Глава 40: Холодная зима
Ночь была суровой и безжалостной. Ветер резал лицо, будто маленькие ножи, а снег — казался бесконечной пустотой, укрывающей город толстым, ледяным покрывалом.
Даня шел по почти пустой улице, руки глубоко в карманах, дыхание превращалось в густое облако пара, исчезающее в ночи. В пальцах — электронная сигарета, которую он затягивал, будто пытаясь найти в дыме хоть каплю тепла, хоть малейшее облегчение.
Вокруг — тишина, нарушаемая лишь шорохом снега под ногами и далёким гулом машин. Холод проникал сквозь одежду, пронизывал кости, заставлял сердце биться медленнее.
Он думал о том, как всё было тяжело. Как внутри него всё еще оставалась трещина, глубже которой он не мог заглянуть. Как боль, казалось, замерзала и расползалась, превращая всё живое в лед.
Но в этот вечер, несмотря на весь этот холод и отчаяние, он чувствовал — он идёт. Хотя и медленно, хотя и с трудом.
Каждый вдох, каждая затяжка — маленькая борьба. С самим собой. С пустотой. С зимней ночью, которая казалась вечной.
И всё же, под этим холодом, в этой темноте, где даже огни казались далекими и холодными, Даня продолжал идти. Потому что, несмотря ни на что, он ещё был здесь.
И это было его маленькое, хрупкое сопротивление.