись, я прижала ладонь к его щеке.
- Ничего. Моя очередь говорить комплименты. Эта твоя набедренная повязка из шкуры оленя смотрится очень стильно.
- Спасибо, что прикрыл причиндалы, - добавил Тэхён, намекнув на не совсем приличный вид жениха.
- Волки сочетаются браком в традиционных костюмах, - парировал Тэхён, пошевелив голыми пальцами на ногах. - Я уважаю обычаи своего народа.
- Тебе не кажется, что ты выглядишь неуместно? - не унимался Тэхён.
- Довольно разговоров. Пора начинать церемонию. - Чимин взял меня за руку и повел к большому камню, окруженному цветущими деревьями. Пока мы шли, белые лепестки вишни дождем сыпались нам на головы.
* * *
К тому моменту, как Лиам вспомнил о невыполненном желании - обещанной плате за ездового дракона, прошло больше восьми месяцев и на мой раздувшийся живот можно было поставить стакан с водой. Чертово пророчество оказалось сильнее противозачаточных таблеток, и в ту первую совместную ночь я забеременела. Узнав о своем интересном положении, я несколько дней психовала и сыпала проклятиями в адрес чересчур плодовитого короля, но потом инстинкты взяли верх: к концу срока за малыша в моем животе я готова была убить кого угодно.
«Он такой невинный, беспомощный, только мама может его защитить», - говорила я Чимину, таскающему для меня поющие водоросли. Еще месяц назад я не знала об их существовании, а теперь поглощала в немереных количествах.
Эльф кивал, глядя на меня сияющими глазами, и подкладывал в тарелку редкий деликатес, доставать который приходилось со дна моря.
Наша полигамная семейка уживалась на удивление мирно. Во время совместных ужинов Тэхён язвил, но по-доброму. Как я и предсказывала когда-то, Чонгук и король объединились, чтобы его дразнить, однако тоже не со зла. Мне нравилось наблюдать за этой пикировкой колкостями. К концу моей беременности она превратилась в добрую традицию, без которой мы все чувствовали себя неуютно.
Когда токсикоз ослаб, Чонгук потащил меня к священной горе, чтобы показать победу над Джином. Признаться, я до последнего отговаривала его от участия в битве, а потом плюнула, заняла место в толпе наблюдателей и приготовилась увидеть, как из моего самоуверенного муженька сделают лепешку. Однако Чонгук меня удивил - уложил соперника на лопатки за считаные секунды, а потом повернулся ко мне с торжеством во взгляде, словно требуя похвалы.
«Видишь! - читалось на его лице. - А ты не верила. Твой муж самый сильный в стае!»
От места вожака он, кстати, отказался, но и Джин, после того как его сунули мордой в грязь, больше не мог оставаться лидером клана, чему я втайне зло радовалась. Не нравился мне этот тип.
Не знаю, с чем это было связано, но во втором триместре приступы клептомании обострились. Я старалась не покидать замок, чтобы не плодить слухи о королеве-воровке, но сидеть все время взаперти оказалось трудно. Да и беременные нуждаются в свежем воздухе.
После каждой прогулки я возвращалась домой с карманами, полными всякой всячины. Выкладывала на стол украденное и тяжко вздыхала. Словами не передать, как я стыдилась рассказать Чимину о своей болезни, а потом неожиданно выяснилось, что он давно обо всем знает. И не просто знает, а создал целую бригаду, которая незаметно ходит за мной по Эленону и оплачивает все, что я стащила.
- Не переживай, - сказал мой любимый владыка. - Бери что хочешь. Торговцы в курсе, что им все возместят. Во многих странах у аристократов принято отправляться за покупками без денег, а потом посылать слуг оплачивать взятое.
Туманная сфера и коробка с огненной пылью, к слову, были возвращены владелице.
После того как в процессе воровства я перестала получать адреналин, желание брать чужое без спроса постепенно сошло на нет. Так Чимин излечил мою клептоманию. Ну, почти излечил. Из пещеры в священной волчьей горе я стащила парочку украшений.
Мы жили спокойно и счастливо, любили друг друга, до хрипоты спорили, выбирая имя будущей дочери, а потом черный ворон доставил из Заары письмо от Лиама. Оставалось одно незавершенное дело.
* * *
Заметив мой выпирающий живот, Лиам смутился, но от своих намерений не отказался.
- Помнишь уговор? - повернулся он к Тэхён. - Либо ты исполняешь мое желание, либо отрекаешься от самого ценного.
В том, что сейчас для Тэхёна дороже всего, никто даже не сомневался.
«Хвостатый ублюдок, - думала я, наблюдая гаденькую улыбку на губах Лиама. - Чтоб тебе пусто было!»
В груди нарастала тревога. Неизвестность пугала. Никто не знал, что задумала эта пятнистая тварь. А вдруг - что-то извращенное настолько, что Тэхён не сможет выполнить свою часть договора и нам придется расстаться? Нет-нет, любимый ни за что меня не бросит! Но тогда...
Тогда магия, скрепившая клятву, его убьет!
Господи, ну зачем мы во все это ввязались!
Явно предвкушая победу, Лиам поманил нас за собой. Мы вошли в дом, поднялись на второй этаж и воспользовались порт-ключом, который перенес нас на берег лесной реки. Там, среди деревьев, собралась толпа мужчин. Похоже, все они были оборотнями и чего-то ждали.
- Лиам! - воскликнул высокий бородач, шагнув нам навстречу. - Объяснись! Зачем ты позвал нас сюда? С какой стати оторвал Совет от дел?
Мерзавец сверкнул белоснежными зубами.
- Порто, сорока принесла слухи на хвосте: старейшины проголосовали за нового члена Совета. Тот, кого вы выбрали, недостоин этой должности. Я! Я должен стать почетным охотником.
- Из тебя охотник как из меня сирена, - усмехнулся Тэхён и поймал злобный взгляд. - Впрочем, ты зря бесишься, - добавил он, покосившись на мой живот. - Я снимаю свою кандидатуру. Теперь у меня новая жизнь. В Заару я не вернусь.
Мужчины под деревьями загалдели. Лиам растерянно моргнул.
- Отказываешься? Отказываешься от такой высокой должности?
Тэхён смерил соперника презрительным взглядом.
- Ты правильно понял. У меня есть все, что нужно для счастья. Загадывай свое желание, и разойдемся.
Лиам медлил. Растерянность на его лице сменилась недоверием. Похоже, мерзавец решил, что слова моего мужа - ложь.
- Уважаемые члены Совета! - сказал он, сузив глаза. - Этот ягуар - трус. Он недостоин не только звания почетного охотника, но даже места в нашем славном обществе.
- О чем ты говоришь, Лиам?! - взревел знакомый бородач. - Как смеешь оскорблять сородича? В своих рядах ягуары не терпят трусов и слабаков, но клеветников презирают еще сильнее. Позор тому, кто обвиняет без доказательств. Не сможешь ответить за свои слова - поплатишься.
- Я отвечу, - кивнул мерзавец, приблизившись к воде. - Отвечу за свои слова. Докажу, что Совет ошибается насчет этого выскочки. Давай, дорогуша, исполни мое желание, - он повернулся к Тэхёну и посмотрел на него с торжеством: - Переплыви реку.
О, пресвятая Арнона!
Фобия! Проклятая фобия! Откуда Лиам про нее узнал?
Всхлипнув, я прижала руки к груди. Толпа на берегу притихла в ожидании. Все смотрели на Тэхёна, тот в свою очередь гипнотизировал взглядом речную гладь.
«Не сможет... О, господи, он не сможет!» - загрохотало в висках.
Он ведь даже ни разу не заставил себя принять нормальную ванну - до сих пор пользовался очищающими заклинаниями.
Одно дело - отказаться от термоса со льдом, научиться пить из родника и перетерпеть дождь, застигший врасплох. И совсем другое - нырнуть в реку. Глубокую, темную муть с далеким дном.
Меня захлестнула паника.
О боже! Нас разлучат. Магия клятвы заставит любимого от меня отречься.
Чем дольше Тэхён медлил, тем яростнее разгорался огонь в глазах Лиама.
- Я же говорил! Говорил! Он трус! Он недостоин быть одним из нас! Что это за ягуар, который боится воды!
Поток обвинений прервал громкий всплеск.
Резко замолчав, Лиам обернулся.
Тэхён смотрел на него из воды, ослепительно улыбаясь. Мокрые волосы облепили голову. Влажные ресницы склеились колючими сосульками. Глядя сопернику прямо в глаза, мой муж поднял руку и трижды коротко постучал сложенными пальцами по носу.
В Заслании на языке жестов это означало: «Выкуси, придурок!»
Конец