•|𝓴𝓹𝓸𝓹 𝓼𝓽𝓸𝓻𝓲𝓮𝓼|•

- Хо, давай поедем на море? – обнимая того со спины, шепчу. Мне так не хватает его тепла, наших уютных вечерних посиделок, которые мы устраивали каждый день в самом начале наших отношений. Только... Сейчас все изменилось. Чон стал больше работать, каждый раз повторяя: "Чтобы жениться и завести хорошую семью, нужно много работать и трудиться, зарабатывать достаточное количество денег" Я бы с радостью поддержала эту точку зрения, если бы меня не мучал тот факт, что мне осталось жить всего полгода.

О страшной болезни мне сообщили два месяца назад. Рак головного мозга. Я долго, после услышанного, пыталась осознать, что в свои 22 я – ходячая смерть. Мне может стать плохо в любую минуту, и в один из этих приступов я могу просто не очнуться. Неизвестность пугает, но еще больше пугает то, что об этом не знает Хосок. Я давно хотела рассказать это парню, но именно в такие моменты, когда у меня появляется достаточно храбрости, у него дела, какие-то проблемы и тому подобное.

- Т/и, какое море? – продолжая что-то писать, возмущается Хо, - скоро должны прийти результаты моего последнего проекта. Если он хорош и его одобрят, то я буду продолжать развивать его, это займет где-то год. Если же что-то пойдет не так, то мне придется начать сначала, - он вздыхает, поворачиваясь ко мне на стуле, - Так что, даже если мы с тобой захотим на море, результаты придут примерно через месяц. Там будет видно, - больно. Очень больно слышать, как Хосок строит планы на наше будущее, пока ты понимаешь, что никакого будущего у вас нет.

***

- Ваши близкие знаю, что вам нельзя работать и нервничать? Если вы хотите прожить эти полгода без приключений, вам стоит придерживаться спокойного образа жизни и сильно не напрягаться. Раковые клетки мутируют за счет уничтожения нервных клеток и физических нагрузок, - объясняет врач, пока я утвердительно качаю головой на каждый его вопрос. Доктору не обязательно знать, что единственный человек, которому я важна, я ничего не говорила. Наверное, я этого еще не сделала, потому что знаю, что если он об этом узнает, его жизнь просто в одночасье рухнет. Он начнет много об этом думать, а у него проект, работа...

- Я слышал, вы отказались от госпитализации в целях безопасности, - интересуется врач, продолжая заполнять медицинские карты, документы и анализы, - Вам стоит еще раз пройти обследование. Никто не знает, как будет прогрессировать болезнь, пока вы находитесь не в больнице, - я точно не собираюсь проводить свои последние дни в больнице. Я предпочту жить обычной жизнью, не думая о том, что у меня болезнь, чем лежать в больнице, вдыхать запах лекарств и пить кучу таблеток.

***

Я просто готовила ужин, занималась домашними делами, когда домой вернулся парен. Он, даже не переодевшись, предложил мне поговорить. Я напряглась, потому что он выглядел взволнованным.

- Т/и, слушай, мне ту кое-что предложили, - промямлил Хо, потирая свой затылок рукой. Я никогда не видела его еще таким взволнованным и нервным.

- Что-то случилось? – на мой вопрос, он только активно машет головой, уверяя меня, что ничего страшного в том, что он собирается сказать, нет.

- Просто дело в том, что.., - его нервозность передается и мне, поэтому я напрягаюсь, словно струна. Обычно, когда Хосок хочет что-то сказать, он говорит прямо и в лоб. Он достаточно прямолинеен для того, чтобы сидеть сейчас и медлить, - мне предложили работу в Пусане, - я спокойно выдыхаю и улыбаюсь. Я рада за него, потому что работа в Пусане – это отличный шанс улучшить навыки парня и помочь продвинуться ему вверх по карьерной лестнице.

- Это же прекрасно, - радуюсь я, обнимая его так крепко, как только могу. Но почему-то его лицо остаётся непроницаемым и даже каким-то грустным. Я не могу продолжать радоваться, потому что чувствую, что что-то не так, - Все в порядке? – Хосок снова начинает нервничать. Я уже готова к чему-то плохому, поэтому напрягаюсь снова. Мы еще немного молчим перед тем, как Чон резко выдает:

- Дело в том, что я поеду работать в Пусан один, - он смотрит вниз, пряча от меня свой взгляд, - Ты останешься в Сеуле, - от шока, я немного отступаю назад. В такой важный для меня момент, он хочет уехать из города ради работы? Конечно, он не виноват в том, что ему предложили отличный шанс, а это моя вина в том, что я, как трусиха, не могу ему рассказать о том, что творится со мной.

- Но почему я не могу поехать с тобой? – в отчаянии спрашиваю я, смотря на него с печалью.

- Я поживу там, поработаю. За это мне сделают надбавку к зарплате, после чего я приеду, и мы снова будем жить в Сеуле. Если захочешь, то мы сможем поехать к морю или остаться жить в Пусане, - продолжает перечислять плюсы всего этого парень, пока меня интересует всего лишь одно.

- И как долго это будет?

- Я улетаю завтра. Все это продлиться полгода, - сразу после он встает со своего места. Я бегу за ним по квартире, пытаясь остановить его, пока он не видит ничего кроме своих вещей, которые торопится скинуть в свою переносную сумку.

- Хосок, ты уверен, что это стоит того? – я до последнего надеюсь, что парень остановится хоть на секунду и позволить нам спокойно поговорить. Поговорить и объяснить, что у меня нет времени ждать его так долго.

- Т/и, все, что я делаю, это для нашего будущего, - строго говорить парень, отталкивая меня в сторону, чтобы я не заслоняла ему путь. Я немного заторможена, поэтому не успеваю собраться, и падаю, неожиданно потеряв равновесие.

В голове мысли путаются, меня раздражает тот факт, что парень даже не собирается спросить у меня причину, по которой я не хочу, чтобы он уезжал. Раздражает и тот факт, что Чон не собирается нормально поговорить со мной, а только продолжает поспешно собирать свои вещи, игнорируя меня.

- У нас нет никакого будущего! - внезапно вырывается из меня так громко, что я не сразу прихожу в себя и осознаю, что крикнула это так громко, что Хосок остановился. Мне больно смотреть на него, но что делать, если у нас действительно нет никакого будущего? Все планы, что мы строили... Они, конечно, сбудутся, но уже без меня. Хосок все еще стоит на одном месте, просто смотря на свою сумку. Кажется, его будто током ударили мои слова, но он отличается от меня выдержкой, поэтому быстро приходит в себя.

- Т/и, не глупи, - парень подходит ко мне, обнимает за плечи и улыбается. Так тепло, что становится спокойно, словно шторм резко перестал качать хлипкую лодочку, - тебе стоит просто дождаться, пока я приеду назад в Сеул, - рука поглаживает по голове, словно я маленький ребенок, - тот факт, что я уеду, не дает нам повода для расставания, - я снова начинаю медленно злиться. Кажется, пришло время рассказать все, как есть.

- Хосок, я скоро умру. Я больна. У меня рак, - тихо произношу, потому что надеюсь, что эта новость не будет принята в штыки. Сейчас хочется спокойно обо всем поговорить, и не обвинять друг друга в недосказанности. Но парень снова поворачивается ко мне, откладывая в сторону некоторые вещи, которые вроде как, продолжил собирать.

- Т/и, это уже слишком, - тихо произнес он, - придумывать то, чего нет, чтобы остановить меня. Не думал, что ты способна на такое, - у меня просто наступает шок и оцепенение. Может ли быть такое, что Хосок просто не верит мне? Просто не верит в то, что я сейчас говорю. Я всегда верила и знала, что мой парень не из тех людей, что пытаются игнорировать чувства других. Не может же быть такое, что я ошиблась в том, кого очень сильно люблю! А что, если он просто хочет избежать сложностей?

- Какие выдумки? Какие причины? – я кричу не своим, от боли, голосом, пытаясь тем самым заглушить свою боль. Мне стоит поберечь свои нервы, так как доктор советовал сделать это, но сейчас оставаться спокойной просто нет возможности, - Ты вообще слышишь себя? Я больна! Мне осталось жить полгода, после чего я умру, - я продолжаю кричать, и чтобы выплеснуть всю свою злость, хватаю парня за рубашку и трясу его, будто пытаюсь привести в чувства толи себя, толи его.

Неожиданно и резко Хосок отходит от меня, потирая переносицу пальцами.

- Т/и, почему ты такая проблемная? – я поражена его словами, - Я думал и рассчитывал на то, что ты поймешь и поддержишь меня. Легко отпустишь и позволишь мне позаботиться о нашем с тобой будущем, - у меня в голове все еще не укладывается тот факт, что Хосок мне до сих пор не верит. Слезы превратились в нескончаемый поток горячих рек, что водопадом стелился по щекам. Все могло случиться по-другому, не расскажи я о своей болезни раньше, ведь так? Или мы с самого начала были обречены?

- Собирай свои вещи и едь, куда хочешь, - тихо шепчу ему, просто сдавшись. Все еще надеясь на то, что он успокоится, извинится и поговорит со мной обо всем, что я только что ему сообщила, слежу за его каждым движением, но он не обращает на меня никакого внимания. Я разочарована, но не в Чоне, а в наших отношениях.

Утро наступило быстро, хотя я даже и не спала. Просто сидела на диване в гостиной, смотря на черный телевизор. Вокруг, да и в душе, было холодно и пусто, будто из комнаты вынесли всю мебель. Вчера он просто ушел, даже не попрощавшись. Просто ушел, оставив ключи на тумбе в прихожей. Я могла поверить и принять любой исход, но то, что случилось... Кажется, эти отношения изжили себя.

***

- Ну как ты там? Как тебе море? – в телефоне разливается звонки голосок и смех подруги, - Ты там уже почти полгода, не надоело?

Подруга. Она тоже ничего не знает, как и все остальные о том, что у меня рак. Все думают, что я уехала на море, где провожу уже почти полгода. Все думают, что моя давнишняя мечта побывать давно на море сбылась, поэтому сейчас я нежусь на солнечном пляже, грея бока. Я так сказала, чтобы не было лишних вопросов. После ссоры с Хосоком и его ухода, здоровье ухудшилось, и результаты стали хуже. Динамика понизилась, мозг мог просто отключиться в любую минуту просто так. Именно поэтому врач посоветовал пробыть некоторое время в больнице, которое уже затянулось на пять месяцев. Это расстраивало, учитывая то, как сильно я хотела провести свои последние дни жизни, будто я обычный человек.

- Все в порядке, - отвечаю, дела голос еще более притворным. Я уже привыкла и научилась хорошо играть. Никто и никогда не должен узнать, что девушка, что, якобы, уже почти полгода отдыхает на море, на самом деле лежит в больнице.

- Ну ладно. Только пообещай, что как только соберешься домой, позвонишь. Мы обязаны встретиться и поболтать. Сто лет тебя не видела, - эта фраза, которую она говорила каждый раз мне, когда звонила. Я не звоню, и никогда не позвоню, потому что не соберусь домой уже никогда. Врач предсказывает мне около двух недель, именно поэтому я больше не планирую звонить подруге. Мне стоит вообще больше не общаться с кем-то, потому что так будет только больнее.

Хосок же о себе никак не напоминал: ни звонил, ни писал. Грустно, потому что человек, которого я считала для себя почти всем, просто исчез из моей жизни раз и навсегда, не оставив после себя почти ничего. Почти, потому что в один день он все же вернулся...

***

Как обычно, в 11 часов вечера, я лежала в своей палате и под шум включенного телевизора и читала книгу. Спокойствие и умиротворённость всего момента нарушил стук в дверь. В это время никто не мог прийти, кроме как медсестра. Немного погодя, из-за двери выглянуло милое лицо девушки, она улыбнулась и тихонько отозвалась.

- Там к вам посетитель, - сообщила она мне. Я не то, что удивилась, сколько была в шоке. В голове сразу же стали шевелиться шестеренки. Комендантский час начинается в 9, и сейчас просто никого пустить не могли, не то, что пропустить в палату. Только персонал мог войти в здание больницы в такое время. А тут посетитель, так еще и ко мне. Но ведь никто не знает, что я здесь! В таком случае, кто мог наведаться, да еще и в такой час?

Я быстро отложила книгу в сторону, выключила телевизор, ожидая того самого гостя. Меня с ног до головы охватило волнение. Я не могла прийти к той мысли, кто же все-таки мог прийти, пока дверь палаты не открылась, впуская нежданного гостя. В дверях оказался силуэт парня. Дверь закрылась, и когда он вышел из тени на свет, мое сердце просто рухнуло в пятки. Внутри все сжалось, и я готова была сделать все, чтобы данная ситуация оказалась просто ужасным сном. Я не хотела сейчас видеть его... Чон Хосока.

- Привет, - тихо выдохнул парень, как будто у него вместо легких была пустота.

Парень очень изменился. Чон никогда не носил костюмы, но при этом, сейчас на нем очень хорошо сидел синий костюм. Волосы были коротко подстрижены и уложены, на голове больше не было обычного растрепанного причесона, который по утрам он просто приглаживал мокрыми ладонями. А пахло от него дорогими духами и приятным порошком. Хосок изменился, очень. И эти изменения шли ему даже очень. Но почему-то теперь я не видела того самого Хосока, который приносил мне с работы цветы, которые сорвал на клумбе возле чьего-то дома, а после бежал, чтобы его не поймали. Больше не было того Хосока, который был готов последние деньги отдать людям, которые сидели на земле и просили милостыню. Теперь был только просто Чон Хосок, который добился много.

Когда я закончила рассматриваться парня, то, наконец, взглянула в его глаза. Было больно смотреть на него, вот только я уже научилась справляться с этим и терпеть эту боль.

- Как ты сюда прошел? Никого не впускают, - это было единственное, что я могла спросить, когда уже просто было сложно справляться с затянувшимся молчанием. Парень улыбнулся и прошел к моей кровати.

- Взятки. Не слышала о таком? Несколько тысяч вон, и тебе открыты все дороги. Даже дорога в больницу, как бы странно это не звучало, - спокойно и с какой-то даже радостью говорил парень. Было видно по его словам, внешности и улыбке, что теперь деньги для него – ничего. Кажется, он добился, чего хотел.

- Как ты меня нашел? – это вырвалось случайно, но это было очевидно, что я спрошу его об этом. Мне хотелось узнать причину того, что он не дал мне спокойно умереть и снова пришел в мою жизнь.

Лицо парня стало серьезным. Я тоже напряглась. Мы просто молчали, но чуть позже рука парня метнулась вверх, будто он хотел что-то взять, но замер.

- Я.., - Хосок замолчал, не зная, что сказать, - Я нанял человека, который занимается поисками различных людей. Что-то типа детектива. Он тебя и нашел, - это был неожиданный ответ. Кажется, я могла ожидать чего угодно, но не того, что он нанял специального человека.

- И зачем ты меня нашел? Чего хочешь от меня? – с долей грусти и укора спросила я.

- Я хотел увидеть тебя, - я недовольно сдвинула брови у переносицы, показывая недовольство, которое вызывал его ответ, - Я... Ты даже не спросишь, почему я оставил тебя тогда и не вспоминал почти полгода? – кажется, было понятно причину, по которой он уехал. Ему важно был в первую очередь заработать денег, а уже потом разбираться со мной.

- Знаешь, кажется, очевидно, что тобой руководило желания заработать, поэтому.., - уныло и с явной горечью произнесла я, - мне осталось жить совсем ничего, поэтому я не хочу под конец своей жизни снова выяснять отношения с кем-то.

Хосок замер, как будто я говорила на другом языке, и он пытается понять, что я сказала только что. Я не хотела жаловаться, или давить на жалость своими словами, мне просто хотелось не скрывать от него тот факт, что я уже почти не жилец, мне не стоит докучать. Именно поэтому после этих слов я отвернулась к парню спиной, смотря на ночной город через окно. Затянулось молчание; каждый думал о своем. Наверное, все было настолько плохо, так как Хосок больше ничего не сказал и просто ушел, хлопнув дверью.

Утром ко мне заглянул доктор. Сегодня он был более хмурым, чем обычно, потому что в обычные дни он мог пошутить что-то про «долго и счастливо». Сегодня же он просто спокойно прошел по палате и остановился у кровати.

- Вчера приходил ваш парень, - неожиданно начал доктор, - сказал, что готов заплатить любую сумму, лишь бы мы назначили тебе какое-нибудь лечение, - мое лицо украсила угрюмая гримаса, что не скрылось и от доктора.

- Это не мой парень, а вам просто не стоит обращать на это внимание, - сурово выразилась я. Наши взгляды пересеклись, и мы просто сделали вид, что этого случая не было.

***

Вечером, когда я уже почти спала, в дверь постучали. Почему-то мне показалось, что это снова пришел Хосок, поэтому я просто притворилась, что сплю, потому что если это медсестра, то она просто сделает то, что должна и уйдет. Но даже то, что я никак не ответила, не помешало парню просто войти в палату.

- Я знаю, что ты не спишь, - прошептал он, чем-то стуча на прикроватной тумбе. Как будто ставил какую-то бутылку. Я открыла глаза и повернулась к нему, пока Хосок аккуратно ставил цветы в откуда-то взявшуюся вазу, - я тут принес твои любимые цветы, - он мило улыбнулся, на что я просто закатила глаза и снова отвернулась от него.

- Чон, ты можешь уйти? – спросила тихо я, как будто устала от его присутствия, хотя, может, так и было на самом деле. После чего я почувствовала, как Хосок сел на край кровати. Может, я и ранила его своими словами, но мне было уже безразлично, потому что я просто хотела спокойно умереть.

- Я просто хочу, чтобы ты жила, - эти слова были сказаны явно от чистой души, вот только во мне они вызвали бурю негодования и злости. Я тут же подскочила со своего места и повернулась к парню.

- Жить? – я пыталась не кричать, но говорила все так же со злость, - Ты в своем уме? Ты подумал об этом только через полгода после того, как я тебе сообщила о том, что я смертельно больна? – меня будто выворачивало наизнанку от злости. Я доступно дала ему тогда понять, что если он уедет, то тогда мы больше не увидимся. И после этого, он просто уехал, оставив меня.

- Тогда я просто не мог не уехать, - в поисках оправдания, ответил Чон.

- Тогда ты мог взять меня с собой, - тут же сказала я.

На мои слова парень тяжело вздохнул, опуская голову вниз, будто она резко стала весить очень много.

- Иди домой, - приказала я ему, потому что видеть его больше было невозможно, - мне нельзя нервничать, - сразу после этих слов его голова резко поднялась вверх, а глаза просто впились в мое лицо. Чтобы он перестал так меня сверлить взглядом, я просто отвернулась к нему снова спиной.

***

- Ну что там? – спросила от нетерпения я, пока врач беспокойно тер руки, пытаясь сказать мне, явно, что-то не очень хорошее. Хочу его уже поторопить, но в дверь кто-то стучит, после чего из-за нее выглядывает голова Хосока. Я закатываю глаза, как только вижу его. Врач, который явно был сбит с толку, просто смотрел то на меня, то на Хо.

- Я пришел проведать Т/и, но мне сказали, что она у вас, - быстро объяснил Чон свое здесь нахождение, проходя в кабинет. Я же медленно закипаю, потому что, какого черта он позволяет себе лесть в мою жизнь после того, как сам добровольно из нее ушел?

- Выйди! – зло говорю ему, - не видишь, я занята? – парень теряется и сразу же закрывает за собой дверь.

- У вас немного времени. Это случится в пределах четырёх дней, не больше, - слышится непонятный шум после слов врача, от чего мы оба поднимаем головы и встречаемся с растерянным взглядом Хосока, который все слышал.

Было очевидно, что эта нетерпеливая задница выкинет что-то подобное, но вот только о том, что он все услышит, я как-то не думала. Букет, который держал в руках Чон, падает, а я снова поворачиваюсь на звук. Тихо шиплю, потому что этот цирк мне уже порядком надоедает. Теперь, после того, что он услышал, есть только два варианта развития событий: либо парень просто уйдет, либо прилипнет ко мне, словно банный лист, и не отойдет от меня до моего последнего вздоха. Мне, конечно, нравится первый вариант, вот только вероятность того, что мое желание сбудется, равно одному проценту. Но даже в такую минуту в душе что-то неприятно болело от картины, когда лицо парня украшает понимание и осознание всей ситуации.

- Спасибо, доктор, - вежливо говорю я, вставая со своего места. Сразу после я хватаю парня за руку и утягиваю в коридор, чтобы уже, наконец, прекратить весь это цирк, -  какого черта, Чон Хосок? – воплю я, когда мы оказываемся в моей палате без лишних глаз.

POV Хосок

Кажется, что моя жизнь тоже закончится, как только оборвется жизнь Т/и. Мир будто замирает, когда я пытаюсь понять, что все, что сейчас происходит – правда. Тогда, полгода назад, я решил, что слова ее – просто шутка и шантаж, чтобы заставить меня остаться в Сеуле. Но тогда я был слишком ослеплен тем, что мне предложили заработать денег. Да, сейчас я действительно богат, но я даже и предположить не мог, что все, что она сказала – правда. И даже когда я узнал, что Т/и лежит в больнице с раком, мне даже в голову не могло прийти, что все настолько плохо. Я готов был заплатить все деньги мира, чтобы найти лекарство, но моей Т/и осталось всего 4 дня...

Конец POV

Я трясу за плечи парня, прося, чтобы он пришел в себя. Складывалось ощущение, будто это не мне сообщили о том, что я умираю, а ему.

- Эй, да приди уже в себя! – командным тоном, почти криком, прошу его, потому что уже сил нет. Хосок, как будто оттаяв, немного моргает, а сразу после прижимает меня к себе, даже не давая двигаться, - Отпусти, - издаю непонятные звуки, пытаясь оттолкнуть его от себя, хотя получается просто барахтаться в его объятиях.

- Я тебя не отпущу! Даже не надейся, - шипит он, а я лишь закатываю глаза, потому что понимаю – теперь мне от него точно не отвязаться до моего последнего дня, до последней минуты.

***

Глаза открыть получается с трудом, но я изо всех сил стараюсь, чтобы они снова не закрылись. Моя кровать удобна по сравнению с той, что стояла у меня в палате. Совсем недавно меня отпустили домой, и вот уже два дня я нахожусь дома. Все эти дни Хосок проводит рядом со мной, даже спит на полу у моей кровати, чтобы не пропустить тот момент, когда мне станет плохо. Я же изо всех сил держусь, чтобы не показать парню то, что я потихоньку увядаю, словно цветок. Голова стала чаще и сильнее болеть, чем обычно; тело, будто тесто, вот-вот и просто растянется по полу; постоянно хочется спать. Сегодня день был каким-то особенным. Я чувствовала себя странно, и именно это чувство дало мне полное основание полагать, что вот он – тот день, когда я попрощаюсь с жизнью. И даже температура, которая составляла 32.5, говорила о том, что потихоньку приходит конец.

- Может, пойдешь домой? – просила я парня, пока тот готовил нам тосты. Я решила, что из последних сил сделаю все, чтобы во время того, как мое тело покинут последние силы, Хосока не было рядом.

- Домой? Ты в своем уме? – взволнованно уставился он на меня. Сразу после его такой реакции я поняла, что просто сплавить его домой – не вариант.

- Тогда, я хочу что-нибудь вкусненькое. Торт, например. Съезди в магазин, - на это парень лишь хмуро смотрел на меня и долго молчал, но после все же бросил в сторону нож и прошел к входной двери. Я внутри ликовала.

POV Автор

Как только парень повернулся к двери, чтобы открыть ее и выйти, позади послышался грохот. На секунду, его сердце остановилось, а мозг всеми силами отрицал всю вероятность того, что это могла упасть Т/и. Он боялся увидеть и убедиться в том, что уже и так произошло. Но ему все же нужно было собраться с мыслями и повернуться, что он и сделал. Резко и неожиданно.

Его сердце просто перестало биться, когда он увидел то, как Т/и, совсем бледная и неподвижная, лежала на полу. Он просто сорвался с места, подбегая к девушке, чтобы помочь ей, но тогда уже сделать ничего было нельзя. Он обхватывает ослабевшее тело, чтобы хоть на секунду почувствовать тепло ее еще неостывшего тела, и когда чувствует, что сердце больше не бьется, слезы неконтролируемым потоком катятся по щекам, а крик отчаяния рвется изнутри.

- Нет..., - повторяет он непрерывно, пытаясь отвергнуть то, что и так произошло.