...
Эти частые ссоры выбивали меня из калеи. Ей все казалось таким мерзким и отвратительным, в особенности я, что ничто и никогда не разубедит её в обратном.
Раньше я мог противостоять этому чудищу, ткнув её мордой в её ошибки и недостатки, и она затыкалась, закрывала свою грязную пасть, из которой беспрестанно валил дым. А, быть может, это был и не дым вовсе, а признак перенапряжения от постоянного крика.
Как так случилось, что я пустил свою жизнь наутек? В какой период времени перестал слушать сердце, но отдал дань привычки и простоте?
"А когда то я был неплохим писателем "- думал я и постарался удержать эту тлеющую мысль, поглядывая на разбросанные рукописи. И куда исчезло все то,что я так безумно любил?
Я закрываю глаза, представляю дом, где я был счастлив, далеко отсюда, где эта глупая женщина не твердила глупые мысли на глупые темы. Где мне еще двенадцать с лишним лет и я сижу в дедушкином кресле, читаю очередной приключенческий роман, а старая вдова напротив меня вяжет мне шерстяные носки на морозную зиму.
Вспоминая эти моменты, проведенные с бабушкой, я невольно расплылся в улыбке. Казалось, я на одну секунду стал вновь счастлив.
Но кто-то постучал в дверь. Ещё, ещё и ещё. Стук усилился, дверь вот-вот сорвется с дряхлых петель.
Я, будто в лихорадке, подбежал к порогу, отворил дверь. На меня смотрело нечто ужасное, меня двенадцатилетнего поедала глазами тридцати трех летная зараза. Моя жена. И тут, подлюка. Нигде не дает насладиться сладким мгновением покоя, добралась и до давних воспоминаний.
Резкий удар по затылку. Кровь. Крик. Ругательства. Обвинения. Истязания. Обычные будни.
По моей коже текла кровь от её удара, медленно ползущая все ниже и ниже, пачкая белоснежную рубашку. От её криков и возгласов отчаяния текла кровь из ушей.
Но единственное, что было вправе захватить мое внимание – горящая свеча, по краям которой медленно тек обжигающий воск. У нас есть нечто схожее. Мы медленно таем, медленно умираем, теряя время на пустоту.
Мне тридцать три года, а я проживаю с стервозной маразматичкой, которая за три года совместного бытия даже имени моего не запомнила.
- Ты меня вообще слушаешь? Эй , я тебя спрашиваю , муженек...
- Скорее сожитель.
- Что ты там бормочешь?
- Будем честны. Это не жизнь, а жалкое существование. Никакой любовью и не пахло. Это было минутное увлечение, затянувшееся на три несчастных года.
-Ты меня достал. Я уеду к матушке, и ты меня больше не увидишь.
-Обещаешь?
-КЛЯНУСЬ! – рявкнула она, выбегая из дома, позабытом любовью.
Прошла минута. Самая лучшая минута за три года в жизни молодого человека.