Глава 14. Больница
Поневоле, я отключилась.
...
- Ускоряйтесь! - крикнул мужской голос - Император прибудет сюда через час! И чтобы ни одного трупа здесь не было!
Я медленно открыла глаза, яркие, солнечные лучи сильно давили на них. Меня носили двое мужчин, один держал на ноги, другой за руки. Через минуту они бросили меня в грузовик, к другим раненным воинам.
- Шевелитесь! - опять этот незнакомый мужской голос
Это же Африка! Тут не говорят на этом языке! Значит, это байфинцы. А император, который должен скоро приехать - император Джинхей Рикардо. Куда меня сейчас увезут? Наверное в лес или ещё куда...неважно. Их задача - избавиться от меня и других "уцелевших".
Я снова отключилась, совсем обессилилилась.
...
- что прикажете делать дальше, император? - услышала я мужской голос и открыла глаза
Я лежала на больничной каталке. Не поднимая голову, я оглянулась и увидела помещение, наполненное раненными и неподвижными солдатами, они тоже лежат на каталках. Неподалеку от меня стоял Джинхей и разговаривал с низкорослым мужчиной. О чём они говорили я уже не слышала.
Джинхей поднял голову и самодовольным взглядом прошёлся по всему помещению. Уже не было, привычного для него, печального выражения лица, оно сменилось оживлённым, но в то же время серьезным лицом, он радовался результатом первой битвы. Когда наши взгляды пересеклись он медленно подошёл ко мне, положил руку на мой лоб. Я поняла, что этим он дурманит мой разум, впуская туда тьму. Он заставил меня снова отключится.
...
- хэй, хэй! - будила меня медсестра
Я открыла глаза и оглянувшись, поняла, что я нахожусь в палате больницы. Вскочив, я села на кровать по-прежнему в своей грязной военной одежде, ею я испачкала светло-фиолетовую простыню, а мои волосы превратились в птичье гнездо. Возле меня с подносом в руках стояла молодая медсестра. Проговорив что-то на незнакомом мне языке, она положила поднос с овсяной кашей и совсем маленьким кусочком хлеба передо мной и ушла. Я осталась одна в палате. Моя кровать располагалась возле окна. Получается, справа кровати окно, а слева - дверь в палату и в углу, рядом с дверью, находилась небольшая тумбочка. Мой желудок был в прямом смысле опустошен и я начала есть овсяную кашу, приготовленную на воде. На вкус она напоминала гаечный ключ, совсем сахара не добавили, да ещё и без молока. Но несмотря на это, я все равно её съела.
Отложив пустую тарелку с подносом в сторону, я очень захотела пить. Рядом крана или воды не оказалось. Пришлось выйти в коридор и поискать кухню или, на худой конец, туалет. Поправив волосы, я вышла из палаты.
Коридор меня удивил. С обеих сторон коридора смирно стояли, выстроившись в ряд, в метре друг от друга, молодые солдаты. Были и парни и девушки. Одно только меня смущало - они одеты в темно-красную, байфинскую, военную форму. Меня настиг страх. Я вспомнила свой проигрыш и мой внутренний страх перемешался со свежей грустью.
Я осторожно шагнула вперёд. На меня никто не смотрел. Их лица не выражали абсолютно ничего, как лицо человека сидящего в автобусе. Я со страхом шла по длинному и широкому коридору больницы пока местный врач не подошёл ко мне. Он заговорил на непонятном мне языке, видно на арабском. Я стояла и от нервов терла руки друг о друга. Врач снова что-то сказал, точнее спросил, кивая на мои руки. Я предположила, что он имеет ввиду, не нужно ли мне их вымыть и кивнула. Он проводил меня обратно в мою палату и перевязал мою раздавленную ладонь. Недопонимание.
Перевязав мою правую ладонь, он кивнул на часы, затем тыкнул указательным пальцем на меня и сложив свои ладони положил их себе под ухо. Пора спать. Я лишь кивнула. Выключив свет, он ушел, закрыв за собой дверь, после которого последовал щелчок дверного замка - от этого мне стало ещё страшнее.
Я встала и включила свет. Моя одежда покрыта небольшим слоем песка и грязи. Неужели я буду спать в этом? Мой взгляд упал на тумбочку. Я потянула верхний отсек и увидела там белую пижаму в меокий горошек синего цвета. Понюхав, я надела ее, молясь о том, чтобы она не оказалась мала для меня. Верх пижамы застёгивался пуговицами, а низ пижамы закреплялся шнурочками. Как ни странно, рубашка мне велика, а штаны мне малы. После этого, выключив свет, я легла на кровать.
Перед сном думала о своем положении: одна в чужой стране, врачи говорят только на арабском, здание охраняет вражеское войско. Вспомнила то чувство, когда в первый раз оказалась "одна" на Байфине, как встретила Джинхея, как тренировалась... А теперь? Теперь я понятия не имею, что будет завтра. Я в плену.