Глава 10. Будни правосудия.
Ева работала юристом в крупной юридической фирме, специализируясь на уголовном праве. Её будни были далеко не романтическими. Это был мир, где каждый день был битвой, а ставки были высоки – свобода, репутация, иногда даже жизнь. Её утро начиналось с непрочитанных писем – отчаяние в строчках от клиентов, обвинительные заключения, медицинские справки, свидетельские показания. Каждый файл – это чья-то жизнь, сломанная, искалеченная, висящая на волоске.
Сегодняшний день начался с Анны Петровой, обвиненной в мошенничестве. Ева встретила её в переговорной. Анна, нервная, с покрасневшими глазами, держала в руках потрепанный пакет с документами.
— Анна, расскажите все ещё раз, пожалуйста. Я понимаю, вы в стрессе, но нам нужны все детали, — говорила Ева женщине.
— Я… я не виновна! Они… они подставили меня! Я просто… я просто хотела помочь своей матери. У неё… у неё рак. Мне нужно было… — дрожащим голосом рассказывала она.
Анна рыдает, Ева терпеливо ждет, пока женщина успокоится, подливая воды. Она уже знает подобные истории наизусть, но каждый раз они оставляют свой отпечаток. Это не просто работа – это сопереживание, поиск правды среди лжи и манипуляций.
После Анны, Ева общалась по телефону с Сергеем Ивановичем, обвиняемым в непреднамеренном убийстве. Его голос был глухой, лишенный надежды.
— Ева, я… я не хотел. Это был несчастный случай… Это всё… это всё ложь! — тихо говорил мужчина, разговаривая с Эллиот по телефону.
Ева записывает всё дословно, стараясь выудить из его слов хоть какой-то зацеп, хоть какую-то возможность для защиты. Она задаёт уточняющие вопросы, не перебивая, стараясь понять мотивы и обстоятельства. Уверенность в голосе девушки успокаивает Сергея, он начинает говорить более открыто, раскрывая подробности той роковой ночи.
После обеда – судебное заседание по делу о хулиганстве. В зале суда – напряженная атмосфера. Ева, строгая и собранная, направляет своего клиента, молодого человека, обвиняемого в драке. Она задаёт вопросы свидетелям, разбирает показания, настаивает на дополнительной экспертизе. Её аргументы ясны, чётко сформулированы, они пробивают дыры в обвинении.
Вечером, вымотанная после очередного напряженного дня в суде и утомительных встреч с клиентами, Ева медленно поднялась по ступенькам к своему дому. Открывая дверь, она почувствовала знакомый, умиротворяющий аромат чистоты и легкий запах цветов – отголоски воскресной уборки. Этот дом, который она так заботливо приводила в порядок, теперь действительно ощущался как убежище, место, где можно сбросить тяжесть дня.
Сняв строгий костюм, который казался ей теперь почти броней, Ева переоделась в мягкую домашнюю одежду. Она прошла на кухню, где царил идеальный порядок. Никакого желания готовить что-то сложное не было. Она просто заварила себе травяной чай с медом и сделала легкий салат. Пока вода для чая закипала, она прошлась по комнатам, поправляя подушки, оглядывая знакомые вещи – каждая из них несла свою историю, свою связь с прошлым, но теперь они были частью её настоящего, её спокойного пространства.
С кружкой чая в руках, Ева опустилась в своё любимое кресло в гостиной, обтянутое мягкой тканью. Она смотрела в окно, на темнеющее небо, где уже начали появляться первые звезды. Мысли о делах, о лицах клиентов, о резких вопросах прокурора роились в голове, не давая покоя. Чувство ответственности, усталость и иногда бессилие – это была постоянная цена её работы.
Именно в такие моменты, когда напряжение рабочего дня начинало по-настоящему давить, она брала в руки телефон. И как по мановению волшебной палочки, приходило сообщение от Хеви.
На лице Евы появилась первая искренняя улыбка за весь день. Вот он, её якорь, её уголок спокойствия в этом бурном море. Она быстро набрала ответ, делясь своей усталостью и болью за молодого клиента.
Их переписка началась. С каждым новым сообщением от Хеви, с каждым его вопросом о её дне, с каждым рассказом о его маленьких кофейных историях, Ева чувствовала, как напряжение постепенно уходит. Она рассказывала о своих трудностях, он – о своих небольших радостях и наблюдениях. Он не пытался давать советов или решать её проблемы – он просто слушал, поддерживал, делился своим теплом. Это было именно то, что ей нужно после дня, проведенного в борьбе за чужие судьбы.
Чашка чая остыла. За окном стало совсем темно. Время потеряло смысл. Она сидела в своём уютном кресле, в своём чистом и спокойном доме, и чувствовала себя наконец-то по-настоящему в безопасности, понятой и любимой. Разговор с Хеви был как бальзам на израненную за день душу. Он напоминал ей, что за пределами залов суда, за пределами бумажной волокиты и человеческих трагедий, есть другая жизнь – жизнь, наполненная теплом, пониманием и любовью. И эта жизнь ждала её каждый вечер, готовая принять в свои объятия и помочь восстановить силы для нового дня, новых вызовов.
Ева положила телефон рядом. На её лице играла мягкая улыбка. Дом был тих и спокоен. Она чувствовала себя усталой, но не опустошенной. Ее будни юриста были тяжелыми, но вечера, наполненные уютом и теплом общения с Хеви, делали их выносимыми. Она закрыла глаза, вдыхая аромат чая и чувствуя мягкость пледа. Завтра будет новый день, но сейчас – только покой и предвкушение следующего теплого разговора.