- 1 -
Тэхён крепко жмётся к спине любимого и старается украсть частичку тепла, спрятать её глубоко в сердце и запереть на замок, чтобы последующие месяцы, проведённые без Джина, не казались такими холодными и тоскливыми. Он покрывает шею старшего мягкими поцелуями и шепчет слова любви, они совсем бессвязные, поток эмоций, обрывки фраз. Кожа под губами покрывается мурашками и в ответ слышится протяжный стон.
Тэхён старается залюбить этой ночью Сокджина, запомнить его изгибы тела, запах на самых чувствительных точках, глаза, затянутые поволокой, нежные руки, дарящие ласку. Ему мало времени дали, а осталось ещё меньше. Через несколько часов самолёт, а значит Джин сейчас поднимется с мятых простыней, примет душ и уедет в аэропорт, не забыв взять с собой собранный заранее чемодан.
Последние толчки возносят их обоих до небес, но Тэхён боится разжать руки. Он понимает, что поступает эгоистично, но остановить себя не может, забывая об обещании не бить по оголённым нервам во время прощания. Начинает умолять старшего остаться, говорит, что не проживет без него и двух дней. А у Сокджина слёзы вскипают и печаль запускает свои холодные щупальца прямо в грудь, грозясь разодрать в клочья сердце.
У Джина контракт и обязательная стажировка в Штатах на четыре месяца. Отказаться нельзя, иначе лишится высокой должности. У Тэхёна три спектакля в неделю, репетиции и съёмки в различных телешоу. Старшему сама мысль о расставании давит на виски, но он забивает на свои чувства и пытается настроить Тэхёна на позитивный лад, беря с него обещание, что тот позаботится о себе. Взамен даёт слово писать каждый день милые сообщения.
В такси Сокджин устало трёт сухие глаза, в которые будто песка насыпали. Время пять утра и спать хочется безумно, ведь последние часы перед вынужденной разлукой были отданы не сну. Но перелёт будет долгий, Джин надеется восстановить силы в самолёте. Главное унять сейчас учащённое сердцебиение, потому что хочется бросить всё и вернуться домой, лечь к любимому под бочок и обернуть себя его горячими руками. Сокджин глубоко вздыхает и смиряется со сложившейся ситуацией. Всё-таки они взрослые люди и смогут справиться, ведь расстаются же не на всю жизнь.
А вот Тэхён, как оказалось, более бурно реагирует на отсутствие старшего. На него нападает меланхолия, всё валится из рук. Он постоянно оборачивается на улице, потому что кажется, будто Джин сейчас прошёл мимо него. А ещё Тэхён ревнует. Эта Америка, с её свободными взглядами и кучей соблазнов, пугает больше всего. Он знает, что Джини его любит, но чувство неуверенности постоянно свербит где-то в затылке и не даёт спокойно ни есть, ни спать.
Режиссёр в театре ругается всё чаще, делая замечания Тэхёну, грозится забрать у него главную роль, гримёры со съёмочной площадки какой-то очередной рекламы ворчат, увидев эти ужасные синяки под глазами. Его менеджер, который всеми силами старается вывести Тэхёна на телевидение, чтобы его заметили и предложили роль в кино, «увольняется» по десять раз на дню, говорит, что найдёт более нормального подопечного.
Друзья Тэхёна тоже замечают все эти перемены в нём. Стараются расшевелить и устраивают мини-вечеринки только для своих, во время которых Тэхён обычно сидит с грустными глазами и молча жуёт сэндвич или чипсы. Напиваться он себе давно запретил, сразу после первых же алкогольных посиделок. В пьяном бреду он тогда такие картины рисовал в своём воображении, представляя, как какой-то перекаченный американский мачо прижимает его тонкого и несопротивляющегося Сокджина к постели, раздвигает своими грязными руками безумно красивые точёные бёдра и… боже…
Тэхён зажмуривает глаза и в миллионный раз про себя просит прощения перед любимым. Та ночь закончилась тем, что парень безостановочно пил воду, раздражая корень языка и обнимаясь с фаянсовым другом, а потом дрожал под холодным душем, наказывая себя за безобразные мысли о Джине.
Они не видятся почти полтора месяца. Сильная разница во времени не даёт даже толком поговорить друг с другом через скайп. Длинные сообщения, что Джин присылает каждый вечер, Тэхён зачитывает до дыр. Он может цитировать отдельные предложения из них и сказать наверняка из какого именно сообщения этот отрывок.
Сегодня Тэхёну особенно грустно, ведь на календаре четырнадцатое февраля — день всех влюблённых. А Тэхён влюблён до чёртиков, до лопающихся пузыриков в животе, до покалывания в кончиках пальцев. Только в этот раз ему не с кем разделить свою любовь — Джин далеко, за океаном. Он написал красивущее признание в любви и собирается отправить его ближе к вечеру, чтобы Сокджин увидел сообщение сразу после пробуждения. А сейчас Тэхён звонит помощнику режиссёра и ссылается на недомогание. Даже выходить в этот день из своей квартиры никуда не хочется.
Сокджину очень тяжело в чужой стране, он недостаточно знает английский, его постоянно переселяют из отеля в отель, стажировка только по словам начальства должна была быть похожа на курорт, на самом же деле приходится порой не спать почти сутками, постоянные консультации, веб-семинары, сборы на объектах, расчёты, доклады, и так бесконечно. А ещё он безумно скучает по Тэхёну, выкраивает время для переписки с ним, порой в ущерб сну. Его Тэхённи дует губы через монитор ноутбука, а у Джина фейерверки в груди взрываются и оседают разноцветными кляксами в самом низу живота. Этих видеозвонков Сокджину не достаточно, слишком долгое время он уже вдали от Тэ. Решение приходит в одну секунду и он уже заказывает билет на самолёт до Сеула. Три дня выходных Джин выбьет себе всеми правдами и неправдами.
Оказавшись перед дверьми квартиры, Сокджин заметно волнуется и тихонько хихикает, представляя, как удивится Тэ, увидев его дома. На часах 10.20, а значит младший сейчас в театре, есть время как следует подготовиться к его приходу, заказать еду из любимого китайского ресторанчика и одеться так, как нравится Тэхёну. С этими мыслями Сокджин заходит наконец в квартиру и буквально растворяется в родных запахах. В коридоре сумрачно, но свет он не включает, чтобы не растерять то самое ощущение домашнего тепла.
Сокджин оставляет свою сумку в прихожей, а сам проходит в комнату и останавливается на пороге. Тэхён сидит на диване, одетый в какую-то нелепую безразмерную толстовку ужасного оранжевого цвета «вырви глаз» и поедает шоколадные конфеты из большой красной коробки в форме сердечка. Он даже не сразу замечает Джина, подумав, что это опять Хосок или Чимин припёрлись проверить как поживает их несчастный, брошенный и никому не нужный друг. Зря только ключи им дал. Но в следующую минуту Тэ замирает, почти не дышит и моргает слегка заторможенно почему-то только одним глазом. Ему мерещится? Ведь не может же сейчас Сокджин стоять в дверном проёме, навалившись на косяк, и смотреть прямо в глаза Тэхёну?
— Это ты? — глупый вопрос и Тэхён мысленно бьёт себя по лбу, боясь спугнуть наваждение.
— Это я, — почему-то отвечает образ Джина и улыбается.
— А почему? — да кто-нибудь ущипните его.
— Захотелось, — пожимает плечами Сокджин, — соскучился. Обнимешь меня?
У Тэхёна в голове набатом бьёт — Джин здесь, он рядом! Хочет вскочить на ноги, но сидит как прикованный и слёзы длиннющими рукавами вытирает, размазывая их по щекам вместе с шоколадом из уголков губ. А Джин в два шага преодолевает разделяющее их расстояние и валится сверху на парня, опрокидывая и прижимая его к дивану. Хватается судорожно за руки, за шею, боится потерять даже секундочку. Тэхён наконец приходит в себя и осторожно касается лица Сокджина, понимает, что это не видение, от того сердце пропускает пару ударов. Он просовывает руки под кофту старшего и гладит его бока.
— Подожди, Тэхён-а, я только с самолёта, мне надо освежиться.
— Я с тобой, — как-то испуганно и торопливо произносит младший, одним движением усаживается обратно и стягивает с себя толстовку. А Джин смотрит на него недоумённо и хохочет.
— Боже, что это, ТэТэ? — не прекращает смеяться Сокджин и пальцем тычет в парня, на котором надета ещё одна, точно такая же толстовка.
— Я купил их ко дню всех влюблённых, — смущается Тэхён, — они парные, для нас с тобой. Сначала свою надел, а потом мне стало так одиноко, что я подумал, если надену ещё и твою, то смогу представить, будто ты меня обнимаешь.
— Это так мило, Тэхён-а, ты думал обо мне, — тянет Джин, щуря от удовольствия глаза.
Оказавшись уже наконец в ванной, они нетерпеливо и жадно целуются, нервно сдёргивая с друг друга одежду. Душевая кабина небольшая и не рассчитана на двоих, но Тэхён сильнее прижимается к Сокджину, вдавливая его спину в стену. Его руки ходят ходуном, когда он водит мочалкой по телу старшего, в итоге откидывает ее в сторону и обнимает любимое лицо ладонями.
— Я тебе признание в любви написал, — шепчет он в губы Джина.
— Прочитаешь? — Сокджин хватается за талию Тэ крепче, нечаянно царапая кожу ногтями. Боится упасть, ведь ноги совсем не слушаются.
— Нет, — Тэхён выключает воду и тянется за полотенцем, — хочу показать как я тебя люблю.
Тэ не отпускает старшего ни на мгновение, положив одну руку ему на поясницу, а вторую на затылок, притягивая к себе ещё ближе для поцелуя. Надо как-то дойти до спальни. Они практически вслепую пятятся по коридору, младший мизинцем стукается об угол тумбочки, мычит от боли прямо в рот партнёру, но губы не отпускает, терзает их, пытаясь насытиться вкусом Сокджина, но безрезультатно. Джин безвольно подчиняется и только вскидывает руки, когда они наталкиваются на стены, чтобы хоть немного ориентироваться в пространстве. Последним препятствием на их пути оказывается дверь в комнату, к которой Тэхён прижимает Джина, внезапно развернув его к себе спиной.
— Взял бы тебя прямо здесь, если бы не этот перерыв, — сипло проговаривает он старшему на ухо и прикусывает нежную мочку. Опускает руки на его упругие ягодицы и грубо сжимает в ладонях, разводит их в стороны и упирается своим членом между ними. — Как же я соскучился.
Постель под ними появляется совершенно неожиданно, Тэхён сразу тянется за полупустой тубой лубриканта, которая с их последнего раза так и лежит под кроватью. Наскоро растягивает Джина, старается быть предельно ласковым, а у самого предохранители уже летят к чёрту один за одним. Сокджин нисколько не помогает сдерживаться, смотрит зазывно, губы свои красные облизывает, тянет любовника за плечи к себе и за напряжённую шею кусает.
— Мой, мой, мой… — безостановочно шепчет Тэхён, в три толчка погружаясь на всю длину. — Никуда не отпущу, ни в какую Америку.
Нависает над Джином и губами касается складки меж нахмуренных бровей на красивом лице. А Сокджин сминает пальцами простынь, дышит глубоко и пытается расслабиться, позволяя младшему делать первые пробные движения. Болезненные ощущения вскоре уходят на второй план, уступая место зарождающейся эйфории. Тэхён подхватывает ноги Джина под коленями, тянет на себя, заставляя обхватить ими свою талию, и проникает ещё глубже, срывая тем самым первый настоящий стон с губ любимого.
Сокджин мечется под Тэхёном, словно в горячке, изгибается, когда член внутри него попадает точно по простате. Голову сильнее назад запрокидывает, подставляя беззащитную шею под вылизывания, пытается потереться своим влажным членом о живот Тэ. Скулит тонко, стоит младшему прикоснуться к напряжённой плоти горячей ладонью, и кончает, выкрикивая имя Тэхёна и сжимая его внутри себя.
У Тэ голову окончательно сносит при виде дрожащего Джина. Он обхватывает его руками крепко-крепко и жмурится, когда перед глазами вселенная начинает крутиться. Содрагается всем телом, выплёскивая удовольствие глубоко внутрь, и, кажется, почти теряет сознание от переполняющих его чувств.
Они лежат обнявшись и пытаются прийти в себя. Тэхён сильнее оплетает тело старшего руками и ногами. У них есть несколько часов, чтобы успеть надышаться друг другом, а потом опять самолёт. Им снова будет не до сна, потому что впереди их ждёт ещё много недель разлуки. Но Сокджину есть чем подсластить горечь предстоящего расставания, у него припрятан секрет во внутреннем кармане куртки. Небольшая бархатная коробочка, хранящая в себе два серебряных колечка. Он мечтает сделать предложение Тэхёну сегодня, в день всех влюблённых, и надеется, что любимый не откажет ему.
Момент с кольцами приходится отложить до вечера, Тэхён не желает покидать пределы спальни, соблазняя Джина своим аппетитным задом. А Сокджин слишком слаб чтобы отказаться от столь сладкого предложения. Развязные стоны и пошлые шлепки вскоре вновь заполняют тишину в квартире.
Из спальни парней выманивает голод и огромное желание помыться. После душа они идут в гостиную и пока Тэхён заказывает доставку еды по телефону, Джин натягивает на себя одну из парных толстовок. Она довольно мягкая и теплая, хоть и некрасивая, но о последнем он, конечно, умолчит.
Курьер прибывает довольно быстро и парни устраивают маленький праздник прямо на полу у дивана. Смеются и воруют друг у друга из коробочек лапшу. На позитиве они остаются до тех пор, пока Тэхён не вспоминает про самолёт. В воздухе сразу повисает грусть и младший опускает голову, закусывая до боли губу, чтобы совсем не раскинуть. Разговор сходит на нет и Сокджин решает, что пора исполнить задуманное. Он на минуту покидает комнату, а когда возвращается, то просит Тэхёна закрыть глаза и вытянуть руку вперёд. Тот послушно выполняет просьбу и чувствует, как что-то почти невесомое появляется на его ладони. Неверяще смотрит сквозь пелену слёз, с трудом сглатывает и переводит взгляд на Джина.
— Давай… вместе навсегда? — тихо произносит Сокджин, волнуется и теребит край рукава, — ты, я… ну, вместе, в общем.
Кто сказал, что мужчины не плачут? О, они ещё как плачут и даже рыдают. Сокджин прижимает к себе ревущего Тэхёна и гладит его по волосам, стирает слёзы со щёк и целует в кончик носа.
— Я так сильно тебя люблю, — с трудом проговаривает Тэхён, судорожно выдыхая через рот. Он отстраняется от груди Джина, у которого вся толстовка теперь в мокрых потёках. Достаёт оба кольца и надевает одно из них на безымянный палец Сокджина. Второе же вкладывает в ладонь старшего и протягивает свою руку.
— От твоего города до Вегаса далеко? — спрашивает он, любуясь блеском металла.
— Ну, на машине часов восемь примерно.
— Отлично, — Тэхён улыбается широко, — жди меня в гости на Белый день. Это будет моим ответным подарком.
— Подожди, — тормозит его Джин, — а родители, друзья?
— Обойдутся, — коротко отрезает Тэ, загребая в свои руки пальцы Сокджина, — я слишком эгоист, чтобы делить в такой день тебя ещё с кем-то. А торжество устроим в мае, когда ты вернёшься со своей стажировки. А в июне в медовый месяц улетим.
— Быстрый ты, однако, — смеётся старший и укладывает голову на колени Тэхёну.
— А чего тянуть? Ты сам сказал вместе, значит вместе.
— Наверно ты прав. Люблю тебя, — и тянется за поцелуем, младшему ничего не остаётся, как склонить голову и прижаться к губам любимого.
— Это самый счастливый Валентинов день в моей жизни. Как думаешь, мы успеем сходить на свидание до твоего отъезда?