Глава 48 - Милосердие Джиро Докуты.
Что же, возможно, настала пора серьёзно задуматься об этом. Хотя, честно говоря, я и не думал, что эта ситуация сможет затянуть меня так глубоко. Реальность не сахар, но в ней мне очень повезло познакомиться поближе с интересными личностями и даже внести маленький вклад в эту сложную историю.
Мой стенд, Дифьюжн Грин, в отличие от сверхспособностей Эрла, Акари и других, со мной был с самого рождения. Как? Узнать сам хочу. Не обладающий своим разумом, мой зелёный хамелеон, никогда не был и навряд ли будет сильным и выносливым в бою. У него есть лишь одна ключевая способность, которая компенсирует многие недостатки — возможность исцелять. Конечно, до уровня некроманта я пока не сумел дойти, но даже тяжёлые ранения, полученные после драки, регенерировать не так-то и сложно.
Моей мечтой было стать врачом. Мне удалось её достичь не без пота. Но, как говорится, тяжело в учении и легко в бою? Хотя, сейчас это звучит очень двояко... Но и тут есть свой подводный камень. Дифьюжн Грин способен исцелять и лечить болезнь, но с огромным трудом. И поэтому, несмотря на то, что моя главная сверхспособность и специальность тесно связаны, для меня это редко бывало полезной вещью. Хотя, всё же, в детстве было у меня приключений достаточно много. Думаю, будь я умнее и сообразительнее, стенд оправдал бы свою силу, хех.
Когда в Японии лишь набирали маленькую популярность обладатели сверхспособностей, я отнёсся к этому с полным безразличием. Существуют и существуют, меня это не волновало, хотя, по рассказам Эрла, его это очень беспокоило. Что ж, его чуйка не подвела.
Из-за этого на улицах родной Саги стали учащаться драки, из-за которых иногда мучились даже подростки и дети, не говоря о взрослых. Будучи окрепшим юношей, который против насилия, я развязывал их и не позволял продолжаться физическим конфликтам.
Я не мог быть честным и непредвзятым судьёй. Любое пролитие крови мне никогда не нравилось... зачем мы, люди, должны сражаться друг с другом? На моём счету, я уверен, ровно ноль убийств. Хотя и я участвовал в некоторых мордобоях.
Если же человек вскоре признавал свою ошибку или поражение, я щадил его и доверял. За всю мою жизнь никто так и не воспользовался моей добротой и моим милосердием в такой форме ради собственной выгоды.
***
— Именно он и использовал меня обманом... Надеюсь он умрёт в муках, хотя я не могу никак этому поспособствовать, — рассказывал нам перед своей возможной смертью Нео, после нашей первой, серьёзной битвы в Кагосиме. — Он в сотни раз сильнее меня, и уже мог убить тогда, когда захочет. Прощайте, Эрл и... Не знаю, как зовут тебя, — обратился он ко мне, уже готовясь к своей кончине.
Я почувствовал, что с нашим общим соперником, который стремился убить как минимум одного из нас, было что-то не так. После его рассказа о вынужденной битве за своё выживание, я подумал, что он может быть добрым человеком глубоко внутри. Даже когда он, казалось бы, стремился ликвидировать Эрла ради мести за... вроде, звали его Сэбэро.
Я почувствовал его искренность и честность. Я простил ему этот поступок и воспользовался главной способностью Дифьюжн Грин. Зелёная аура осветила его тело, спрятанное за огненно-лавовым стендом. Он мог предать нас и попытаться атаковать вновь, но...
— Но... зачем? Зачем ты меня исцелил?.. — был он в недоумении от моего милосердия.
Он не стал.
— Знаешь... Я умею чувствовать, когда человек искренен, а когда лицемерит. Я тебе верю, — с лёгкой улыбкой ответил я признавшему поражение Нео.
Враг из прошлого теперь стал нашим верным союзником. Я думаю, что он сделал совершенно правильный выбор, когда покинул свою группировку. Я верил и продолжаю верить в него.
А вот знакомство с Акари и преступниками... это что-то с чем-то, особенно последнее. Пара раз происходили с этими негодяями моменты, которые научили меня очень быстро бегать почти сразу. Дело разворачивалось в Кагосиме, последний отпуск...
— Эй, стоять! — кричали они мне. — Твоя невидимость тебе не поможет!
Я не знаю, как, но они смогли раскусить меня даже в полной невидимости. Были ли среди них обладатели стендов? Вполне возможно, ведь они очень уж дружили друг с другом. И не сказать, что я этого избегал любой ценой, а скорее... не был готов к тому, чтобы меня пронзили стрелой пробуждения стенда, когда он у меня уже имеется, ха-ха. Если бы их лидер с прозвищем «живая молния» или же Кураями Тетсу был с ними, у них были бы все шансы убить меня прямо там.
Но вскоре, когда они решили, что нас атаковать совсем не хорошо для них, обладатели стендов, похоже, были против такой блестящей идеи. Стало ли это главной причиной начала их войны? Известно только им самим, но не нам, простым людишкам... Но это уже совсем другая история.
Невероятным открытием стало ещё то, что Нео и Акари... буквально брат и сестра, хоть и сводные. Как же тесен этот жестокий, но временами и весёлый мир.
Не будь этот хаос настолько сильным и вышедшим из-под контроля, я бы совершенно никак не хотел бы возражать. Я вижу смысл в нарушении вечного, скучного порядка, если оно не перегибает палку. Но сейчас в опасности абсолютно все мои родные. Это действительно начинает напрягать даже меня.
И даже так, никогда я не смогу забрать чужую жизнь... Никогда у меня не потянутся руки убить кого-то. Но если вернуться к Нео, то... в конце концов, он смог сильно удивить меня уже своим поступком. Во времена смертельных битв произошёл переломный момент, в который мы с Эрлом вот-вот бы погибли.
Наш соперник, Коннор Чейн, имеющий способность призыва огромных цепей, сумел догнать и Эрла, и меня. Увы, моя способность быстро бегать впервые за столько времени подвела меня. Цепи оказались быстрее моих ног. Но за секунду перед тем, как Эрл погиб бы от рук обладателя стенда, сзади нас показался тот, кого мы однажды пощадили и отпустили домой.
— Коннор! — послышался знакомый голос. — Прекрати и отпусти их немедленно.
— Это же Нео! — шокировано выкрикнул Эрл.
— Отпустить? Отпустить?.. Нео, ты... Идиот? — задал ему этот вопрос и громко рассмеялся Коннор.
— Они хоть и победили меня и почти убили, но... Именно они и спасли меня после этого. Благодаря им я до сих пор живой.
Добро вернулось к нам в полном объёме, даже, я бы сказал, двукратно, хех. Боюсь, если бы Эрл настоял на том, чтобы устранить его, мы бы точно закончили свою историю на этом моменте и получили по премии Дарвина. Это тот случай, когда доброта, на которой я настоял, оказалась единственно верным решением к продолжению и выживанию.
Однако, в нашем случае доброта может действительно оказаться лишней. Их можно назвать больными людьми, и я только через не хочу смогу ответить жестокостью на другую жестокость. Но как показала последняя битва против обладателя гравитационного стенда, вовсе не обязательно выбирать насилие. Насилие — не выход, хотя далеко и не всегда. Наш ключ к спасению и выживанию уже у нас почти перед носом.
Но сегодня я точно не тот, кто будет проявлять лидерскую инициативу. Сегодня этим человеком будет определённо Эрл. Я верю в него и в то, что он не ошибётся в выборе. В отличие от меня, он умеет быть как хладнокровным, так и добрым и комфортным человеком.
Действовать или же нет, в первую очередь решит он. Я всегда видел в нём того человека, который способен повести за собой даже толпу, если сильно захочет. Мы справимся и достигнем хотя бы умеренного характера этого зла, не так ли? Лучше уж синица в руках, чем журавль в небе...